Бескрайний архипелаг. Книга VII

Глава 8

Кровавые иглы вырвались из моих ладоней, разлетелись во все стороны красными линиями. Острия впились в черепа, прошили горла, пробили рёбра и разорвали сердца. Десяток заражённых рухнул, выплёвывая алую пену. Тела ещё падали, а новые уже карабкались по ним, топтали, ползли дальше.

Карл Хоффман двигался на Такеши. Доспех лязгал при каждом шаге, сочленения скрипели под давлением паразита, вздувшего металл изнутри.

— Ы-ы-ы! — выдал Такеши гортанное предупреждение.

Каплевидный щит прорезал воздух. Якудза дёрнулся вбок, края металла прошли в сантиметрах от лица. Его клинок взметнулся для ответного удара, но рука застыла на полувзмахе.

Секунда колебания.

Карл не дал времени на сомнения. Ботинок полетел в направлении живота Такеши. Якудза сместился двумя быстрыми шагами, оказался за противником. Рык вырвался из его груди. Клинок полоснул по диагонали через спину Карла, прорезал сталь доспеха, плоть, паразита и позвоночник одним движением.

Тело Хоффмана осело, разваливаясь надвое.

Я выпустил перед Ширайей потоки собственной крови. Аберрация вздымалась из багровых луж, росла, принимала форму уродливого барьера. Длинные руки раскинулись в стороны, выпученные глаза уставились на врагов с безумным выражением. Заражённые налетели на живую стену, вгрызались зубами в липкую плоть, рвали когтями, дубасили тем, что было в руках. Мой монстр таял под напором, разлетался клочьями.

Защитный круг Ширайи замораживал червей и кислотные брызги, но тела атакующих покрывались лишь коркой инея. Они замедлялись на мгновение, затем прорывались дальше сквозь холод.

— Драксус, просыпайся, срочно!

Ошибка!

— Хромоногий червь тебя подери, демон! — процедил я.

Аберрация окончательно развалилась, брызнула по сторонам кровью. Гравиэспадрон в моих руках кромсал подступающих с флангов. Заражённые игнорировали меня, текли к Ширайе сплошным потоком.

Лю Вэй выпрыгнул из толпы, копьё понеслось к груди криоманта. Я рванулся вперёд, подставил щит. Металл взвизгнул, заскользив по древку. Наконечник прошёл мимо сердца, но вспорол плечо, разорвал ткань мантии и кожу под ней.

Ширайя вскрикнул, концентрация нарушилась. Символы, которые он рисовал в воздухе, исказились, поплыли, утратили чёткие линии.

Голоса заражённых слились в торжествующий вой:

— Никчёмный маг! Напрасно вылез из пыльной каморки башни! Лучше бы сидел под юбкой Тлишки!

Десятки символов вокруг Ширайи завертелись хаотично, теряли форму, грозили развалиться. Он стиснул челюсти, потом укусил собственную губу. Кровь потекла по подбородку тонкой струйкой. Руки выпрямились, движения обрели точность. Символы застыли, обрели форму. Ритуал продолжался.

Я развернулся. Резкий выпад. Гравиэспадрон пробил грудь Лю Вэя, проломил рёбра, разорвал внутренности.

Такеши, погружённый в кровавую резню, обернулся через плечо и увидел Ширайю в кольце врагов.

— Ы-ы-а-а! — завыл он так зычно, что мои волосы встали дыбом.

Силуэт Такеши затянуло серебристой дымкой. Туман обвил его тело, заструился, сгустился до непроницаемой пелены.

Тысяча Диабло!

Он активировал «Последний танец». Вторая ультимативная способность, дарованная титулом «Скард». В прошлый раз разведчики нашли его без сознания в лесу, среди кучи растерзанных элитных сильвантов. Неделю он провёл в госпитале, едва выжил.

Мой щит с хрустом врезался в морду жужжерианца. Тварь метила гарпуном-конечностью прямо в Ширайю.

