Детский сад - 15 [Дела домашние]

Глава 8

Иногда Селене казалось, что Тёплая Нора — это некая ловушка для волн. Не радио. Обычных речных волн. Слабая, правда, ловушка… Вроде всё происходит организованно, но каждые сутки наступает определённый срок, когда волны то стремятся из дома, то испуганно влетают в него. И так несколько раз за утро, день и вечер.

А ещё казалось — держит Тёплую Нору каркас. Расписание, которое непринуждённо заливает дом волнами, а потом отпускает их на волю. И каркас этот примитивный. Всего лишь расписание завтраков, обедов и ужина — и тихого часа. Но ведь дети подчиняются этому расписанию легко. И потому все наводнения только грозят старому дому с новыми пристроями. Но не разрушают его.

Улетела волна — банда Ирмы, унося на своей поверхности девочку-эльфа, которую Селена даже не успела по-настоящему расспросить, кто именно она и почему решила сбежать из Северного приюта. Прилетела другая — вернулись старшеклассники. А до них старшие братства унеслись на машине Чистильщиков и на машине самой Тёплой Норы, чтобы доехать до штаба Рамона, а потом забрать из пригородной школы самых поздних учеников — тех, кто оставался на факультативы. Пока одна волна оседала в столовой, чтобы перед ужином утолить небольшой голод полдником, другая волна, низкая, но беспорядочно шевелящаяся, говорливо устремилась в сад, где уже потихоньку зажигались лампы фонарей. И вслед этой волне помчалась Ринд, чтобы дождаться в саду Вильмы, которая вместе с Моди эту волну затем загонит в дом, на ужин…

Селена вздохнула, стоя у окна, из которого к вечеру сложно разглядеть в саду всё, что нужно. Даже с включёнными фонарями.

Где-то там, в дальней садовой беседке, волчишка со своими малолетними бандитами. Как они общаются с Орнеллой? Или уже не просто общаются, а включили её во все свои активные приключения? Не слишком ли рано вовлекаться в дела малолетних бандитов для девочки-эльфа, которая только-только переступила порог Тёплой Норы? Не слишком для девочки, которая ещё не знает, останется ли она здесь? И которая ещё не поговорила о необходимом с хозяйкой Тёплой Норы?.. А если сама Орнелла так устанет от малолетних бандитов, что запросится назад, в Северный приют?

Последняя мысль показалась весьма сказочной.

Но… мало ли.

А малолетние бандиты сидели на перилах и скамьях дальней беседки и, открыв рты, слушали новенькую девочку.

Ирма тоже понимала, что девочка не вполне новенькая. Селена-то пока не решила, оставлять Орнеллу или нет. Но девочка так цеплялась за её руку, что волчишка твёрдо решила: будет возможность, надо будет попросить, чтобы Орнеллу оставили. Нет, правда! Вон она какая… как там Селена говорит? А, предприимчивая! Сообразила же спрятаться в машине братства! Интересно, а знала бы эта девочка, что драконы изгороди её не пустят в деревню, — осталась бы в машине? А вообще, она знала ли, что окажется в деревне?

Впрочем, не самый интересный вопрос.

Как только, шутливо толкаясь и смеясь, малолетние бандиты влились в беседку, Ирма вместе с девочкой-эльфом шлёпнулась на скамью. И первый вопрос даже не задала, а он сам вырвался:

— Почему у тебя волосы такие⁈

Пока Орнелла одевалась перед зеркалом, а потом быстро-быстро прятала странно и грубо выстриженную голову под шапочку, этот вопрос просто плясал у Ирмы на языке. Волчишка видела чуть ли не наголо стриженную голову той девочки, постарше, которая Нейша. Видела плохо обритые головы новеньких мальчиков-эльфов. И Ирму, и её компанию просто распирало от любопытства, хоть мальчишки о том и помалкивали. Но после её вопроса в беседке стало тихо-тихо, только дыхание запыхавшихся слышалось.

Орнелла прерывисто вздохнула, а потом сжала кулачки, упёрлась ими в скамью и тоненьким голоском ответила:

— Меня на прошлой неделе перевели в корпус для… хулиганов.

Вот тут уж даже дыхания не стало слышно.

— Это как? — бодро поинтересовалась Ирма, мягко похлопывая ладошкой по сжатому кулачку девочки-эльфа. Бодро, потому что сообразила: посочувствует — Орнелла расплачется, и малолетние бандиты ни о чём не узнают. Совестно будет узнавать.

