Бывает и хуже? Том 3

Глава 2

Я ожидал, что Вера Кравцова не будет рада меня видеть. Но не входило в мои сегодняшние планы быть застреленным из ружья. Вот вообще ни разу.

— Это же ты тот самый врач? — спросил мужчина, не опуская ружьё. — Из-за тебя моя дочка в больнице лежала?

Отец Веры, всё понятно. Интересно, Власов — его брат или его жены? Внешнего сходства я тут не вижу, но это ещё ни о чём не говорит.

— Я хотел поговорить с Верой, — спокойно сказал я. Ни одной эмоцией не показывал, что стоять под прицелом ружья не очень-то приятно.

— А она с тобой не хочет разговаривать, — ответил он. — Да и вообще, с темы-то не увиливай.

Я медленно поднял руки, показывая, что пришёл с миром. Вместе с тем не выказывал страха или паники, стоял абсолютно спокойно.

— Да, я тот самый врач, — отрицать смысла не было. Я сюда и пришёл ради признания ошибки. Не своей, а Сани. Но всё равно. — Ошибся с дозировкой Преднизолона. И именно поэтому я здесь, пришёл извиниться.

Он хмыкнул, но ружьё не спешил опускать.

— А нахера ей твои извинения? — спросил он. — Здоровье ей вернёшь?

— Нет, извинениями здоровья не вернуть, — покачал я головой. — Но я считаю, что так правильно. Признавать свою вину и извиниться перед человеком. А ещё я могу помочь ей сейчас. Посмотреть, как идёт лечение, скорректировать его. Бесплатно.

Когда я восстановлю прежний уровень сил, то смогу полностью разобраться с её заболеванием. Это будет нескоро, но рано или поздно я исправлю ошибку Сани полностью. Однако пока что могу хотя бы помочь с язвой.

— Ей твои извинения не нужны, — мрачно заявил тот. — А твоё лечение тем более. Я тебе сейчас колено прострелю, и всё на этом.

— Папа! — раздался возмущённый голос из дома. — Папа, хватит!

На улицу выглянула молодая девушка с тёмными длинными волосами, худая и невысокая. Видимо, и есть та самая Вера.

— Дочь, папа разберётся, — нежно сказал ей мужчина, умудряясь сохранять ружьё в неподвижном состоянии.

— Вижу я, как ты разбираешься, — нахмурилась Вера. — Не нужны мне такие разборки! Дай я сама поговорю с доктором. Он ко мне пришёл!

— Верунчик, оставь это папе, — попытался поспорить мужчина.

Та ещё сильнее сдвинула брови и топнула ногой.

— Я сама! — повторила она.

Он тяжело вздохнул и опустил ружьё. Бросил на меня строгий взгляд.

— Я буду за дверью, — заявил он и скрылся в доме.

Отлично. По крайней мере, моё колено останется не простреленным.

— Я вас слушаю, — Вера посмотрела мне в глаза.

— Я пришёл извиниться, — прямо сказал я. — Из-за неправильной дозировки Преднизолона и отсутствия в назначениях Омепразола произошла вся эта ситуация. И мне правда жаль.

Она помолчала, всё так же смотря мне прямо в глаза. Я не отводил взгляд.

— Дядя сказал, что ваша ошибка могла стоить мне жизни, — заметила она. — Я плохо помню, что произошло. Только как тошнило и было больно в животе. Мне сказали, это было желудочно-кишечное кровотечение.

Верну свою прану и смогу вылечить ей и желудок, и суставы. Но для лечения ревматоидного артрита нужна четвёртая ступень магического развития как минимум.

Я пока топчусь в начале первой. Но планирую в ближайшее время это изменить. Не зря же согласился на обучение у бабы Дуни.

— Да, оно и было, — подтвердил я. — Мне правда жаль. Я не оправдываюсь, просто в этот период навалилось много проблем. Врачи тоже люди, и у нас тоже есть человеческий фактор. Я приношу свои извинения.

