Человек: откуда, как и куда

Глава XXIV. Религия и храмы

Практическое отсутствие каких-либо правил придаёт колонии ощущение удивительной свободы, хотя в то же время очень сильно впечатляет атмосфера целеустремлённости. Люди самых разных типов продвигаются по линии развития интеллекта, преданности и действия. Но все единодушно признают, что Ману досконально знает, что он делает, и что все эти различные пути — лишь некоторые из методов служения ему, и что любое развитие, которое совершает человек, делается им не для себя, а для расы, и может быть передано его детям. Не существует разных религий в нашем понимании этого слова, хотя одно и то же учение даётся в различных формах. Однако тема религиозного поклонения имеет такое большое значение, что мы посвятим её рассмотрению специальный раздел, а затем рассмотрим новые методы обучения и особенности личной, социальной и коллективной жизни колонии.

Поскольку два Учителя, основавшие Теософское общество, являются также лидерами этой колонии, вполне естественно, что господствующим там религиозным мнением должно быть то, что мы сейчас называем теософией. Всё, чего мы сейчас придерживаемся, всё, что известно в самых сокровенных кругах нашей Эзотерической секции, является общей верой сообщества. И многие моменты, о которых наши собственные знания являются неполными, здесь усвоены и поняты в деталях. Основания нашей теософии больше не являются предметом обсуждения, и факты о жизни после смерти, а также о существовании и природе высших миров представляют собой предмет экспериментального познания почти для всех членов колонии. Здесь, как и в наше время, разные отрасли науки привлекают разных людей. Некоторые думают главным образом о высшей философии и метафизике, в то время как большинство предпочитает выражать свои религиозные чувства по некоторым направлениям, предусмотренным для них в различных храмах. Сильная жилка практичности пронизывает всё их мышление, и мы не очень ошибёмся, если скажем, что религия этого сообщества заключается в том, чтобы делать то, что тебе говорят. Между наукой и религией нет никакого разделения, потому что и та, и другая одинаково направлены на достижение общей цели и существуют только ради сообщества. Люди больше не поклоняются различным богам, поскольку все обладают точным знанием о существовании Солнечного божества. Многие до сих пор следуют обычаю приветствовать Солнце, когда оно восходит, но все полностью осознают, что его следует рассматривать только как центр в теле божества.

Одной из характерных черт религиозной жизни колонии является деятельное участие в ней дэвов. Многие религии нашего времени говорили о Золотом веке в прошлом, когда ангелы или божества свободно ходили среди людей, но затем это счастливое положение вещей прекратилось из-за грубости той стадии эволюции. Что касается нашего сообщества, то это снова повторилось, ибо великие дэвы снова приходят к людям и приносят им много новых возможностей развития, привлекая к себе тех, кто соответствует их собственной природе. Это не должно нас удивлять, ибо даже в двадцатом веке дэвы оказывали большую помощь тем, кто был способен её принять. Подобные возможности обучения и пути продвижения не были тогда доступны большинству людей, но это было не из-за нежелания дэвов, а из-за отсталости людей. Тогда мы были во многом похожи на детей в начальной школе. Великие профессора из университетов иногда приходили туда, чтобы проинструктировать продвинутых учащихся, и иногда мы их видели. Но их помощь не приносила нам пользы просто потому, что мы не были в том возрасте или на том уровне развития, когда могли бы воспользоваться ею. Как только мы достаточно подросли, занятия начались, и Учителя теперь — в полном нашем распоряжении. Наше сообщество достаточно повзрослело, и поэтому оно пожинает плоды постоянного общения с этими великими существами.

Дэвы не просто спорадически появляются, но определённо работают под руководством Первосвященника, который полностью контролирует религиозное развитие общины и её департамент образования. Мы видим внешнее проявление религиозной жизни, когда в храмах проводятся различные виды богослужений, и управление ими является особой функцией дэвов. Существует четыре типа храмов, и хотя порядок и предметы богослужений во всех одинаковы, имеются некоторые различия в форме и методе, которые мы сейчас попытаемся описать.

Лейтмотив храмовой службы заключается в том, что у каждого человека, принадлежащего к определённому типу, есть какой-то один путь, по которому он может проще достичь божественного и, в свою очередь, легче всего воспринять божественное. У одних людей этим каналом является привязанность, у других — преданность, у третьих — сочувствие, у четвёртых — интеллект. Таким образом, существует четыре вида храмов, и задача каждого из них состоит в том, чтобы привести выдающееся качество человека в активную и сознательную взаимосвязь с соответствующим качеством в Логосе, проявлением которого оно является, ибо это позволяет самому человеку легче всего возвыситься и получить помощь. Так он может на некоторое время подняться до уровня духовности и силы, намного превосходящего всё, что обычно возможно для него. И каждое такое усилие духовного возвышения облегчает ему следующее аналогичное усилие, а также немного повышает его обычный уровень. Каждая служба, которую посещает человек, предназначена для того, чтобы оказать на него определённое и предсказуемое воздействие. Службы в течение года или ряда лет тщательно планируются с учётом среднего уровня развития общины и с целью продвижения её членов до определённой точки. Именно в этой работе сотрудничество дэвы так ценно, поскольку он действует как истинный священнослужитель и посредник между людьми и Логосом, получая, собирая воедино и направляя их устремления, а также распределяя, применяя и низводя до их уровня потоки божественного влияния, которые приходят, как ответ свыше.

Первый храм, в который мы вошли с целью осмотра, был одним из тех, которые дэва вначале показал на своих картинах. Здесь прогресс достигается, главным образом, благодаря любви, и отличительной чертой богослужения является великолепный поток цвета, который сопровождает его и фактически является его главным выражением. Представьте себе великолепное круглое здание, чем-то напоминающее собор неизвестного нам в настоящее время архитектурного стиля и гораздо более открытый вовне, чем это возможно для любого собора в обычном европейском климате. Мы видим, что он заполнен благоговейными прихожанами, а дэва-священнослужитель стоит в центре перед ними, на вершине своего рода пирамидального или конического сооружения филигранной работы, так что он одинаково виден из любой части огромного здания.

