База 211. Том первый

Глава 11

7 августа 2048 года. Екатеринбург, здание компании «Экклезиаст»

Бекасов стремительно вошел в кабинет. Кстати, это был совершенно обезличенный кабинет, стандартный. Но для топ-менеджмента. Мебель хоть и не «личная», но на вид хорошая. Не дешевая, по крайней мере. Деревянная, а не пластиковая. На черном кожаном диване лежал небрежно брошенный серый плащ.

Владислав не торопясь прошел внутрь, вслед за Бекасовым. Тот, зайдя за рабочий стол, бросил на него испытующий взгляд. Он остался стоять, поэтому и Влад не торопился занимать гостевой стул, стоящий у стола.

— Знаете, Владислав, — произнес глава. — Я считаю себя удачливым человеком.

Свеев отобразил на лице интерес.

— В свое время, в тот момент, когда я, как оказалось, выходил на перепутье, — продолжил Бекасов. — Мне попадались именно те люди, которые были нужны. К сожалению, все они были в возрасте и сейчас уже находятся в лучшем мире.

Влад продолжал молчать, слушая эту исповедь.

— Потом я начал целенаправленно искать людей, — Бекасов подошел к окну. — Тогда это было несколько необычно, что сначала ищутся люди, а потом реализуется проект. Но как показала практика, такой подход, имея долгий срок отдачи, впоследствии срабатывает, как бомба.

Феликс Романович резковато развернулся и прошел к столу.

— Давай без ритуалов, — сказал он, кивая на стул. — Времени немного.

Влад, севший на стул, посмотрел на главу.

— Нас уже не могут просто убить, — заговорил Бекасов. — Мы набрали слишком много веса. Если короче, в тот момент, когда нас захотят сдать, мы сможем просто блокировать все возможные телодвижения.

Влад некоторое время молча смотрел на главу.

— Давай, решай, — откинулся на спинку кресла тот. — Если ты хочешь все это размотать, то говори по делу. Если нет, я оставлю все, как есть. Работы я тебе найду. Извини, но просто отпустить не могу.

Свеев еще немного помолчал.

— Не слишком самоуверенно? — произнес он, наконец.

Бекасов хмыкнул. Побарабанил пальцами по столешнице.

— Жертв избежать, разумеется, не удастся, — ответил глава. — Но ключевые фигуры убрать будет крайне сложно. А также очень и очень дорого.

— Когда на кону вопрос выживания, то цена роли не играет, — заметил Владислав.

— И тогда приходиться наносить превентивные удары, — ответил Бекасов. — Что уже сделано.

Он выразительно посмотрел на Влада.

— Вот как, — слегка удивился тот.

— Именно так, — кивнул Бекасов. — У них, как и у нас, все опирается на людей. Достаточно убрать несколько узлов, чтобы сеть поплыла. И они сейчас просто не могут среагировать на опережение.

Владислав наклонился слегка вперед, пристально смотря на главу.

— Зачем такое прикрытие? — спросил он.

Бекасов ответил не сразу.

— Слишком много мути, — ответил он, наконец. — Слишком много свободных концов… Ведущих в никуда. Слишком сильное противодействие.

Теперь задумался Влад, подняв взгляд вверх.

— Она вертится, — медленно произнес он. — В этом все дело…

— Именно, — ответил глава. — Возможно, в этот раз мы не узнаем ничего…

— Тогда будет следующий раз, — закончил за него Свеев и усмехнулся. — Как романтично. Поэтому… Именно эти? Насчет Котова и Мерье я понял. Софи… просто еще молода, ей интересно все новое. Комлев вообще все ясно. Но Остхофф?

— А ты? — спросил Бекасов, сощурившись.

— Ах да, сканирование, — снова усмехнулся Свеев.

— Оно самое, — твердо ответил глава. — Да и этот способ не совершенен. Но пока он дает самую меньшую погрешность. И мы уже набрали критическую массу. Мы сейчас как рак, на последней стадии.

— Сегодня просто вечер поэтических сравнений, — улыбнулся Владислав. — А что потом?

— Путь уже известен, — пожал плечами Бекасов. — Нельзя хранить все яйца в одной корзине.

— Масштабно, — с легкой иронией произнес Свеев. — Правда, слегка утопично.

— Серьезно все началось пятнадцать лет назад, — Бекасов жестом обвел помещение, призывая оценить результат. — Это вопрос не технологии. Чисто практически это решаемо уже сейчас. Этот вопрос больше… по твоей части.

Владислав в этот момент сощурился.

— Нужен повод? — произнес он.

Бекасов как-то зло улыбнулся.

— Да, — спокойно сказал он. — Мне нужен Инцидент. Что-то из ряда вон. Чем мы сможем прикрыться. Масштабное…

— И желательно как можно более непонятное, — подхватил Свеев. — Так зачем такие сложности?

— Чем больше целей достигается одновременно, — ответил Бекасов. — Тем более высокий КПД. Это не будет бутафорией. Реальная работа, с реальной задачей. А как только накал от завесы станет менее острый, корабль… или что-то другое станет основным фокусом…

— Впечатляет, — хмыкнул Владислав, оценивая многоярусность задумки…

18 августа 2048 года. Остров Рам-Ки. Поздний вечер

Вечер не подарил прохлады. Ветер вообще стих, стало еще более душно. И словно в лютую стужу, из кондиционированных помещений выходили только по острой нужде или по необходимости. В такой обстановке надо лежать на пляже и, потягивая вкусный коктейль, наблюдать за красивыми женщинами в купальниках.

