Бой Кэша

Глава 12

Рэйчел шла через парковку к своей машине, когда увидела идущих ей навстречу братьев. Она подумала о том, чтобы вернуться в отделение интенсивной терапии, куда им вход был воспрещен, поскольку Шейд внес их в список «не пропускать», чтобы обеспечить ей безопасную зону от них, но вместо этого, она остановилась и стала ждать их приближения.

Она отказывалась чувствовать себя виноватой, когда увидела, насколько они переживали. Тейт выглядел изможденным, и за эти несколько недель он состарился, по меньшей мере, лет на десять. Она приготовилась услышать резкие слова с их стороны, но оказалась не готова к тому, что Тейт без разговоров заключил ее в свои объятия и крепко прижал к себе. Когда он, наконец, отпустил ее, она оказалась в объятиях Грира, а затем и Дастина.

— Я собираюсь устроить давно позабытую порку твоей заднице за то, что ты напугала меня до смерти, Рэйч, — пригрозил Тейт.

Она не рассердилась. Она видела, что он тяжело пережил ее исчезновение.

— Я не жалею, что ушла, Тейт. Тебе нужно было остыть. Ты не имеешь права так со мной разговаривать. И, Грир, своим поведением ты унизил меня перед моими друзьями, и это не в первый раз. Тебе нужно взять себя в руки. Дастин, ты теперь отец, ты уже достаточно взрослый, чтобы затевать драки, и должен подавать пример своему сыну. Ты позволяешь Холли растить твоего ребенка и устанавливать границы дозволенного. Так ты хочешь воспитывать Логана? Тейт, ты сказал мне, что маме и папе было бы стыдно за мое поведение, но я не думаю, что именно за мое поведение им пришлось бы стыдиться. Ни один из вас не попытался заняться чем-то, кроме продажи травки. Неужели такое наследие мы собираемся оставить Логану — еще одно поколение, скрывающееся от закона, живущее на задворках общества? Пока вы трое не возьметесь за дело, я не хочу с вами разговаривать.

Она ушла, оставив своих братьев стоять с открытыми ртами.

— Мы уменьшили дозировку препаратов, так что он скорее находится в глубоком сне, чем в коме.

Рейчел стояла позади большой группы байкеров, пока те слушали доктора Кэша, объясняющего его состояние.

— У него довольно серьезная травма позвоночника. Мы собираемся начать отучать его от аппарата искусственной вентиляции легких, — врач сделал паузу. — Я не думаю, что он снова сможет ходить.

Услышав такое заключение, некоторые из женщин заплакали. Вайпер обнял Уинтер, Нокс притянул Даймонд к себе, а Эви повернулась к Кингу. Все присутствующие были ошеломлены прогнозом врача о том, как последствия аварии изменят жизнь Кэша.

«Последние Всадники» начали обсуждать дальнейшие действия, как только доктор вышел.

— Мы можем разместить его внизу. Туда можно подъехать на инвалидной коляске, там есть тренажеры и гидромассажная ванна, — заявил Вайпер.

— Я позвоню Донне, как только он выйдет из реабилитационного центра, — сказала Винтер.

Эти люди, которых Кэш сделал своей семьей, любили его.

Лили и Бет подошли к ней после того, как остальные ушли.

— Никогда больше так со мной не поступай, — дрожащий голос Лили заставил слезы навернуться на глаза Рэйчел. — Ты могла хотя бы позвонить мне.

— Прости, Лили.

Лили широко улыбнулась, и крепко обняла Рэйчел, после чего Бет заключила ее в свои объятия.

— Рэйчел, я понимаю, что ты чувствовала. Помнишь, что Джорджия наговорила про меня в канун Рождества? Это мужчины выставили себя дураками, никто не подумал плохо о тебе, — слова Лили задели за живое.

— Просто мне было так стыдно. А потом я разозлилась и захотела уехать.

— Я понимаю, что ты чувствуешь. Иногда нужно сделать шаг назад и дать себе возможность прийти в себя, прежде чем лицом к лицу встретиться с трудностями, — сказала Лили, сжимая ее руку. — В следующий раз, пожалуйста, не уезжай, никому не сказав, где ты.

— Не уеду, — пообещала Рейчел. — Как поживают малыши? — спросила она Бет, меняя тему.

— Растут на глазах, — рассмеялась та, показывая ей фотографии в телефоне.

Мальчишки-близнецы были очень похожи на своего отца. На фотографии оба пухленьких малыша были одеты в детские футболки с эмблемой «Харлей».

— Давай сходим на обед в кафетерий, прежде чем ты вернешься обратно, — предложила Бет, беря ее под руку. Когда они шли по больнице, Лили взяла ее за руку с другой стороны.

Они сидели и разговаривали больше часа, и это было самым нормальным, что она испытывала после той вечеринки. Позже Рэйчел вернулась в палату Кэша.

Она привыкла к любопытным взглядам медсестер, но Шейд получил разрешение доктора, чтобы она могла оставаться с ним в палате.

Два дня спустя прогноз стал еще мрачнее.

Кэшу больше не вводили препараты для удерживания его в коме, но он все еще не приходил в себя. Их попытки отсоединить его от аппарата искусственной вентиляции легких привели к двум серьезным кризисам, из которых, как опасалась Рэйчел, он не выкарабкается.

Последняя попытка была самой неудачной.

Доктор выпрямился, усталый и измученный после того, как стабилизировал состояние Кэша.

— Вам следует позвать его друзей и бабушку, чтобы они пришли повидаться с ним. Он не выживет, если наступит еще один кризис.

