Беременная от врага

Глава 47

Перед тем, как прийти домой, я зашла в магазин и купила несколько тестов, чтобы проверить свои догадки по поводу беременности.

Хорошо, что Андрей сегодня задерживается и я смогу не спеша выяснить причину задержки. Возможно, из-за постоянных нервов у меня месячные попросту не начались своевременно.

Утешала себя, как могла. Хотя было сложно надеяться на отрицательный результат.

В ту ночь, когда я вернулась поздно с клуба, Андрей особенно казался ненасытным. Сбилась со счета сколько раз он настаивал, чтобы мы…

При воспоминании о нашей близости у меня залилось румянцем лицо. Ох, как можно думать, что все обойдется после такого?

Я, конечно, слукавила, говоря Андрею о нескором начале цикла, но зная правду, мне теперь уж есть смысл по-настоящему забеспокоиться.

После некоторых манипуляций с тестом я стала ждать исхода. Сердце колотилось, как бешенное, и норовило выскочить из груды. Я прикрыла глаза, мысленно успокоила себя. Настраивалась на лучшее, несмотря на финал всего этого действа.

Просидев достаточное количество времени, я открыла глаза и подошла к тесту, находившемуся неподалеку. Задержав дыхание, взглянула на штуковину, от которой зависела дальнейшая судьба.

Когда увидела результат, из легких вырвался резкий вздох.

Схватив злополучный тест, еще и еще раз всматривалась в полоски.

Да уж, сколько бы не пялилась, ничего не изменится.

Нет. Надо перепроверить с помощью других тестов. Вдруг ошибка?

Однако повторные процедуры не принесли что-либо новое. Все, как один указывали на одно и то же.

Я беременна.

В доме у Анны Михайловны.

— О, явился, дорогой муженек, который забыл, что уже давно, как бывшим приходится. — Рассмеялась хозяйка, глядя на Уманского, стоящего на крыльце. — Опять начнешь читать мне мораль?

— Если бы ты поступала адекватно, то я не был бы вынужден отчитывать тебя за глупые поступки! — Прогромыхал Уманский.

— Не шуми. Это у меня фамилия Громова, и я обязана громыхать, забыл? Ты же должен вести себя разумно. — Рассмеялась Анна Михайловна, довольная собственной остроумной шуткой.

— Впустишь меня наконец в дом? Тогда никто не услышит наш разговор. — С нажимом проговорил Уманский, кивая за спину Анны Михайловны.

— Ну, раз пришел, заходи. Надеюсь, что-то интересное расскажешь, а не какую-нибудь скучную ерунду. — Женщина одновременно закатила глаза и вздохнула, демонстрируя насколько утомительны для нее пустые беседы.

— Для тебя ведь разговор о собственной дочери не является «скучной ерундой»? — Сказал Уманский, войдя в дом и закрыв за собой дверь.

— О, нет, выходи. Не желаю слушать о Римме. Она хорошо устроена и беспокоиться не о чем. Наговаривать лишнего мне тут не надо. — Возмутилась Анна Михайловна, пихая Павла Дмитриевича в плечо, чтобы выставить обратно наружу. Но попытка сдвинуть его с места провалилась.

— То есть тебе безразлична судьба Риммы? — Сухо спросил Уманский, с негодованием глядя на женщину сверху вниз. — Неважно, что она вышла замуж за ужасного человека?

— Ааа, так ты уже в курсе. — Ухмыльнулась Анна Михайловна. — Да, они женаты. Что с того? Я с Риммой общаюсь по телефону. Порой приглашаю в гости. Ни разу не заметила ее несчастной. Ты, кстати, хоть раз встречался с дочерью? Разговаривал? По глазам вижу, что нет. Тогда отчего так переживаешь?

— Не каждый день сообщают, что у меня есть ребенок, который связал жизнь не с тем парнем. — Грустно произнес Уманский. — Римма — мое единственное родное дите. Как можно оставаться безучастным к ней? И потом, зря расхваливаешь Исаева. Ты многого не знаешь про этого мужчину, задумавшего сотворить страшные вещи.

— О чем ты? Что он может сделать и кому именно? — Анна Михайловна вдруг стала серьезной, ухмылочка сползла с лица.

— У меня с Исаевым есть старые счеты, которые он хочет свести с помощью Риммы. Он собирается сделать ее своей игрушкой и настроить против меня. — Уверено заявил Павел Дмитриевич, глядя прямо в глаза Анне Михайловне. — Тем более негодяй будет ставить мне палки в колеса при любом удобном случае, а я не смогу ничего поделать, так как он будет прикрываться моей дочерью. К тому же, в данный момент я не обладаю достаточными средствами, чтобы подкупить нужный людей, способных убрать Исаева с дороги.

— Ты, что, разорился? Как такое возможно? — Удивилась Анна Михайловна. — Неужели нынешняя семейка приложила к этому усилия?

— Жена и падчерица не причем. У них более скромные взгляды на жизнь. Чем у некоторых. — Последнюю фразу Уманский выделил ударением, намекая на транжирство самой Анны Михайловны, когда они сами были когда-то женаты.

— Ага-ага, как же. Представляю, как они зашевелятся, узнав о Римме. Я забеременела ею в браке, да и родила до официального развода. — Констатировала факт женщина. — Она является прямой наследницей твоего состояния, а эти твои родственники с боку припеку.

— Даже сейчас умудряешься все сводить к деньгам. — Проговорил с упреком Уманский, покачав сокрушенно головой. — О наследстве подумаем потом. Как решить проблему с замужеством Риммы? Ты должна вместе со мной подумать, как вырвать ее из рук мерзавца. Это ведь из-за тебя она связана с ним.

— Не обязана! Римма сравнительно недавно вышла замуж! Предлагаешь стать дочери разведенкой? Не позволю! — Приосанилась Анна Михайловна, сверкая молниями в Уманского. — Вдруг ты придумываешь бред всякий?! А я тут уши развесила! Не лезь не в свои дела, приплетая Исаева непонятно к чему! Если и были с ним какие-то недопонимания, это ваши заботы. Римму не трогайте. Дочь живет в роскоши припеваючи, а вы тут со своими разборками.

— Да, как ты не понимаешь, что ей грозит опасность! — Возмутился Уманский, отказываясь верить в бездействие Анны Михайловны.

— Опасность в твоей голове, да и только. Чтобы ты не задумал, знай, я не дам тебе расстроить брак Риммы и Андрея. Выкручивайся, как хочешь, но только попробуй влезть в их отношения, я за себя не ручаюсь. — Повысила тон Анна Михайловна. — К тому же, Римма может вскоре забеременеть, следовательно, данное обстоятельство категорически запрещает развод. Вместо того, чтобы строить козни, приготовился бы лучше стать дедом!

— ЧТО?! — Возмутился Уманский пуще прежнего.