Почувствовав, что голова уже начала сбоить, Влад свернул голоэкран и потянулся. Вообще, уровень организации… хм, экспедиции, впечатлял. Оказалось, что кроме палаток, которые выступали в роли рабочих помещений, сюда также доставили панели для быстровозводимых домов. И, собственно, для каждого специалиста была выделена пусть и очень небольшая, но комнатка в чем-то типа бунгало. Где он сейчас и находился. Да, удобства, как говориться, во дворе, душ в банной палатке, но все равно, это было неплохо. Влад ожидал более суровых условий, ведь они практически в поле. Оказывается, сюда прибыли не только военные спецы, но и транспортное судно. Они его не увидели, потому единственное пригодное место для разгрузки корабля был порт бывшего поселка, что на другой стороне острова.

Владислав подошел к окну. Ослепительно алый круг солнца уже коснулся моря, подкрасив гребни волн. И хорошо, что окна не выходили на «Пилигрим». Корабль… Он все-таки… Ощущение было такое, словно смотришь на стелу. В смысле, не над братской могилой, а в честь. Понимаешь, что под стелой нет захоронения, но ощущение того, что ради этого памятника погибли люди, не проходит…

…История выходила грязная. Судя по собранным данным, деда целенаправленно толкали к решению сотрудничать с «NTT». А он, дед, имел имя, авторитет. Полжизни в экспедициях, своя команда. И в тот момент, когда он подошел к финишной черте, внезапно стал получать отказы. Везде. А потом вдруг «NTT» спокойно фрахтует российской научно-исследовательское судно… Причем именно то, которое и просил дед. Более того, он на нем до того… ходил, да, так правильно по морскому.

И это, конечно, чистое совпадение, что сейчас «Синяя Птица» и «NTT» находятся в состоянии жесткой конкуренции. Конкуренции не на уровне торговой войны. На прямой вопрос Свеева, могут ли японцы действовать через американцев, Бекасов ответил четко. Не могут, а обязательно так сделают. Если дать им возможность. Именно поэтому «Синяя Птица» изображает сейчас жертву и находиться в режиме осады, вытягивая на себя силы и средства…

Влад помотал головой, словно хотел вытряхнуть эти мысли. Политика… Нет, лезть в эту грязь, это же нужно иметь перед собой четкую необходимость.

Стук в дверь прервал потом мыслей. Влад поднялся с кровати, где сидел, работая с документами, подошел к двери.

— Добрый вечер, — слегка удивленно произнес Владислав, увидев на пороге Николаева.

— Да, — односложно ответил тот. — Вот зашел сегодня. Есть разговор.

— Прошу, — Влад отошел от двери и сделал приглашающий жест.

Николаев молча прошел в комнату и сел на единственный стул. Причем сел так, будто собирался здесь оборонятся.

— Я не знаю, что вы там ищете, — заговорил Альберт. — И желанием узнавать не горю. Но мои люди пойдут с вами на корабль. Хотелось бы сразу обозначить. Они не носильщики. У них будет задача вас охранять.

— Хорошо, тогда и у меня есть один момент, который я бы хотел уточнить, — заговорил Свеев. — Корабль готов к подрыву?

Николаев сощурился.

— Надеюсь, на кнопке сидит адекватный человек? — сделал вывод из красноречивого молчания военного Владислав.

— Вот поэтому я не люблю… — начал было Николаев.

— Альберт Петрович, — произнес Влад. — Любить меня не надо. Я не червонец, чтобы всем нравиться. Мне нужно знать кто, а лучше поговорить с тем, от кого зависит моя жизнь.

— Приказ на подрыв может отдать только Бекасов, — сухо произнес Альберт. — Или координатор.

Его верхняя губа дернулась в намеке на презрительную мимику.

— Последний должен передать это мне, — добавил он. — Лично.

— Что же, я рад, что это вы, Альберт Петрович, — произнес Владислав. — А пришли вы, как я понимаю, из-за того, что на корабль вы пойти не можете, а люди идти не хотят?

Впервые Владислав увидел, как Николаев поморщился. В смысле, сильно.

— Приказ они выполнят, — твердо произнес он.

— Чей приказ? — спросил Влад.

Николаев выставил вперед подбородок.

— Насколько я помню, вы служили, Владислав, — произнес Николаев. — И принцип единоначалия вам объяснять не надо? У группы будет старший, обращайтесь к нему. К чему был этот вопрос?

— К тому, что мы будем действовать тремя-четырьмя командами, — ответил Влад. — В разных частях корабля.

Николаев задумался.

— Хорошо, я понял, — кивнул он. — Завтра распределим. А вы не слишком перестраховываетесь?

— Ну, не мне вам объяснять, Альберт Петрович, — слегка улыбнулся Влад. — Предосторожность в таких делах никогда не бывает лишней. Славу параноика я переживу. Не знаю, как у вас, а в моей группе собраны очень хорошие специалисты. Насчет мистики я не уверен. А вот если дело во вполне земных делах, то те, кто убрал с корабля команду, вполне могли оставить какие-нибудь сюрпризы.