Постепенно, как и думалось — наводящими вопросами, выудили из Орнеллы странную информацию.

В Северном приюте несколько корпусов. Один для живущих в нём эльфов. Другой для вампиров, третий — и для людей, и для оборотней. То есть в третьем смешано всё. Но есть ещё несколько корпусов, поменьше. Школьный, например. Столовая. А один предназначался для хулиганов. Там воспитанники приюта могли жить месяцами. Если они доказывали воспитателям, что идеально ведут себя, их перемещали в тот же корпус, из которого они были изгнаны. Порой воспитанников специально отправляли в тот корпус, вроде как… чтобы они поняли, что их поведение неприемлемо. Орнеллу отправили в корпус для хулиганов, потому что она недавно появилась в приюте и много плакала, просясь домой. Насколько Ирма поняла, её хотели проучить и показать, что в общем корпусе для эльфов очень даже хорошо — в сравнении с корпусом для хулиганов, где её в первую очередь ужасающе постригли.

— У меня были длинные косы… — растерянно сказала Орнелла и потянулась было к шапочке, но замерла, а потом, разрыдавшись, уткнулась в ладони.

Малолетние бандиты молча переглянулись. Никто ничего не говорил, но все явно вспомнили длинные, почти до пят белокурые косы Розы.

Когда рыдания стихли, Ирма спокойно сказала:

— За волосики не бойся. У нашей Космеи тоже постригли волосы, когда она была в храме некромагов. Но сейчас у неё волосы почти до талии. Так что отрастут и у тебя. А пока мы найдём тебе красивые штучки для головы, и никто не заметит, что твои волосики короткие. Не бойся. И у нас есть Бернар. Он травник и целитель. У него всяких травяных настоев много — он тебе поможет с волосами. Орнелла, а почему ты… — Ирма поджала губы, раздумывая, как спросить… деликатно: — Ну… Я оборотень, ты — эльф. Почему ты со мной задружилась? Обычно… ну, ты сама понимаешь. Эльф, оборотень. Почему?

— Пока бабушка не умерла, я ходила в школу, — шмыгая, негромко сказала Орнелла. — У нас были уроки по магии. Бабушка говорила, что у меня способности есть. Я как тебя увидела, сразу поняла, что ты оборотень. Но… ты светишься магией! Ты не такая, как все! И ты… попросила за меня! — Девочка-эльф начала дрожать. — И я поняла, что хочу остаться здесь! Изо всех сил! Пока сюда ехала, было страшно, а потом я начала слушать, что говорят ваши старшие мальчики, которые были в машине. Сначала мне помогли спрятаться в ней наши вампиры, среди них я спряталась, когда они выходили из здания приюта. Думала — сбегу где-нибудь в городе. Не получилось. Ехали очень быстро. Без остановок. А когда я услышала разговоры ваших мальчиков, решила — останусь у вас. Буду плакать, буду умолять, но останусь.

— Но у нас тут тоже… — начал Берилл. И пожал плечами. — Не как у бабушки. Мы учимся, работаем.

— И у вас теперь Нейша… — вдруг прошептала Орнелла. — У нас все её боятся…

В беседке стало тихо.

— Почему? — тоже прошептал изумлённый, как все, Гарден.

— Она… дерётся… — Крупная дрожь прошла по телу девочки-эльфа. — Больно очень.

— Тебя… тоже? — медленно спросил Вади. Он невольно подвинулся к Ирме, словно уже сейчас посчитал нужным защищать её.

— Она ищет силу… А я училась. Она сразу увидела… — Орнелла подняла плечи и съёжилась. И умоляюще огляделась. — Можно, кто-то будет меня везде провожать?

— А в вашем приюте не учили магии? — с недоумением спросил Тармо.

Орнелла покачала головой. И встрепенулась.

— А у вас… учат?

— Ты сама сказала, что увидела силу вокруг нас, — напомнил Берилл.

— Мне страшно… — прошептала Таллия, и Берилл взял её за руку.

— У нас драться Нейша не будет, — в полный голос сказала волчишка. — Таллия, ты чё? Вы все чё — ненормальные, что ли? Да она только попробует — у нас же её побьют так, что она на всю жизнь запомнит! Если Селена тебя возьмёт, Нейши можешь не бояться!