Интуиция забила тревогу. Я дёрнул головой вправо.

Время замедлилось.

Вдали, у туши матки, увидел знакомое лицо. Опытный бомбардир, один из лучших бойцов Холодова, держал двенадцатифунтовую пушку в своих лапищах. Дуло уставилось прямо на меня.

БАБАХ!

ДЗЫНЬ!

Не успел прикрыться щитом, да и разве помогло бы? Металл нагрудника завизжал. Мир перевернулся, потемнел, закружился. Меня швырнуло в сторону. Тело полетело куда-то вбок, грохнулось о землю.

Нужно лишь подняться.

Всё плыло перед глазами. Холод пронзил насквозь. Боль разлилась волной по телу. Нога горела. Что-то впилось в плоть, вгрызлось, начало ползти под кожей.

— Кровь, подними уровень адреналина до предела!

Картинка перед глазами вдруг стала резкой и чёткой. Боль отступила в дальний угол сознания. Страх испарился.

Я лежал за пределами морозного круга Ширайи. Перекатился обратно за спасительную линию. Черви отваливались с доспехов замороженными полосками, падали на землю хрустящими обломками. Зубы задрожали от холода.

Строй заражённых рвался к Ширайе, меня игнорировали полностью.

Что-то мелькнуло в воздухе.

Передний ряд врагов распался. Гигантское лезвие чжаньмадао прошло сквозь толпу, разрубило полтора десятка существ одним махом. Кого-то пополам, кого-то по коленям, кого-то по рукам и шеям.

Такеши буквально парил над землёй. Вторая ультимативная давала ему возможность ходить по воздуху и ускоряться многократно. Из ушей, рта и носа текла кровь, оставляя после стремительных взлётов брызги на телах врагов. Его мышцы пожирали сами себя, сжигая чудовищные объёмы энергии. Давление взлетало до предела, кровь хлестала из всех отверстий.

Свист.

Ещё один.

Третий.

Враги падали, разрубленные на куски. Ровные кубики плоти, треугольники, обрубки конечностей. Серебристая тень металась справа налево, сверху вниз, нанося чудовищный урон.

Я превратился в безвольного наблюдателя. Чувствовал, как в ноге шевелится инородное существо. Голова соображала медленно, мысли глушились изнутри. Попытался сформировать приказ для собственной крови, но слова не складывались.

В ход пошли эмоции, а они гораздо сильнее слов. Злоба захлестнула разум, вытолкнула паразита из-под кожи бедра. Червь вывалился наружу мёртвым и застрял под поножами.

Рассудок мгновенно вернулся в норму.

Щит остался в руке благодаря крепкой лямке, но гравиэспадрон исчез. Во время падения от выстрела клинок вылетел, и рядом его не видел.

Несколько скачков вперёд. Я оказался возле Ширайи. Щит впечатался в подступающего краболюда, сабатон врезался в челюсть Северянину справа, полетели зубы в стороны.

Рука скользнула к кобуре. Револьвер выскочил из кожаных объятий, выплюнул свинец. Три жужжерианца осели на землю с дырами в грудных клетках.

Перезарядить не успею. Последний патрон в барабане.

Я запрыгнул на кучу мёртвых тел. Нашёл бомбардира с пушкой в руках. Он прочищал дуло шомполом, готовился к следующему выстрелу.

Прицелился.

ПАХ!

Пуля вошла в висок. Заражённый выронил орудие и обмяк.

Проворный малый в лохмотьях мчался к Ширайе со спины, с кинжалом в руке, уже почти достиг цели. Едва он вошёл в морозный круг, я метнул щит обеими руками. Тяжёлый металл пересёк воздух, завертелся и угодил прямо в горло. Заражённый шмякнулся на спину.

Бросился к нему забрать щит, оглядывая поле битвы на ходу.

Светлана целилась из лука в нашу сторону. Тетива натянулась до предела, скрипнула от напряжения.