Николаев посмотрел на Владислава чуть прищуренным, но добродушным взглядом.

— Вижу, год службы прошел не зря, Владислав, — произнесмужчина.

— Зачистка территории городского типа, — ухмыльнулся Свеев.

Влад уже собирался укладываться, как в дверь снова постучали. Чертыхнувшись, Владислав с силой провел ладонью по лицу. Нехитрый прием, позволяющий сделать спокойное выражение лица. В том смысле, что это дает время на паузу. Делать можно что угодно, например, почесать живот. Главное сразу не реагировать на раздражитель.

— Надя? — слегка удивился мужчина, увидев на пороге девушку.

А та молча прошла мимо Свеева в комнату. Немного постояла, будто к чему-то прислушиваясь.

— Принеси мой матрас сюда, а? — произнесла она, обернувшись и посмотрев на мужчину.

— Кхм, м-да, — хмыкнул Влад. — Ты собираешься спать здесь?

— Ну, а для чего мне бы еще понадобился матрас? — Надя села на стул, где минут двадцать назад сидел Николаев.

Владислав вздохнул.

— Ну, хорошо, — произнес он. — Не надо матрасов. Ложись на кровать…

— Я не буду одна спать, — вдруг, твердо, даже жестко, заявила девушка.

Влад чуть приподнял брови.

— Ага, — сказал он, потирая подбородок. — К другим ты не хочешь идти, я правильно понимаю?

Надя молча кивнула… И отвернулась к окну. Щеки девушки подозрительно порозовели. Владислав прошел к кровати, присел напротив девушки.

— Нодзоми, — мягко произнес мужчина. — Мне, конечно, приятно, что ты выбрала меня в качестве защитника, но…

— Да какой защитник! — фыркнула Надежда. — Просто…

Она посмотрела на Свеева. И снова отвернулась к окну.

— Это… — девушка нахмурилась, помялась. — Я не могу это объяснить.

— Это какие-то соображения или чувства? — Влад изобразил на лице интерес.

— Да не понимаю я! — резко выдохнула Надя. — Мне… не по себе. Не могу, понимаешь?

— Давай я поговорю с Луизой или Софи, — предложил Владислав. — Или с Дарьей?

— Тут я буду спать, что непонятно? — в упор посмотрела девушка. — Я… уже была у Луизы. Там… холодно.

— А здесь? — не удивляясь такому ответу спросил Владислав.

У него было время привыкнуть к поведению таких людей и конкретно вот этой дамы.

— А здесь не так! — отрезала Надя. — Икари, достал! Мы уже спали вместе! Что ты ломаешься?

— Ну, вместе, это слишком громко сказано, — иронично ответил Свеев. — В одной комнате.

— И тут одна комната, старый извращенец, — буркнула девушка. — Иди за матрасом! Я спать хочу!

— Так и несла бы сразу, — ответил Свеев, вставая.

— А я не знала… — Надя снова запнулась, подыскивая слова. — Ну, как тут будет.

Идти было недалеко. В этом домике было восемь комнат, все такие же пеналы. Зайдя в комнату Нади, Владислав увидел, что она даже свою сумку не разобрала. Она так и лежала на заправленной кровати. Пришлось и ее, сумку, тащить, чтобы не бегать второй раз. Когда Влад вышел к узкий коридорчик с вещами, из своей комнаты выглянула Остхофф. И сделала удивленное лицо. Владислав в ответ слегка скривился и, вздохнув, пожал плечами.

Войдя к себе, мужчина увидел, что Надя уже сложила откидной стол, чтобы освободить место на полу, для матраса.

— На полу спишь ты, — сказал Влад, кладя сверток с матрасом и одеялом на кровать, а сумку поставив на стул, стоящий уже в углу.

— А как же, ну… учтивость? — усмехнулась Надежда.

— Я уже старенький, чтобы на полу кости мять, — не поддался Владислав. — Тебе, что на полу, что на кровати, а я могу завтра не разогнуться после такого эксперимента.

— Да пофиг, — отмахнулась Надя и стащила с себя футболку.

Влад, покачав головой, закрыл дверь.

— Давай без этого твоего нудизма, а? — произнес мужчина.

— Отвали, — Надя, оставшись сверху в одном бюстгальтере, без стеснения принялась расстегивать джинсы. — Я не могу спать одетой.

— Нижнее белье сними под одеялом, ладно? — попросил Влад. — И жалюзи закрой. А то военные еще не привыкли к твоему отношению в плане одежды.

— Их проблемы, — пробурчала девушка, но, стянув штаны, подошла к окну и покрутила тягу, закрывая жалюзи.

Когда комната погрузилась в полумрак, девушка замерла, стоя спиной к Владу. Мужчина же положил матрас на пол, раскатал его. Он сгреб все с кровати, вместе с подушкой, так что все спальные принадлежности было уже на месте.

— Слушай, — буквально выдавила Надя. — Завтра… Это корабль, он… Я его не вижу… Как это… Я не останусь тут одна. Я… Мне надо… Понять. Мне надо пощупать. Не знаю, в общем!

— Хорошо, ты пойдешь с нами, — спокойно произнес Свеев, садясь на кровать.

— Да, — кивнула Надя.

