Декабристка

Глава 4

Весна 1997 года

Сегодня я чувствую себя никаким. Мне недавно исполнилось 16 лет. Но я уже один, потому что мои родители погибли в автомобильной аварии. Их больше нет.

— Что же мне теперь делать? Как я без них? — такие мысли лезли в мою голову тогда.

Я не помнил, кто занимался их похоронами. Все события происходили вокруг меня, как во сне. Я не знаю, что было в церкви, не знаю, что было на поминках. Ничего не помню. Кто — то выражал мне свои соболезнования. Меня хватало лишь на то, чтобы приходившим людям молча кивать головой. Я не был в состоянии, даже заплакать. Только мужчинам нельзя проливать свои слезы. Отец всегда внушал мне такие мысли. Я был полностью внутренне нравственно опустошен, потому что неожиданная смерть моих родителей стала для меня настоящим шоком. Я сидел одиноко на стуле в своей комнате и смотрел в одну точку, абсолютно ни на что не реагируя. Вскоре взрослые — знакомые и друзья моих родителей стали покидать мой дом. Родственников у отца с матерью не было, так как они оба воспитывались и росли в государственном интернате. В доме остались родители Петьки и Наты, решившие остаться со мной для моральной поддержки.

Вдруг ко мне прижалось живое тело маленькой девочки, молча обнявшей и прижавшей меня к себе своими руками. Ната. Она была для меня, как целительный бальзам на мою израненную душу. Я зарылся губами в мягкие светло — каштановые волосы девочки и только теперь позволил себе тихо заплакать.

— Ната, Ната, что я буду делать? Как мне быть без них, как? Я остался совсем один!

— Я с тобой, Саша, с тобой, все будет хорошо, не плачь, — успокаивала меня маленькая девочка. — Помнишь, когда — то ты меня спас. Теперь моя очередь тебе помочь. Ты не один, у тебя есть я.

Слова девочки меня немного успокоили и я понял, что в этом мире всё — таки не один. У меня была она — моя Ната. Дядя Иван — отец Петьки и Наты решил со мной поговорить. Он постучался несколько раз в приоткрытую дверь моей комнаты, попросив разрешения войти. Нату же я попросил уйти. Девочка в ответ на мою просьбу неохотно вышла из комнаты.

— Заходите, дядя Ваня!

Мужчина несколько раз кашлянул, перебирая одной рукой причесанные назад чёрные с проседью волосы.

— Дядя Ваня, вы хотите мне что-то сказать? Присаживайтесь.

Я встал и подал ему стоявший рядом со мной стул.

' Да, хочу, — проговорил отец Петьки и Наты, решив всё — таки сесть. Мне стало интересно, что он хочет мне сказать и приготовился его внимательно слушать.

- Говорите, дядя Ваня!

— Саша, ты хороший и замечательный парень. Очень жалко, что твои родители погибли и наша семья скорбит вместе с тобой. Они были хорошими людьми. Но их уже не вернешь. Такова жизнь. А тебе надо жить дальше. Жизнь продолжается. Ты когда — то спас нашу с Мариной дочку. Мы будем тебе по гроб обязаны до конца жизни. Мы с Мариной решили и хотим тебе хоть как — то помочь в твоём горе.

— Вы хотите что — то предложить? — спросил я у него.

— Да.

— Что же?

— Да. Мы хотим с Мариной забрать тебя в нашу семью. Тебя любит Ната, даже больше нас. Она очень привязана к тебе. И тебе нужно учиться и лучше в своей школе. Мы тебе поможем. На твой дом мы ни в коем случае не претендуем. Он твой. Только тебе придётся переехать к нам. Жить будешь с Петькой в одной комнате. Отныне мы твоя семья. Родителей заменить не сможем, но для нас ты будешь, как сын. В опеке сказали, что нужно твоё согласие. Они не против, вовсе. Как решишь, так и будет.

— Я согласен. Натка без меня не может. Дядя Иван, вы и сами всё знаете. А я сейчас не могу обойтись тоже без неё. Я и сам не знаю почему.

В тот же день я переехал к родителям Натки и Петьки в их дом. Для меня всё было привычным у них, потому что приходилось раньше часто у них ночевать по разному поводу и, конечно, чаще из — за Натки. Прошло время, и я стал приходить в себя, а моим лекарством от лишних раздумий стала Натка. Девчонка ни на минуту не оставляла меня в покое. Ей после моего появления в их доме совсем не хотелось оставаться в своей комнате, а хотелось спать со мной. Часто, просыпаясь по ночам, я чувствовал, что рядом со мной лежит хрупкое детское тело, прижавшееся вплотную ко мне. Приходилось относить Натку на руках обратно в её комнату. Поцеловав её в щёку, я спешил к себе в комнату. Разговоры с Наткой о том, что девочке не стоит спать вместе со взрослым парнем не действовали на неё и девочка продолжала снова наведываться ко мне по ночам в мою комнату, пока однажды её не застукал Петька, когда в очередной раз Натка собралась меня снова в очередной раз навестить. Проснувшийся некстати Петька удивился присутствию в нашей комнате своей сестренки, да и ещё лежавшей в моей постели.

