Чужая земля

Глава 22

После разговора с Хасемом нам обоим стало легче. Он принял то, что я не его царевна, хотя осознание, что Инеткаус ушла навсегда, угнетало его. Зато он стал воспринимать меня не как свою возлюбленную, к которой обязательно, рано или поздно, вернется память, а как своего командира. Как владыку, которому он подчиняется. Нам стало проще общаться. И, хотя он смотрел на мое лицо с тоской в глазах, моя внешность стала для него скорее старым портретом или фотографией. Он смирился с потерей.

Я же, в свою очередь, оценила его мужество и стойкость. Принять такое было не слишком легко. И в дальнейшем наше общение протекало без особых эксцессов.

Вечером я переправила его к Сефу. Брат выделил воину большую комнату, где мы и устроили совещание. Сам хозяин дома, после разговора с Сефу, уложил вещи, собрал жену, ту самую молодую женщину, которую я напугала, и детей, и отбыл, от греха, как говорится, в удаленное поместье. Дом и несколько слуг оставил на время в распоряжении Сефу. Так мы получили максимально близкую к столице точку.

Новости были.

Бомани вернулся в столицу один. Испытывал ли он страх перед божеством или нет, но свой воинский долг понимал четко – сплетни не должны начать гулять по столице. И потому, на доклад к жрецу и Джибейду он явился в сопровождении только двух солдат.

И, возможно, что наш демарш не дал бы никаких результатов, если бы не дезертиры. А сбежало из его отрядов довольно много. Некоторые из этих солдат жили на окраине Мемфиса и, прежде чем окончательно податься в бега, известили своих родственников об опасности. Могу представить, что они там рассказывали! Бедные кварталы столицы – место, где сплетни распространялись со скоростью пожара. Утром вернулся Бомани, а уже днем из столицы потянулись люди. Сперва это было не слишком заметно, подумаешь, на главной дороге добавилось несколько десятков путников. Ну и что, что почти все – с женами и детьми? Но уже к вечеру сплетни о том, что настал конец света и Великий Ра сожжет всю столицу, чтобы прикончить Джибейда, и его семью, и всех придворных, и их детей и слуг, и прочая, прочая, прочая… Слухи достигли таких размеров, что бегство становилось повальным. И Сефу, и Хасем предсказывали на утро начало ухода богатых семей.

– Госпожа, уйдут все, кто способен ходить. Даже если бы люди знали, что идет войско из, допустим, Нубии – многие бы остались. Есть шанс уцелеть. А вот боги, которые жгут песок, как сухую траву… Это – страшно. Погибнуть рядом с проклятой семьей – никто не захочет.

– Да, царевна, – вторил Сефу – Я не ожидал, что ваш полет даст на столько хороший результат. Думаю, через несколько дней начнется серьезное брожение в войсках. На моей памяти такого еще не было! Возможно, через несколько дней до семьи жреца дойдет, что они уже проиграли…

Я, конечно, ожидала от своего полета неких бонусов в борьбе. Но, похоже, недооценила страх перед богами. Самой мне, с моим советским атеизмом, даже в голову не приходило, как «близко» для египтян живут их боги. Насколько они все свято верят, что боги их реальны и могущественны.

От моего нового предложения оба открещивались изо всех сил. Спорили, настаивали, сопротивлялись. Но с моей точки зрения это была чуть ли не единственная возможность практически бескровно получить корону.

Наконец, я их не столько переспорила, сколько задавила авторитетом. Обговаривали каждую мелкую деталь.

После этого мне пришлось вновь поработать извозчиком.

Хасеф отправился к своей армии. В его задачу входило перекрыть беглецам все пути. Нет, нам не нужны были их головы в качестве украшения охотничьего зала. Нам нужна была казна фараона, которую они, безусловно, попытаются вывезти. Хотя я прекрасно понимала, что затея несколько рискованная. Но деньги на содержание своего войска Египту нужнее, чем жаждущим власти и поклонения жрецам. Собирать налоги второй раз я считала абсолютно недопустимым. Так что казна нам необходима.

Ах, как я жалела, что здесь нет мобильных телефонов! Но выход, все же, нашла. На всех предполагаемых путях бегства будут стоять отряды. Не слишком большие, нам придется разделить войска Хасема. Но в каждом из мест стоянки будет шатер, где я смогу появится, не пугая солдат. И вмешаться в ход сражения, если потребуется.

В город послали лазутчиков. Каждый из них знал только одно место дислокации, в момент, когда будут вывозить казну – а это в любом случае станет заметно по количеству груза и охраны, он должен, не жалея коня, опередить их. Раз в пару часов я и Хасем будем переносится из одного шатра в другой. И он лично возглавит тот отряд, на пути к которому везут казну.