А потом развернулась и, присев, откинула одеяло.

— Отвернись, — буркнула девушка.

— Чувствую, я еще пожалею о своей доброте, — вздохнул Влад, отворачиваясь к двери.

— Не фантазируй, сдался ты мне, — заметила Надежда. — Все.

Владислав повернулся обратно. Надя лежала под одеялом, спиной к нему. Мужчина вздохнул.

Раздевшись, он забрался под одеяло. Оно было самым настоящим, армейским. То есть грубоватым и немного колючим. Даже полезли армейские воспоминания.

— Если попрешься к Остхофф, то на меня не наступи, — глухо сказала Надежда, возясь под одеялом.

В конце концов она вытянула руку, с зажатыми в ней трусиками и так демонстративно бросила их рядом с собой, к уже лежащему там бюстгальтеру.

— Хорошо, — ответил Владислав. — Спокойной ночи.

В ответ лишь молчание. Мужчина слегка улыбнулся. Привычно выкинув из головы мысли, он смежил веки…

— И что, ты считаешь, это нормально⁈ — раздался в тишине вопрос, заданный яростным шепотом.

Влад вздохнул. Открыв глаза, он увидел, что Надя повернулась лицом к нему. А так как кровать была невысокой, то Владислав ее прекрасно видел, несмотря на «низменное» положение.

— Что конкретно? — спокойно спросил мужчина, догадываясь, впрочем, о чем был вопрос.

— Ты с Маргаритой, — зло произнесла Надежда. — А потом с этой… немецкой старухой.

— Надя, повежливее, — укорил Владислав. — Я тогда тоже старичок. И это наши личные дела, я бы не хотел это обсуждать. Да и время ты выбрала крайне удачное.

— Мужики все такие, да? — скривилась в презрении девушка. — И как этим… двум не противно?

— Надя… — начал было Влад.

Но девушка фыркнула и отвернулась.

— Бака, — буркнула она. — И козел.

— Насколько я помню, — заметил Владислав. — По-японски это…

— Заткнись, а? — бросила Надя. — Кобель. Хентай.

Влад улыбнулся. В комнате воцарилась тишина. Девушка зло сопела в полумраке. Практически романтика…

— Марго мне сказала, — вдруг заговорила негромко Надежда. — Что рада. Ну, что будет не рядом с тобой.

— Хм, ну, спасибо, что понизила мою самооценку, — ответил Владислав.

— И я ее понимаю! — зло, но также негромко продолжила Надя. — Ты же как… Как…

— Давай без ругани, уверен, ничего нового я не услышу, — сказал Влад.

— Она сказала, что находясь рядом с тобой, — упрямо произнесла девушка. — Нужно быть такой же… Ненормальной. Иначе реально можно спятить.

Владислав хмыкнул.

— Вопрос нормальности — это очень относительная штука, — заметил он.

— Не умничай, а! — язвительно произнесла Надежда. — И вообще, я спать хочу!

— Так плеер с наушниками в сумке, — сказал Влад.

Надя ответила не сразу.

— Уже проверил, да? — буквально прошипела она.

— Видел, как ты их туда в самолете положила, — иронично ответил Владислав. — И в Нассау постоянно проверяла.

— Ты следишь что ли за мной? — с подозрением спросила девушка.

— У тебя белье белого цвета, — со вздохом ответил Свеев. — Но я это знаю не потому, что слежу за тобой.

— Извращенец! — фыркнула Надя.

— А кто-то очень хотел спать, — напомнил Владислав.

— Это ты меня постоянно отвлекаешь, — пробурчала девушка.

— Да-да, — слегка улыбнулся Влад.

— Дай мне плеер, — потребовала Надежда.

Владислав покачал головой. Откинув одеяло, он сел, дотянулся до сумки.

— Держи, — подал квадратик старенького плеера и коробочку с наушниками.

Надя принципиально не имела коммуникатора. То есть вообще и совсем не желала иметь комм. Поэтому использовала плеер. Чисто плеер, без всего. В нем не было даже голопроектора. Девушка села, закутавшись при этом в одеяло, включила прибор, на нем загорелись синие огоньки… А Влад сидел и ждал разговора. Вот Надя опустила руки с плеером на колени.

— Страшно мне, — глухо произнесла она, не поднимая головы и смотря на плеер. — Давно так не было страшно. С тех пор… Как родителей нарисовала.

(Родители девушки погибли в горах)

— Но теперь даже не рисуется, — продолжала Надя. — Точнее… Я…

Девушка порывисто вздохнула.

— Раньше я… Там… — она выключила плеер, снова включила. — Просто видела контуры. На бумаге. А сейчас… Словно на краю…

Она помахала рукой сбоку от головы, на уровне глаз.

— Мелькает что-то, постоянно, — тихо произнесла она. — Голову повернешь… Ничего. А иногда…

В тишине раздался скрип зубов.

— На миг… — еле слышно прошептала девушка. — Я что-то вижу… Кого-то… Особенно, если позади фон светлый.

Девушка подняла взгляд. И Влад едва сумел сохранить спокойное лицо. Глаза Нади в полумраке комнаты, показались на миг полностью черными.

— Икари-и-и, — зачем-то протянула она, нагнувшись вперед.

