Бывший муж в квартире напротив

Глава 9

Марина.

Шагаю в ванную, на ходу сбрасываю одежду. Горячая вода приятно обжигает кожу. Стою под тугими струями, пока мышцы плеч и бёдер не расслабляются.

Заматываю мокрые волосы в полотенце. Домашние штаны, хлопковый топ — комфортный боевой режим включён.

На кухне ставлю турку на плиту — люблю варить кофе именно так: медленно, с ароматом, с маленьким огоньком нетерпеливого ожидания в груди.

Пока варится кофе, открываю ноутбук. Он оживает, как послушный зверёк. Поочерёдно открываются все окна проекта. Файлы подгружаются.

Работа зовёт, и я почти рада этому, потому что работа отлично вытесняет из головы все ненужные мысли.

Кофе, шипя, вскипает и возмущённо поднимается бурлящей лавой. Снимаю турку с огня. Мурлыча под нос песенку, иду к холодильнику, мечтая о глотке кофе с молочной пенкой. Уже представляю, какой он горячий, мягкий, но крепкий. И как прекрасно с чашечкой концентрированного жидкого блаженства я сяду сейчас за работу!

Открываю холодильник и с неудовольствием обнаруживаю, что молока-то и нет! Коробка от молока есть, а самого молока — нет!

Ромка! Какое вероломное предательство! Выпил и поставил обратно, как всегда. Мужская классика.

Подперев бедром дверцу холодильника, зависаю пустым взглядом на полках с продуктами.

Может, без молока? Нет.

Может, в магазин? Точно нет.

Проверяю время: почти десять. Ромка в это время ещё должен быть дома.

Срываюсь, хватаю ключи, влетаю в домашние тапочки и сайгаком скачу вниз по лестнице.

Луплю кулаком в Ромкину дверь. Через две секунды она распахивается.

Рома — в белой рубашке, с криво завязанным галстуком, с одним ботинком в руке и чашкой кофе в другой. Красавчик, как всегда.

— Маруся? — Изгибает бровь.

— Я буквально на минуту! Пришла похитить твоё молоко.

— Грабёж средь бела дня, — драматично качает он головой. — Бери, что хочешь.

— Угу, — тянусь к нему, поправляя узел галстука. — Куда красивый такой намылился?

— С инвестором встречаюсь. Если повезёт — переподпишем контракт на б о льшую сумму, — Рома поднимает руку и одёргивает рукав рубашки, обнажая часы на запястье. — Так, Марусь, я побежал. Опаздываю уже. Будешь уходить — захлопни дверь.

Опрокинув в себя остатки кофе и напялив второй ботинок, Рома вылетает за дверь.

Тащусь на кухню.

В холодильнике у него — молочный рай. Миндальное, овсяное, даже кокосовое. Ромка — гурман. Хватаю миндальное, выныриваю обратно в подъезд, захлопываю за собой дверь.

Возвращаюсь наверх со сладким ощущением победы.

Наконец-то смогу поработать без всяких форс-мажоров!

Подхожу к своей двери. Вставляю ключ…

Не идёт. Совсем. Застревает на полпути и даже не думает проворачиваться.

— Зараза… — Шепчу, дёргая ключ в стороны. — Ну давай! Что с тобой не так?

Дверь позади меня, тихо скрипнув, открывается настежь.

Демид приваливается плечом к косяку. На губах расцветает ангельская улыбка.

— Упс, — качает головой. — Кажется, у нас форс-мажор.