— Вот это да. Сашка, да Натка твоя невеста.

— Петька, ерунду не неси, — возмутился я на Петюню. — беря спящую девочку на руки. — Я её отнесу в её комнату.

— Да, Натка от тебя ни на шаг. Кто ей старший брат — ты или я? Ладно, неси, — проговорил Петька и снова завалился спать дальше.

На следующий день Петюня, шутя, снова обозвал сестру моей невестой. Натка почему — то смутилась, её щёки порозовели, и она убежала в свою комнату, ничего нам не сказав. Такое поведение для сестры Петьки было несвойственно. Она могла бросаться на любого, как боевой петух, если кто — то пытался её обидеть или обижали кого — то другого по несправедливости. А сейчас она предпочла, молча ретироваться и уйти. Только походы Натки ко мне ночью резко прекратились. Я даже не знал радоваться этому или печалиться. Мне уже стало не хватать ночных Наткиных бдений, потому что видеть постоянно её рядом с собой стало для меня привычным делом. Натку же теперь как — будто подменили. Она перестала искать моего общества, и старалась меня всячески игнорировать насколько было, возможно. Мои попытки заговорить с ней, поинтересоваться её делами сводились лишь к тому, что Натка отделывалась от меня вежливыми ответами или просто молчала, смотря мне в глаза. В них не было никаких эмоций. Она уже не была прежней Наткой. Через год я уже учился в одиннадцатом классе, и мне уже было не до девчонки. Необходимо было сдать успешно школьные экзамены и поступить в университет. Я понимал, что моя названная сестра начинает взрослеть, потому что она даже стала меньше драться и Натка больше окуналась в учёбу, которая ей стала интересна. У неё появились кое — какие подружки и приятели, которым девочка улыбалась, когда они провожали её до дома. Натка с ними становилась другой. Со мной же сестрёнка была лишь вежлива и равнодушна. Мне же хотелось видеть её прежнюю, но той девочки больше не было. Какая — то внутренняя ревность мучила мою душу от того, что этот ребёнок может улыбаться чужим людям, но не мне.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вскоре настало лето 1998 года.

Я окончил школу, получил хороший аттестат с положительными оценками, сдав все государственные экзамены на 4 и 5. Затем стал готовиться к поступлению в университет, который я выбрал. Мне захотелось стать юристом и пришлось хорошенько учить материал по истории и обществознанию, так как по этим предметам проводились вступительные экзамены на юридический факультет университета, в который я поступал. Учебное заведение находилось в другом городе. Вместе со мной на поступление поехал отец Наты. Ей же предложили поехать со мной за компанию. Ответ девочки удивил всех членов семьи.

— Нет, я не поеду. Что мне там делать? — высказалась малышка на предложение отца поехать с нами.

— Натка, ты же обожаешь Сашку. Будешь ему поддержкой.

— Когда это было? — прозвучал взрослый ответ девочки. — Я была маленькая и глупая. Вы езжайте, а у меня с друзьями свои тусовки.

Отец Натки был сильно удивлён тем, что сказала ему дочь, потому что он был уверен в том, что мы с Наткой не разлей вода.

— Ната, ты уверена? Александр поступает в другой город. Он будет редко приезжать и ты не сможешь его часто видеть.

— Папа, — выдала дальше дочь. — Сашка же рано или поздно будет же приезжать. В чём проблема? Мне всё равно на то, есть он или нет. Пусть вон Петька ему радуется.

Я не узнавал свою маленькую названную сестрёнку. Я видел, что она взрослеет, но не настолько быстро.