Одеяло сползло с ее плеч. А Надежда не просто не обратила внимания. Она потянулась вперед, к мужчине. Владислав только слегка откинул голову, когда девушка приблизила свое лицо к его лицу.

— Почему ты все еще живой? — спросила Надя, так пристально рассматривая мужчину, словно старалась что-то найти на его лице, в его глазах.

— Ты не дышал, — прошептала девушка. — Ты утонул. В конце концов ты разбился. Я видела, как ты лежишь на столе. Я видела солнце сквозь воду. Я видела кровь… Отражение неба в глазах.

Надежда провела рукой Владиславу по лицу.

— И пока рисую… — вдруг девушка всхлипнула. — Я… верю… Но потом… Рву. Потому что… Ты не умрешь.

И тут на ее губах расцвела неуверенная, но светлая улыбка.

— И я… — она часто захлопала глазами, по ее щекам прокатились слезы. — Так рада… Что я ошибаюсь! А потом…

Она помотала головой, словно запрещая самой себе говорить.

— Ты что, не понимаешь? — она снова наклонила голову.

При этом ее голос изменился. Стал грудным и более низким.

— Луиза, — Надя говорила твердо, уверенно. — Это же все. Она потом не сможет. Марго, та понимала и поэтому сбегала. А Луиза другая. Не сбежит. Ты что не видишь, ей впервые настолько интересно.

Вот этот момент. Они… Ладно Довжан. Ладно Ольга Романовна. Им уже достаточно лет, достаточно опыта. Но Надя, которой двадцать три, внезапно начинала говорить прямо в точку. Словно о себе. Хотя многие и себе-то врут… И это было странное, но какое-то завораживающее ощущение, когда не надо говорить, делая поправки. Возможно, именно это и привлекало Влада. Что можно говорить напрямую.

— А зачем ей сбегать? — хрипло произнес Владислав. — Кто ее выдержит, с ее-то мозгами?

— Или меня, да? — Надя подняла голову.

На ее губах играла злая и одновременно грустная улыбка. В первые разы это реально так поражало. То, что даже черты лица меняются. И Надежда словно становилась старше.

— Тебя тем более, — спокойно ответил Владислав.

— А ты гад, — верхняя губа девушки дернулась в презрении. — Умную. Меня молодую.

— Тоже не глупую, — заметил Влад.

— И эту… Резкую, — усмехнулась Надежда. — И давно ты хотел этот гарем сделать?

— Случай выдался, — слегка улыбнулся Свеев. — Почему бы и нет? Заметь, все по согласию.

— Даже не надейся, что я буду спать с кем-то из них в одной кровати, — с угрозой произнесла Надя.

— Я не настолько в себе уверен, чтобы затаскивать двух женщин в одну постель, — ответил Влад. — Ладно. Поговорили. Жаль, что ты этого не запомнишь.

— Когда-нибудь, Свеев, — усмехнулась… скорее Надежда Владимировна, а не Надя.

И обмякла. Владислав успел подхватить девушку.

— Да, когда-нибудь, — сказал он, укладывая Надю на матрас и закрывая одеялом.

На губах девушки играла легкая светлая улыбка…

19 августа 2048 года. Остров Рам-Ки. Утро. Палатка обработки информации

Корабль, вдалеке казавшийся не таким уж и большим, когда лодки подошли ближе, стал буквально нависать. И вот ведь фокус. Человеческое восприятие всегда довольно точно опознаёт используется объект или нет. Будь то дом, дорога, машина или вот, судно. На самом деле, если разобрать это ощущение по деталям, то мозг просто собирает мелочи и выдает общее впечатление в виде ощущения. Вот и «Пилигрим». Выцветшие флаги, раз. Кое-где облупившаяся краска, отсутствие каких-либо технических шумов. Висящие безвольно тросы на балках. Это вовсе не таинственное чувство, загадочное, непонятно откуда взявшееся ощущение, что корабль покинут. Компиляция фактов, мелочей, деталей, подаваемые мозгов в виде смеси чувства опасности (что логично, раз предыдущие обитатели куда-то делись), любопытства (надо все узнать, чтобы самому не попастьсятакой передел) и необходимости (чувство самосохранения вряд ли бы допустило, чтобы тело совалось куда не надо).

И здесь сразу стало видно, что «десятники» (Десятый Легион — частная военная компания, входящая в группу компаний корпорации «Синяя Птица») здесь не просто так. Возможно, сюда собрали лучших. Командир группы охраны, Шуйко Игорь Львович, в звании майора, не стал орать во весь голос. Но приказывал внушительно, спокойно, словно на учениях. Большие надувные лодки без суеты пристали к борту «Пилигрима», а сверху уже опускали сходни. То есть карабкаться на борт не надо было.

— Владислав Алексеевич, — рутинно так, обыденно передал слово Свееву Шуйко, когда все поднялись на борт.

— Все по плану, — заговорил Влад, делая вид, что чуть не зевает. — Виктор Адамович, госпожа Щукина проверяют приборы позиционирования. Если закончите раньше, Виктор, вы лучше знаете, что еще можно проверить. Еще раз напомню, сначала бойцы, потом вы…

Чуть ранее, палатка для обработки информации.

