Босс для подруги

Глава 28

Дома я все-таки сдаюсь во власть эмоций и плачу в три ручья. Неэстетично хлюпаю носом, достаю мороженое, включаю какую-то мелодраму и занимаюсь тем, что жалею себя. Можно было бы позвонить Глебу, чтобы в очередной раз поплакаться ему в жилетку, но не хочется. К тому же мне нужно обдумать его предложение. В итоге засыпаю под фильм в обнимку с пустым ведерком из-под мороженого.

А наутро принимаю решение взять себя в руки и перестать прятать голову в песок. Уж не знаю, откуда во мне столько решимости, но словно второе дыхание открывается. Звоню на работу, чтобы уточнить, есть ли у меня какие-то обязательства по отработке и передаче текущих дел. И там меня ожидает настоящий сюрприз. Верочка из отдела кадров тут же переключает меня на Ангелину, а та уже вводит меня в курс дел. Оказывается, мне не придется отрабатывать положенные две недели, а все причитающиеся выплаты мне переведут на карту в течение трех дней.

Это приятные новости. Я могла бы заподозрить в этом Матвея, но для чего? Зачем ему напрягаться ради той, что отказала ему в прихоти? Правильно, незачем. Значит, скорее всего, директор распорядился. Наверняка после того, как вскрылись махинации Косарина, ему сейчас не до меня.

Ангелина напоминает, что нужно будет зайти в отдел кадров за документами.

Весь день я посвящаю домашним делам. Это очень хорошо помогает упорядочить мысли

— вроде ты занят делом, но заодно можешь и как следует поразмыслить. В итоге к вечеру все же прихожу к тому, что нужно согласиться на предложение Глеба, и звоню ему.

— Привет! — отзывается он после трех гудков. — Снова нужен сеанс дружеских объятий?

Вот умеет он одной фразой заставить улыбнуться.

— Нет. Я решила воспользоваться твоим предложением, — торжественно произношу я.

— Каким именно? Я тебе уже чего только не предлагал, — уточняет он. — Давай конкретизируй.

— В Москву. Поеду с тобой, — отвечаю, собравшись с духом.

— Я не ошибся в тебе, детка, — смеется Глеб. — Скидывай данные паспорта — закажу нам билеты на…

— Послезавтра. Мне нужен еще один день.

— Не вопрос. Тебе нужна помощь?

— Нет, я уже большая девочка, — фыркаю я.

— Уверена? Твой бородатый босс отпустил тебя?

Молчу, закусывая губу. Я весь день запрещала себе думать о нем, вспоминать все, что было. Потому что иначе я сдамся и ничего не смогу. Я должна идти вперед и не оборачиваться. Даже если хочется вернуться в тот вечер, когда я поверила, когда позволила себе забыться.

— Мы все выяснили, — выдавливаю я.

— Ну и черт с ним. Впереди у тебя потрясный отпуск, подруга! Так что бери свои лучшие вещи — буду тебя выгуливать!

Оптимизм Мазилина всегда меня восхищал.

Как скажешь, капитан.

— Сообщу, когда возьму билеты.

В трубке звучат гудки, а мое настроение стремительно падает вниз. Глеб весьма некстати напомнил о том, от чего я, по сути, сбегаю. Наверное, этот рецепт может и не сработать. Но я все-таки хочу собираюсь попробовать. К тому же когда я еще соберусь в столицу?

Поэтому стиснув зубы начинаю составлять список необходимых вещей и потихоньку складывать чемодан. Мазилин говорил про пару недель, поэтому может понадобиться много всего. Хотя я стараюсь обходиться минимум вещей, но лучше быть подготовленной, находясь за много километров от дома.

Прикидывая, что взять из одежды, натыкаюсь взглядом на то самое платье, которое Светка мне подобрала для свидания с Раковым. Вспоминаю, каким взглядом на меня смотрел Матвей, и снова проваливаюсь в водоворот своих чувств. Отвлечься помогает звук смс. Глеб.

«Послезавтра. 13 40. Заеду за тобой за три часа до».

Что ж, жребий брошен. А значит, отступать некуда. Немного подумав, все же убираю платье в чемодан. В конце концов, друг сказал, что будет выгуливать меня. Вряд ли я брошусь на поиски платья, если вдруг оно понадобится, в столице.

На следующий день отправляюсь на работу. Мне предстоит перебрать все, что накопилось за несколько лет, и унести с собой, но сначала все же захожу в отдел кадров.

— Ой, Наташа, как ты быстро, — начинает суетиться начальница отдела, едва я вхожу.

— Здравствуйте, Ирина Геннадьевна, — говорю ей. — Да, мне сказали сегодня зайти.

— Да-да, знаю, — тараторит она. — Вера, ты все подготовила?

Та подскакивает и приносит какую-то папку. Следующие полчаса заполняю все необходимые документы. Муторно, но что поделать. Даже не думала, что увольняться, оказывается, так непросто. В итоге к своему кабинету добираюсь, с трудом отделавшись от расспросов Ирины Геннадьевны.