— Что слышал! Все, проваливай. — Анна Михайловна открыла дверь и выдворила опешившего Уманского на улицу. — Если будешь приходить сюда и нагнетать обстановку, заявлюсь к тебе домой и расскажу твоей семейке о Римме. Вот веселье-то начнется!

Я металась по комнате, перебирая в голове варианты, как действовать дальше.

Стоит ли сразу признаваться Андрею в моей беременности? Но ведь другого выхода нет. Он все равно рано или поздно узнает. Сам или по воле случая, неважно.

Пусть из моих уст услышит новость, чем строит догадки или и того хуже, начнет приставать, а я буду вынуждена защищаться своим положением лишь бы обезопаситься от нежелательной близости с нелюбимым мужем.

Поток моих мыслей прервали шаги из коридора. Я так задумалась, что не слышала стука входной двери.

Я выпрямилась, приготовившись увидеть Андрея, чье появление в моей комнате не заставило долго ждать.

— Добрый вечер. — Произнес с улыбкой муж, переступая порог. Он выглядел уставшим, и улыбка казалась какой-то измученной. Подойдя ближе, склонился и поцеловал в щеку. Затем отстранился и стал вглядываться, будто заведомо знал о моем состоянии. — Как себя чувствуешь? Тяжелый день, как и у меня?

— Есть немного. — Поддакнула я, улыбнувшись, в то время, как сердце пустилось вскачь. Так, нужно все рассказать. Главное начать. — Я хотела с тобой поговорить.

— Надо же, не каждый день такое услышишь. Обычно это я надоедаю тебе с разговорами. — Тихо рассмеялся Андрей, подтрунивая надо мной. Он мельком взглянул на настенные часы. — Беседу можно перенести на потом? Время позднее, голова совершенно не варит. — От Андрея не укрылось возникшее напряжение, отобразившиеся на моем лице, и он, вероятно, воспринял эмоцию за испуг, поскольку следующие слова были такими: — Не волнуйся, донимать тебя не буду. Пойду в свою комнату, чтобы ты могла спокойно отдохнуть.

— В принципе я не против перенести разговор на следующий раз. — Кивнула я, мысленно давая себе затрещину. Смысл оттягивать?

— Ладно, тогда я пошел. Приятных снов. — Андрей протянул руку и сжал мою ладонь, затем быстро отпустил и направился на выход.

— Андрей, подожди! — Воскликнула я вдогонку. Он обернулся и удивленно выгнул бровь. Я потопталась на месте и произнесла дежурную фразу: — Спокойной ночи.

— Спокойной. — Улыбнулся напоследок Андрей и тихо затворил за собой дверь. Я же осталась в комнате одна, ругаясь и называя себя последней трусихой.

Шли дни, а мы с Андреем так и не поговорили.

То ли казалось, то ли он впрямь стал избегать со мной встреч? Начал задерживаться на работе дольше обычного. Когда приходил домой, то сразу шел к себе. Если же доводилось с ним пересечься, он отделывался парой любезных фраз и исчезал, словно я увидела не человека, а призрака.

В один из дней, когда Андрей в очередной раз не явился домой своевременно, в дверь позвонили.

— Привет, дорогая! Что ж вы забыли о нас? Приходится самой вторгаться в вашу резиденцию, чтобы хоть глазком увидеть своих любимых детей! — Добродушно сказала Вероника Александровна, мать Андрея, стоя на крыльце.

— Здравствуйте! Проходите, пожалуйста. — Поприветствовала я даму. По-настоящему обрадовалась ее появлению.

Она была для меня примером хорошего человека, который несмотря на свое высокое положение, относилась ко всем, как равным. Меня приняла, не обратив внимание на то, что я происходила из неблагополучной семьи — отец неизвестен, а поведение матери оставляло желать лучшего. К тому же, Вероника Александровна вставала на мою сторону, когда Андрей позволял что-либо против сказать. Спасибо ей за поддержку.

— Ох, как же я соскучилась. — Пропела женщина, стиснув меня в объятиях. Меня это растрогало, и я не смогла удержаться, чтобы не приникнуть к ней и не закрыть глаза, от нахлынувших теплых чувств. Предательские слезы едва не вырвались наружу, но я быстро заморгала, сбрасывая наваждение. — От вас таак давно не было весточек. Я забеспокоилась, все ли нормально?

— Да, все хорошо. Не сомневайтесь. — Отозвалась я, отстраняясь и смущенно смеясь. — Извините, что раньше не звонила вам. Я думала, Андрей держит в курсе всех событий. — Я повела Веронику Александровну в столовую. — Честно говоря, было как-то неловко беспокоить вас по пустякам. Живем обычной жизнью, особо не о чем рассказывать.

— Ну, как это «по пустякам»? — Удивилась дама. — Любая новость от вас для меня важнее всего на свете. Тем более тебе не от чего меня отвлекать. Я то и делаю, что целыми днями сижу в ожидании мужа, который никак не наработается. Ничего не изменилось. — Вероника Александровна села за стол, я поставила чайник с водой на плиту для подогрева. — Так что тебе надо было смело звонить мне. От этого я злее не стала бы.

— Вы правы. Надо было. Теперь чувствую себя невежливой. — Сказала я, расставляя чашки для чая. — Вам сколько ложек сахара?

— Две. — Отозвалась Вероника Александровна. — Раз уж я тут, от допроса не уйдешь! Вы хоть с Андреем видитесь? А то из-за работы, наверное, некогда поговорить.

— Работы и, правда, накопилось достаточно. Проводим мало времени вместе. — Разлила чай по чашкам, и сама уселась на стул. — Зато хорошо платят, не приходится в чем-либо нуждаться. Все необходимое под рукой.

Я прикусила губу, поняв, что зря это сказала. Озвучила слова беднячки, вырвавшейся из нищеты.

Андрей ведь никогда себе ни в чем не отказывал. Я же каждую копейку считала, денег едва хватало на нормальную еду.

Андрей работает, чтобы сколотить большее состояние, нежели владеет сейчас. Я же работаю для того, чтобы просто выжить, но ни у кого денег просить не буду.

Вероника Александровна посмотрела на свою чашку, хотя я успела заметить ее сочувствующий взгляд. Видимо, она тоже подумала о моей прежней жизни.

— Безусловно, хорошо, когда есть деньги. Только я не понимаю, почему вы так и не решили отправиться в медовый месяц? Неужели и для такого события не нашлось времени? — Посмотрела Вероника Александровна, сузив глаза. — Свадьба прошла как-то скомкано, теперь с путешествием тоже самое случилось. Точнее вообще ничего происходит. — Женщина подалась вперед. — Может, какие-то проблемы? У Андрея достаточно средств, чтобы вообще не работать. Неужели я не права? Иначе причина такой экономии средств для меня дикость.

— Мы как-то не обсуждали с вашим сыном медовый месяц. — Пожала плечи я. — Времени не было, чтобы…

— Как не послушаю, времени нет ни на что! Не разговариваете друг с другом, видитесь редко. Смысл тогда какой был жениться? — Вспылила Вероника Александровна, но затем виновато сказала: — Прости, Римма, вырвалось. Не хочу обижать тебя. Просто звучит, как отговорки. Я бы Андрея расспросила обо всем, но его никак не поймаешь. Даже сейчас нет дома, хотя по времени я должна была его застать.