— Она сильная, — тихонько возразила Орнелла.

Но лица малолетних бандитов, догадавшихся, о чём говорит волчишка, уже посветлели от улыбок.

— Таллия, — позвал Вилл. — Ты забыла, что у вас в группе главным был Кадм? Да он эту Нейшу на листья порвёт, если узнает, что она тебя пугает!

Теперь расслабилась и девочка-вампир. Она даже смущённо засмеялась, глядя на робко смотревшую на всех Орнеллу. Но Ирма снова взяла бразды правления в свои руки.

— Ну-ка, — кивнула она девочке-эльфу, — скажи, зачем этой Нейше сила?

— Не знаю…

Ирма немного посидела, раздражённо глядя в пол беседки. Все с интересом смотрели на неё. Наконец она снова кивнула, но уже, кажется, самой себе. И выпростала из-под рукава курточки ладонь, обнажила запястье с браслетом. Некоторое время она смотрела на него, и Гарден осторожно тронул за руку Орнеллу, которая открыла рот что-то сказать. Тронул и покачал головой: «Подожди». Девочка-эльф пригляделась и поняла, что все чего-то ждут от Ирмы. И тоже затаилась в ожидании.

Наконец, волчишка снова сунула в рукав браслет.

— Идём к Колину. Он знает про новичков и обещал мне рассказать! — скомандовала она, теперь уже сама хватая Орнеллу за руку.

— «Мне»? — хихикнул Тармо, спрыгивая с перил. — Он думает — ты придёшь одна?

И мелкая волна хохочущих малолетних бандитов вылилась из дальней беседки и по сумеречному саду, по натоптанным тропинкам, стремительно потекла к домику Понцеруса и Трисмегиста.

За полчаса до возвращения ясельников в детскую гостиную, в которой они приходили в себя от прогулки по саду, а потом шли на ужин, в Тёплую Нору влетели Хоста и Азалия. Обе женщины-эльфы слегка запыхались, а потому не сразу обратили внимание, что на любимом многими диване в детской гостиной сидят не только известные им воспитанники, но и одна неизвестная девочка-эльф.

— Селена! — обрадовалась Хоста, подбегая к ней, только что вышедшей из столовой, где проверяла готовность к ужину. — Я уж думала — тебя тоже придётся искать! Счастье, что ты здесь.

— «Тоже»? — удивилась хозяйка места. — Кого ты ещё искала?

— Ильм пропал, — пожала плечами женщина-эльф.

Пока они разговаривали об Ильме, Азалия поспешила к дивану и присела на краешек, с любопытством глядя на Нейшу.

— Привет всем, — поздоровалась она, глядя на мальчишек-друидов, а затем переводя заинтересованный взгляд на новенькую. — Меня зовут Азалия.

— Привет, — насторожилась девочка-эльф. — Меня зовут Нейша. Ты… тоже отсюда?

— Если ты имеешь в виду Тёплую Нору, то история наша длинная! — рассмеялась девушка-эльф, кивая Синаре и Айне, которые тоже подбежали к дивану недавно. — Вон там с Селеной разговаривает моя мама. Её зовут Хоста.

— Нейша здесь со вчерашнего дня, — объяснила Синара. — Она из другого приюта и ещё мало кого знает.

— Если ты с мамой, то как сюда попала? — удивилась девочка-эльф, взглядывая то на звонко щебечущую Хосту, то на Азалию.

— Мы беженки, — пожала плечами Азалия. — Три года назад мы с боем пробивались в ваше государство, пока не наткнулись на деревню Селены. Нас здесь приняли так, что… — она мечтательно вздохнула. — До сих пор плакать хочется от счастья, когда вспоминаем. Но об этом потом. Ты извини, Нейша. Позже я расскажу всю нашу историю, но сейчас я буду очень практичной. Если ты из приюта, что ты умеешь? Ну… — и рассмеялась: — Чисто практически? Нам нужны швеи, вышивальщицы, вязальщицы — в общем, любое мастерство подойдёт. Даже на начальном уровне. Так как?

Нейша нахмурилась.

— Сразу? Хотите, чтобы я сразу начала работать?

Синара и Айна переглянулись и вдруг вспыхнули улыбками, пока мальчишки-друиды смотрели на всех снисходительно.

— Ой, Нейша, что мы забыли тебе показать!!