… — Первое, что хочу сказать, — Влад выбрал образ почти что рядового сотрудника, профессионала, волею судеб поставленного главным. — Все эти мистические угары попрошу оставить. А сосредоточиться на том, что из корабля пытались сделать «Летучего Голландца». То есть, авторы этого дела вполне могли оставить сюрпризы. Внимание и еще раз внимание. Сначала проверка, потом работа. Вперед идут бойцы…

Влад внушительно посмотрел на свою команду и прикомандированных спецов, сидящих слева от него.

— И только так, — продолжил он. — С вас же…

Он посмотрел уже на вояк, которые скучковались справа.

— Безусловное соблюдение этого правила, — Влад сделал суровое лицо. — Уточню, оно в приоритете. Даже если очень-очень надо, сначала вы проверяете, потом работают специалисты.

А еще бойцы будут постоянно заняты и им некогда будет думать о… посторонних вещах. Следить одновременно за обстановкой и действиями гражданских, которые имеют каждый свое понятие о дисциплине и понимание, кто что должен делать, та еще работенка.

— Альберт Петрович, — кивнул Николаеву Владислав.

Мужчина не торопясь поднялся. А Влад присел на стул, рядом с Надеждой. Альберт принялся командовать, то есть напомнил о радиостанциях, частотах, кто где будет командиром, кто в какую группу входит.

— Напоминаю, — говорил Николаев. — Код три. Он же три коротких, если через пищалки. Немедленное прекращение работ и сбор на верхней палубе. Немедленное, это значит немедленное, то есть все бросили и налегке бегом. Код два, два длинных. Тоже самое, но сразу же к лодкам. И код один. Непрерывные короткие гудки. Немедленное покидание судна через ближайший возможный выход. Перед началом работ не забываем эти выходы отметить лентой. Также в любой непонятной ситуации, то есть вообще в любой, даже если всех внезапно прохватит, сначала действовать по коду три. Вопросы?..

НИС «Пилигрим»

— Роман, Луиза, Софи и Алена Викторовна, каюты членов экипажа и пассажиров, — продолжил Влад (повторял, да. Но обыденность лучшее средство от всяких страхов). — Опять же, даже если вам кажется, что все безопасно, каждую каюту, каждую закрытую дверь сначала проверяют. Григорий Семенович…

Это Свеев обратился к капитану Крымскому, который был командиров в этой группе.

— Мы люди увлекающиеся, — произнес Влад. — Я бы хотел попросить, чтоб хотя бы один боец всегда находился рядом и если что, остановил опрометчивые действия.

Крымский, невысокий, но буквально квадратный мужчина, молча кивнул.

— Наталья Сергеевна, — обратился к Юмашевой Влад. — Как и обговаривали, камбуз и места хранения продуктов.

Женщина тоже молча кивнула.

— Ну, и Ренат Рустамович, вам больше всего беготни, я полагаю, — повернулся к корабельному специалисту Свеев. — И тоже самое. Любой подозрительный предмет, которого быть на корабле не должно, сначала проверяют бойцы. Ну, и мы с Надеждой и Игорем Львовичем будем в рубке прохлаждаться.

На нехитрую шутку промелькнули едва заметные улыбки.

НИС «Пилигрим». Рубка. Полчаса спустя

Что удивляло, так это обилие зеленого цвета в интерьерах. Палубы зеленые, пол в рубке тоже. Словно компенсировали засилие белого и синего в пейзажах…

Один из четырех бойцов, что шли с ними, подошел к полуоткрытой двери, внимательно осмотрел косяк. К нему подошел второй, в его руках было что-то наподобие длинной… о, и гнущейся пластиковой трубки. Боец поднял руку, над которой появился голоэкран.

Они поднялись сюда, на мостик, не заходя внутрь надстройки. По внешним палубам (Это так Влад называл, моряки поправят). Внутрь рубки вела сдвигающаяся дверь, как в купе поезда.

— Чисто, — негромко сказал, наконец, военный.

— Позвольте, — произнес Влад, шагнув к двери.

Бойцы сначала кинули взгляды на Шуйко, а потом молча отошли. Свеев же подошел к двери. И опять странно. Если дверь была полуоткрыта все это время… То, где ржавчина на направляющих? Где следы внутри рубки? Как будто отсюда вышли минут десять назад, ненадолго, что-то глянуть впереди.

Влад присел на корточки, мазнул пальцем внутри полоза нижней направляющей. Смазка. Причем будто свежая. Он встал, кивнул бойцу, стоящему рядом и сделал шаг назад. Мужчина же взялся за дверь и отодвинул ее в сторону. Дверь ушла в бок спокойно, плавно.

Военные зашли внутрь. Снаружи остались только Влад с Надеждой и Шуйко.

— Группа два, зашли в сектор кают, — раздался сухой голос в динамике радиостанции.

— Принято, группа два, — коротко ответил майор.

Кстати, гарнитура у него располагалась не в ухе, а была закреплена за ним. По морю, в поле зрения проплыла черная надувная лодка. Большая лодка. На ней имелась турель с пулеметом. А еще Владислав видел несколько черных точек, в небе. И два дрона повисли прямо над «Пилигримом».

— Командир, — в дверном проеме показался один из бойцов.