— Я не знаю, когда он вернется. — Сказала я, понимая, как глупо выгляжу, когда понятия не имею, где пропадает муж. — Андрей много работает.

— Я это уже слышала. Причем несколько раз за вечер. — Женщина недовольно покачала головой. — Чувствует мое сердце, что-то вы, ребята, скрываете. Мне не по себе как-то.

— Вероника Александровна, какая же вы все-таки подозрительная. — Беспечно рассмеялась я. — Хорошо. Дождитесь Андрея, поговорите с ним, если не верите мне, что причин для беспокойств нет.

— Да, Римма, я, пожалуй, подожду. Поговорю с Андреем, а то не нравится, как он ведет себя. — Сказала Вероника Александровна, допив чай. — Нельзя так мало времени уделять собственной жене. Мой муж был занятым человеком всегда, но все-таки я получала от него внимание. Конечно, не столько, как мне хотелось бы. А тут Андрей вообще никакого участия не принимает, и это еще на начальном этапе семейной жизни! Никуда не годится.

Вероника Александровна продолжала причитать, я же, слушая вполуха, убрала посуду и поставила в мойку.

Также рассеяно слушая монолог Вероники Александровны, я встала около окошка и устремила взгляд на двор, который медленно, но уверенно укутывала темнота.

Андрей задерживается более, чем на час.

Так и стояла, погруженная в собственные мысли, пока не окликнула Вероника Александровна.

— Римма, ты чего? — Удивилась женщина, хватаясь за сердце. — Ты… беременна, что ли?

— Ммм? Почему вы так решили? — Нервно хихикнула я, взглянув на свекровь, и думая, каким образом себя выдала.

— Похоже, ты не заметила, как улыбалась и гладила свой животик. — Сказала Вероника Александровна. — Если бы он болел, то вряд ли бы у тебя был такой счастливый вид.

— Пожалуйста, Римма, не утаивай от меня ничего. Мне ведь не привиделось. — Вероника Александровна встала и подошла ко мне. Дотронулась ладошкой до щеки и погладила нежно, отчего снова защемило в сердце. Как же не хватало подобной ласки от собственной матери. — Я так давно мечтаю о внуках, и, если ты носишь под сердцем ребенка, это сделает меня самым счастливым человеком на свете.

Передо мной стояла женщина, которая с такой надеждой в глазах смотрела, что я не смогла скрыть от нее правду.

— Вам не показалось. Я, действительно, беременна. — С улыбкой проговорила я, видя, как Вероника Александровна заулыбалась в ответ, а на ее лице отобразилось вселенское счастье. — Неоднократно делала тесты и все они показали положительный результат. На днях сама узнала об этом.

— Наконец-то дождалась. Я готова воспарить в Небеса от радости! — Воздела руки верх Вероника Александровна.

— Не надо. Вы нам тут нужны. — Засмеялась я, обнимая Веронику Александровну.

— Моя дорогая, ты не представляешь, как я счастлива. — Свекровь приникла ко мне, а на глазах выступили слезы. — Я буду помогать всем, чем только смогу. Стоит тебе о чем-либо попросить, я мигом исполню.

— Вероника Александровна, вы, словно крестная фея из сказки, не иначе. — Целуя в щеку, отозвалась я, приятно удивленная от такой заботы. — Буду рада любой помощи. Правда, пока ничего не надо. Срок небольшой, со здоровьем у меня все в порядке.

— Пусть всегда так будет. Но, если вдруг что… умоляю, сразу звони мне. Для тебя я доступна в любое время. — Серьезно проговорила свекровь, отстраняясь и утирая слезы. — Я настолько расчувствовалась, что не смогла удержать эмоции. Разрыдалась, как плаксивая девчонка. Узнать бы поскорее, кто родится, тут же побежала бы по магазинам закупаться одежкой и всякой необходимой всячиной. — Женщина вновь заулыбалась, показывая положительные эмоции от новости. — А, как Андрей отреагировал на известие? Надеюсь, хоть ребенок сумеет его оторвать от дел. Вечно бегать с документами тоже ни к чему. — Вероника Александровна резко замолчала, увидев, как я замялась в нерешительности. — Постой, Андрей не в курсе?

— Знаю, вы будете ругаться, но я даже ему не успела рассказать. — Развела руками я. — Вы стали первой, кому выпала честь узнать о ребенке.

— Я, конечно, повозмущалась бы на этот счет, но не буду, учитывая твое положение. — Покачала головой Вероника Александровна, недовольная тем, что мы с Андреем очень мало время общаемся. Даже о ребенке не успели поговорить. — Надеюсь, сообщишь о малыше сама. Сделай сюрприз. Я мешать не стану, никому ничего не скажу. Мужу тоже не проболтаюсь. Если надумаешь, может как-нибудь соберемся в семейном кругу и поделишься со всеми новостью.

— Как-то не задумывалась об этом. Не привыкла организовывать подобные мероприятия. У нас с мамой нечасто проводились семейные вечера. — Грустно улыбнулась я. — Вернее их никогда не было.

— Зато теперь у тебя есть я! Помогу в любой вопросе и подскажу, как лучше сделать. Можешь на меня полностью положиться. — С полной уверенностью заявила Вероника Александровна. Она говорила так убедительно, что я поверила ей.

Мы еще поговорили с полчаса, а Андрея все также не было.

Вероника Александровна вытащила из сумочки мобильный и посмотрела на дисплей.

— Андрей не перезвонил. Мой звонок остался пропущенным. Странно, что на работе за важные дела, не позволяющие прийти домой без опоздания на несколько часов? — Проворчала Вероника Александровна, пряча телефон обратно в сумку. — Времени много. Засиделась я тут, да и тебя заболтала. Пойду-ка. Сказала мужу отлучусь в гости к вам ненадолго, а уже просидела почти два часа. Наверное, волнуется. Обычно я его дожидаюсь, а не он меня.

— Извините, что так получилось. Не предупредила вас о ненормированной работе Андрея. — Сказала я, испытывая неловкость от ситуации.

Привыкла замыкаться в себе и кроме собственного внутреннего мира не обращать внимание ни на что.

Сейчас, чтобы не расстраивать родителей Андрея, я должна хотя бы создавать видимость заботливой жены, которая интересуется делами мужа. Я же ни разу не проявила в этом плане инициативы.

Вновь во мне говорит страх. Не спрашиваю Андрея о его делах, поскольку боюсь услышать, что причиной занятости является другая женщина. Иной вывод не напрашивается. Ведь отчего Андрей избегает встреч? Возможно, не хватает смелости признаться в измене, к которой я сама когда-то подбивала?

Вот же напасть. Сейчас такой поворот событий будет совсем некстати.

