Беременная от врага

Глава 35

Я не заметила, как уснула.

Проснулась от неприятного чувства, что меня вот-вот убьют. Не знаю почему именно такие мысли вторглись в мое сознание, но мне было не по себе находиться…

Стоп. Где я?

Я села на постели и обвела взглядом помещение.

В последнее время я вообще ничего не пила крепче обычного фруктового сока, а создавалось впечатление, словно я перебрала настолько, что напрочь память отказывалась вспоминать где я оказалась и что делаю?

Тут я ощутила холодок в область груди. Я посмотрела вниз и обнаружила порванную материю, разъединенную в разные стороны. Я потянулась к ткани и, как смогла скрестила ее, чтобы стало теплее. Отчего-то в комнате было холодновато. Если я немного задержусь, окоченею. Похоже, тут отключено отопление.

Я впилась пальцами в ткань и мой мозг начал соединять воедино пазлы недавних событий.

Я в доме Андрея Исаева, который против моей воли приволок сюда.

О, нет. Он ведь разорвал это самое платье, значит… неужели ему удалось довести задуманное до конца?

Я лихорадочно ощупала наряд, проверила себя на наличие каких-либо доказательств активной деятельности Исаева, но ничего не заметила, кроме разорванного верха. Остальные детали гардероба были на своих местах.

Признаться, на душе отлегло.

Я судорожно вздохнула, радуясь, что самое ужасное не случилось. Исаев набросился на меня. Однако не осмелился продолжить.

Я еще раз осмотрелась. Поверить не могла, что я в действительности нахожусь в помещении одна и Исаев не прячется хотя бы в ближайшем шкафу для одежды. К счастью, пошло какое-то время, а он оттуда не вылез. Благо, он ушел.

Похоже, я так перенервничала, то каким-то чудом… уснула? Я в жизни не теряла сознания. Правда, никогда в подобную стрессовую ситуацию не попадала.

Знаете ли, не каждый день меня пытались изнасиловать. Будем называть вещи своими именами. Исаев именно это и хотел сделать.

Негодяй.

Нужно выбираться отсюда. Сюда может снова вернуться и возобновить попытки склонить к тому, что я не желаю.

Я порывисто соскользнула с кровати, не забывая удерживать края верхней части платья.

В комнате плохое освещение. Горела всего одна лампа. Но этого было достаточно, чтобы найти дверь и нащупать ручку. Я подергала ее и… конечно, странно, если бы она поддалась, и я оказалась сразу же на свободе. Но, видимо, чудес не бывает. По крайней мере, не в моей жизни.

Я не выдержала и со злости пнула ногой запертую дверь.

Не смогла сдержать вопля боли при соприкосновении ступни с деревянной поверхностью. Совсем позабыла о своей босоногости.

Вспомнила, как сопротивлялась с Исаевым и в порыве отчаянной возник с ним, туфли попросту слетели.

Чтобы не допустить похожей оплошности, я на полу отыскала обувь, разбросанную вдалеке друг от друга. Надела туфли и прошла к окошку.

На улице совсем стемнело. Невозможно рассмотреть ничего, что должно находиться во дворе. Плохая освещенность вокруг меня смутила. Если я выберусь через окно, то, как найду дорогу, выводящую куда-нибудь? Я бы, скорее всего, при свете не поняла, где нахожусь, а в темноте и подавно. Куда податься? К кому обратиться за помощью? Что людям сказать, когда те меня увидят в таком виде?

Ай, чего гадать? Сперва стоит покинуть эти стены, а потом останется за малым — проложить путь до тех, кто поможет оказаться в собственном доме.

Я дотянулась до ручки окна и повернула.

Ура! Оно открыто!

Что ж, господин, Исаев, сейчас радоваться выпала возможность мне!

Ничего. Сумею как-нибудь сориентироваться в местности.

Поблизости должны быть люди. Не на отшиб же города меня привезли? Вроде бы не так уж много времени сюда ехали.

Так, сейчас-сейчас, вылезем, а потом…

Я чуть не задохнулась от возмущения. Приглядевшись, заметила, что я не на первом этаже, а на втором!

Чееееерт!

Как у меня из головы вылетел этот печальный факт??

Как же теперь я выберусь? Рядом даже ни одного дерева не росло, чтобы я могла бы вскарабкаться на него и спуститься по нему вниз.