— Девочки, а давайте-ка и впрямь покажем ей! — загорелась, вскакивая с дивана, Азалия. — И тогда она сама выберет, чем заниматься!

Кажется, девушке-эльфу, старшей по возрасту, Нейша не сумела возразить.

Всё ещё рассказывая Хосте, чем сегодня занимался невольно сбежавший с работы Ильм, но отслеживая ситуацию на диване, Селена усмехнулась, сообразив, куда тянут Нейшу остальные. В деревенскую школу. В один из дальних коридоров в служебные помещения, одно из которых занято под прекрасные наряды, в которых дети посещали театр. И, когда перед Нейшей покажутся две девочки и одна девушка — в платьях, в которых они таинственным образом превратятся в сказочных принцесс… Селена даже вздохнула: жаль, нельзя поприсутствовать при том зрелище и увидеть лицо девочки-новичка… Но. Знает Нейша какое-то рукоделие или нет — платья обязательно сыграют благую роль: Азалия, влюблённая в шитьё и вышивание, наверняка увлечёт её своей страстью создавать одежду. И, возможно… первая проблема — с введением Нейши в общество Тёплой Норы, будет легко решена.

Ладно, посмотрим ещё.

— Селена! — с лестницы слетела Космея, следом — Мускари. — А где Нейша⁈

— Нейшу повели посмотреть наши костюмы и платья на выход, — объяснила Селена. — Азалия повела.

— Да? — растерялась девочка-некромаг и переглянулась с Мускари. — И что нам теперь делать? Тоже туда?

— При Крисанто сидит Трисмегист, — напомнила хозяйка места. — А бедолага Флери весь день не видел никого, кроме Бернара и Руна. Может, навестите его? Мне кажется, он единственный, кто вообще мало что знает о Тёплой Норе. Может, сбегаете к нему? Там же потом, наверное, встретите и Нейшу.

Космея думала так, словно прислушивалась к нему. Поджала губы.

— А что? Надо бы ему отнести альбомы наших ребят и рассказать, что мы собираемся в городскую картинную галерею. Может, он не рисует, зато просто интересно.

— Согласна, — качнула головой Селена. — А мы сейчас договорим с Хостой и начнём собирать всех к ужину.

Космея бросилась в детскую гостиную, Мускари — в гостиную для старших. Собрали альбомы лучших рисовальщиков Тёплой Норы и побежали в школу. По лестнице на второй этаж промчались быстро, но уже в начале коридора замерли, стараясь вникнуть в то, что происходит возле двери в «палату» Флери.

Высокий голосок Шамси звенел колокольчиком на весь второй этаж:

— Рун, пустите нас! Бедный мальчик целый день один! Он же помрёт от скуки! А мы ему принесли показать наши скейты и воздушных змеев!

Более низкий голос Торсти, её брата, звучал убедительно:

— А ещё мы принесли маркеры! Мальчик ничего не знает о пейнтболе!

Космея и Мускари переглянулись и затряслись от беззвучного смеха.

— Подойти — разогнать? — предположил Мускари.

— Фи… — прошептала Космея, перекладывая из одной руки в другую тяжёлую пачку альбомов. — Рун хоть их и не пустит, но бедный мальчик пусть знает, что здесь о нём и его досуге весьма и весьма беспокоятся!.. А вообще… странно, что здесь не Ирма с её бандитами!

Хихикая, парочка удалилась и устроилась на стульях в школьной гостиной. Долго не усидели. Мускари сначала инстинктивно стал посматривать в сторону школьной библиотеки, и Космея понимающе кивнула:

— Хочешь заняться делом, пока есть время? Идём.

Мальчишка-эльф с облегчением выдохнул, когда понял, что подруга не против времяпрепровождения в библиотеке. Они часто здесь уединялись: Мускари, тоже введённый в библиотеку Коннора — в библиотеку прошлого, нашёл здесь книги своего рода — из списка, который ему сделал Бернар. И Космея часто помогала ему, «уходя» в прошлое и оттуда диктуя ему тексты со страниц родовых книг, а Мускари торопливо, но чётко записывал следом за нею, создавая личную библиотеку. Судя по отметкам в списке, оставалось переписать ещё около десяти книг — из тех, что вспомнил сам мальчишка-эльф. С остальным (книг в его библиотеке — громадное множество!) предложил Коннор: если Мускари считает, что в прошлом могут быть ещё книги его рода, надо попробовать войти к книжным стеллажам в ночи полной луны — Белого Светильника, когда родовые книги могут позвать Мускари к себе даже в несуществующей библиотеке… Одновременно Космея присматривалась к его переписанным книгам и, если находила что-то интересное для пополнения собственной библиотеки, начинала переписывать с его тетрадей. Взаимное составление библиотек нравилось обоим и сближало.