Якудза вырос из-за её спины.

— Ы-ы-ы… — скорбно промычал он.

Чжаньмадао рубанул одним движением. Обе руки лучницы отлетели в стороны, но пальцы уже разжались. Стрела сорвалась с тетивы, понеслась вперёд.

Такеши исчез и появился прямо перед Ширайей. Ладонь зажала стрелу на лету. Наконечник замер в двадцати сантиметрах от головы мага. Пальцы крепко сжались, древко переломилось.

Секущая волна прошла по кругу, уничтожила всех, кто прорвался за спасительную линию.

— Займись стрелками, скоро перезарядят мушкеты! — крикнул я, подбирая щит.

— А-а!

Зрачки его утонули в крови, лицо покрылось потёками.

Внезапно якудзу скрутило кашлем. Алая жидкость хлынула изо рта толчками, забрызгала землю. Он лишь ухмыльнулся и серебристой молнией метнулся по диагонали вверх, затем вниз, к вражеским стрелкам.

Свободной крови во мне осталось немного. Придерживать её не вижу смысла. Ширайя вот-вот завершит ритуал.

Правая рука вышла за пределы морозного круга. Холод обжёг кожу мгновенно. Наручи покрылись ледяной коркой. Я побежал по кругу вдоль границы, выпуская из надкушенного пальца ядовитый туман. В смеси соединились репеллент против насекомых и парализующий нейротоксин.

Красная дымка окутала всё вокруг, обзор исчез. Чуткий слух уловил грохот падающих тел и писк насекомых.

Крепкий краболюд с огромным паразитом на всю спину ворвался к нам тараном сквозь туман. Рухнул навзничь, едва пересёк круг.

Пару секунд ничего не происходило, лишь лязг металла доносился до нас.

— Готово! Я сделал это! — отозвался Ширайя.

Обернул голову. Вокруг криоманта парили сотни чётко нарисованных иероглифов. Они мерцали холодным светом, образуя сложный узор.

ХЛОП! ХЛОП! ХЛОП!

Ширайя ударил в ладони трижды. Все письмена разлетелись в стороны, понеслись к стенам и полу. Они впечатались в розовую биомассу, вписались в трещины камня, замерцали ярче.

Ладонь криоманта проплыла плавным движением, выпустила перед собой морозный воздух. Туман рассеялся мгновенно, открывая обзор на место битвы.

Более пятидесяти заражённых окружили Такеши кольцом. Действие его второй ультимативной закончилось. Якудза едва держался на ногах. Чжаньмадао махал перед лицами подступающих врагов из последних сил, теперь уже замедленно и неуверенно.

— НЕ-ЕТ! Я древняя! Я вечная! — голос матки сорвался на яростный визг, эхо разнеслось по залу.

Ширайя метнул ледяное копьё без лишних слов. Магический снаряд угодил прямо в раскрытые жвалы королевы.

Голова заледенела мгновенно. Из пасти тянулась застывшая чёрная полоска жидкости, превратившаяся в лёд. Брюшко дёргалось в судорогах. Лапки метались из стороны в сторону, царапали воздух.

Я прицелился, выровнял дыхание. Бабахнула ручная мортира. Башка матки разлетелась ледяными осколками.

Навык «Владение мортирами» повышен до 36 уровня.

Жуткие крики прокатились по гроту. Паразиты на спинах заражённых принялись терзать жертв, рвали плоть в последней агонии.

— Устанавливай магическую взрывчатку, скорее! — поторопил я Ширайю.

— Секунду.

Он полез в сумку, достал астерию. Отломил половину фиолетового фрукта, отправил в рот. Вторую протянул мне.

Я выхватил архипелагскую аптечку из его ладони и побежал к Такеши. На ходу надкусил часть фрукта, запил соком из фляги. Кислая сладость обожгла пересохший рот.