Я повернулась спиной к мнимой свободе, которая оказалась так близко, и одновременно так далеко.

Немного поразмыслив, пришла к выводу, что нечего себя обманывать. Разве я скалолазка или обезьянка, чтобы по деревьям прыгать? Ну, возможно, залезть, как в детстве, смогла бы на дерево, а вот слезть… было бы проблематично. Все-таки никогда не славилась искусством лазания, как мои сверстники. Да и сейчас не особо могла похвастаться умением в этом деле.

Напрашиваются два исхода: или я бы слетела в ускоренном режиме и сломала бы себе что-то, или же осталась бы на верхушке сидеть, пока не наступило бы утро и меня бы не обнаружил кто-нибудь. Тогда снимали бы как кошку, застрявшую на дереве.

Смешно.

И холодно.

Я наскоро закрыла окошко, чтобы не простудиться. Оказаться запертой в доме Исаева, да еще с насморком… хорошая ли идея? Хотя… он вряд ли приставал бы ко мне.

Нет, специально заболевать не буду. Если я окончательно не запуталась в днях, то завтра мне на работу. А больничный мне ни к чему.

О, черт!

Я застыла, как вкопанная. Глаза расширились так, что наверняка походили на огромные тарелки.

С моей память и правда творится беда! И все из-за Исаева, устроившего весь этот беспредел!

Я забыла о работе! Как я завтра появлюсь в компании, когда заперта здесь?

Который сейчас час?

Я надеялась отыскать настенные, стоячие… хоть какие-то часы, но их здесь нет! Наручных я не носила. Честное слово, как только выйду отсюда, то обязательно куплю!

Я вновь обратилась к памяти, благосклонно напомнившей, что и сумки моей рядом не было. Ну, да. Исаев схватил меня и потащил, не позволив забрать ее из машины, в чьем салоне она находится.

Замечательно.

Часов нет. Средств связи нет. Неизвестно местонахождение. Еще и непроглядная темнота за окном.

Даже не знаю, стоил ли пытаться закричать, позвав на помощь? Услышат? Поверят?

Думаю, бесполезно вопить, так как с одной стороны, это вынудит Исаева подняться ко мне, чего я не хотела. С другой, окружающие решат, что я сумасшедшая. Пьяная. Зная, какими бывают люди, стоит взять во внимание эти не самые приятные варианты.

Я подошла к кровати и без сил плюхнулась на краешек. Не так устала физически, как морально истощилась. Сложно не падать духом, когда попадаешь в ситуацию, из которой пути решения найти не удается.

Я стала ждать. Просто ждать. Вдруг Исаев все же среди ночи заявится. Я должна быть готова ко всему.

Без понятия как долго я так сижу. Потеряла счет времени.

Взглянув в очередной раз в окно, убедилась, что там по-прежнему темно. Похоже, до рассвета далековато.

Исаев, вероятно, забыл о моем существовании.

Я устала ждать.

Проголодалась.

К тому же, кажется, окоченела.

Потеряв надежду на светлое будущее, устроилась на кровати и натянула на себя покрывало.

И так просидела еще какое-то время, пока моя голова не коснулась подушки, и я не провалилась в сон.

В этот раз меня разбудило чувство чьего-то присутствия.

Я резко поднялась на постели и затуманенными глазами взглянула на окружающую обстановку.

На удивление за окном было светло.

Получается, я проспала до утра. Усталость сморила меня.

Это ж надо уснуть прямо в логове врага! Называется, идеальный план для побега придумала!

Молодец, Римма! Мастер на все руки! Точнее попросту их опустила и ничего не предприняла.

Похвально — в кавычках.

— Рад, что наконец-то проснулась. — Прозвучал с правой стороны от меня. Выходит, внутреннее чутье меня не обмануло. Здесь, действительно, находился второй человек. И понятно, кто именно. Мой враг. Не устану себе об этом напоминать. — У меня для тебя есть подарок. Держи. Хотел бы посмотреть, как на тебе будет смотреться.

Андрей Исаев держал в руках платье, которое глумливо покачивалось в его руках. Оно кардинально отличалось от того, что надевала на вчерашнее празднество. Кстати, я в нем была до сих пор. Вернее, сейчас вещь лишь немногим похожа на наряд, являвшийся таким, когда впервые его увидела. В данный момент оно вызывало печаль. Измятое, так как я ночь спала, не переодеваясь. Верхняя часть полностью разорвана в клочья благодаря стараниям мужчины, стоявшего рядом.