— Римма, ты бы шла отдыхать, лучше вообще потихоньку готовься ко сну. — Посоветовала Вероника Александровна. — Тебе крайне нежелательно переутомляться. Не жди Андрея, а то неясно, когда придет. Дела у него, так дела. Утром поговори с ним. Пусть как-то решит вопрос с этими продолжительными отлучками. Негоже, чтобы молодая жена постоянно оставалась одна в четырех стенах.

— Как раз планировала это сделать. — Стараясь сказать это, как можно правдивее. Честно, не знала, как вообще начать с Андреем разговаривать. Мы с ним женаты, а я до сих пор не научилась вести себя должным образом. Ну, как и положено супруге. — И подумаем насчет семейного праздника. Давно вместе не собирались. После свадьбы ничего подобного не устраивали, пора наверстывать упущенное.

— Рада, что я подтолкнула тебя к правильным действиям. — Засмеялась Вероника Александровна, направляясь к двери. — Пожалуйста, скажи Андрею, чтобы мне перезвонил все-таки. Я хотела бы с ним нормально пообщаться, а не короткими фразами.

— Хорошо, скажу и лично прослежу, чтобы вам позвонил, а то умеет откладывать на потом семейные дела, которые ничуть не уступают по важности всему остальному. — Пообещала я Веронике Александровне, провожая к вызванному заранее такси.

— Жаль, что порой Андрей этого не понимает. — Вздохнула свекровь, усаживаясь в салон автомобиля. — Береги себя, дорогая. Сама не забывай звонить мне по поводу и без, я расположена к тебе только положительно.

— Спасибо, Вероника Александровна. За все. До свидания. — Проговорила я отдельными фразами, так как снова появился комок в горле от переполняющих чувств.

Глядя на удаляющееся такси, я возвращалась мыслями к собственной матери, которая лишь в далеком детстве могла осчастливить меня своей улыбкой и объятиями.

Теперь я сама стану мамой.

Как сложится судьба у меня и ребенка? Неужели Андрей отнимет его? Другого варианта не вижу. Поскольку своего малыша Исаеву отдавать не намерена. Я буду бороться за него. И, если нужно, пойду войной на того, кто является и моим мужем, и врагом.

Я проснулась от оглушающего звонка будильника, разрывавшегося навязчивой мелодией с самого утра. В полусонном состоянии я потянулась к этому адскому предмету и взглянув на время, подавила вздох. Машинально приподнялась с постели, с которой через мгновение встала и не размыкая глаз прошествовала в ванную комнату для обыденных водных процедур.

На удивление память помогла добраться с закрытыми глазами до раковины без происшествий, ни разу не споткнулась и не столкнулась со стеной.

Умывшись, бросила быстрый взгляд на свое отражение и вернулась в комнату. Одевшись в домашнюю одежду, я, не мешкая, вышла в коридор и пошла в апартаменты Андрея. Надеялась его застать хотя бы сейчас, если в другое время никак не удавалось это сделать.

Вчера все же послушала наставление Вероники Александровны и не дожидаясь Андрея, пошла спать. Как-никак утром голова думает лучше и наверняка получится застать этого неуловимого, собирающегося на работу.

Оказавшись около нужной двери, немного замялась, переступая с ноги на ногу, но потом собравшись духом, постучала. Несколько раз. Никакого результата ни один из стуков не принес.

Я повторила попытку, став стучать более настойчиво. Тишина.

Не выдержав, повернула дверную ручку и толкнула дверь, которая легко поддалась.

Переступив через порог комнаты, почувствовала себя чужачкой, вторгнувшейся в святое место, куда меня не звали. Но потом одернула, напомнив, что я все-таки хозяйка дома и жена обитателя этой комнаты.

Обвила взглядом и никого не обнаружила.

Да где же Андрей? Уже на работе? Так рано? Или вообще не появлялся дома?

Я посмотрела на кровать, она была разобрана и скомкана. Выходит, он ночевал здесь, но неясно, было ли это вчера? Постель могла оставаться несобранной и несколько дней назад.

Совсем сбитая с толку, я поплелась обратно в свою комнату. Переоделась в офисную одежду, заказала такси и уже через некоторое время была на работе.

Я всеми силами пыталась сосредоточиться на заданиях, ожидающих моего вмешательства, но мысли об Андрее занимали большую часть времени, проведенного в офисе.

Я не понимала поведения Андрея. Он ничего не говорил, превратившись в призрака, который скрывается от меня.

Раньше все было по-другому. Мне приходилось избегать настойчивого внимания Исаева, а тут он сам не желает попадаться на глаза.

Когда-то я бы обрадовалась исчезновению Андрея из моей жизни, но в данный момент ситуация кардинально поменялась.

Я беременна. Утаивать этого от Исаева долго не могу. Тем более Вероника Александровна осведомлена о моем положении.

Уверена, надумай убежать, я бы попалась Андрею за считанные мгновения. Он бы достал меня отовсюду, куда бы я не подалась.

К тому же, с ребенком убегать от Исаева сложнее. Надолго ли меня хватило бы, бегая с животом, который постоянно растет? Да и потом проблем не оберешься. Случись с моим ребенком хоть что-нибудь, я бы себя не простила. Андрей тоже бы стер меня с лица земли. Возможно, принялся бы за мою маму, которая приняла активное участие во всей истории.

Наступил конец рабочего дня. Я была вся на взводе, решительно настроившись на серьезный разговор с Андреем. Офис не лучшее место для подобных бесед, но другого выхода не видела, поскольку дома Исаев стал редким гостем, которого не поймаешь.

Собравшись, я поспешила в гардеробную на первом этаже. Оделась, вышла на улицу. Почему-то мне пришло в голову, что Андрей мог поджидать меня около выхода из здания.

Вдруг случится чудо?

Но его не произошло, убедилась я, внимательно окинув пристальным взглядом парковку.

Как же меня все раздражает. Можно подумать, одной мне больше всех надо!

Разозлившись, я обернулась и вернулась в офис.

Кровь кипела от негодования, когда поднималась на второй этаж прямиком в кабинет Андрея. Надоели прятки! Так может продолжаться вечно.

Мне нужно знать, что происходит, иначе умру от неизвестности. Если бы была уверена в благородстве Исаева, то подумала бы, что он отпускает меня и я бы собрала вещи и ушла. Но Андрей молчал, ничего не предпринимал. И, если уж затаился, то тогда я возьму ситуацию в свои руки.

Остановившись у кабинета Исаева, я задрожала. Снова гнев куда-то испарился, пришла неуверенность и страх. Ну, почему в ответственный момент я всегда тушуюсь?

Киньте меня в клетку к тигру, я бы так не паниковала. Андрея я считала хищником пострашнее. Он мог охотиться не из-за голода, а из-за желания помучить свою добычу. Долго. С наслаждением.

Все! Достаточно дурных мыслей. Вперед. Столкнись со своими страхами. Не прячься от них. Будь смелой.

Настраивала себя, как могла.