В тридцати метрах от морозного круга заметил слабое золотистое свечение под трупом краболюда. Пнул тушу ногой, поднял гравиэспадрон, продолжил бег.

Такеши стоял на коленях в луже крови и внутренностей. Клинок в ладони вздрагивал, пальцы едва держали рукоять. Вокруг ревели заражённые. Хватались за головы, пытались сорвать со спин вгрызающихся паразитов.

Удар щитом. Взмах гравиэспадроном. Я оказался рядом с соратником.

— Ешь, быстро!

Астерия коснулась его губ.

— У-у!

Такеши качнул головой.

Упрямец! Он верил в силу через боль и превозмогание. Спорить не было ни времени, ни желания.

— Задача выполнена. Вырази согласие на эвакуацию!

Я коснулся его плеча, активировал перенос к фантому на пирсе Мадагаскара.

Отряд Миротворцев опешил от нашего внезапного появления.

— Помощь ему, быстро!

Щёлкнул пальцами и прыгнул обратно в лоно матки.

Ноги понесли к криоманту. Пять бочек с магическим порохом уже громоздились друг на друга. Я поднёс палец к заблаговременно протянутому фитилю. Искра вспыхнула, огонь побежал по плетёной нити.

Ещё один щелчок — и мы снова на пирсе.

Адреналин в крови рассосался, накатила усталость. Я упал на спину прямо на мощёный камень. Вокруг слышалась суета, топот ног. Нервные голоса перекрикивали друг друга.

Пролежал минут пять, может, больше. Несколько раз соратники предлагали помощь. Я просил оставить меня в покое ещё немного.

Пандемия нам больше не грозит, ведь матка устранена.

Улыбка тронула губы на мгновение, затем исчезла.

Много заражённых на первой и второй стадии. Часть из них не выживет, если верить словам Ширайи.

Ближе к вечеру мы закончили разгребать последствия массового заражения. Как оказалось, более двух тысяч Землян спешно покинули город во время битвы с маткой. За ними следили мои разведчики.

Они вернулись грязные, исцарапанные, с листвой в волосах и кровью на сапогах. Говорили не сразу. Просто сидели, прервысто дыша. Вспомнился диалог:

— Наблюдение шло ровно, — шмыгнул первый. — Но в один миг их будто прорвало. В джунглях началось безумие. Люди бежали, не разбирая дороги, ломились сквозь заросли, падали в овраги. Многие орали так, что сердце в пятки уходило.

Второй разведчик перебил, глядя в землю:

— У них под кожей… всё полезло сразу. Одни пытались вырезать это ножом. Другие бились о деревья, пока не переставали шевелиться, — он замолчал на мгновение и добавил уже тише: — Один мужик вцепился в лиану и кричал, чтобы мы его не трогали. Говорил, что если не прекратим приближаться, он всех убьёт. Уровень-то за двухсотый был, и экипировка эпичная. Мы не рискнули.

Больше они ничего не рассказывали.

По итогу транспортировка раненых заняла несколько часов. Палатки наспех развернули где попадётся, брезент хлопал на ветру. Повсюду тянулись стоны, плакали родственники. Запах крови и пота смешивался с солёным морским бризом, создавал тошнотворную смесь.

Я сидел на переносной табуретке в одной из палаток. Мы окрестили её временным штабом.

— Мне нужен отчёт!

Декстер вытер руки о фартук. Кровь въелась в ткань намертво, оставила бурые пятна.

— Из двух тысяч ста семидесяти заражённых выжило тысяча четыреста два человека. Остальные погибли от болевого шока в течение получаса после ликвидации матки. Доктор Агата Кранц… Паразит успел слишком глубоко врасти в позвоночник. Она не выдержала.

Веки сомкнулись сами собой. В памяти всплыл разговор в лазарете. Агата отчаянно просила помочь добраться до Новой Земли, жених ждал её там.

— Проклятье! А комендант?

— В критическом состоянии, но жив.