Примечательно, что каждый молящийся, войдя, тихо и благоговейно усаживается на полу, а затем закрывает глаза и пропускает перед своим мысленным взором череду цветных образов, наподобие тех, какие иногда проходят перед глазами в темноте непосредственно перед засыпанием. У каждого человека есть свой собственный набор этих образов, и по-видимому, они в какой-то степени являются его личным выражением. Это похоже на предварительную молитву при входе в церковь двадцатого века и предназначено для того, чтобы успокоить человека, дать ему возможность собраться с мыслями, если они блуждали, и настроить его на окружающую атмосферу и цель, которой она служит. Когда начинается служба, дэва материализуется на вершине своей пирамиды, принимая по этому случаю величественный человеческий облик в струящихся одеяниях насыщенного алого цвета (цвет варьируется, как мы сейчас увидим, в зависимости от типа храма).

Его первое действие состоит в том, чтобы вызвать над своей головой появление яркой цветовой полосы, чем-то напоминающей солнечный спектр, за исключением того, что в разных случаях цвета расположены в разном порядке и различаются своей интенсивностью. Практически невозможно точно описать эту цветовую гамму, поскольку это гораздо больше, чем просто спектр: это изображение, но не картина, внутри него есть геометрические формы, но у нас нет средств, с помощью которых его можно было бы как-то отобразить, поскольку оно находится в многомерном пространстве, недоступном нашим органам чувств, какие мы сейчас имеем. Эта полоса является лейтмотивом или текстом данного конкретного служения, указывая тем, кто понимает его, точную цель, для которой оно предназначено, и направление, в котором должны проявляться их привязанность и устремления. Это мысль, выраженная на цветовом языке дэвов, и как таковая понятна всему собранию. Это материально отразилось и на физическом плане, а также на астральном и ментальном, ибо, хотя большинство прихожан, вероятно, обладают, по крайней мере, астральным зрением, всё же могут быть те, для кого такое зрение не является постоянным.

Сейчас каждый присутствующий пытается воспроизвести этот текст или лейтмотив, формируя в воздухе перед собой силой своей воли меньшую цветовую полосу, настолько похожую на образец, насколько это в его силах. Кому-то это удаётся гораздо лучше, чем другим, так что каждая такая попытка выражает не только предмет, указанный дэвой, но и характер человека, который её предпринимает. Некоторые способны сделать это настолько уверенно, что становится видно даже на физическом плане, в то время как другие могут выполнить это только на астральном и ментальном уровнях. Некоторые из тех, кто воспроизводит наиболее блестящие и успешные имитации формы, созданной дэвой, не переносят её на физический план.

Дэва теперь простирает свои руки над людьми, изливая на них через свою цветовую форму чудесный поток влияния — поток, который достигает их через соответствующие им цветовые формы и возвышает их точно в той пропорции, в какой им удалось сделать свои цветовые формы похожими на образец. Влияние исходит не только от дэвы-священнослужителя, ибо над ним за пределами храма и материального мира находится кольцо высших дэвов, для сил которых он действует как канал. Астральный эффект этого излияния замечателен. Море светло-розового цвета наполняет обширную ауру дэвы и распространяется огромными волнами по собранию, воздействуя таким образом на них и пробуждая их эмоции к большей активности. Каждый из них устремляется в это цветовое море в своей особой форме, но какой бы прекрасной она ни была, она, естественно, более низкого порядка, чем у дэвы, индивидуально более грубая и менее яркая, чем та совокупность блеска, в которой она вспыхивает. Таким образом, мы получаем необычный и прекрасный эффект: тёмно-малиновое пламя, пронзающее розовое море — это похоже на вулканический огонь, вспыхивающий на фоне великолепного заката.

Чтобы, хотя бы в некоторой степени, понять, как возникает эта активность симпатической вибрации, мы должны осознать, что аура дэвы гораздо обширнее, чем у человека, и она также более гибкая. Чувство, которое у обычного человека выражается в приветственной улыбке, у дэвы вызывает внезапное расширение и осветление ауры и проявляется не только в цвете, но и в мелодии. Приветствие одного дэвы другому — это великолепный музыкальный аккорд, или, скорее, арпеджио; разговор между двумя дэвами подобен фуге; речь, произнесённая одним из них, — великолепная оратория. Рупа-дэва обычного развития часто обладает аурой диаметром во много сотен ярдов, и когда что-либо его интересует или возбуждает его энтузиазм, она мгновенно расширяется. Таким образом, наш дэва-священнослужитель охватывает аурой всю свою паству и, следовательно, способен воздействовать на них самым глубоким образом — как изнутри, так и извне. Наши читатели, возможно, смогут представить себе эту ауру, если вспомнят иллюстрацию с архатом в книге «Человек видимый и невидимый». Однако они должны представить его, как более подвижного и текучего, более огненного и искрящегося — как почти полностью состоящего из пульсирующих огненных лучей, которые, тем не менее, дают почти такой же общий эффект расположения цветов. Это похоже на то, как если бы эти цветные сферы были сформированы из огненных лучей, которые постоянно струятся вовне, но проходя через каждый участок радиуса, окрашиваются в его цвет.