Потом досчитав до пяти, больше не хотела оттягивать момент, я толкнула дверь, не додумавшись в этот раз постучаться.

Напрасно.

— О, Андрей! Мой милый! — Услышала томный стон Маргариты — секретарши Исаева. Той самой, что пыталась прикрыть когда-то своего начальника от моей с Романом Степановым подставы. Сейчас девушка прижималась всем телом к Андрею и тянулась губами к нему за поцелуем. Он держал ее за талию и какое-то мгновение смотрел на нее, но потом заметив меня в дверном проеме, поднял взгляд и посмотрел своими бесстыжими глазами, чье выражение прочесть не смогла из-за быстро накапливающейся влаги, застилающей взор.

Тряхнув головой, чтобы отогнать оцепенение и не дать слезам пролиться, я со злорадной ухмылкой проговорила:

— Молодцы. Прямо-таки любовная сцена из мыльной оперы. Хоть бы закрылись на замок. Репетировать все же следует без посторонних, чтобы не помешали в ответственный момент.

Слова давались тяжело, словно кактус прожевывала и пыталась его проглотить.

Не задерживаясь ни на секунду, я хлопнула дверью, оставляя парочку наедине. Теперь понятно почему Исаев пропадал.

Видимо, решил отблагодарить Маргариту за добросовестную работу и верность своему начальнику. Тогда она меня чуть не прибила. Эдакий ангел возмездия, стоявший грудью за своего шефа, чью репутацию я хотела погубить.

Сейчас же эта самая грудь прижимается к Исаеву.

Замечательно.

Я спускалась по лестнице так быстро, словно гончие преисподней гнались.

Что-то подсказало мне пойти не в сторону парадного, а черного входа.

Едва направилась туда, как послышались звуки спускающегося человека. Я завернула за угол и выглянула из-за него, когда Исаев проходил мимо гардеробной. Его фигуру узнаю из тысячи. Он вышел на улицу, а я не дожидаясь возвращения, покинула офис через черный вход.

Наверное, искал меня, чтобы сказать, какая я дура, раз не догадалась о его романе? Посмеяться в лицо. Наговорить еще кучу гадостей.

Какой с него спрос? Я ведь его посылала к другой женщине. Если он сначала не особо спешил воспользоваться таким шансом, то настал час воплощения в жизнь желаний Исаева. Нашел у Маргариты то, чего я дать ему не могла.

Я шла вперед, не разбирая дороги и погруженная в собственные раздумья. Потом резко остановилась, приходя в себя и огляделась. Ну, и куда я иду? В дом Исаева? К маме? Все варианты не подходили. Я не знала, куда податься.

Все-таки скрипя сердцем, выбрала вернуться в дом мужа. Пока еще нынешнего. В любом случае там мои вещи. Соберу их и уеду. Правда, надо подумать куда. К маме снова возвращаться не хотелось.

Стоп! А, если попросить временного пристанища у родителей Исаева? Конечно, мое присутствие без мужа их обеспокоит, но можно им ничего не говорить первое время, далее что-нибудь придумаю.

Запустив руку в сумочку, отыскала телефон, который при нажатии на кнопку, предательски замигал и выключился.

Отлично! Просто в самый раз! Села чертова батарея! Просидев целый день и продумав обо всякой ерунде, забыла зарядить аккумулятор!

Пока я проклинала все на свете, гневно тыкая зачем-то в дисплей телефона, стал накрапывать дождь.

Да что ты будешь делать!? Ни зонта, ни капюшона нет. Мне судьба дала сегодня оплеуху, зачем же еще обрекает на то, чтобы я промокла?

Тогда пусть влетит меня метеорит, чего уж церемониться?

Я заторопилась до остановки, которая располагалась далековато. Треснуть бы чем-нибудь тяжелым того, кто придумал такое расположение, но придется повременить. Главное, добраться до транспорта. Чем скорее, тем лучше.

Кутаясь в пальто, от промозглого ветра, который также начался внезапно и не щадившего меня, я молилась, чтобы не заболеть. Только не сейчас, иначе подвергну опасности своего ребенка, чего я допустить никак не могла.

Дождь усилился, как и моя тревога. Быстрее. Надо идти быстрее. Нельзя простыть.

Не выдержав, я побежала, но преодолела небольшое расстояние, так как мимо проезжающая машина затормозила совсем рядом и заставила меня остановиться. Вернее, окликнувший меня водитель.

— Римма? Ты как здесь очутилась? Решила устроить ночную пробежку под дождем?

Я молча глядела на Романа Степанова, сидевшего за рулем и выглядывающего из окошка автомобиля. Неудивительно, что он смотрел не меня с улыбкой. Представляю, какое зрелище ему открывалось.

— Так и будешь стоять? Промокнешь же до нитки. Залезай, подвезу, куда скажешь. — Приветливо отозвался Роман.

— Большое спасибо за помощь! — Очнулась я, и без промедления залезла в салон. При других обстоятельствах я, скорее всего, отказалась бы на его предложение, но не в этот раз. До остановки еще нужно идти приличное расстояние, а я, действительно, с каждой новой дождевой каплей промокала сильнее. — Аккумулятор на телефоне, как назло сел. Забыла зарядить. Теперь приходится бегать во время начинающегося стихийного бедствия.

— А Андрей не удосужился забрать с работы жену? — Удивленно выгнул брови Роман, через несколько мгновений мы катили по дороге. — Странно вы ведете себя. До свадьбы видел вас вместе гораздо чаще, чем сейчас.

Роман упомянул об Андрее, о котором мне не хотелось вовсе разговаривать. Была б моя воля, прямо сейчас стерла бы его с лица земли.

Ничем не выдавая истинных чувств, я с легкой улыбкой ответила:

— Оказалось быть супругой начальника нелегкое дело. Приходится постоянно делить его с деловыми партнерами.

— Со мной было бы все иначе. Ты бы стояла у меня на первом месте. — Серьезно проговорил Роман, поглядывая на меня с помощью зеркала. — Я не позволил бы тебе в одиночество бродить в темноте в дождь.

— Всего лишь разминулись. Ничего страшного. — Оправдывалась я, чтобы убедить Романа в пустяковости ситуации. — Правда, я рада, что ты попался на пути, а то осталась без такси и до общественного транспорта не добралась.

— Теперь ты в полной безопасности. Довезу в целости и сохранности. — Дружелюбно сказал Роман и начал болтать на какие-то отстраненные темы.

Я молча кивала, создавая видимость увлеченного слушателя. Потом посмотрела в окошко и прикрыла глаза, чтобы унять разболевшуюся голову от картины, которая время от времени возникала в памяти.

Андрей и Маргарита, обнявшиеся в кабинете, были заняты друг другом и даже не удосужились позаботиться о конфиденциальности. Вместо меня мог кто-то иной зайти и увидеть их, сплевшихся, словно змеи.

Но, то что я увидела эту влюбленную парочку, легче не становится. Отчего-то мне неприятно душе, больно на сердце.