Очень сложно было попадать в новые места, которые описывал мне Хасем. Благо, что их было всего три. Войска он разослал, но они будут добираться сами. А нам с ним нужно было поставить палатки и положить там приметные вещи, на которые мне проще будет ориентироваться. В качестве таких вещей я выбрала свиток папируса с хозяйственными записями, глиняный горшок с черным рисунком, который стащила на кухне и низенькую табуреточку с цветной росписью. Несколько раз я попадала не туда, куда нужно. Но в конце концов три палатки были установлены в относительно незаметных местах. Я перенесла Хасема к одной из его кагорт и вернулась в дом Зубери.

А для того, чтобы подтолкнуть Джибейда, его отца и его жену, сестру царевны, к действиям, их нужно было основательно напугать. Хотя, сомневаюсь, что сестра имела право голоса в этом бедламе. Вот только когда я слышала ее имя – непроизвольно поджимались мышцы живота, как будто тело царевны все еще ждало удара. Удара исподтишка.

Сефу остался со мной и во время ужина я попросила его рассказать о сестре. Я, к этому времени, уже даже забыла ее имя.

– Её зовут Нианх-Хатхор, царевна. Я не слишком осведомлен о придворной жизни, мы чаще сопровождали тебя, когда ты выезжала из дворца. Но, конечно, кое-какие разговоры я слышал… Вы не ладили с сестрой. Она была дочерью главной жены и старше тебя. Но твоя великая мать родила фараону сына! И, как говорят слуги, он любил ее больше и долго горевал после ее смерти. Сестра же твоя, госпожа, называла твою мать рабыней, хотя это и было совсем не так. Твоя мать знатного рода и попала к отцу твоему во время войны, как часть добычи. Но рабыней Хетепхернебти никогда не была! И Нианх-Хатхор часто обижала тебя и злословила о тебе. Слуги и рабы дома много сплетничали о вас. Но, прости, госпожа, я никогда не слушал их внимательно. Однажды отец твой сурово наказал ее за то, что она ударила тебя. И с тех пор она тебя возненавидела. Говорят, что старалась старшая жена фараона посеять раздор между детьми. Но сама она сына так и не родила. Потому и ненавидела тебя и твоего брата. Ну, а после смерти Сехемхета отец твой начал болеть и сестра все чаще обижала тебя. Ты, я думаю, не помнишь… Но ты опасалась за свою жизнь и однажды расспрашивала меня, смогу ли я найти место, где сестра тебя не достанет и пойду ли я за тобой…

– И что ты ответил?

– Госпожа, на тот момент я был твоим телохранителем уже четыре года. Я сказал тебе, что можно поискать место в землях Синая…

– И что дальше?

– Ты начала собирать подарки своего отца, деньги и украшения и передавать мне.

– А потом? И что с этими украшениями?

– Они спрятаны в надежном месте, царевна. Ты собиралась купить себе там поместье и спокойно жить, не возвращаясь в Египет. Это довольно далеко от твоей сестры и был шанс, что там нас не найдут. А потом твоего отца убили…

Не взирая на протесты Сефу этой же ночью я разрушила храм Анубиса.

Пусть меня проклянут историки и археологи грядущего, но эта семейка, тянущая руки к власти, мне сильно не нравилась. Так же, впрочем, как и моя сестра. Не знаю, какой раньше была Инеткаус. Мне кажется, довольно милой и домашней девушкой, хотя я и могу ошибаться. Но то, как к ней относилась старшая сестра вполне развязывает мне руки.

Храм я начала плавить от его крыши и с удовольствием смотрела, как при каждом моем подлете он становится ниже и ниже, оплывая, как свеча от жара. Лететь приходилось очень высоко, слишком сильны были потоки раскаленного воздуха над храмом. Но для диска, мне кажется, расстояние не имело большого значения – даже находясь на максимальной для дельтаплана высоте я легко направляла огненные жгуты от диска в кипящий камень храма.

Очень выручало и то, что площадь у храма была пуста. Ни соседних домов, ни учреждений. Так что людей погубить я не боялась. После первого пристрелочного удара по крыше я дала возможность всем, кто был ночью в храме, сбежать.

Вот только температурный режим диска меня все больше пугал. Откуда берется это бешеное количество энергии? Что за странные технологии вложены в него? Я уже склонна была рассматривать этот диск как оружие инопланетного происхождения. Ну, на моей Земле, в мое время не было даже намеков на цивилизации с такой технической оснащенностью!

Значит, буду считать диск подарком зеленых человечков.