Великолепно. Сам подарил — сам испортил. Теперь платье, надетое по его желанию, испорчено навсегда. А у меня даже не было времени, чтобы переодеться. В чем мне идти на работу? Не в лохмотьях же?

Ой, работа, а я все еще нахожусь здесь!

— Мне нужно домой. Сменить одежду. В таком виде появиться в офисе не могу, иначе никак. Выходной себе не собиралась организовывать. — Сарказмом добавила: — Если бы знала, что меня ждет подобная неприятность с одеждой, то захватила бы запасную.

— Ты думаешь, я, зря этой вещью перед тобой размахиваю? — Возмущенно отозвался Исаев. — Платье специально подобрано под офисный стиль.

— Не смеши людей. Хочешь сказать, целенаправленно съездил в магазин, чтобы нарядить меня соответствующим образом? — Продолжала с сарказмом допытываться.

— Нет. Я умею пользоваться интернетом и делать заказы через сайт. Мне нужно было всего лишь выбрать подходящее платье для тебя и оплатить. Недавно его доставил сюда курьер. — Будничным тоном произнес Исаев, словно происшествие вчерашнего дня для него сущий пустяк. Да и вот, только что, возмущался, теперь спокойный, как удав. Удивительная смена эмоций! Я же жутко злюсь на него за все содеянное. — Долго в гляделки со мной играть будешь? Сама говорила, выходной себе не хотела устраивать. Чего ждешь? Или передумала, останешься у меня?

Последняя фраза сопровождалась с наглой ухмылкой. Как раз в стиле Исаева. Что-то в таком духе сказать, а потом стоять и самодовольно улыбаться во все 32 зуба. Наглый тип!

— Еще чего! — Спохватилась, едва подумав, что придется задержаться здесь хотя бы немного. Хотела была вскочить с кровати, но потом вспомнила о разорванном верхе. Подтянула выше одеяло и, отвернувшись от Исаева, чтобы не смотреть в его бесстыжие глаза, протянула руку к нему: — Платье!

— Даже не взглянешь на него? Я так старался. Выбирал. Эх… — Протяжно вздохнув.

— Издеваешься? — Искоса зыркнула в его сторону. — Исключительно по твоей вине я попала в ужасную историю, которая никак не закончится. И у тебя хватает наглости ждать от меня благодарности за новое платье? Тебе напомнить, что случилось со старым?

— Я склерозом не страдаю. Но за свое поведение извиняться не буду. Я всего лишь мужчина. — Сказал так, будто подобная фраза полностью снимала с него всю вину.

Мне хотелось наговорить ему столько нецензурных слов, которые в повседневной жизни не имела привычки использовать.

К тому же, не мешало бы его хорошенько огреть чем-нибудь тяжелым. Увы, в области моей досягаемости лежала подушка, а ею слишком по-божески было бы избивать Исаева. Если уж и отлупить наглеца, то лучше сделать это в следующий раз. И желательно пусть рядом окажется предмет потяжелее.

— Мне некогда с тобой спорить. Дай сюда. — Я крепче ухватилась за одеяло и вместе с ним подползла на постели к Исаеву, видя, как тот стоит, словно замерший истукан. За все время препирательств он не сдвинулся с места ни на миллиметр. — Наверняка уже достаточно прошло, чтобы опоздать! Может, ты этого добиваешься? Тебе ничего не будет, а мне выговор влепят, а это приближает к увольнению! Хочешь оставить меня без работы и средств существования? Случись подобное, наверное, повернул бы ситуацию в нужное для себя русло. Сделал бы меня еще больше зависимой от тебя. Мне пришлось бы несколько веков подряд отдавать долг.

— Хммм… Хорошая идея. — Исаев сделал вид, что весь в раздумьях. — Подумаю над твоим вариантом попозже. А пока одевайся. Вместе поедем на работу. Большой плюс, что работаем в одном месте. По пути.

— Прости не могу порадоваться с тобой. Мои мысли заняты тем, чтобы отомстить. — Выпалила я.

— Жду не дождусь этого грандиозного события. — Хохотнул Исаев, затем приблизился и положил на кровать передо мной платье. Перед тем, как отойти, он склонился ко мне и сказал: — Месть — это блюдо, которое лучше подавать холодным.