— Я не ожидала, что вы придёте, — внезапно слегка улыбнулась Вера. — Дядя говорил о вас столько плохого… Я представляла вас совсем другим. Да и на приёме вы мне казались не таким.

— Я считаю, что извинения нужно говорить лично, — честно ответил я. — Не пытаюсь как-то загладить свою вину. Но считаю, что так правильно.

— Спасибо, — кивнула Вера. — Удивительно, но это и вправду как будто бы было нужно. А вы… правда хотите мне помочь? Скорректировать лечение?

За дверью послышалась новая возня.

— Не вздумай! — услышал я голос её отца. — Снова сейчас пропишет что-нибудь, и тебя в больницу заберут!

— У меня до сих пор сильные боли бывают, — не слушая отца, заявила девушка. — Диету очень строгую соблюдаю, но всё равно. Может, вы что-то посоветуете?

Неизвестно, с чего она решила принять моё предложение. Я понимал, что ни о каком доверии речи и идти не могло. Может, просто решила проверить? Потом обсудит мои назначения с лечащим врачом.

Точно не знал, но это и не важно.

— Какое лечение вам назначили? — спросил я.

Она перечислила препараты, диету номер один.

— Так, к Омепразолу добавьте Сукральфат. Это препарат, который защищает слизистую желудка, помогает ей зажить. Принимать нужно три раза в день, за полчаса до еды. И ещё нужны пробиотики для восстановления микрофлоры.

Я достал из кармана ручку и бумагу и записал дополнительные рекомендации.

— С этим должно стать ещё полегче, — пообещал я. — Желудку нужно время на восстановление.

— Спасибо, — кивнула Вера. — Я всё это учту.

Всё-таки думаю, это проверка. Но мне не важно, главное, я извинился.

— Заканчивай, доктор! — снова послышалось из-за двери. — Дочь, пора ужинать.

— Мне пора, — тут же сказала девушка. — Ещё раз спасибо.

— Если ей станет хуже — убью, — добавил мужчина. — Без раздумий.

— Всего доброго, — отозвался я. Развернулся, и вышел за калитку.

Что ж, визит прошёл успешно, насколько можно. Но это ещё не окончательное моё слово в этой истории.

Сегодня я освободился не слишком поздно, поэтому как раз решил прогуляться до бабы Дуни. Я не был у неё с тех пор, как вообще договорился об обучении. Всех трав собрать не успел, но у неё было и второе условие. Помощь по дому.

Среда, вечер, я уставший, но почему-то почувствовал, что сегодня самое время начать. Странное чувство, но противиться ему не стал.

До дома бабы Дуни дошёл пешком. Домишко так и стоял вдали ото всех остальных домов, в самом конце улицы.

— Пришёл, наконец, — прокомментировала моё появление баба Дуня. — Стало быть, нашёл все травы?

— Нет, — честно ответил я. — Только восемь из одиннадцати. Да и те с собой не взял. Просто вы говорили, что нужно ещё по дому помочь. И почему-то почувствовал, что сегодня самое время начать.

— Раз почувствовал — то противиться тому не надо, — серьёзно сказала старуха. — Время, значит, для того подходящее. А работа у меня найдётся.

Она достала большой холщовый мешок и высыпала его содержимое на стол. Там оказались травы. Цветы, листья, стебли. Было намешано самых разных трав, и запах от них стоял прямо-таки непереносимо сильный. Даже глаза заслезились.

— Надо рассортировать, — заявила баба Дуня. — По кучкам. Отдельно цветы, отдельно стебли. Чабрец к чабрецу, ромашка к ромашке.

Я посмотрел на кучу. Там было много. Очень много трав.

— Кажется, это надолго, — констатировал я.

— Надолго, — хитро прищурилась баба Дуня. — Я и не говорила, что задания простыми будут. Заодно и обучение начнём.

Она начала рассказывать мне, какие травы намешаны в мешке и как их отличать друг от друга. А затем я принялся за дело.