Декстер протянул список погибших. Я пробежал взглядом по строчкам. Увидел несколько знакомых имён. Бойцы из форта, патрульные, которым кивал на улицах утром. Обычные люди, желавшие просто жить дальше.

— Потери среди наших?

— Потерь нет, капитан. Если не считать тех, кто пропал во время штурма Мадагаскара.

Я молча покинул палатку и направился к причалу. Уселся на краю, свесил ноги вниз. Волны всплёскивали о каменную стену, брызги долетали до сабатонов, оставляли влажные пятна на металле.

Семьсот шестьдесят восемь человек мертвы. Число застряло в голове, повторялось снова и снова.

Вдруг Такеши появился рядом. Хромал, но шёл сам. Бинты покрывали почти всё тело, местами проступали красноватые пятна. Он опустился на камень со стоном, который вырвался против воли.

— М-м-м…

— Скоро экспедиция в Штир, и твои навыки очень пригодятся. Лучше бы восстанавливался в госпитале!

— У-у!

— Нет, ну что за упрямец! У мужчин все болячки заживают сами собой, да?

— Ы-ы, ы-ы, — он устало улыбнулся, слегка приподнимая подбородок на каждый протяжный звук.

Слава повышена до 488 пунктов (+10).

Я уставился на строчку, не сразу понимая смысл. Открыл лог сообщения для сверки. Теперь понял — и скривился.

Десять пунктов за что? За то, что не успел спасти всех? За тысячу раненых в порту? За то, что сегодня пришлось стрелять в своих? Неужели за мясорубку?

Закрыл лог резким движением. Система явно была не в себе.

Двенадцать пунктов до титула Лироса, но почему-то от этой мысли стало не легче.

Мы смотрели на заходящий Соларис. Ветерок трепал волосы, приносил запах океана и водорослей.

Мысли метались хаотично, не давали покоя. Перед глазами возникали лица Светланы, Агаты, Карла и Вэя. И это лишь те, кого я знал лично. Неприятно осознавать, что к остальным Землянам просто не успел проникнуться чувствами, но теперь их нет. Цифры с потерями возвращались снова и снова, вгоняли в тоску.

Молчание прервала почтовая чайка. Приземлилась рядом со мной, издала резкий клич. Умная птица. Смотрела прямо в глаза, ждала, пока сниму записку с лапки. Я достал из рюкзака хлебный мякиш, протянул ей. Взял за привычку носить корм для птиц на такие случаи.

Послание развернулось с тихим шорохом.

Отлично, Макс. Иного исхода я и не предполагал. Отчёт у меня на столе, потери учтены. Вы не позволили ситуации перерасти в катастрофу. Роль Миротворцев в укреплении фракции неоценима. Примите мою личную признательность.

Что касается новостей… С сегодняшнего дня с ближайшими к нашим границам старожилами, то есть кокозаврами, установлен торговый союз и подписан пакт о ненападении сроком на десять зодов.

Держите порох сухим.

С уважением, А. Холодов.

P. S. Завтра в 09:00 — совещание в форте на Новой Земле. Присутствие вашего представителя обязательно.

Очередной союз, теперь уже с могущественной расой старожилов, а не с новоприбывшими. Плечи расправились сами собой, напряжение в груди ослабло. Приятная новость под конец изнурительного дня.

Значит, вот откуда появилось десять пунктов славы. Награда от Холодова за выполненную миссию.

Я передал записку Такеши. Он сузил глаза, пробежал взглядом по строчкам. Удовлетворённо кивнул, скомкал послание и отправил в воду. После привычно достал глиф последнего шанса и крепко сжал, потом ещё раз, и ещё. Перед его глазами пробегали строки текста, на которые он тяжело вздыхал.

Бумага закружилась на волнах, начала размокать, поплыла дальше от причала. Глядя на неё, я вспомнил о Драксусе. Почему демон не помог мне сегодня? Он ведь всегда приходил по первому зову в порыве полакомиться свежей кровью.