— Обязательно прислушаюсь. — Ответила я.

— Что ж, интересно, увидеть воочию, какое блюдо подашь ты. — Весело отозвался Исаев, отходя от кровати.

Образ «хорошей девочки» заранее отвергает мысль касаемо моей ответки обидчикам. Создается ложное впечатление, словно я должна всегда безропотно принимать удары судьбы и закрывать глаза на нехорошее отношение к себе.

Ладно. Пусть Исаев так считает. Уверена, чем быстрее он потеряет бдительность, тем легче нащупаю его слабые места, по которым с удовольствием ударю.

Ох, как плохо пытаться кому-либо навредить. Хотя у меня есть оправдание. Плохо поступлю исключительно с Исаевым. Иначе нельзя. Если пустить ситуацию на самотек, то я вечно прохожу у него в «рабынях».

Увы, пока что козыри в его руках. Мне же остается наблюдать за ним и ждать, когда оступится.

— Я хочу вызвать такси. — Сказала я, действуя на нервы Исаева.

— Нет. Поедем на моей машине. — Безоговорочно припечатал мужчина, поворачиваясь и идя в сторону двери. — Не забывай, мы для всех влюбленная пара.

— Хочу об этом напрочь забыть. — Проворчала я, расправляя платье, принесенное Исаевым. Надо же, какое скромное, не такое как вчера. Удивительно. — Жаль нет устройства, помогающего стереть память.

— Ну, потом посмотришь фильм «Люди в черном» с Уилл Смитом. Порадуешься за тех, кто может благодаря изобретенному нейрализатору забыть некоторые фрагменты из собственной жизни. — Исаев остановился около порога и не поворачиваясь, сказал: — Как переоденешься. Спускайся вниз. И без фокусов. В противном случае последствия будут нерадостными.

Договорив, Исаев захлопнул за собой дверь.

Я сидела в машине Исаева и смотрела в окно.

Всматривалась в пейзажи, мелькающие перед глазами, пыталась запомнить маршрут, чтобы в следующий раз, который наверняка не заставит себя долго ждать, мне удалось самостоятельно выбраться из дома Исаева.

Бросила мимолетный взгляд в сторону мужчины и не смогла сдержать гневную волну раздражения, поднимающуюся самопроизвольно. Иных чувств этот человек у меня не вызывал. Каждый его добрый поступок меркнет по сравнению со вчерашними событиями.

Я не собиралась говорить спасибо за платье, которое Исаев мне сегодня выдал вместо испорченного наряда. У меня дома достаточно одежды, чтобы переодеться. Не нужно было меня похищать вообще. Сама затея было глупой. В прочем, как и все придуманные Исаевым.

Единственное радует — фасон нового платья. Благо, мой неудачливый похититель решил не подбирать что-то более открытое, чем в данный момент на мне. Обычное офисное платьице, где нет никаких низких декольте, разрезов и прочего самое то.

Я достала из сумочки телефон и взглянула на дисплей. Ни одного пропущенного звонка. Надеялась, маму насторожит мое отсутствие, и она взволнованная позвонит выяснить о благополучии дочери.

Обычно я матери звонила, а она — лишь в редких случаях.

Было бы глупо оправдывать безучастие Анны Михайловны тем, что неправильно номер набирала и все в таком духе. Я ей лично свои данные вносила в телефонную книжку. Ошибка исключена. Достаточно нажать пару кнопок и пойдет дозвон.

Тут в голову пришла мысль. А вдруг мама все-таки не смогла дозвониться? Бывает же такое, что плохая связь, перебои в сети…

— Связь в здешних краях отличная. — Отвечая на мой немой вопрос, произнес Андрей.

— Замечательно. — Ответила я, быстро пряча мобильный обратно в сумку.

— Ждешь звонка от Анны Михайловны? — Допытывался Исаев.

— Я маму предупредила, что вместе с тобой еду на День Рождения твоего отца и могу задержаться. — Объяснила я. Все правда, кроме последнего. Я наоборот говорила, что немного побуду на празднике и сразу домой. Андрею это вовсе необязательно знать.

— Ты уже взрослая девочка. Можешь даже на ночь оставаться с мужчиной и не докладывать об этом Анне Михайловне. — Посмеиваясь сказал Андрей. — Или тебе приходится отчитываться за каждый шаг?

