Дельфийский Оракул

ПРОЛОГ

Эта книга о голосе из отдаленного прошлого, который ставит под сомнение метафизические представления нашего времени, побуждает нас заглянуть за пределы утверждений науки и пересмотреть наше отношение к духовному началу, мистике и непознанным силам ума. Дельфийский оракул опровергал эти понятия раньше, еще три тысячелетия тому назад, и, как бы это ни казалось невероятным, наводит на эту мысль опять. Его пророчества бросают вызов самым фундаментальным постулатам нашего времени, убеждая, что мы обманываем себя, думая, что знаем больше, нежели есть на самом деле.

Его существование было отдано высокой миссии и тому, что казалось нечеловеческой властью. Оракул был не одним человеком, а союзом женщин-мистиков, которые выступали от имени бога Аполлона, отвечая на вопросы, давая советы, делая прорицания. Его голос разносился далеко. От Афин до греческих колоний по всему Средиземноморью, до отдаленных царств Лидии и Египта люди наделяли Оракула богоподобными способностями, веря, что он может не только с замечательной точностью предсказывать будущее, но и читать мысли и видеть события, происходящие за тридевять земель. Столь же высока была его репутация как социального катализатора. Он наставлял великого Сократа, знаменитого философа всех времен, к поиску мудрости жизни. Его моральное влияние помогло грекам научиться уважать данное слово, человеческую жизнь и истину.

Оракул вновь вызывает интерес сегодня благодаря тому, что группе американских ученых удалось открыть одну из его величайших тайн. Выяснилось, что он делал свои пророчества, находясь в состоянии глубокого транса.

Из сообщений древних можно было это предположить, поскольку те утверждали, что Оракул регулярно «вдыхал священный дух», чтобы подготовиться к вещанию смертным от имени богов. Но ученые долгое время не могли найти следов каких-либо паров или воскурений и сомневались в утверждениях древних и честности самого Оракула. Были и такие, которые считали все это чистым обманом. Наконец, за дело взялись американцы. Тщательно исследуя развалины храма Аполлона в Дельфах, изучая камни и воду, разломы и микротрещины рельефа, терпеливо работая на протяжении десятилетий, ученые обнаружили поразительные доказательства того, что Оракул действительно вдыхал смесь возбуждающих паров и неких сильнодействующих газов, которые могут способствовать возникновению похожих на транс состояний и легкой эйфории. Обнаружилось, что щели в скальной породе позволяли мощному напору газа подниматься в храм, помогая Оракулу впадать в мистический экстаз.

Может показаться, что изменение сознания никак не может поколебать основы метафизики или поставить под вопрос принципы науки нашего века. Но это так. Больше того, это открытие никак нельзя считать мимолетным или эфемерным, своего рода заблуждением, оно построено на серьезном применении методов науки и использовании истинного знания. В тайнах Оракула, возможно, скрывается его главный дар.

На потолке Сикстинской капеллы Микеланджело запечатлел печальный образ Оракула. Портрет целомудренной жрицы контрастирует с более поздними изображениями, где она предстает чувственной и соблазнительной.

Книга в хронологическом порядке излагает эту историю. В первой главе говорится об Оракуле в древности. Во второй — о том, как в конце девятнадцатого столетия вернули из небытия главную жрицу и как ее развенчали. С третьей по шестую главу рассказываются подробности почти детективной истории о том, как группа из четырех американских ученых обнаружила следы дурманящих паров и как их открытие подтвердило подлинность утверждений древних, доказав существование Оракула как серьезной исторической реальности. Последняя глава поднимает вопрос истинности метафизических парадигм нашего времени.

Замысел этой книги родился в августе 2001 года, когда я прочитал один из докладов той группы и впервые узнал об открытии следов испарений. Тогда меня увлек не Оракул, а научная проблема, на решение которой ушло целое столетие. Только много позже мне стало известно, что женщина-Оракул имела отношение к Сократу и что Микеланджело отвел ей почетное место на потолке Сикстинской капеллы как одной из пророчиц, предсказавших пришествие Христа. Более того, как пишущий на научные темы писатель и журналист, отягощенный скептицизмом, я был склонен отмахнуться от сообщений о ее психических способностях. Открытие следов паров, казалось, доказывало, что ее пророческие видения были не более чем галлюцинации наркомана, а ее слава основана на групповых иллюзиях.