Мостик оказался длинным помещением, с большими окнами. Вдоль них стояли приборы. Какие-то экраны, пульты. Красный штурвал. Посередине помещения имелась белая труб, хм, словно шест танцовщицы. Стены были отделаны светлыми деревянными панелями. Точнее, панелями под дерево.

— Группа один, на месте, — доложили снова.

— Принято, группа один, — ответил Шуйко.

Надежда подошла к окнам. Зачем-то провела рукой по стеклу.

— Игорь Львович, — заговорил Владислав. — Я не настаиваю, чтобы вы занимались поисками. Но если увидите что-нибудь, что угодно, что покажется вам странным, скажите.

Шуйко молча кивнул. Влад же подошел к небольшом столику, напротив пультов, где стояла кружка. Обычная белая пластиковая кружка. Пустая. То есть вообще. Словно только что купленная. Даже пыли на ней нет.

«Да, как-то слишком чисто, — подумал Владислав, слегка нахмурившись. — Я бы даже сказал, стерильно».

Это было странно для корабля, который проболтался двадцать лет в море, с полуоткрытой дверью в рубку. Даже окна, будто только что помыли. Прозрачные, без разводов.

— Группа один, перемещаемся на другое место, — донесся голос капитана Калеева.

— Принято, группа один, — ровным тоном отозвался майор Шуйко.

А Владислав в это время обратил внимание на огнетушитель, висящий на стене, под окном, возле двери. Свеев вытащил баллон из держателя.

— Я выйду, проверю, — сказал он Игорю Львовичу, показывая огнетушитель, который держал в руках.

«Странные фокусы. Снаружи краска на корпусе имеет явные следы времени. А тут, — Влад посмотрел на огнетушитель. — Как новый».

На рукоятке болталась бирка, на которой были отмечены даты проверки и следующего испытания. По датам все совпадало. В двадцать седьмом году проверяли, а следующая проверка в двадцать восьмом. В июне. Влад вышел на палубу из рубки. И присел около перил. Он увидел на дереве отметину. В смысле, как будто кто-то ударил острым по перилам. И в месте удара дерево было светлым, не потемневшим. Словно ударили недавно. Влад, поставив огнетушитель рядом с собой, потер место удара пальцем.

«Чем можно было так сделать?»

Ударили чем-то… Типа углом, что ли. И след был полукруглым…

Огнетушитель послушно пшикнул белой пылью. То есть, он был рабочим. Спустя двадцать лет.

— Группа три, заходим в машинное отделение, — донесся из рубки голос капитана Зарубина, с которым пошел Дильмишев. — Никого не обнаружили.

— Принято, группа три, — ответил Шуйко.

Владислав вздохнул и всунул чеку на положенное место. И снова бросил взгляд на место удара. Провел указательным пальцем, раздумывая над тем, как это могло тут появиться.

«Предположим, я стою здесь. Ага, смотрю вперед…»

В голове тут же промелькнула стереотипная картинка моряка, что-то высматривающего в… Бинокль.

«Бинокль, — Влад снова провел по месту удара. — Хм».

Зайдя в рубку, он поставил огнетушитель на место и огляделся. Искомого оптического прибора он не нашел.

— Как вы думаете, Игорь Львович, — произнес Владислав. — Где тут может храниться бинокль?

Майор вопросительно поглядел на Свеева. И задумался, смотря вокруг.

— Там, где кто попало хватать не будет, — ответил Шуйко.

— То есть на месте вахтенного офицера, как я думаю, — подхватил Владислав, показывая на дверь посередине стены, напротив окон.

Вечер того же дня. База. Палатка для обработки информации

Снова те же. Сегодня слегка уставшие. И даже не слегка. Дильмишеву пришлось помыться, прежде чем сюда идти, поэтому пришел последним.

— Подведем некоторые итоги, — говорил Владислав. — Начну с рубки. Первое, что хотелось бы отметить. Какая-то невероятная чистота. И буквально идеальный порядок.

Рядом с изображением корабля появился значок. Фото рубки.

— Как будто там вообще никогда не было людей, — добавил Свеев. — Позже Виктор Адамович отметил, что отсутствуют все носители информации. То есть, как электронные, так и бумажные. Из этого я делаю вывод, что могло произойти что угодно, но перед этим кто-то целенаправленно уничтожал информацию. И далее я намечаю приоритет в наших поисках. Необходимо найти любые источники информации. Все, что угодно. Господин Иори, то же самое задание и для вас. Любое упоминание «Пилигрима» может дать нам необходимый толчок…

— Все, что биро возможно, мы предоставири, — ответил японец. — Мы ограничены в возможностях.

— Я это понимаю, — кивнул Свеев. — Но это не значит, что нужно прекращать работу. В том числе, необходимо сопоставить все действия «NTT» в этот момент. Я уточняю, все. Мне нужен сравнительный график активности этой корпорации, по отношению к продолжительности поисков. Есть отличная от нуля вероятность, что «NTT» имеют отношение к тому, что произошло с судном. Также необходимо составить «розу» направлений действий, особенно в информационной среде. Раз уж мы не знаем, что они скрывают, надо понять, где и когда.

Иори слушал Свеева с каменным лицом. Но в конце слегка сощурился.

— Еще, — Владислав потер подбородок. — Вряд ли они не знают о нас…

— Это уже скорее вопрос к нам, Владислав Алексеевич, — заговорил Николаев.