Первая волна влияния на людей приводит к тому, что каждый человек поднимается на свой самый высокий уровень. Она вызывает у него самую благородную привязанность, на которую он способен. Когда дэва видит, что всё настроено в нужном ключе, он изменяет направление потока своей силы, концентрируется и придаёт своей ауре сферическую форму меньшего радиуса, из высшей точки которой поднимается вверх огромная колонна. Затем он поднимает руки над головой, и по этому сигналу каждый человек направляет к дэве-священнослужителю всю свою привязанность и устремления, изливая свою любовь к стопам божества. Дэва вбирает в себя все эти пылкие потоки и направляет их вверх одним огромным фонтаном разноцветного пламени, который расширяется по мере подъёма и улавливается кругом высших дэвов. Они пропускают его через себя и, преобразовав, сводят воедино, подобно лучам, пропущенным через линзу, пока он не достигнет великого главного дэвы их Луча, могущественного владыки, который, контактируя с самим Логосом, представляет этот Луч.

Великий владыка собирает такие потоки со всех уголков мира. Затем он сплетает эти многочисленные потоки в один великий канат, который привязывает Землю к стопам её бога. Он собирает их в одну великую реку, которая течёт вокруг этих стоп, и приближает наш лепесток лотоса к его сердцевине. И тогда он отвечает. В свете самого Логоса на мгновение вспыхивает ещё большее сияние. Оно распространяется обратно к великому дэве, через которого этот поток силы стекает на ожидающих дэвов внизу. Когда через них он доходит до дэвы-священнослужителя, стоящего на своей вершине, он опускает руки и простирает их над своим народом в благословении. Не поддающиеся описанию цветовые потоки наполняют весь огромный собор. Они подобны жидкому огню, но нежны, как оттенки египетского заката, они заливают своим сиянием каждого человека. Из всего этого великолепия каждый берёт себе то, что он способен взять, что стадия его развития позволяет ему ассимилировать.

Все проводники каждого присутствующего активизируются в высшей степени благодаря этому колоссальному нисходящему потоку божественной силы, и на мгновение каждый человек в полной мере осознаёт, что на самом деле означает жизнь бога и что для каждого она должна выражаться как любовь к ближнему. Это гораздо более полное и личное благословение, чем то, которое изливалось в начале служения, ибо здесь есть нечто, в точности подходящее каждому человеку, укрепляющее его в минуту слабости и в то же время максимально раскрывающее всё лучшее, что есть в нём, дающее ему не только трансцендентный опыт того времени, но также и воспоминание, которое будет для него сияющим светом на многие грядущие дни. Эта ежедневная служба является религиозной практикой тех, кто принадлежит к Лучу привязанности.

Благотворное влияние этого богослужения распространяется не только на присутствующих. Его излучение расходится по большой территории и очищает астральную и ментальную атмосферы. Эффект отчётливо ощущается любым умеренно чувствительным человеком даже в двух-трёх милях от храма. Каждая такая служба создаёт огромное количество розовых мыслеформ, которые насыщают окружающую территорию мыслями о любви, так что вся атмосфера пропитывается ею. В самом храме формируется огромный алый вихрь, который практически постоянен, так что человек, входящий в храм, сразу же ощущает его влияние. Он также поддерживает устойчивое излучение в окружающей местности. Более того, каждый человек, возвращающийся из храма, сам является центром силы необычного порядка, и когда он приходит домой, исходящие от него излучения отчётливо ощущаются всеми соседями, которые не смогли присутствовать на службе.

Иногда в дополнение или, возможно, в качестве отдельной службы, дэва произносит то, что можно охарактеризовать как своего рода цветовую проповедь. Он использует ту же цветовую форму, которую мы назвали лейтмотивом, для передачи различного рода инструкций. Одна чрезвычайно яркая и поразительная цветовая проповедь такого рода была предназначена для того, чтобы показать влияние любви на различные качества других людей, с которыми она соприкасается. Чёрного цвета злоба и багрового — гнев, грязно-зелёного — обман и жёсткого коричнево-серого — эгоизм, коричневато-зелёного — ревность и тяжёлого тускло-серого цвета депрессия — все они подвергались воздействию пылающего алым цветом огня любви. Были показаны стадии, через которые оно проходило, и становилось понятно, что в конце концов, ни одно из этих качеств не смогло устоять перед силой любви, и все они, в конце концов, растворялись в ней или же поглощались ею.

Хотя цвет во всех отношениях является главной особенностью службы, которую мы описали, дэва не исключает возможности пользоваться каналами других чувств, помимо зрения. На протяжении всей службы и даже до её начала в висящих под его золотой пирамидой кадильницах постоянно дымились благовония, за которыми присматривали два мальчика. Разновидность сжигаемых благовоний варьируется в зависимости от различных этапов богослужения. Люди здесь более чувствительны к запахам, чем мы в наше время. Они уверенно распознают все виды благовоний и точно знают, что они означают и с какой целью используются. Количество доступных приятных запахов здесь намного больше, чем было раньше. Был открыт какой-то способ сделать их более летучими, так что они мгновенно распространяются по всему зданию. Они действуют на эфирное тело примерно так же, как цвета действуют на астральное, и вносят свой вклад в быстрое приведение в гармонию всех проводников человека. Сообщество обладает большим количеством новой информации о воздействии запахов на определённые участки мозга, как мы увидим позднее, когда перейдём к образовательному процессу.