Работа на удивление затягивала. Я полностью погрузился в процесс, по очереди вдыхая аромат каждой травы. И вместе с этим я чувствовал тепло в груди.

Моя искра праны подпитывалась от этих трав. Не сильно, но она крепла. Травы отдавали мне свою силу, я был прав. Это было слабо, но сильнее, чем тот фикус.

Два часа разбора трав пролетели как один миг.

— Я закончил, — продемонстрировал я результат бабе Дуне.

— Отлично, — старуха придирчиво осмотрела рассортированные кучки. Затем взяла тот же самый холщовый мешок и сгребла в него назад всё содержимое.

Вот это неожиданно!

— А-а-а… — я даже растерялся.

— Медленно, — ответила на мой незаданный вопрос она. — Надо быстрее. Травы-то простые, к чаю. Чабрец, ромашка, мята, мелисса. А ты два часа их разбирал. Запахи отличаются, надо быстрее, доктор Александр.

Это была первая тренировка? А я и не понял сначала.

— Забирай мешок себе, тренируйся, — добавила она. — За пятнадцать минут научись сортировать, с закрытыми глазами. Тогда и придёшь.

— Хорошо, — меня мучил ещё один вопрос. — Мой список трав — это тоже задание? Они вам не нужны?

— Нужны, — прищурилась баба Дуня. — Ещё как нужны. Ты поторопись. Очень уж ты затягиваешь с этим, а ведь тебе это будет только нужнее.

Снова она говорит загадками. К этому ещё предстоит привыкнуть.

— А почему возникло такое сильное желание прийти именно сегодня? — спросил я. — Вы как-то на это повлияли?

— Как я могу на твои желания влиять, доктор Александр? — хмыкнула баба Дуня. — Это не я на них влияю, а ты сам. Распинаешься не на то. Оно и понятно, трудно тебе. Но ты ступай, отдыхай. Придёшь, как с этим разберёшься.

Я забрал мешочек, задумчиво попрощался и покинул её дом. У меня было такое чувство, словно она в курсе про мою силу. Но такого просто не могло быть.

Распинаюсь не на то… Я действительно сфокусировался на проблемах прошлого Сани и отодвинул на задний план собственные цели. Это было логично и казалось вполне разумным. Но старуха намекнула, что затягивать нельзя. Она точно что-то знает.

За этими размышлениями даже не заметил, как пришёл домой. Раньше на этот путь уходили все силы. А теперь даже ингалятор ни разу не использовал.

А я вообще пользовался им сегодня? Кажется, нет. Да и вчера не припомню такого. Возможно, это тоже благодаря самоисцелению, которое по чуть-чуть, но действовало. Точно пока сказать не мог.

Домой я пришёл в одиннадцать вечера. В комнате-кухне почему-то не было света, он был зажжён только в прихожей.

— Эй, ты тут⁈ — окликнул я Гришу.

— Да тут я, — проворчал друг, подсвечивая себе телефоном. — Здорово, гуляка. Думал уже и сегодня тебя не ждать.

— Ты уже спать лёг? — спросил я.

— Да какой там, — махнул он рукой. — У тебя в комнате единственная лампочка перегорела. Вот и сижу в темноте, тебя жду.

Я вздохнул. Только перегоревшей лампочки сегодня и не хватало для завершения дня. Устал просто ужасно.

— А ты сам не мог поменять? — снимая куртку, спросил я.

— Я вообще-то новую купил, — обиженно отозвался Гриша. — Вот лежит на столе. А менять… ну, не умею я. Да и высоко там, вдруг упаду.

Гриша был примерно метр семьдесят ростом и точно легче меня. Упасть он боится с табуретки, великовозрастный ребёнок.

— Ладно, — вздохнул я. — Давай поменяю.

Я проверил, что выключатель в положении выключено, взял лампочку и табуретку и забрался на неё. Табуретка жалобно заскрипела, мои сто тридцать пять килограмм для неё явно были многовато.

— Держись там, — посоветовал мне Гриша.

Замечательный совет, такой ценный.