Почему?

Вихрь мыслей унес меня настолько, что я не заметила, как задремала. Проснулась от ощущения, как меня несут на руках.

— Андрей? — Спросила я, глупо хлопая глазами, стараясь что-либо рассмотреть в темноте.

Меня без единого слова внесли в помещение. За нами закрылась дверь.

Прошло несколько секунд прежде, чем помещение осветилось. Я дернулась от резко включенного света, затем придя в себя, подняла взгляд и опешила.

— Добро пожаловать ко мне домой, Римма. Наконец мое желание исполнилось. — Тихо посмеиваясь отозвался Роман, останавливаясь в центре помещения, где раньше мне быть не доводилось.

О, Боже.

Как можно так беспечно себя вести? Уснула в машине Романа и теперь нахожусь в его доме, куда он привез меня непонятно с какой целью.

— Рома, поставь меня на ноги, пожалуйста. — Промямлила я, все еще шокированная от происходящего.

— Нет, хочу насладиться моментом. — Широко улыбнулся Роман, похоже, его ситуация забавляла. Чего не скажешь обо мне. Я была растеряна и в отчаяния от того, как полностью доверилась Степанову, позволив ему привезти себя к нему. Между тем он продолжал: — Держать тебя в объятиях необычайно приятно. Жаль, раньше не преуспел в этом. Теперь подвернулся случай исправить оплошность.

— Ром, ты меня пугаешь. — С дрожью в голосе проговорила я, предприняв легкую попытку выбраться из объятий Степанова, но он, кажется, не заметил ничего и по-прежнему в заданном направлении. — Прошу, отпусти. Я не понимаю твоих действий, но мне по-настоящему становится страшно.

— Что заставляет тебя думать, будто я намерен причинить тебе зло? — Недоуменно спросил Роман, останавливаясь перед какой-то дверью и ногой толкая ее, после чего вошел вовнутрь помещения. — Мы столько времени работает бок о бок и я ни разу не сделал ничего предосудительного в отношении тебя.

— Сейчас ты открываешься мне с другой стороны, превращаясь в непредсказуемого человека, так как зачем-то привез меня к себе домой и никак толком не объяснишь свои мотивы. — Я принялась осматривать окружающую обстановку, едва Рома нажал кнопку, включающей свет. Комната походила на просторную гостиную, где было минимум мебели. Поблизости стоял диван, куда меня и бережно усадили, словно я вот-вот развалюсь. Представляю, какой у меня видок. Наверняка без жалости не взглянуть.

— Выходит, до этого момента я был прочитанной книгой? Что ж, не могу не обрадоваться тому, как удалось изменить мнение о себе. — Рома сделал шутливый поклон.

— Только в хорошую ли сторону, пока не знаю. — Хмыкнула я, все еще насторожено глядя исподлобья на рядом стоящего мужчину. — Так зачем я здесь?

— Потому что я не знаю, где ты с Исаевым живете. — Пожал плечами Рома, проследовав к шкафчику, откуда достал бутылку с янтарной жидкостью, затем к нему присоединились два стакана, куда выплеснулся напиток.

— Почему же не разбудил? — Мои брови взметнулись вверх от столь наивных ответов Романы. Больше звучало, как детский лепет.

— Ты так мило спала, я не мог позволить себе разбудить тебя. — Продолжал говорить наивные ответы Степанов.

— Ты ведь знал адрес моей матери, к которой однажды отвозил. Почему не направился туда? — Все еще не могла поверить в безрассудность Ромы, который был начальником на работе, но почему-то в обычное время вел себя, как взбалмошный подросток, способный на нелепые поступки. — В общем, дай, пожалуйста, свой мобильный телефон, я вызову такси и поеду домой.

— Собираешься путешествовать по городу в мокрой одежде? Дождь на улице уже закончился, но холодный ветер не утихает. — Роман быстрым шагом направился к двери, затем исчез за ней.

Куда он убежал? Я стала лихорадочно думать, как выбраться из ситуации, куда по собственной глупости попала. Нет, определенно творится какое-то сумасшествие.

Однако долго на эту тему размышлять не пришлось, Степанов вновь возник передо мной, а в руках держал какую-то одежду.

— Возьми. Переоденься. — Роман протянул вещи мне, отчего я отпрянула и в шоке уставилась на мужчину, а он видя мой испуг, с улыбкой продолжил: — Не бойся. Я оставлю тебя одну, чтобы могла спокойно сменить одежду. — Он кивнул на вещи: — Это мой спортивный костюм. Давно его не надевал. Он чистый. Побудь в нем, пока твоя одежда не высохнет. — Для пущей убедительности добавил: — Ты не хочешь же заболеть?

Видя мою нерешительность, Роман положил около меня одежду, после чего сам удалился из гостиной, тихо прикрыв дверь за собой.

Еще мгновение я взирала на разложенные вещи, но потом вспомнила о своем положении, нехотя стала снимать свою мокрую одежду, успевшую хорошенько промокнуть.

Наскоро вырядившись в спортивный костюм Степанова, я уселась обратно на диван. Все же старалась переодеваться аккуратно, чтобы случайно меня не застали врасплох. Хоть нижнее белье я оставила, поскольку дождевая вода до него не добралась, но тем не менее не хотелось, чтобы Роман увидел, как я стою тут неприкрытая.

Покосившись на дверь, мысленно ухмыльнулась. Даже, если бы Степанов задумал заглянуть в замочную скважину, то ничего бы особенного не заметил.

Мгновением позже объявился Роман, который также успел переодеться в другую одежду. Освободившись от офисного костюма, мужчина был одет в обычную белую майку и серые штаны, на ногах красовались домашние тапочки.

— Вот, еще тебе принес. — Рома протянул вторую пару тапочек. — Достань внутри теплые носки. Согреешь ноги тоже.

— Спасибо. — С неловкой улыбкой ответила я, и надела носки с тапочками.

Я наблюдала, как Роман через некоторое время вволок в комнату сушилку и заботливо развесил мои вещи, отчего окончательно смутил. Также он побеспокоился о полотенце, которое передал и я насухо вытерла волосы.

Да уж, ну, и ситуация. По крайней мере, ничего ужасного не происходит. Похоже, надумала себе всякого, а человек просто хотел помочь. Хоть я и не просила о подобной помощи. Зато теперь буду знать, как засыпать в чьей-либо машине. Если бы мы с Романом не работали вместе, то точно не села бы в автомобиль к незнакомцу, который бы вряд ли так меня обхаживал.

— Выпьешь? — Рома направился к шкафчику и взял оттуда стаканы, затем подошел ко мне.

— Нет, не нужно. Не приемлю алкоголь. — Сказала я категорично, так как мне нельзя было его пить из-за беременности, да и вообще не нравится вкус сам по себе. Недавно баловала себя коктейлем для пробы, хватит.