Естественно, каждое изменение цвета сопровождается соответствующим звуком, и хотя это второстепенная особенность цветового храма, который мы описали, это ни в коем случае не маловажно. Однако сейчас мы попытаемся описать в чём-то похожее богослужение в храме, где преобладает музыка, а цвет используется только для усиления эффекта, точно так же, как звук помогал цвету в храме любви. В просторечии храмы, в которых прогресс достигается, главным образом, за счёт развития привязанности, называются «алыми храмами» — во-первых, потому, что все знают, что алый цвет в ауре указывает на привязанность, и следовательно, это преобладающий цвет всех прекрасных излияний, а во-вторых, потому что в знак подтверждения того же факта, все изящные линии архитектуры всегда алого цвета, и есть даже некоторые храмы полностью такого оттенка. Многие из этих храмов построены из камня красивого светло-серого цвета с полированной поверхностью, очень похожего на мрамор, и в этом случае только внешние украшения имеют цвет, указывающий на характер проводимых внутри служб. Однако иногда храмы любви полностью строятся из камня прекрасного светло-розового цвета, который изумительно красиво выделяется на фоне яркой зелени деревьев, которые всегда окружают их. Храмы, в которых музыка является доминирующим фактором, также известны как «синие храмы», поскольку их главной целью является пробуждение максимально возможной преданности, и синий цвет является наиболее важным в связи с их службами и, следовательно, цветом, принятым как для внешнего, так и для внутреннего убранства.

Общая схема богослужения в одном из синих храмов очень похожа на ту, которую мы уже описывали, за исключением того, что в этом случае цвет заменяется звуком в качестве основного действующего фактора. Точно так же, как в цветовом храме целью было стимулировать любовь в человеке, сознательно приводя её в соответствие с божественной любовью, так и в этом храме цель состоит в том, чтобы способствовать эволюции человека через свойство преданности, которое с помощью музыки чрезвычайно возвышается и усиливается за счёт непосредственной связи с Логосом. Точно так же, как в алом храме присутствует постоянный вихрь высочайшей и благороднейшей привязанности, так и в музыкальном храме царит аналогичная атмосфера бескорыстной преданности, которая мгновенно воздействует на каждого, кто входит в него.

В эту атмосферу входят члены собрания, каждый из которых несёт в руках замысловатый музыкальный инструмент, не похожий ни на один из известных нам. Это точно не скрипка, возможно, что-то вроде маленькой круглой арфы со струнами из какого-то блестящего металла. Но этот странный инструмент обладает многими замечательными свойствами. На самом деле, он гораздо важнее, чем просто инструмент, ибо он специально магнетизирован для своего владельца, и никто другой не может им пользоваться. Он настроен на владельца, он — выражение владельца, трубка, через которую с ним можно связаться на физическом плане. Владелец играет на нём, и в то же время им самим играют, потому что он излучает и принимает вибрации своим инструментом.

Когда прихожанин входит в храм, он вызывает в своём воображении череду прекрасных звуков — музыкальное произведение, которое выполняет для него ту же функцию, что и цветовая последовательность, которая проходит перед глазами человека в цветовом храме на той же стадии процесса. Когда дэва материализуется, он также берёт в руки инструмент аналогичной природы и начинает службу, исполняя на нём аккорд (или, скорее, арпеджио), который выполняет функцию основной цветовой ноты, используемой в другом храме. Эффект от этого аккорда наиболее удивителен. Инструмент у него маленький и, по-видимому, маломощный, хотя и очень приятный по звучанию. Но когда он начинает играть, кажется, что аккорд подхватывается в пространстве вокруг него, как будто его повторяют тысячи невидимых музыкантов, так что он разносится под огромным куполом храма и изливается потоком гармонии на всё собрание. Теперь каждый член собрания начинает играть на своём инструменте, сначала очень тихо, но постепенно всё громче, пока все исполнители не примут участие в этой замечательной симфонии. Таким образом, как и в цветовом храме, каждый прихожанин приводится в гармонию с главной идеей, которую дэва желает акцентировать в процессе службы. В этом случае, как и в предыдущем, на людей изливается благословение, которое поднимает каждого на максимально возможный для него уровень, вызывая бурный отклик, который проявляется как в звуке, так и в цвете.

Здесь также используются благовония, и они варьируются в разных точках богослужения, во многом так же, как и в прежнем случае. Затем, когда собрание окончательно настроено, каждый человек начинает играть. Все они играют явно известные партии, хотя не похоже, чтобы это было организовано или отрепетировано заранее. Как только эта стадия вступает в полную силу, дэва-священнослужитель изменяет свою ауру и начинает изливать свой звук внутрь, а не наружу на людей. Каждый человек вкладывает в исполнение всего себя и определённо нацелен на дэву, чтобы возвыситься через него. Воздействие на высшие эмоции людей является самым замечательным, и живая преданность собрания мощным потоком изливается вверх через совершающего службу дэву к великому кругу дэвов наверху, которые, как и раньше, вбирают её в себя, перенаправляя на гораздо более высокий уровень и посылая её ещё более мощным потоком к великому дэве, стоящему во главе их Луча. К нему сходятся тысячи таких потоков преданности со всей Земли, и он, в свою очередь, соединяет и сплетает их в единое целое, которое, когда он посылает его вверх, связывает его с самим Солнечным Логосом.

Так он вносит свою лепту в концерт, который исполняется всеми мирами Системы, и эти потоки из всех миров каким-то образом образуют мощнейшую двенадцатиструнную лиру, на которой играет сам Логос, восседающий на Лотосе своей Системы. Это невозможно выразить словами, но автор видел это и знает, что это правда. Логос слышит, откликается и сам играет для своей Системы. Таким образом, впервые у нас есть краткий проблеск потрясающей жизни, которую он ведёт наравне с другими Логосами, такими же как он. Но мысль бессильна перед этим великолепием, нашего разума недостаточно, чтобы постичь это. По крайней мере, ясно, что великие музыкальные дэвы, взятые в своей совокупности, обеспечивают музыку для Логоса, и он выражает себя через них в музыке для своих миров.