Стучусь в свой бывший кабинет скорее по привычке, чем из желания быть вежливой, и открываю дверь. Валя сидит за компьютером.

— Наташ, ты чего здесь? — удивляется она.

Усмехаюсь тому, как переменился ее тон с прошлого раза. Валя — она как флюгель. Переобувается на лету.

— Пришла вещи забрать, — отвечаю и едва сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться, когда вижу промелькнувшее на ее лице облегчение. Неужели думала, что я собираюсь ее выгнать?

— Тебе, может, помочь? — предлагает она.

— Нет, тут немного осталось.

Можно сказать, мне сыграло на руку то, что меня перевели к Волошину — часть вещей я забрала еще в тот раз, а что было некуда убрать, просто отнесла домой. Поэтому мне хватает и двадцати минут, чтобы собрать все, что еще оставалось. Мелочи, конечно, но мне отчего-то не хочется, чтобы здесь оставалось что-то мое. Валя все это время сидит и внимательно следит за моим действиями. Раньше бы меня это смутило, но сейчас нет. Я начинаю свыкаться с мыслью, что в моей жизни закончился довольно большой этап — работа в «ЭлСети». За эти годы я много чему научилась, много с кем познакомилась. И хочется верить, что набралась опыта.

Кажется, и правда пришло время двигаться дальше.

— Ты правда увольняешься? — вдруг спрашивает Кормакова.

— Правда, — отвечаю, укладывая оставшиеся блокноты в пакет.

— Это из-за Василия Николаевича?

Я лишь пожимаю плечами. Откровенничать с ней у меня нет ни малейшего желания. Мы и так-то не были никогда подругами. А уж после того, что я услышала про нее от девчонок, и подавно нет желания делиться чем-то.

— Или из-за Матвея? — продолжает допытываться она.

— А он-то при чем? — спрашиваю как можно спокойнее. И вот знаю, что не стоит реагировать, что надо просто промолчать, а все равно…

— Ну как, все же знают, что у вас роман с ним, — уверенно заявляет Валя. — Он тебя в Москву забирает, да?

— Это все пустые сплетни, — сухо отвечаю я.

— Ой, да мне-то не ври, — фыркает девушка. — Мы же видели, как он бегал тут, чтобы оформить тебе такое быстрое увольнение!

Рука замирает на полпути к пакету. Хорошо, что я стою к Валентине спиной и она не может видеть моего замешательства. Неужели это и правда его рук дело — такое быстрое оформление? Но для чего?

— Не понимаю, о чем ты, — продолжаю гнуть свою линию. — Ну, вроде все собрала. Удачи, Валь.

Быстро покидаю кабинет и иду к переговорной, в которой провела последние пару недель. Дверь открыта, но внутри никого. Конечно, не думаю, что Матвей остался здесь. Да и что ему тут делать? Но все равно не могу удержаться, чтобы не заглянуть. Естественно, вторая комната тоже пуста.

Собираю всякие мелочи вроде забавных ручек и подставок для записок. Чуть подумав, все же забираю кружку, которую мне подарил Косарин на прошлый Новый год. Не потому, что у меня остались какие-то теплые чувства к этому человеку. Наоборот. Чтобы помнить, как сильно можно ошибаться в людях.

Когда все, что нужно, уложено и собрано, сажусь за стол и еще раз оглядываюсь. Вроде проработала в этом кабинете всего ничего, а ощущение, что целую жизнь. Вспоминаю, как столкнулась здесь с Волошиным и тот предложил самой перейти к нему. Эх, если бы я тогда только знала, чем все обернется… Отказалась бы я? Увы, но думаю, что нет. Потому что, несмотря на то что сейчас в груди противно тянет и ноет, я все равно благодарна этому необыкновенному мужчине. Благодаря ему я узнала, что все-таки со мной все в порядке, что я могу испытывать что-то кроме неловкости рядом с представителем мужского пола. А это уже немало. Как говорит Глеб, впереди у меня целая жизнь, и я еще смогу найти свою половинку. Или, на крайний случай, и правда выйду замуж за Мазилина.

От этой мысли становится смешно. Сейчас я вижу в нем только друга, близкого человека, готового помочь и подставить плечо. И смотреть на него как на мужчину непривычно.

Порефлексировав еще немного, беру пакеты и покидаю кабинет. На проходной сдаю пропуск и по-настоящему прощаюсь с этим местом. Удивительно, но по дороге домой испытываю невероятное облегчение. Значит, все правильно? А вечером звонит Глеб.

— Ты собралась? Все по плану? — сразу переходит к делу.

— Да, подопечная Кирсанова вещи уложила, документы тоже.

Друг откровенно ржет в ответ.

— Мне нравится твой настрой. Завтра утром буду у тебя. Отдыхай!

Чтобы снова не впасть в романтично-розовые мысли о бородатом дровосеке, решаю перемыть окна в квартире. Ну а чего? Физический труд неплохо помогает отвлечься. В итоге два часа прыгаю с тряпками и газетками — по старинке, как мама учила. Поэтому, когда наконец добираюсь до постели, падаю и тут же засыпаю.