Чужой выбор

29. Отъезд Мейрам

Отъезд леди Мейрам назначила на утро, спустя три дня после гибели Ундеса. Синяки на шее, оставленные пальцами доверенного лица императора, стали бледнеть, но сестра сиятельного все равно скрыла их под воздушным белым шарфом. Ей не хотелось видеть косые взгляды или отвечать на лишние вопросы.

Ульф Ньерд выделил для нее сопровождение, позаботился о комфортной повозке, выслал гонцов, чтобы для знатной гостьи заранее приготовили самые лучшие условия на вынужденных остановках. Во всем остальном Мейрам, как и прежде, ощущала исходящие от Ульфа настороженность и недоверие. Казалось бы, если Черный Пес решился на убийство, чтобы сохранить ее жизнь, то в его поведении должно измениться хоть что-то, проявиться хотя бы капля теплоты или доброжелательности. Но, увы, мысли и чувства первого рыцаря Недоре остались для Мейрам тайной.

С Йорунн они расстались сдержанно и официально. Виала же попрощалась с сестрой императора на удивление тепло.

- Жаль, что дела призывают вас обратно в столицу, - в ее хрустальном голосе слышалась искренняя печаль от расставания. - Могу лишь пожелать вам доброй дороги и пусть в конце путешествия вам удастся найти то, что вы ищите.

- Если вдруг передумаете и решитесь принять мой совет, пока будете на землях Недоре, дайте знать об этом своим сопровождающим. Они помогут вам и сделают все, что необходимо, - добавил Хальвард.

Когда кортеж миновал городские стены, Мейрам позволила себе погрузиться в глубокую задумчивость. Ей следовало решить, как теперь поступить. С одной стороны, будущее в Дармсуде она представляла достаточно четко, чтобы не питать иллюзий относительно своей дальнейшей судьбы. Даже не будь у брата странной договоренности с демонами, ей бы пришлось играть роль дорогой безделушки, оттеняющей величие Сабира. Год, два, возможно пять - потом за ненадобностью ее выдадут замуж, купят ее свободой верность сторонников или расплатятся со старыми долгами. И, если ей повезет, и из столицы она выберется живой, то оставшиеся годы пройдут в каком-нибудь захолустье, где имя ее будет значить не больше, чем кличка лошади или собаки.

Впрочем, был и другой вариант: заявить о правах полноценного игрока, а не стороннего наблюдателя в этой сложной и запутанной партии. У нее достаточное количество связей, она отлично разбирается в подводных течениях жизни двора, знает, знает, как и когда можно надавить на рычаги влияния. Раньше Мейрам старалась держаться в тени брата, лишь иногда подталкивая нужных ей людей в сторону принятия определенных решений. Ее молчаливая преданность осталась незамеченной, поселив в душе горькую обиду.

Сейчас, оказавшись опасно близко к черте, откуда возврата не будет, впервые она захотела жить в полную силу. И разве беда, что жизнь эта окажется непродолжительной, если оставшееся время она потратит на что-то стоящее? К примеру, бросит все силы на поиски правды. У брата должны быть очень амбициозные планы, если он решился воспользоваться поддержкой выходцев из другого мира. А если платой за эту помощь окажется не только ее судьба, но и жизнь большого количества людей? Тех, кто вовсе не имеет отношения ни к власти, ни к политике, ни даже к магии?

Разве не должен истинный правитель заботиться о благе своих подданных? И, если сам император не может или не желает сделать этого, то она, Мейрам, наконец станет по-настоящему полезной. Разумеется, конечным результатом все равно станет смерть, возможно мучительная. Но ведь пока есть время найти преданных и честных людей, и в случае трагичной развязки или начавшейся войны у герцога Недоре будет большая поддержка в Дармсуде.

Осознав, что вот так легко она готова встать на сторону человека, считающегося главным претендентом на трон после смерти Сабира, леди Мейрам улыбнулась. Как просто, оказывается, купить преданность и симпатии. Для этого не нужно ни богатств, ни угроз, ни манипуляций. В случае с Хальвардом оказалось довольно высказанного обоюдного уважения, а так же честности, порой близкой к жестокости.

Чему удивляться? Мейрам всю жизнь жила в мире, пронизанном двусмыслием, ложью, интригами, предательством. Возможно потому ее симпатии так быстро переметнулись на противоположную сторону. В Кинна-Тиате она не была ни другом, ни союзником, но осталась человеком, к которому проявили уважение чуть ли не впервые в жизни. Это стоило ответного доброго отношения, но Мейрам всегда старалась быть честной с собой и вынуждена была признать, что у ее стремления помочь Хальварду есть еще как минимум две причины.