Выкрутил старую лампочку, вкрутил новую.

— Попробуй включить свет, — скомандовал я Грише.

Тот подбежал к выключателю, нажал. Свет загорелся.

— Отлично, — в этот момент табуретка подо мной качнулась, а затем одна из ножек с треском сломалась, и я полетел вниз.

Успел даже в полёте подумать «вот дерьмо». И грациозно приземлился. Сарказм. Вообще не грациозно, упал всем своим весом прямо на пол. Острая боль в коленах и в рёбрах справа. Кажется, задел что-то при падении. Ауч!

— Саша! — ко мне кинулся перепуганный Гриша. — Живой?

— Живой, — кивнул я. — Кажется, ушибся.

Думаю, синяки на ногах мне обеспечены. Ребром я ударился как раз об угол раскладушки Гриши. Неудачное падение.

На секунду прикрыл глаза, и в этот момент почувствовал уже знакомое тепло. Прана снова начала действовать без моего ведома. Включилось самоисцеление и направилось на все полученные травмы. Боль начала медленно утихать.

Уже не первый раз самоисцеление включается автоматически. Сейчас, думаю, причина в сегодняшней тренировке у бабы Дуни. Разбор трав даром не прошёл, не зря же я чувствовал отклик.

Через несколько минут боли почти не было. Я глубоко вдохнул и открыл глаза.

— Ты в порядке? — спросил Гриша.

— Да, всё хорошо, — я поднялся с пола. — Табурет жалко, у нас всего два их осталось. Надо беречь.

Гриша бросил на меня быстрый и очень внимательный взгляд. Он что-то заметил? Понял, что слишком быстро я восстановился?

Он несколько мгновений смотрел на меня, а потом как ни в чём не бывало начал собирать остатки табурета.

— Хорошо хоть кости не переломал, — буркнул он. — А так да, табурет новый надо бы.

Мы ликвидировали последствия, и я сварганил быстрый ужин. Сели за еду.

— Как с поисками работы дела? — поинтересовался я, расправляясь с отварной брокколи.

Овощи теперь одно из моих любимых блюд. Во всех своих видах. Калорий мало, голод утоляют быстро. Мечта.

— Отлично! — оживился друг. — Меня взяли!

— Куда? — поинтересовался я.

У него, помнится, было собеседование в школу и на птицефабрику. Я в глубине души надеялся на птицефабрику, но…

— Охранником! — радостно выпалил он. — Школа номер три, на Советской. С понедельника выхожу, представляешь?

Чуть морковкой не подавился.

— Правда охранником? — удивился я.

Ну не мог представить своего лохматого друга в роли школьного охранника.

— Ага, — кивнул тот. — А что, работа не пыльная. Пропуска проверять и кроссворды разгадывать. Я их, правда, не разгадываю, но, может, начну.

— А зарплата какая? — спросил я.

Вот тут он замялся, сделал вид, что сосредоточен на ужине.

— Гриш, — я показал ему, что не отстану.

— Двадцать тысяч, — признался он.

Мало, очень мало. Ему тоже надо отдавать кредит, хотя время ещё есть. Но двадцать тысяч…

— Ничего мне не говори! — воскликнул друг. — Я знаю. Зато работа стабильная. А ещё там парочка молодых учительниц есть, такие симпатичные…

Ну разумеется, куда же он без этого. Мало ему истории с красивым счастьем по имени Настя из цветочного.

— Ты молодец, что устроился, — решил немного подбодрить его я. — Но всё-таки нужно придумать что-то ещё.

— А я уже придумал, — тут же заявил он.

Второй раз чуть не подавился морковкой.

— И что же? — настороженно спросил я.

Надеюсь, не скажет сейчас «требовать у детей деньги за вход в школу».

— Хочу заняться ремонтом компьютеров, — ответил Гриша. — Я тут пока твой продавал, подумал. Разбираюсь же. Может, найдутся те, кому нужны мои услуги.

Не самая плохая из всех его идей.