— Настаивать не стану. Сам же немного позволю себе пригубить. — С этими словами Роман отпил из стакана, затем второй сосуд поставил на близстоящий стол и повернулся ко мне. — Я запомнил адрес твоей матери, но не мог отказаться от затеи побыть с тобой наедине. Прости.

— Рома, я… мне… — Слова вылетели из головы напрочь. Одновременно было и трогательно, и обременительно. Конечно, приятно, когда о тебе заботятся, но вероятно, в данном случае захотят увидеть от меня взаимные чувства, я же не способна ее предложить Роману.

— Я веду себя, как безумец, да? — Рассмеялся невеселой улыбкой Степанов, и мне стало на душе гадко. Уже не думала о том, чтобы отчитывать моего самопровозглашенного спасителя, который опекал меня, как близкого человека. — Уверен, не представилось бы иной возможности оказаться вместе. Рядом с тобой постоянно кто-то крутится. Пусть не именно Андрей, но тоже люди, стоящие у меня на пути. Я не хотел, чтобы у тебя были неприятности, из-за сплетен, которые кто-то мог распустить, если бы заметил нас вдвоем. В прошлом втянул тебя в авантюру, поэтому рисковать нельзя.

— Неужели привез, чтобы попросить прощение за ранее доставленные неприятности? — Предположила я.

— Ты до сих пор в обиде на меня? — Внимательно посмотрел Роман. — Исаев делает что-то нехорошее из мести за наш с тобой сговор?

У меня всплыла в памяти любовная сцена в кабинете Андрея, обнимающегося с Маргаритой.

— Нет, все хорошо, хоть и проскальзывает недопонимание. Впрочем такое сплошь и рядом. — Проговорила я, отбрасывая неприятные воспоминания.

— Римма, ну, почему я не вижу, что ты счастлива? — Вдруг сказал Роман, не отводя от меня пронзительного взгляда. — Ты не замечаешь, но я слежу за тобой постоянно. Если раньше ты была веселой и радостной, то сейчас в тебе словно залегла печаль. Что же тебя держит с Исаевым? Почему не оставишь его? Разве брак с ним не ошибка?

— Рома, прошу, только не начинай читать нотаций. — Протяжно вздохнула я, раздражаясь от того, что опять вторгаются в мою жизнь. — Вместо того, чтобы следить за собой, ты предпочитаешь копаться в моей судьбе. Я не могу быть 24/7 задорной и вечно хихикающей. Почему сразу Андрей связан с моим плохим настроением?

— А, кто, как не он делает тебя хмурой? Вы не напоминаете влюбленную пару, которая не может жить друг без друга. Когда Исаев поблизости, ты вмиг превращаешься в измученную каторжницу. — Сердито произнес Роман, отставляя свой стакан с напитком. — Я же могу исправить все. Я бы сумел каждый день твой делать таким, отчего бы ты улыбалась.

— Это невозможно. — Покачала я головой, надеясь, что Рома наконец образумится и перестанет строить воздушные замки.

— Как же ты не поймешь, что Исаев — не тот человек, кто тебе нужен. Он не способен любить. — Роман приближался ко мне, мне хотелось отгородиться от него стеной. Надо выбираться отсюда. Алкоголь наверняка стукнул ему в голову и его понесло. — Каждый раз, когда смотрю на тебя, становлюсь одержимым. Твои глаза, улыбка, голос. Мне все в тебе нравится. Хочу всегда видеть тебя рядом. — Роман продолжал движение в мою сторону, я же потихоньку отодвигалась от него и нервно поглядывала на дверь. Если кинуться в бега, то далеко не дойду в одних тапочках. Что же делать? Романа совсем занесло не в ту степь. — Если бы ты развелась с ним, то мы бы с тобой…

— Рома, нет! Это исключено. — Пригвоздила я мужчину категоричностью, что он замер на месте. — С Андреем разводиться не собираюсь.

— Ты готова испортить свою жизнь на него? — Скорчил гримасу Роман. — Почему?

— Потому что я беременна, и Исаев — отец ребенка. — Сказала я, решив прекратить весь этот фарс.

Я взглянула на Рому, его тело, кажется, окаменело. Дышать словно перестал.

Мгновения спустя, к мужчине вернулись силы. Он качнул головой, затем потер виски, и задумчиво посмотрел на меня.

Рома некоторое время собирался с мыслями, прикидывая, какие-то варианты дальнейшего развития событий, потом наконец изрек:

— Ребенок — для меня не помеха. Я готов принять его, лишь бы ты была счастлива.

Роман Степанов своим заявлением не просто меня удивил, а шокировал.

Я не могла вообразить, что он способен принять ребенка от другого мужчины. Причем от Исаева, к которому испытывал глубокую неприязнь.

Вечное соперничество во всем делало этих двух мужчин противниками, а не союзниками, идущими наперекор обстоятельствам, вынуждающим людей, которые работают в одной компании, быть за одно.

Андрей Исаев добился определенных высот в компании, Степанов же ему уступал. На один-единственный шаг постоянно оказывался позади.

Так, в случае со мной. Хоть Андрею пришлось пойти на хитрость, но у него получилось добиться того, чего не удалось Степанову — сделать меня своей женой.

Возможно ли, что у Романа попросту возникло желание утереть нос Андрею, у которого он и хочет меня увести? Ранее Степанов уже пытался ухаживать за мной, но ему пришлось все же отступить. Повернет ли назад сейчас? Вижу, Рома настроен серьезно, но надолго ли?

Правда, о чем я думаю? Не все ли равно?

Я давно для себя решила, что ни Исаев, ни Степанов не являются героями моего романа. Эти люди готовы перегрызть кому угодно горло, лишь бы выхватить из рук другого человека ветвь первенства. Им любые методы хороши. Они стремятся отвоевать победу, и неважно по какую сторону баррикад будут стоять сами.

Я же предпочитаю спокойно работать, без войны с кем-либо, и мирными путями решать какие-либо вопросы. Следовательно, напрашивается вывод: жаждущие сражений и пацифисты сосуществовать не могут.

Что касается темы развода с Исаевым, то я пока не хочу это обсуждать ни с кем. Тем более с Романом. Никто не должен знать, как собираюсь поступить со своим мужем. Конечно, увиденное в кабинете Андрея, безусловно, внесет изменения, но немного позже.

— Римма? Ты потеряла дар речи от моего предложения? — Подал голос Роман после затянувшегося молчания.

— Наверняка ты озвучил его, плохо подумав, поэтому предлагаю оставить разговор. Ни к чему хорошему он не приведет. — Я провела ладонью по волосам и обнаружила, что они сухие. Пора покончить с бессмыслицей и отправиться в… пока еще в мой дом, куда Исаев, возможно, не удосужился вернуться. — Единственное, что хочу в данный момент, отдохнуть. Молю, вызови наконец такси.

— Римма, давай все детально обсудим. Я серьезно готов принять твоего ребенка, заменив ему биологического отца. — Попытался достучаться до меня Роман. — Воспитаю его, как родного. Для меня это не проблема.