Мускари открыл перед девочкой-эльфом дверь в тёмную комнату школьной библиотеки, и Космея вошла первой. Одновременно она привычно вбросила в помещение магическую поисковую сеть — и Мускари чуть не врезался в неё, едва она резко встала на месте. Он споткнулся, но не упал, когда сумел всё-таки обойти её.

Некоторое время они всматривались в темноту — Мускари видел сеть девочки-эльфа, да и знал, что она так делает, входя в любое помещение. На всякий случай… Оба перешли на магическое зрение и сразу отследили фигуру кого-то, кто прятался за вторым стеллажом. Переглянулись. И Космея негромко, но звучно сказала:

— Флери? Почему ты здесь, а не в палате? Ты же должен лежать!

— Как вы узнали, что я… — пролепетали от стеллажа.

— Закрой глаза! — скомандовал Мускари. — Я включу свет.

На одном из столов зажглись свечи в огромном канделябре, и библиотека ярко осветилась. Космея сделала шаг, другой, приглядываясь, а потом спокойно подошла к Флери. Тот согнулся за вторым стеллажом — там, где пряталось окно. Он как-то сумел втиснуться сюда и теперь с отчётливой тревогой смотрел на двоих.

Космея подошла ближе и заглянула за его спину. Покачала головой. На подоконнике лежала охапка книг.

— Объяснишь? — предложила она.

Флери опустил глаза.

— Там, наверху, много детей. А здесь… тихо. Тот старик, маг Рун, он знает, что я здесь. Я… отпросился у него.

— Выходи, — велела Космея, начиная подозревать, в чём дело. — Я помогу вынести книги на стол.

— Но я…

— Я помогу. Бери эти, а я все остальные.

Когда Флери вышел из-за стеллажа, бережно прижимая к себе шесть толстых книг, а Космея — несколько рукописных книг, сшитых из тетрадей, Мускари тоже всё понял. Он заторопился к мальчишке-эльфу, чтобы помочь ему с книгами, — Флери внезапно застыл на месте, глядя на него с отчаянием.

— Всё! Всё! — махнул на него рукой Мускари, нервно смеясь. — Давай сам!

Флери чуть не рухнул на стул возле стола, на который он так и не положил свои книги. Ревниво проследил, когда Космея положила на стол рукописные книги. И села напротив. И Мускари, подтащив ещё один стул, тоже сел рядом с ней.

— Рассказывай, — вздохнула девочка-эльф.

— Не знаю, чего ты от меня ждёшь, — хмуро сказал Флери. — Мне просто стало скучно, а Рун сказал, что у вас тут библиотека… Ну, я и…

— А не наоборот? — тихо спросил Мускари. — Ты лежал на кровати и постепенно чувствовал, что к тебе стучатся. Или тебя зовут. Очень тихо. Но ты прислушивался, и этот зов становился всё сильнее и громче. И ты… не выдержал. Не знаю, как ты уговорил Руна — он обычно все рекомендации Бернара выполняет очень строго, но ты уговорил его проводить тебя на первый этаж. Возможно, сказал ему, что устал от безделья и хочешь немного походить. А на первом этаже ты, наверное, растерялся. Но Рун терпеливо ждал, и ты опять настроился на зов. И вошёл сюда. Рун, видимо, решил, что тебе хочется почитать от скуки, и оставил тебя здесь.

— Откуда ты знаешь? — сипло спросил Флери, так и не решившись положить книги на стол.

— Когда я почуяла книги своего рода, своей семьи, я сбежала из Старого города, из храма некромагов, — тихо сказала Космея. — Я пробежала почти полгорода — ночью… Я до сих пор ненавижу незнакомых вампиров, пока точно не узнаю, что они порядочные… Я помню те ночи до малейшей детали. И ту, когда меня позвали книги. И ту, когда я прыгнула в машину, где они лежали…

— Я не понимаю, — беспомощно пробормотал Флери, крепко прижимая к себе книги и, время от времени покусывая губу, взглядывая на рукописи на столе.