Рэйчел смогла только кивнуть, когда врач и медсестры покидали палату. Она подошла ближе к его кровати, глядя на мужчину, которого любила большую часть своей жизни, и поняла, что теряет его.

В глубине души она знала, почему ее силы не сработали. Всю последнюю неделю, лежа в этой постели, он был только ее. Это был единственно возможный для нее способ, которым он мог бы принадлежать ей — тогда, когда он физически не мог оставить ее. Это было больно и извращенно, но она продолжала лгать себе каждый день. Если она не будет честна с собой, то потеряет его навсегда.

Рэйчел закрыла дверь и задернула занавеску, закрывавшую окно в смотровую, прежде чем вернуться к его кровати. С тех пор, как доктор сказал ей, что Кэш больше не находится в коме, она чувствовала, как его сознание пробуждается.

Она сосредоточилась на своих руках, как учила ее бабушка. Ее дар должен был проявиться в полную силу, поскольку она намеренно не использовала его, подсознательно готовясь к этому моменту.

Расслабившись, она прикоснулась к Кэшу, позволяя своему разуму забыть о том моменте, когда она видела его в последний раз; возвращаясь к тому времени, когда она была маленькой девочкой и встретила его в лесу.

Он был на пикнике с одной из школьных чирлидерш, и они спали, лежа на одеяле. Его волосы блестели в лучах раннего утреннего солнца, и она подумала, что он похож на ангела. Она смотрела на него несколько минут, а потом убежала, когда он проснулся, уставившись на нее. Они оба никогда не упоминали об этом инциденте, притворяясь, что его никогда и не было.

Она коснулась его плеч и провела ладонями вниз по рукам. Перейдя к низу, она провела вверх по его ногам, а затем коснулась его талии и груди. Девушка позволила своей энергии перетекать из кончиков пальцев в его тело. Осторожно она просунула руку ему под шею и потихоньку провела ладонью по спине, позволив руке задержаться на несколько минут в том месте, где он пострадал больше всего, после переместила руку на его легкие.

Взывая к помощи своей бабушки и матери, она отдавала все, что могла, вливая здоровую энергию в поврежденные органы. Ей пришлось ненадолго остановиться, только потому что была вся в поту и дрожала, чувствуя, как будто ее вот-вот вырвет. Она села и заставила себя выпить несколько стаканов воды, пока собиралась с духом.

Рэйчел никогда не работала с такими ранениями у людей, внимая предупреждению своей бабушки, что энергия, необходимая для исцеления человека с серьезной травмой, может исходить только из одного источника. Молясь о помощи всевышнего, она снова подошла к Кэшу, на этот раз приложив кончики пальцев к его вискам.

Кэш находился в полной темноте, чувствуя себя уютно в окружающем его тепле. Он пытался подняться на ноги, но каждая его попытка заканчивалась агонией. Темнота, однако, была не так уж и плоха; это было намного лучше, чем боль.

Где-то в пустоте Кэш услышал ее голос. Она звала его по имени.

— Рэйчел?

— Кэш!

Он почувствовал, как она взяла его за руку.

— Что ты здесь делаешь? Где я?

Она не ответила ему, начав тянуть его за руки, желая, чтобы он поднялся на ноги.

— Давай, Кэш, ты должен уйти. Ты не можешь здесь оставаться, — она потянула его за руки сильнее.

Кэш попытался подняться на ноги, но острая боль в спине заставила его опуститься обратно.

— Подожди. Рэйчел, это чертовски больно.

— Будет намного больнее, если ты не встанешь!

Сдавшись, Кэш собрал все свои силы для того, чтобы с ее помощью подняться на ноги. Только благодаря ее поддержке, когда она приняла его вес на себя, Кэш с трудом смог устоять.

— Ты должен это сделать, Кэш. Я не могу тебя удерживать долго. Двигайся!

Кэш ставил одну ногу перед другой, делая шаг за шагом.

— Куда мы идем?

— Ты возвращаешься к той жизни, которую оставил позади, Кэш. Все твои друзья ждут тебя. — Рэйчел неумолимо заставляла его двигаться вперед. — Видишь солнце, Кэш? Продолжай двигаться в этом направлении.

С каждым шагом идти становилось легче, но он не отстранялся от Рэйчел, не желая, чтобы она снова убежала. Внезапно он почувствовал порог, невидимую черту, которую, как он понимал, ему нужно было переступить.

— Поторопись, Кэш. Я больше не могу тебя удерживать, — взмолилась она.

— Ты убежишь снова, если я перейду его? — Она промолчала. — Обещай мне, что останешься.

— Иди, Кэш!

От ее крика у него заболела голова, но он не отпустил ее. Он посмотрел на ее лицо и понял, что причиняет ей боль. Выпрямившись, он отстранился, отпуская ее. Она начала дрожать и таять у него на глазах.

— Рэйчел!

— Иди, Кэш. Я тебе больше не нужна.

Взгляд ее печальных глаз он не забудет никогда.

Кэш лихорадочно огляделся в поисках ее, но Рэйчел уже не было; она снова убежала от него. Кэш сделал еще один шаг к свету, надеясь, что она будет по ту сторону.

Он открыл глаза и заморгал, пытаясь сфокусировать взгляд на ярко освещенной комнате. Кэш внимательно оглядел ослепительно белое помещение. Не было никаких следов того, что она когда-либо находилась здесь, но Кэш знал, что она была. Он все еще чувствовал покалывание энергии на своей коже и ощущал ее ладонь, прижатую прямо к его сердцу.