Затем приходит ответ — низвергающийся поток упорядоченного звука, слишком мощный, чтобы его можно было описать. Он идёт обратно через владыку Луча к кругу дэвов внизу, а от них — к дэве-священнослужителю в храме и трансмутируется на каждом этапе на более низкий уровень. Наконец, он изливается через служителя в храме в такой форме, в какой может быть воспринят прихожанами — огромный океан ласкового, нежного, нарастающего звука, вспышка небесной музыки, которая окружает, обволакивает, переполняет их, и в то же время, изливается на них через их собственные инструменты вибрациями, такими живыми, такими возвышающими, что их высшие тела активизируются, а их сознание поднимается до уровня, к которому в их внешней жизни оно не могло даже приблизиться. Каждый человек держит перед собой свой инструмент, и именно благодаря ему на него оказывается такое чудесное воздействие. Кажется, что из великой симфонии каждый инструмент выбрал аккорды, подходящие только ему самому, точнее, его владельцу, чьим представителем он является. Тем не менее, каждая арфа каким-то образом не только выбирает и откликается, но и вызывает к существованию нечто гораздо большее, чем её собственный объём звука.

Вся атмосфера заполнена гандхарвами, или богами музыки, так что воистину каждый звук разрастается, и для каждого отдельного тона создаётся великолепный аккорд обертонов и полутонов, исполненный неземной мягкости и красоты. Этот благословляющий отклик свыше — совершенно удивительное переживание, но когда мы пытаемся найти для него выражение, совершенно не хватает слов. Это нужно увидеть, услышать и прочувствовать, прежде чем пытаться каким-либо образом понять.

Этот великолепный финальный аккорд как бы продолжает звучать у людей и дома. Он всё ещё живёт в них, даже несмотря на то, что служба завершилась, и часто прихожанин пытается воспроизвести его в какой-то степени на своего рода маленькой частной службе у себя дома. В этом храме также может выполняться то, что соответствует проповеди, но в данном случае это производится дэвой через его инструмент и воспринимается людьми через их инструменты. Понятно, что это не будет одним и тем же для всех — некоторые понимают больше, а некоторые — меньше того эффекта, который дэва намеревался произвести.

Все результаты, которые достигаются в алом храме через привязанность с помощью великолепных цветовых эффектов, получаются здесь через преданность благодаря чудесному использованию музыки. Понятно, что в обоих случаях в первую очередь имеет место воздействие на интуитивные и эмоциональные тела людей — непосредственно на интуитивное у тех, кто развил его до стадии отзывчивости, и на интуитивное через эмоциональное у других, которые несколько менее развиты. Интеллект будет задействован только через отражение с этих планов, тогда как в следующей разновидности храма, которая будет описана, направление меняется, поскольку стимуляция воздействует непосредственно на интеллект, и только благодаря этому может пробудиться интуитивное тело. Конечные результаты, без сомнения, те же самые, но порядок выполнения процедур другой.

Если мы представляем людей алого храма как развивающихся с помощью цвета, а людей синего — как использующих звук, тогда форму можно назвать средством, главным образом используемым в жёлтом храме. Храм, посвящённый развитию интеллекта, — жёлтого цвета, поскольку так интеллект проявляется в различных проводниках человека.

Архитектура и внутреннее убранство храма снова такие же, но все украшения и обводки выполнены жёлтым цветом, а не синим и не алым. Общая схема службы также повторяется — сначала текст или лейтмотив, который объединяет всех, затем устремление, молитва или порыв людей, вызывающие отклик Логоса. Форма наставления, которую, за неимением лучшего слова, я назвал проповедью, также играет свою роль во всех службах. Все одинаково применяют благовония, хотя заметна разница между тем, что используется в жёлтом храме, и тем, что было в синем или алом. Вихрь, в данном случае, стимулирует интеллектуальную активность, так что одно лишь пребывание в храме заставляет человека чувствовать себя ментально более живым и способным лучше понимать и ценить.

Прихожане не приносят с собой никаких физических инструментов, и вместо того, чтобы представлять себе череду цветных образов, они начинают, как только занимают свои места, визуализировать определённые ментальные формы. У каждого человека есть своя собственная форма, которая явно предназначена для самовыражения, точно так же, как физический инструмент или особая цветовая гамма прихожан в других храмах. Все эти формы различны, и многие из них явно подразумевают способность визуализировать физическим мозгом самые простые четырёхмерные фигуры. Естественно, сила визуализации у людей различна, поэтому некоторые способны сделать свои фигуры более полными и определёнными, чем другие. Но, что любопытно, неопределённость, по-видимому, проявляется на обоих концах шкалы. Менее образованные — из тех, кто пока только учится мыслить, — часто создают формы, которые не имеют чётких очертаний, или даже, если поначалу им удаётся сделать их чёткими, они не в состоянии поддерживать их такими, и они регулярно расплываются. На самом деле они их не материализуют, но формируют в ментальной материи, и почти все они, даже на довольно ранней стадии, кажется, способны это делать. Видимо, сначала им формы предписываются, и они должны использовать их, скорее, как средство, чем как объект созерцания. Очевидно, что каждая из них предназначена для того, чтобы стать выражением своего создателя, дальнейший прогресс которого будет связан с модификацией формы, хотя он и не изменит её существенно. Предполагается, что мыслитель, работая с ментальной формой, будет получать вибрации посредством этого точно так же, как музыкальный прихожанин получает их посредством своего инструмента или член цветового собрания — посредством своей цветовой формы. У более развитых людей форма становится более определённой и более сложной, но у некоторых — самых способных из всех — она снова приобретает неопределённые очертания, потому что она начинает проявляться на более высоком плане. Причина заключается в том, что она становится всё более и более многомерной, и это приводит к тому, что её уже невозможно удержать на месте.