— Нет, Альберт Петрович, не только к вам, — ответил Свеев. — Они обязательно должны заполучить информационный повод для действий. Иначе какая-нибудь ЧВК уже здесь бы шныряла. Господин Иори, передайте задание, чтобы шел постоянный отсев по ключевым словам.

Японец поклонился. На этот раз… Кажется ниже?

— Далее, Наталья Сергеевна…

Влад посмотрел на девушку.

— Вы говорите, что на камбузе такая же картина, — рядом с фото «Пилигрима» появился еще один значок. — Все стерильно, продуктов нет.

Юмашева кивнула, в знак согласия.

— Ну, по машинам такого не скажу, — заговорил Дильмишев. — В смысле, чистоты. Зато танки для топлива пусты… В смысле топлива.

— А что там тогда? — поинтересовался Владислав.

Мужчина пожал плечами.

— Соответствующего запаха нет, значит не топливо, — ответил он. — Думаю, там вода. Какая, я еще не смотрел.

— А если будет морская, это о чем может нам сказать? — спросил Свеев.

— Сам факт особо не о чем, — ответил Ренат Рустамович. — Надо смотреть, разбираться. Я могу только высказать предположение. Топливо из танков невозможно откачать полностью. Поэтому, чтобы все таки так сделать, для этого туда закачали воду, скорее всего забортную. Действие, конечно, мягко говоря, странное. Но ничего другого мне на ум не приходит. Да, еще журналы также отсутствуют. Как и вся документация.

— А это должны быть именно бумажные носители? — уточнил Свеев.

— Да, — Дильмишев слегка улыбнулся. — Традиция. Как и судовой журнал.

— Который мы тоже не нашли, — произнес Владислав. — Сейф был открыт и пуст. Пока некоторой зацепкой является только находка Алены Викторовны. Дарья Николаевна. Удалось выяснить, кому принадлежит кровь?

— Капитану, — ответила Дарья. — Смирнову Федору Олеговичу.

— Кровь капитана в каюте пассажира, — задумчиво произнес Свеев, кивая оператору, чтобы он поместил этот факт на схему. — Кто должен был находиться в этой каюте?

Он посмотрел на Швецову. А та в ответ как-то странно глянула в ответ на него.

— Ваш дед, — негромко произнесла женщина. — Свеев Владислав Николаевич. Руководитель научной части экспедиции.

Владислав чуть нахмурился.

— Интересный факт, — сказал он, наконец. — Ладно. Виктор Адамович?

— Все приборы определения местоположения исправны… — заговорил молодой человек.

— Никаких биологических следов и чего-либо еще не обнаружено, — несколько ядовито добавила Щукина.

— Питание не было отключено, — продолжил Ритберг. — Обесточена вся бортовая сеть.

— Батареи полностью разряжены, — это внес ремарку Дильмишев. — То есть вообще. Скорее всего они нуждаются в замене. Кстати, простите за забывчивость. На клеммах одной из батарей я нашел остатки проводов.

— И о чем это может говорить? — тут же спросил Свеев.

— Возможно, — Ренат Рустамович тоном подчеркнул, что лишь предполагает. — Возможно, кто-то пытался подключить что-то к батарее.

— И этот кто-то, значит, уже знал, что в бортовой сети нет питания, — Влад усмехнулся. — А отсюда вывод, что этот человек знал, что происходит с судном.

Он снова кивнул оператору и повернулся к схеме.

— Значит, что мы имеем на данный момент, — заговорил он. — Обесточенная бортовая сеть. Провода на клеммах. Кровь капитана в каюте пассажира. Отсутствие данных.

— Еще, — неуверенно произнес Ритберг. — В тот год, в смысле двадцать восьмой, на корабли начали ставить новые системы спутникового определения положения. То есть, следующего поколения. Мне надо осмотреть мачты. Блоки передатчиков, если такая система была установлена, должны находиться там. Но главного блока в отсеке связи я не нашел.

— А следы, что он был установлен? — поинтересовался Влад, посмотрев на парня.

— Нет, — ответил тот, уже уверенно. — Но… Он мог быть установлен не там. Хотя это, конечно, лишь предположение, обычно его ставят именно в отсеке связи. Я забыл, точнее, не предположил, посмотреть, не установлен ли он в рулевой рубке.

— Что же, — Владислав слегка улыбнулся. — Вот мы и установили новые места поисков.

— Не логично будет просто обыскать весь корабль? — это спросила Щукина.

— При наличии достаточного количества специалистов по кораблям, это было бы оптимальным решением, Диана Матвеевна, — в голосе Свеева прозвучала легкая ирония. — В данных же условиях мы должны идти разматывая обнаруженные странности. Поэтому. Послезавтра Ренат Рустамович и вы госпожа Щукина, осмотрите снова место, где были обнаружены провода. Виктор — осмотришь мачты и рулевую рубку. Алена Викторовна, мы с вами вернемся в ту каюту.

— А батискафы на месте? — это заговорил подключившийся к команде Котов.

Мужчина еще выглядел бледным и голос был хриплым и тусклым каким-то, но раз врач его выпустила, значит более-менее в норме.

— Признаться, Андрей Иванович, мы это совсем выпустили из виду, — ответил Свеев. — Но раз вы снова в строю, то вам и карты в руки.