Первая - желание отомстить Сабиру, увидеть однажды в его глазах осознание и понимание того, как сильно он недооценил ее способности. Вторая же была горше и прозаичнее - Мейрам отчаянно хотелось ощутить чье-то искреннее одобрение, а может, и восхищение. Конечно, это и не стоило жизни, но что-то в ее сознании уже надломилось, выпуская на волю чувства, годами запертые в самых сокровенных уголках души.

Когда впереди замаячили седловины гор, сестра императора окончательно решилась. На последней остановке в крепости Нисса-Шин она подошла к Малкону, возглавлявшему охрану кортежа, и, отозвав его в сторону, передала сложенный листок бумаги.

- Передайте, пожалуйста, эти сведения Ульфу Ньерду или правителю Хальварду.

- Могу я взглянуть? - спросил гвардеец, принимая записку.

- Разумеется. Тут записано имя одного умельца из Дармсуда - Махран бен Шарди. Он отличный ювелир, мастер своего дела, его хорошо знают в городе, иногда навещает меня во дворце. Почти для всех он является частью обслуги, малозаметным человеком, непримечательным ничем, кроме своих изделий. Меня с ним связывает давнее знакомства и некоторые общие дела. Однажды я помогла ему в весьма щекотливом деле, теперь он мой должник. Впрочем, помимо этого он удивительно порядочный человек и один из немногих моих друзей. Если в будущем герцогу Недоре понадобится помощь любого характера, то Махран сможет передать мне вести так, что они минуют ненужные уши.

- Означает ли это, что ваше решение неизменно? Вы возвращаетесь ко двору сиятельного? - уточнил воин.

- Увы, каждому из нас предназначено свое место, - подтвердила Мейрам. - И мне пришло время занять свое.

- Это храбрый поступок, миледи, - серьезно сказал воин, убирая записку. - Я доставлю ваше послание, можете быть спокойны. Герцог предвидел, что вы останетесь тверды в своем выборе, а потому просил меня передать вам кое-что, если вы согласитесь принять его дар.

Вслед за этими словами воин протянул леди Мейрам небольшой бархатный мешочек. Раскрыв его, она вытряхнула на ладонь почти невесомую подвеску с единственным оправленным в тонкую золотую вязь кристаллом. Камень сверкал и переливался мягким желтым свечением, отбрасывая на снег вокруг десяток радужных бликов.

- Изумительный дар, - в восхищении прошептала девушка, не в силах отвести взгляд.

- Достойный вашей красоты, миледи, - чуть склонил голову воин. - Правитель просил передать дословно “когда будете стоять у черты, за которой нет возврата, вспомните об этом даре - он поможет вам сохранить то единственное, что принадлежит только вам”.

- Передайте правителю мою искреннюю благодарность, - тихо ответила побледневшая девушка. - Это многое для меня значит. Как им пользоваться?

- Носите всегда при себе, если будет нужда - сожмите камень и отдайте мысленный приказ. Он настроен лишь на вас, для всех прочих он останется красивой безделушкой.

- Как символично, так красив и так опасен. Вы поможете мне? - спросила она, протягивая украшение воину и разворачиваясь к нему спиной.

- Выполнить ваше желание - честь для меня.

Леди Мейрам перекинула свои шикарные волосы, заплетенные в сложную широкую косу, на грудь, расстегнула плащ и сняла с шеи воздушный белый шарф. Чужие руки мягко коснулись шеи, металл обжег кожу холодом, когда воин защелкнул сзади замочек цепочки. Пальцы его невольно задержались на сине-желтых пятнах не до конца сошедших синяков. Мейрам вздрогнула и развернулась, чтобы встретиться с хмурым взглядом серых глаз. Силясь побороть неловкость, она накинула на себя легкую ткань, словно та была самой надежной защитой.

- Не смотрите на меня так, - попросила она, отводя взгляд в сторону.

- Вы же знаете, что не обязаны идти на это? - во взгляде этого малознакомого человека Мейрам почудилась жалость и капля восхищения.

- Должна. Правитель понял это гораздо раньше меня, иначе не передал бы вам этот дар.

- Пообещайте, что если вам понадобится помощь, вы дадите знать через Махрана. Если однажды вы закажите у него, к примеру, серьги с гранатами, мы узнаем и постараемся сделать все, чтобы вытащить вас из беды.

Мейрам невольно улыбнулась, но не стала говорить, что теперь никакая сила не вытащит ее из того болота, которое уже проглатывало ее.

- Обещаю, - ответила она, на минуту даже поверив самой себе, что так и сделает.