Отцу Петьки и Натки ничего не оставалось, как одному ехать со мной в другой город, в котором я и решил поступать в университет. Мне удалось успешно сдать вступительные экзамены по предметам — русский язык, история, обществознание и иностранный язык, а через какое — то время узнал, что я сумел по полученным баллам на вступительных экзаменах попасть на юридический факультет. Вскоре мы с дядей Ваней вернулись обратно домой, оба довольные моими успехами при поступлении на экзаменах. Мне было лестно, что дядя Ваня радовался за меня, как будто я был его сын. Приехав домой, за меня порадовалась и тётя Марина, а Петька похлопал в знак одобрения по плечу. Он же школьные экзамены сдал на тройки и четвёрки, получив затем школьный аттестат. Он не грезил об университете, решив, что с него хватит и политехнического колледжа, в котором он собрался учиться на сварщика. После его окончания мой названный брат собирался уйти в армию, считая, что кто — то же должен защищать Родину. А Ната оставалась прохладной к моим первым успехам и игнорировала моё внимание, которое я пытался ей навязать. Я никак не мог понять, а почему эта девчонка стала ко мне такой равнодушной и безразличной. По отношению к другим людям она вела себя нормально: улыбалась, смеялась и шутила. Что я мог ей такого плохого сделать? За что получал от неё полный игнор в мою сторону? Я решил, что мне нужно обязательно наладить отношения с Натой, пока я не уехал жить и учиться в другой город. Эта малышка в моей жизни занимала особое значение, потому что она была моя любимая младшая сестра. И в один из дней я двинулся в сторону её комнаты, потому что знал о том, что Натка сегодня осталась дома и не отправилась гулять со своими подружками. Я постучался в дверь её комнаты и услышал голос девочки: "Входите!" Девочка сидела на кровати, скрестив ноги, и читала какую — то книжку. Почувствовав присутствие другого человека, она подняла голову и увидела меня.

— А — это ты. Что — то хотел? — и посмотрела на меня внимательным взглядом. — Давай говори быстрее и покинь мою комнату.

— Надо же, Ната, ты со мной заговорила.

— Сашка, скажи, что хотел и вали.

— Ладно, сестрёнка, я пришёл с тобой поговорить.

— О чём Сашка?

— Раньше мы вместе много проводили времени. Может, перед моим отъездом, съездим в город втроём — ты, я и Петька. Знаешь, а я поступил.

— Нееее, — протянула Натка. — Не хочу. Да с вами мне скучно. Сами прокатитесь, без меня. У меня туса со своими друзьями. Не хочу. А за предложение спасибо.

— Что ты такая ершистая, — поинтересовался я у Натки. — Почему меня игнор? Я не могу понять.

Девочка не собиралась отвечать на мои вопросы, уткнувшись в книжку, делая вид, что читает.

Я решил ещё на какое — то — то время испытать её терпение, не торопясь уходить из её комнаты. Ната снова обратила на меня внимание, вперив в меня недовольный взгляд своих голубых глаз.

— Сашка, ты зануда, как старый дед, — был её ответ. — Давай иди.

Мне стало ясно, что бесполезно пытаться налаживать контакт с Наткой. В конце августа я стал собираться в дорогу и мне уже было не до Натки. Настал день моего отъезда к месту учёбы в другой город. В него нам с дядей Ваней пришлось съездить ещё раз. Для меня нашлось место в общежитии, так как не хотелось тратить лишние деньги на аренду квартиры. Теперь настала пора ехать на учёбу. Дядя Ваня вывел из своего гаража свой старенький жёлтый Жигули, чтобы на нём отвезти меня с вещами в город на вокзал. Тётя Марина снабдила меня продуктами. Накануне они понакупили мне всё необходимое из вещей и провожали в дорогу, как родного сына.

— Сашка! — напутствовал меня дядя Ваня, — как каникулы или лишние выходные едешь домой. Нечего там просиживать штаны. Понял? Я тебе не чужой, всё — таки, как отец тебе, вроде. Вот. Не будет денег хватать — пиши. Мы тебе вышлем. А там дядя Вася всё необходимое для жизни из бытовых вещей даст. Только не забудь к нему обратиться. А потом мы с ним сочтёмся. Он мне должен. Всё понял?

— Да, дядя Ваня! Я всё понял. Спасибо за напутствие.

— Ох, Сашка! Какой взрослый, — причитала тётя Марина. — Ты там нас не забывай. Пиши. Жаль, что твои родители не видят того, какой ты стал. Вон, какой вымахал.

— Хватит, Маринка, — урезонил её муж. — Ему и так трудно, а тут ты.

— Петька! — крикнул он сыну. — Иди сюда. С нами поедешь.

— Натка, где ты? — крикнул он дочери. — Подь сюды. попрощайся с братом. А ну не делай кислое лицо. Он твой брат, пусть и не кровный. И не забывай, чертовка, кому жизнью обязана.

Я ждал того, что сделает Натка. Девочка, молча, подошла ко мне и только теперь я увидел на её лице её истинные эмоции. Девочка, едва скрывая свои слёзы, плакала.

— Сашка, прости, — заговорила она со мной. — Я буду по тебе скучать. Очень буду, — и крепко меня обняла.

— Натка, милая, — сестрёнка моя, за что прости? — и тоже обнял её.

— Ну как? Ты же сам говорил, что я тебя игнор, вот за это?

— Ладно, Натка, проехали. Ты часть меня, сестрёнка.

— Я знаю, Сашка. Прощай.

— Нет, Натка, До — свидания.

Вот я и уехал во взрослую жизнь, которая у меня только начиналась.