И выглядел при этом настолько и в самом деле оглушённым и растерянным, что Космея вскинулась, чтобы заново объяснить ему…

— Подожди, Космея, — остановил удивлённую девочку-эльфа Мускари. — Кажется, я понял, в чём дело. Флери, когда ты оказался в приюте? Сколько лет тебе было?

Космея осела на стуле, догадавшись о подоплёке вопроса Мускари.

— В приюте мне исполнилось три года, — тихо сказал Флери. — И что?

— И у тебя никого из родственников? Хотя бы дальних? Ваши воспитатели ничего тебе об этом не говорили?

— Я не спрашивал. Жил в приюте, казалось, вечность. А там мы о таком и не задумывались. Выжить бы…

Мускари взглянул на Космею.

— На эти книги никто и никогда не откликался, хотя Белый Светильник Ночи настраивал их сильно. Я помню, как рассказывал об этом Джарри.

— Северный приют ближе к краю города, — размышляла Космея. — И мы видели, что он окружён каменной стеной. А камень… Нет, не знаю. Надо спросить у Коннора, не камень ли задерживает родовую силу эльфов на пути к её носителю. Или там ещё и магическая защита?.. А пока… Флери, это твои книги. Не бойся. Никто их у тебя не возьмёт. Мускари, посмотри — банда Торсти ушла? Нет?

Мальчишка-эльф быстро приник ухом к двери библиотеки. Повернулся.

— Ушли. Поднимаемся. Эй, давай донесу твои книги до твоей комнаты!

— Вы ненормальные? — поразился Флери. — Вы хотите отдать эти старинные (я же вижу это!) книги мне⁈ Ну и что, что они мне… нравятся! Они же здешние!

— Здешние? — иронично повторила Космея. — А тебе хочется их здесь оставить?

Флери посмотрел на книги, лежавшие на его коленях. И медленно покачал головой.

— Хорошо. Спорить не будем, — решил Мускари. — Притворимся, что ты берёшь эти книги в свою комнату, чтобы полистать и почитать. Тебе же всё равно заняться нечем. А потом… тебе даже не надо будет листать их, — слабо улыбнулся мальчишка-эльф. — Ты будешь выздоравливать теперь гораздо быстрее. Это книги твоего рода. Твоей пропавшей семьи. Пусть полежат у тебя в комнате, пока ты полностью не объединишься с ними и не поймёшь, что они твои личные… Хорошо, что именно эти книги, которые так и не получили отклика в городе, мы не отдали храмовникам.

— А ещё книги есть у Понцеруса и Трисмегиста в домике, — задумчиво припомнила Космея. — Те, которые братья принесли с рынка и которые наши преподаватели ремонтируют и изучают. А если и там есть его книги? Флери, поднимайся. Идём на второй этаж. А книги ты всё-таки отдай. Одно дело — спускаться по лестнице налегке, другое — подниматься с такими книжищами.

В комнате мальчишки-эльфа сидел Бернар, слегка насупившийся. Сначала он открыл было рот, чтобы отругать строптивого пациента за непослушание и побег, но Космея спокойно прошла к окну, возле которого стоял небольшой стол, и водрузила на него стопу тетрадей. Мускари сбоку добавил книги и помог Флери лечь.

На недоумённый взгляд старого эльфа-целителя Космея негромко сказала:

— Это родовые книги Флери.

И сунула одну книгу в руки лежавшего Флери, который насторожённо смотрел на Бернара. А эльф-целитель качнулся сначала к столу, потом обернулся к пациенту и осел на стуле, закрывая ладонями лицо. Пока Флери с удивлением смотрел на него, Мускари вздохнул:

— Уважаемый Бернар часто переживает за оставшиеся книги.

И в комнате стало тихо-тихо…

Дверь в Тёплую Нору раскрылась — и в детскую гостиную хлынула говорливая волна ясельников. Впереди привычно Люция — с раскрытыми крыльями. Метнула косой взгляд на диван, где снова сидели Нейша и Азалия, и прямиком рванула к шкафу с любимыми куклами. Схватила одну — и…

Селена, которая заканчивала рассказ о Северном приюте, схватилась за сердце и спустя секунды взмолилась к ошеломлённой Хосте:

— Пожалуйста! Пожалуйста! Хоста! Скажи, что это не прорицание!!

Ибо Люция добежала до дивана и грубо сунула куклу в руки испуганной Нейши.