Когда появляется дэва, он также создаёт форму — не ту, которая является выражением его самого, но как и в других храмах, ту, которая должна стать лейтмотивом служения, определяющим особую цель, к которой он стремится в данном случае. Затем его прихожане проецируют себя в свои формы и пытаются через них откликнуться на его форму и понять её. Иногда это изменяющаяся форма, которая раскрывается в нескольких последовательных движениях. Одновременно с её созданием и через неё дэва-священнослужитель изливает на них огромный поток жёлтого света, который оказывает интенсивное стимулирующее воздействие на их интеллектуальные способности соответственно конкретной линии, которую он определяет. Он сильно влияет на их каузальные и ментальные тела, но слабее — на эмоциональные и интуитивные. У тех, кто обычно не обладает сознанием ментального тела, в результате этого процесса оно пробуждается, так что они впервые могут использовать его совершенно свободно и ясно видеть с его помощью. У некоторых впервые появляется четырёхмерное зрение. Те, кто развит ещё меньше, начинают видеть вещи немного яснее и постигают идеи, которые раньше казались им слишком метафизичными.

Ментальное усилие не происходит совсем без чувства, поскольку в стремлении вверх есть, по крайней мере, сильное наслаждение, хотя оно и ощущается почти исключительно через ментальное тело. Все прихожане, как и прежде, изливают свои мысли через созданные формы дэве-священнослужителю, и тем самым приносят своего рода жертву Логосу в виде самого лучшего, что у них есть. В ней и через неё они отдают себя во власть горящего Света вверху, они объединяются и погружаются в него. Это — интеллектуальный пыл, достигший своей наивысшей силы. Как и в других храмах, дэва-священнослужитель объединяет все формы, которые ему посылают, и смешивает воедино все потоки силы, прежде чем направить их в круг над собой, который на этот раз состоит из представителей особого класса, которых мы будем называть жёлтыми дэвами. Они развивают интеллект и наслаждаются тем, что помогают людям и направляют их.

Как и прежде, они поглощают силу, но только для того, чтобы отослать её в значительно увеличенном объёме на более высокий уровень великому Владыке, который является главой их Луча и своего рода центром обмена силой. Интеллектуальный аспект Логоса воздействует на него и через него сверху, в то время как весь человеческий интеллект идёт до него и через него снизу. Он получает и пересылает пожертвования из храма и, в свою очередь, открывает врата божественного разума, который, пройдя множество ступеней, изливается на прихожан и поднимает их из повседневного состояния в то, какого они достигнут в будущем. Временный эффект такого излияния практически не поддается анализу. Все присутствующие эго становятся замечательно активными, и пробуждается сознание каузального тела у тех, кто достаточно развит. У других же просто значительно возрастает умственная активность. Некоторые настолько активизируются, что фактически покидают тело, другие впадают в своего рода самадхи, потому что их сознание поднимается до ещё недостаточно развитого проводника, который не способен его выразить.

Реакция свыше — это не просто стимуляция. Она также содержит огромное количество форм: похоже, что это все возможные формы, соответствующие специфике дня. Эти формы воспринимаются теми членами общины, которые могут их использовать, и примечательно, что разными людьми одна и та же форма воспринимается по-разному. Например, форма, которая для кого-то передаёт некую интересную деталь физической эволюции, для другого человека будет представлять собой обширную стадию космического развития. Для многих людей это похоже на то, как если бы они увидели в зримой форме Стансы Дзиан. Люди пытаются мыслить в одном русле, но делают это по-разному и, следовательно, притягивают к себе различные формы из обширной упорядоченной системы, которая находится в их распоряжении. Каждый человек выбирает из этого множества то, что ему больше всего подходит. Некоторые люди, например, просто по-новому смотрят на предмет, заменяя свою собственную мыслеформу другой, которая на самом деле никоим образом не превосходит прежнюю, а просто освещает вопрос с иной стороны.

Люди, очевидно, таким способом развивают интуитивное сознание. Благодаря интенсивному мышлению и постижению сходящихся потоков они начинают понимать устройство Вселенной, а затем, благодаря интенсивному давлению вверх, они осознают это и наступает просветление. Обычно оно приходит внезапно и ошеломляет человека — тем более, что по роду своей деятельности, у него раньше было мало практики в понимании человеческих чувств. Со своей интеллектуальной точки зрения он философски изучал и препарировал людей, как если бы они были растениями под микроскопом. А теперь в одно мгновение до него доходит, что все они так же божественны, как и он сам, что все они полны своих собственных чувств и эмоций, понимания и непонимания того, что они больше, чем братья, поскольку, на самом деле, они находятся внутри него самого, а не снаружи. Это большое потрясение для человека, к которому пришло просветление, и ему нужно время, чтобы перестроиться и развить в себе некоторые другие качества, которыми он до сих пор в какой-то степени пренебрегал. Служба заканчивается почти так же, как и раньше, и ментальная форма каждого прихожанина постоянно улучшается в результате тренировки, через которую он прошёл.

Здесь мы также видим форму наставления, которую назвали проповедью, и в данном случае она обычно содержит изложение изменений, которые происходят в определённой форме или наборе форм. В этом случае дэва иногда использует произносимые вслух слова, хотя и очень немного. Это как если бы он показывал прихожанам различные картинки в волшебном фонаре и называл их по мере того, как они проходили перед ними. Он уверенно материализует особую мыслеформу, которую показывает им, и каждый член собрания пытается скопировать её в своей собственной ментальной материи. В одном случае описывался перенос форм с плана на план — своего рода ментальная магия, которая демонстрирует, как одна мысль может быть преобразована в другую. На низшем ментальном плане он показывает, как эгоистичная мысль может стать бескорыстной. Никто из этих людей не является грубым эгоистом, иначе их не было бы в сообществе, но всё ещё могут сохраняться тонкие формы эгоцентричного мышления. Существует также определённая опасность интеллектуальной гордыни, и было показано, как она может быть трансмутирована в почитание мудрости Логоса.