— Знаешь, перед кем я не должна отчитываться так это перед тобой. — Отмахнулась от Андрея, как от назойливой мухи. — Пусть тебя не волнуют наши с мамой отношения. У нас с ней все в порядке.

— Ну, да. Не сомневаюсь. — Пожал плечами Андрей. — Особенно впечатляет ваша взаимовыручка. Анна Михайловна наделала долгов, а ты вынуждена расплачиваться за нее.

— Удивительно, что именно ты об этом говоришь. — Я плотнее запахнулась в пальто. Мы подъезжали к компании. — Жаль, не надумал остановиться и перестать мучать меня. Пора бы понять, я сама не сдамся и буду бороться с тобой, пока есть силы.

— Тебе бы тоже стоило сообразить, что я не отступлюсь. — Отчеканил Андрей, припарковывая машину. — Твои попытки перечить мне, лишь усугубляют ситуацию.

— Ты своими действиями абсолютно не располагаешь к себе. — Заявила я. — Если изначально думал о том, что со мной будет легко справиться, то спешу огорчить.

— Хорошо, брыкайся сколько влезет. Однако в ближайшее время жди, когда позову к себе в кабинет. — Улыбнулся Андрей, глядя насмешливо в мою сторону.

— Подзывать к себе будешь личного секретаря. — Отпарировала я. — Советую нанять. Тогда уж точно никакого сопротивления не получишь.

— Да ты просто генератор великолепных идей! — Воскликнул Андрей. — Надо будет обратиться к вышестоящему руководству, чтобы согласовали тебя в качестве моего лично секретаря. А, что, будем еще чаще видеться. И уже не я к тебе заходить стану, а ты — ко мне. По-моему здорово. Как думаешь?

Ответом Исаеву стал громкий хлопок закрытой дверцы автомобиля.

Андрей Исаев поднимался в свой кабинет с улыбкой на устах.

Несмотря на то, что снова потерпел фиаско с Риммой, настроение было хорошим. Оно каждый раз улучшалось, когда Римма оказывалась рядом. При одном ее появлении Андрей радовался. Возникало чувство эйфории. С этой девушкой он мог ощутить себя вновь живым.

Вечные препирательства с Риммой бодрили. Словесные перепалки с ней вызывали порой негодование, но оно быстро меркло, стоило взглянуть на девушку, напоминающую в момент ссоры разъяренную кошечку, при удобном случае щетинившуюся и выпускающую коготки.

Какой бы яростной Римма не пыталась казаться, Андрей не видел в ней ту, которая могла бы нанести ему тяжело ранящий удар. Ее защитная реакция на его подколы забавная, а выпады — безобидны. Боятся нечего.

Андрей воодушевленный предстоящей с Риммой встречей, которая обязательно состоится скоро, без задних мыслей открыл дверь кабинета. Но был вынужден резко остановиться, едва переступив порог.

— Что вы делаете в моем кабинете? — Обратился Исаев к человеку, сидевшему на кресле в полуоборота ко входу. — Кто дал вам право сюда войти?

— Вы думаете, мне нужно особое разрешение, чтобы попасть в ваш кабинет? — Удивленно произнес непрошенный гость. — Для меня все двери открыты. Странно, что вы не в курсе.

— Тем не менее, как вы здесь оказались? — Андрей Исаев закрыл за собой и прошел мимо седовласого мужчины к своему креслу начальника. Устроившись напротив визитера, Андрей бросил в его сторону недоброжелательный взгляд.

Это ж надо было испортить настроение в миг. Вот ведь принесла нелегкая.

— Я обратился к директору компании. Он мой хороший приятель, который с удовольствием поручил одной милой девушки проводить меня прямиком сюда, чтобы я смог поговорить с вами по очень важному вопросу, касающемуся нашего сотрудничества. — Поведал Павел Дмитриевич Уманский, как бы между прочем.

— Осмелюсь предположить, что вас привела отнюдь не возможность обсудить рабочие моменты. — Андрею Исаеву пришла в голову мысль о совершенно ином поводе для визита. — Или я не прав?

— Вы прозорливы, Исаев. Я на самом деле воспользовался знакомством с руководством компании для того, чтобы поговорить лично с вами и вовсе не о текущем прогрессе моих дел. — Сказал Павел Дмитриевич.

— Слушаю вас. — Настороженно отозвался Исаев, не спуская глаз с собеседника.