— Попробуй, — кивнул я. — Дай в местную группу объявление, на выходных можешь подрабатывать.

— Ты поддерживаешь? — обрадовался Гриша.

— Ну а почему нет, — пожал я плечами. — Правда хорошая идея. Попробовать можно, рисков никаких.

— Отлично, — улыбнулся тот. — Супер! Заживём ещё с тобой.

Он принялся строить планы, что надо будет купить в дом, как его обустроить. Я слушал его с лёгкой иронией, но не спорил. Пусть помечтает, это не вредно.

После ужина мы сразу же легли спать. Гриша продолжал налаживать режим к работе, а я просто ужасно вымотался. Заснул практически сразу же, как только голова коснулась подушки.

Будильник прозвенел даже слишком быстро. Но ничего не поделать, пришлось вставать. Зарядка, душ, завтрак. Отработанная схема, уже практически на автомате.

Правда, Гришу в этот раз пришлось поднимать с боем.

— Ещё пять минуток, — сонно ворчал он, накрывая голову подушкой.

— Нет уж, вставай, — растолкал я его. — Раз взялся за режим, то следуй ему и дальше.

— Изверг, тиран и деспот, — сообщил мне мой друг. — У меня работа только с понедельника!

— Ничего, займёшься уборкой и стиркой, — легко нашёл я ему занятие. — Давай-давай.

Он пробормотал ещё несколько проклятий, но всё-таки встал. Я привычно оставил ему завтрак и отправился на работу.

В поликлинике уже стоял шум очереди в регистратуру. Забежал за картами и вдруг услышал, как Светлана произносит мою фамилию.

— А я вам говорю, что к Агапову нет ничего! — гневно заявила она пациентке.

Женщина лет шестидесяти явно не собиралась сдаваться.

— Как же нет, — причитала она. — У меня таблетки заканчиваются, надо новые выписать. Я же с его участка. Девушка, милая, запишите нулевым талоном может быть? Это быстро, правда!

— Для получения препаратов могли и заранее записаться! — Светлана явно не церемонилась. — Не задерживайте очередь!

Всё-таки она слишком грубая для сотрудницы регистратуры.

— Но я не успела в этот раз, — возразила женщина.

— Не мои проблемы! — повысила голос Светлана.

Я решительно подошёл к ней.

— Что тут происходит? — строго спросил я.

Регистраторша резко обернулась и вообще не обрадовалась моему появлению.

— Пациентка хочет попасть без записи на получение лекарств, — процедила она сквозь зубы. — А я ей говорю, что надо было записываться.

— Доктор, прошу вас, примите пожалуйста! — попросила пациентка. — Вылетело у меня из головы совсем, что от диабета всё заканчивается. Надо новые таблетки получить, я же не могу без них.

— Запишите нулевым талоном, — распорядился я Светлане.

Выписать новые препараты — это дело буквально пяти минут. Не то чтобы я любил пациентов без записи, но иногда можно было войти в положение.

— Вы сами в прошлый раз устраивали скандал, что я к вам записываю не тех людей, — напомнила Светлана. — А теперь сами говорите записать?

— Да, в этот раз я сам говорю записать, — холодно ответил я. — Прямое распоряжение врача. И не сравнивайте это с ситуацией, когда вы записывали мне хирургических пациентов.

— Запишу, — фыркнула Светлана. Затем обратилась к пациентке: — Давайте ваш полис.

Я забрал карты и отправился в свой кабинет. Лена уже была там.

— Прости, не успела с утра карты забрать, — увидев мою поклажу, всплеснула она руками.

— Ничего, я там попутно одно дело решил, — отмахнулся я. — Так, приём с восьми сегодня.

— Да, — Лена явно была взволнована чем-то другим. — Саш, я придумала!

Я положил карты на стол, снял куртку и надел халат.

— Что придумала? — присаживаясь за свой стол, поинтересовался я.

— Придумала, как отомстить Кристине и Стасу! — гордо ответила Лена.

А вот это уже интересно!