В других случаях демонстрировались очень интересные метаморфозы: формы переходили одна в другую, выворачиваясь наизнанку. Например, было показано, как додекаэдр превращается в икосаэдр. Был объяснён их внутренний смысл на всех различных планах, и здесь было интересно заметить раскрытие последовательности эзотерических смыслов и наблюдать, как одни члены собрания останавливаются на одном из них, понимают его до конца и остаются довольны своей способностью понять это, тогда как другие идут на одну, две и более ступеней дальше их и проникают в самую суть. Большинство прихожан занимаются преобразованием своих собственных мыслей, но те немногие, которые пошли дальше, уже могут переводить космическую силу с одного плана на другой. Такая проповедь тренирует умственную интенсивность и активность, и для того, чтобы понять её, требуется пристальное внимание.

Во всех храмах большое значение имеет тренировка воли, которая необходима для того, чтобы удерживать внимание сосредоточенным на всех этапах изменений в картинах, музыке или мыслеформах. Всё это наиболее заметно проявляется в интенсивном свечении каузальных тел, которое воздействует на ментальные проводники и даже на физический мозг, который, по-видимому, в целом заметно больше у этих первопроходцев шестой корневой расы, чем у людей пятой. Раньше многие думали, что продолжительная учёба и интеллектуальные усилия в значительной степени снижают или уничтожают силу визуализации, но это совсем не так у прихожан жёлтого храма. Возможно, разница заключается в том, что в прежние времена учёба во многом сводилась к запоминанию простых слов, тогда как в данном случае все эти люди на протяжении многих жизней занимались медитацией, которая обязательно включает в себя постоянную практику визуализации.

Остаётся описать ещё один тип храма, который оформлен в прекрасном светло-зелёном цвете, потому что мыслеформы, создаваемые в нём, именно такого цвета. Из уже упомянутых храмов алый и синий, по-видимому, имеют много общего, и аналогичная связь прослеживается между жёлтым и зелёным. Возможно, кто-то скажет, что синий и алый цвета соответствуют двум типам того, что в Индии называется бхакти-йогой, в этом случае жёлтый храм можно рассматривать как предлагающий нам джняна-йогу, а зелёный храм — карма-йогу. Возвратясь к своей терминологии, мы могли бы охарактеризовать их как храмы любви, преданности, интеллекта и действия соответственно. Собрание зелёного храма также работает, главным образом, на ментальном плане, но его особым направлением является претворение мыслей в действие — для достижения поставленной цели. Частью его стандартной службы является рассылка специально организованных потоков мыслей, в первую очередь, для своего собственного сообщества, но также через него для всего мира в целом. В других храмах тоже думают о внешнем мире, поскольку включают его в свои мысли любви и преданности или же относятся к нему интеллектуально. Прихожане зелёного храма доводят идеи до действия, так как считают, что пока идея не воплощена в жизнь, полностью понять её трудно.

Прихожане жёлтого храма воспринимают ту же идею совершенно по-другому и считают, что вполне возможно достичь полного понимания без каких-либо действий. Но приверженцы зелёного храма не могут почувствовать своего места в мире, если не будут постоянно пребывать в активном движении. Для них мыслеформа не является эффективной, если не содержит хотя бы немного характерного зелёного цвета. Как они говорят, ей не хватает сопереживания, так что все их силы выражаются в действии и только в действии. Их счастье — в действии, и таким образом они достигают своей цели.

У них в головах имеются тщательно проработанные планы, и в некоторых случаях они совмещают размышления над одним планом с выполнением другого. Они тщательно следят за тем, чтобы накопить как можно больше знаний о любом предмете, который выбрали в качестве своей специальности. Они часто выбирают какой-нибудь регион, в который изливают для определённого объекта свои мыслеформы. Например, кто-то занимается образованием в Гренландии или социальными реформами на Камчатке. Естественно, они имеют дело со многими отдалёнными местами, подобными этим, потому что к этому времени всё задуманное уже было выполнено во всех регионах, о которых мы когда-либо слышали. Однако они не используют гипноз, потому что никоим образом не пытаются подчинить себе волю человека, которому хотят помочь. Они просто пытаются внедрить в его мозг свои идеи и изобретения.

Общая схема их службы такая же, как и у других. Они не приносят с собой никаких физических инструментов, но у них есть свои ментальные формы точно так же, как у прихожан интеллектуального направления, только в этом случае они всегда являются планами деятельности. У каждого есть какой-то особый план, которому он посвящает себя, хотя в то же время через него он посвящается Логосу. Они держат свои планы и их реализацию перед собой точно так же, как другие прихожане — свои мыслеформы или цветовые формы. Примечательно, что их планы всегда доводятся до высшей степени детализации. Например, план по улучшению отсталой страны обязательно включал бы в себя идею ментального и морального прогресса её жителей и был бы, главным образом, сосредоточен на ней. Приверженцы зелёного храма не являются филантропами в старом смысле этого слова, хотя их сердца полны сочувствия к своим собратьям, которое выражается самым прекрасным оттенком их любимого цвета. Действительно, из того, что удалось исследовать во внешнем мире, можно понять, что филантропия никому не нужна, потому что бедность исчезла. Все их планы сводятся к оказанию помощи людям или к какому-либо улучшению условий жизни.

Здесь имеют место пожелания всех видов, и они апеллируют к дэвам-целителям, отождествляемым христианскими мистиками с иерархией архангела Рафаила. Их дэва-священнослужитель предлагает им в качестве текста или в качестве доминирующей идеи службы нечто такое, что станет аспектом всех их идей и укрепит каждую из них. Они стараются чётко представить несколько своих схем, и их развитие происходит, когда они сочувствуют другим людям и помогают им. После предварительной настройки и вступительного благословения они снова предлагают свои планы. Вступительное благословение можно рассматривать как проявление симпатии дэвов ко всем их планам и отождествление дэвы-священнослужителя с каждым из них.