— Неужели не понимаешь, как устала после рабочего дня? — Разозлилась не на шутку я, повышая тон, но потом произнеся про себя считалочку, добавила более спокойно: — Благодарю тебя за помощь, но позволь дальше решать самой, что делать. Ладно?

— Не глупи! Исаев тебе вообще не сдался! Я бы ничего не говорил, если бы у вас все было великолепно, но даже сейчас не опровергла тот факт, что он портит тебе жизнь. — Не унимался Рома. Он приблизился ко мне и сел на диван по левую сторону. — Поверь, со мной все будет иначе.

— Если ты продолжишь гнуть свою линию, я и впрямь подумаю, что ты сошел с ума. — С укором посмотрела я на Рому. — Даже, если у нас с Андреем не все гладко, я все равно не переходящий приз от одного к другому. Как ты себе представляешь: только вышла замуж, потом вскоре развелась и тут же обзавелась новым супругом, который работает со мной, причем на одном этаже и в том же зале.

— Тебя смущает, что мы вместе работаем? — Спросил Рома.

— Меня смущает все о чем ты говоришь. Уверена, ты не осознаешь серьезность ситуации, предлагая заменить собой Исаева. Я — не игрушка, и ребенок тоже. Нельзя вот так просто играться жизнями. — Старалась убедить Рому в абсурдности его затеи. — Не нужно собой жертвовать ради моего якобы спасения от кровожадного варвара.

— Зря ты столь категорично воспринимаешь мои слова. Я неоднократно обдумывал варианты, как бы мы могли быть с тобой вместе. Хоть убей, не вижу веской причины, препятствующей нашему союзу. — Произнес Рома.

Я тяжко вздохнула, глядя на мужчину, отчаянно пытающегося убедить меня в правильности его рассуждений. Очевидно, он не понимает, отчего отказываю ему, и думает, я ерепенюсь. Придется сказать напрямую.

— Ранее мы разговаривали по поводу наших с тобой отношений. Я говорила, что не смогу ответить тебе взаимностью. — Произнесла я, встречаясь с взглядом Ромы. — С тех пор ничего не поменялось. Прости. Когда ты рядом, сердце молчит.

Рома замолчал на некоторое время, обдумывая сказанное. Я видела, как выражение его лица меняется. Похоже, опять придумывает какой-нибудь план, чтобы уговорить меня.

— Главное, что я тебя люблю. Моей любви хватит на нас двоих. — Рома сказал слова, чем вызвал у меня ступор. — Я чувствую, ты мне нужна и больше никто. В этот раз дай мне шанс проявить себя и ты не разочаруешься. Со временем сумеешь полюбить меня.

— Рома, нет! Хватит! Не мучай меня! — Я не выдержала и вскочила с дивана, гневно уставившись на мужчину. — В данный момент делаешь все, чтобы я отвернулась от тебя. Попросила же вызвать такси, а ты битый час упрашиваешь рассмотреть твою кандидатуру в качестве моего возлюбленного, хотя я уже ответ дала, и он отрицательный. — Перейдя на официальный тон сказала: — Господин Степанов, придется вам принять мой отказ. Другого варианта у меня не припасено. Обсуждать дальше не имеет смысла.

Рома неотрывно смотрел на меня, и я не отвела взгляд, тем самым показывая правдивость сказанного. Играть на чьих-либо чувствах не желала, да и шутить на такие темы тоже верх глупости.

Надеюсь, больше подобных разговоров с Романом не будет. Устала объяснять те вещи, которые останутся неизменными. Ну, не тянет меня к человеку и все. К тому же, он себе напридумал всякого и сам в это поверил. О какой-то любви заговорил. Сомневаюсь, что Рома именно ее ко мне испытывает.

Пока мысленно вела сама с собой диалог, Рома поднялся с дивана и навис надо мной, но не произнес ни слова, только всматривался, будто пытался влезть мне в голову. Однако ничего нового бы не узнал. Я открыла правду.

Рома предпочел применить еще один способ уговора. Он склонился и потянулся к моим губам, чтобы поцеловать, но я недолго мешкая, повернула голову, и уста мужчины прикоснулись к щеке.

Я ощутила, как Рома замер, но потом активизировался и решил довольствоваться малым, начав целовать доступный участок. Затем это ему показалось недостаточно, и он зарылся одной рукой мне в волосы, отодвигая их и открывая шею, чтобы мгновением спустя впиться туда губами.

Я ахнула от фривольных действий постороннего мужчины. Степанов был моим начальником, не более, а тут перешел границы дозволенного, чем особенно меня испугал и возмутил одновременно.

— Рома, прекрати сейчас же! — Грозно проговорила я, словно была его начальницей. — Немедленно.

— Звучит, очень убедительно. Я даже поверил, что нахожусь под твоим началом. Что ж, готов поиграть с тобой в ролевые игры прямо здесь и сейчас. — Рассмеялся Роман, забавляясь ситуации, которая меня никак не веселила. — Но давай все-таки твои приказы будем обговаривать, думаю, какие-то из них я не захочу выполнять. Как например, тот, что обязывает меня остановиться.

Я уперлась руками в грудь мужчины и толкнула его, а он лишь посмеялся над моей слабой попыткой вырваться, и обняв за талию, притянул к себе.

— Ну-ну, так уж мои прикосновения тебе не нравятся. — Улыбаясь проговорил Рома, продолжая меня обнимать.

— Никому не понравятся то, что навязано против воли! Отпусти. Кроме неприятных чувств к тебе иного не испытываю. — Сказала я, став отчаянно вырываться, заставляя потешаться над собой Степанову, который и глазом не моргнул, когда трепеталась в его объятиях, как птица в клетке.

Истратив все свои силы, вынуждена была остановиться. Издав протяжный вздох от бессилия, я склонила голову и произнесла:

— Я больше не могу бороться с тобой. Делай, что хочешь. Но запомни, если с моим ребенком что-нибудь случится, я никогда тебе не прощу.

Кажется, слова возымели эффект.

Рома напрягся, и постояв немного, был вынужден отступить. Затем окинув напоследок меня взглядом, подошел к столу, выдвинул ящик, откуда достал мобильный. Набрал номер и стал ждать.

— Надеюсь, вызываешь такси? — Устало произнесла я, надеясь, что это действительно так. — Или ждать нового поворота событий?

Рома бросил на меня неоднозначный взгляд и с улыбкой сказал:

— Звоню твоему мужу. Посмотрим, как себя поведет, когда явится сюда.

Я испуганно таращилась на Степанова, не понимая, что он вытворяет?! Если Исаев застанет меня здесь, то, как быть? Одно дело, когда ты становишься свидетелем измены, а другое дело, когда тебя вмешивают в подобную неприятность.

Но следующая реплика Ромы меня совершенно сбила с толку:

— Советую переодеться. Или хочешь, чтобы Исаев увидел тебя в моем спортивном костюме? Хм. Я был бы не прочь посмотреть на его физиономию в этот момент.