— Меня интересует та девушка, с которой вы встречаетесь. — Начал издалека господин Уманский. — Ведь именно ее пытаетесь выдать за мою дочь, с чьей «помощью» хотите повлиять на меня.

— Вы не отказываетесь от собственных методов. — Улыбнулся Андрей, облокачиваясь о спинку кресла. — Предпочитаете устанавливать слежку даже того, когда я сказал, что сам буду держать в курсе дел.

— Исаев, не наглейте. Я сам волен поступать, как считаю нужным. — Павел Дмитриевич поддался вперед и локтями оперся о поверхность стола. — Вы же ходите по тонкому льду, пытаясь манипулировать мной за счет какой-то девчонки.

— Вашей дочери. — Поправил Андрей седовласого мужчину.

— Не верю! Я пришел, чтобы получить доказательства ваших слов. Водить себя за нос не позволю. — Сурово сдвинул брови и сжал кулаки Павел Дмитриевич. — Не заставляйте вытягивать признания клещами.

— Ну, вот. Мы уже опускаемся до угроз, правильно понимаю? — Засмеялся Исаев, ничуть не испугавшись Уманского. Он знал, что владеет ситуацией целиком и полностью. Противопоставить ему было нечего. — А с виду кажетесь таким благоразумным.

— Не испытывайте моего терпения, молодой человек. Если захочу, от вас мокрого места не останется. — Выпалил Уманский, не стесняясь в выражениях. — Ваше счастье, что даю возможность самому все рассказать.

— Вам нужны доказательства родства, вы их получите. — Ответил прямо Исаев. Затем растягивая каждое слово, произнес: — Уверен, обрадуетесь, когда узнаете о пополнении в семействе. А как эта новость осчастливит вашу супругу. Представить не сложно.

— Не трогайте мою семью, Исаев. — Сквозь зубы проговорил Павел Дмитриевич. — Если только обмолвитесь…

— Видите, не в ваших интересах бежать впереди паровоза. — Рассмеялся Андрей. — Своими действиями можете все испортить.

— На этой недели жду отчета. — Павел Дмитриевич поднялся с кресла. — Не тяните резину. Чем быстрее покончим с этим фарсом, тем лучше.

— Поправочка. Приключения только начинаются. — Пожал плечами Андрей, с усмешкой глядя на Уманского. — Сколько всего интересного ждет впереди.

Уманский Павел Дмитриевич медленно двинулся в сторону Исаева и подойдя к нему поближе заговорил полушепотом:

— Не боитесь наступления дня, когда, действительно, позабочусь о том, чтобы вы никому больше не доставляли неудобств? Думаю, та девушка, ставшая игрушкой в ваших руках, скажет мне спасибо, если устраню ее врага.

— Мне известно о ваших финансовых трудностях. Вы бОльшую часть своих средств вложили в бизнес и теперь ничем особо похвастаться не можете. Не сомневаюсь, некоторые сбережения остались, но их хватит отчасти на содержание себя и своей семьи. Не более. Средств не хватит для оплаты услуг киллера. За бесплатно работать никто не будет. Что касается связей, то никто не возьмется по старой дружбе меня убирать с вашего пути. — Констатировал факт Исаев. — Без денег вы никому не нужды, господин Уманский.

— Если бы знали, как хочется придушить вас. — Гневным тоном произнес Уманский, чьи слова не заставляли сомневаться в их правдивости.

— И этого не сделаете. Как бы не хотели избавиться от меня и не страшились того, что нынешняя семья узнает о вашей дочери, все же испытываете непреодолимое желание выяснить истину. — Исаев чувствовал собственное превосходство над Уманским. И ему нравилось. — Есть еще что добавить? Если нет, то мне нужно работать.

— Рано или поздно ответите за все. Поверьте. Пустословом меня еще никто не называл. Счастливо оставаться. — Уманский произнес на прощание и покинул кабинет.

Андрей Исаев посидел немного молча, обдумывая произошедшее.

Все-таки нужно и впрямь убедиться, что Римма является дочерью Уманского. Схожесть внешняя имеется, но, а вдруг Андрей ошибся? Так далеко зайти и так облажаться в последствие будет неприятно.

Не теряя ни минуты, Андрей взял телефон и набрал номер:

— Пригласите ко мне Римму Громову из отдела франчайзинга. Быстро!