Когда подходит время устремления, каждый предлагает свой план как нечто собственное, что он должен отдать, как свой вклад, как плод своего ума, который он кладёт перед Логосом. У него сразу возникает мысль, что таким образом он отдаёт себя и свою жизнь в качестве жертвы во имя Логоса. И снова мы получаем тот же потрясающий эффект: великолепные фонтаны, огромное сияющее море светло-зелёного цвета и среди этого моря — пламя тёмно-зелёного цвета, вспыхивающее от сострадательных помыслов каждого из присутствующих. Как и прежде, всё это фокусируется дэвой-священнослужителем и посылается в круг дэвов-целителей наверху, а через них к Владыке их Луча, который снова представляет этот аспект мира Логосу.

Когда они таким образом предложили себя и свои мысли, приходит огромный ответный поток, излияние доброй воли и благословения, который в свою очередь, просветляет жертву, которую они принесли. Великие дэвы, по-видимому, магнетизируют человека и увеличивают его силу и в этом, и в смежных направлениях, поднимая её на более высокие уровни. Ответ не только укрепляет мысли добра, которые у них уже есть, но и открывает им концепцию дальнейшей их деятельности. Это определённо акт проецирования, и он совершается ими во время безмолвной медитации после получения благословения.

Среди прихожан имеется много типов, и они приводят в действие различные чакры, или центры, ментального тела, и их потоки мыслительной силы проецируются иногда из одной чакры, а иногда — из другой. В заключительном благословении, кажется, Логос изливает себя через дэвов, а затем снова возвращается через них к объектам их симпатии. Так что происходит дополнительная трансмутация силы, и апогеем их действия является то, что они становятся активными проводниками действия Логоса. Глубокая симпатия — это чувство, которое эти люди более всего культивируют. Это их лейтмотив, с помощью которого они постепенно поднимаются через ментальное и каузальное тела к интуитивному и обнаруживают кульминацию симпатии, потому что объект симпатии там уже не вне, а внутри их самих.

В этом случае проповедь часто является описанием применимости различных типов элементальной эссенции для получения требуемой мыслительной силы. Такая проповедь иллюстрируется мыслеформами, которые дэва создаёт и материализует перед прихожанами, чтобы они точно знали, как наилучшим образом их создавать и какие материалы для этого использовать.

Направления развития в этих храмах, по-видимому, как-то связаны с четырьмя низшими подпланами ментального плана, какими они являются в жизни после смерти. Следует напомнить, что привязанность является главной характеристикой одного из этих подпланов, преданность — другого, действие во имя божества — третьего и ясное представление о праве — четвёртого. Однако совершенно понятно, что нет никакой разницы в продвижении эго, которые следуют по одному направлению, и теми, кто следует по другому. Все пути равны, все они являются лестницами, ведущими с уровня обычного человека к Пути святости, по которому поднимаются до уровня адепта. К тому или иному из этих типов принадлежат почти все члены сообщества, так что все храмы ежедневно заполняются массой верующих.

Есть несколько человек, которые не посещают ни один из этих храмов просто потому, что ни один из них не является подходящим способом развития. Однако нет ни малейшего ощущения, что эти немногие — неверующие или в чём-либо уступают рядовым верующим. Общепризнано, что существует множество путей к вершине горы, и что каждый человек абсолютно волен выбрать тот, который кажется ему наилучшим. В большинстве случаев человек выбирает свой путь и придерживается его, но ему никогда не придёт в голову обвинять своего соседа в том, что тот выбрал другой, или даже в том, что отказался выбрать какой-либо из предложенных вариантов. Каждый человек по-своему старается изо всех сил, чтобы подготовить себя к работе, которую ему предстоит выполнять в будущем, а также в меру своих возможностей выполнять работу, которая нужна в настоящее время. Никто никогда не скажет, что у него дела идут лучше, чем у кого-то другого, потому что он видит, что другой поступает по-другому. Обычные прихожане одного храма также довольно часто посещают другие. Действительно, некоторые люди посещают их все по очереди в соответствии со своими ощущениями на данный момент. Такой человек может сказать себе: «Думаю, сегодня утром мне нужно немного жёлтого, чтобы оживить свой интеллект»; или же: «Я становлюсь слишком метафизичным, мне следует посетить зелёный храм»; или вот так: «В последнее время я перенапрягся в интеллектуальном плане, перейду-ка я к привязанности или преданности».

Многие люди также практикуют посещение великолепных, хотя и более элементарных служб, которые часто проводятся в храмах как будто бы для детей. Мы их подробно опишем, когда перейдём к теме образования. Интересно отметить, что своеобразный характер храмовых служб нашего сообщества привлёк к себе большое внимание в астральном мире, поскольку большое количество умерших людей практикуют посещение служб. Они обнаружили участие дэвов и, следовательно, те огромные силы, которые действуют через них, и очевидно, захотели воспользоваться этими преимуществами. Это сообщество мёртвых пополняется исключительно из внешнего мира, ибо в нашем сообществе мёртвых нет, поскольку каждый человек, когда он оставляет одно физическое тело, немедленно получает другое, чтобы продолжить работу, которой он себя посвятил.

Религиозная и образовательная сторона жизни общины находится под руководством Учителя Кутхуми. Он считает своим долгом посещать все храмы по очереди, занимая место дэвы-священнослужителя и тем самым демонстрируя тот факт, что он сочетает в себе максимально возможный уровень качеств всех типов. Все дэвы, которые выполняют работу, связанную с религией и образованием, подчиняются его приказам. Некоторые члены сообщества проходят специальную подготовку у дэвов, и вполне вероятно, что такие люди со временем перейдут на линию дэва-эволюции.