Первый сюрприз открылся до того, как я впервые отправился в Грецию, которая давно вызывала мое восхищение. На последнем курсе университета я изучал греческую философию и мифологию как дисциплины по выбору в дополнение к моей программе научной подготовки, а в аспирантуре я специализировался на истории науки и читал ранних греческих мыслителей, которые положили начало тому, что стало научным взглядом на мир. Они были моими героями, эти беспощадные рационалисты. Теперь я узнал еще и то, что греки также почитали оккультизм, обращались за советами к сонму сивилл и медиумов, провидцев и авгуров, предсказателей и ворожей. Параллельно развивалась восточная философия, которая делала акцент на покорности судьбе, карме. У греков не было ничего подобного. Они постоянно стремились узнать будущее и перехитрить богов, уклониться от предопределения судьбы. Я был совершенно не готов столкнуться с существованием целой мистической традиции и ее противостоянием Оракулу. Описывавшая это старинная, порой маловразумительная литература изобиловала поразительными фактами. Оказалось, что сам Аристотель создал теорию телепатии. Это было равносильно открытию.

Еще больше сюрпризов скрывалось в библиотеках. Я узнал, что на заре своего существования наука воспринимала Оракула вполне серьезно. Выдающиеся исследователи, среди которых были даже нобелевские лауреаты, проводили множество экспериментов, чтобы установить, как она читала мысли, видела отдаленные места и проникала взглядом в будущее. Под впечатлением таких экспериментов Фрейд утверждал, что экстрасенсорные способности зародились в мире, теряющемся во тьме прошлого, еще до развития языка, когда индивиды общались друг с другом с помощью телепатии. Мне представлялось, что эти забытые теории заслуживают внимания, в то время как нынешняя наука развенчала Оракула и медиумов.

Самая интересная часть моего путешествия началась, когда я наконец добрался до Дельф. Сотни лет писатели пытались передать их величественность, называя их местом, где древние силы раскрывают сокровенные тайны земли. Вокруг вас горы и теснины, утесы и склоны, они простираются во все стороны невиданным разнообразием цветов и форм, одни утопают в буйной зелени и ласкают взор, другие манят прохладой и таинственной далью, так что всякий раз, когда делаешь несколько шагов или поворачиваешь голову, глазам открывается затаившийся загадочный мир или потрясающее новое зрелище, словно в одном месте собралось все, что завораживало вас за годы путешествий. Великолепие усиливается звуками. Прикройте глаза, и вы сможете в полной мере оценить песню ветра, цикад, шум падающей на скалы воды, блеяние овец на пастбище, жужжание пчел в цветущем миндале. Однажды, карабкаясь по окрестным горам, я наткнулся на стадо коз, перебирающихся на новое место. Меня околдовал звон их колокольчиков, постукивание копытцев.

Оракул вещал миру из храма Аполлона, бога предсказаний и солнца. Сохранившиеся части храма обращены на восток, и лучи восходящего солнца освещают вход. Однажды я разглядывал руины, и сидевший рядом со мной ученый заметил, что храм не был посвящен только Аполлону. Та сторона, на которую мы в тот момент смотрели, была западной и на самом деле была посвящена Дионису, богу вина и животных страстей, который в каком-то смысле являлся антитезой блистательному Аполлону и требовал от своих почитателей безумных неистовых оргий. Сторона храма, посвященная Дионису, смотрела на заходящее солнце, приветствуя ночь.

Заинтригованный, я прошелся по каменистой десятикилометровой тропе, по которой молодые гречанки когда-то следовали в ночной темноте к затаившейся на высоте пещере, где Дионисовы любители хмельного при свете факелов совершали неистовые ритуалы. Это было жуткое зрелище. В грязи валялись кости животных, в полу пещеры торчало несколько каменных сталагмитов, и, судя по всему, женщины поклонялись им как божественным фаллосам.

Самый же большой сюрприз ждал меня, когда я разговорился с американскими учеными. Особенно заинтересовал меня Джель де Бур, руководитель группы. Во время Второй мировой войны он, мальчиком, пережил японский концентрационный лагерь, позже стал геологом мирового класса, преподавал в Уеслеанском университете в штате Коннектикут и разъезжал по всему миру, работая над проектами, которые отличались смелостью мысли и экономической целесообразностью. В его личности соединялись европейское обаяние и американская напористость.

Нас объединяла любовь к геологии. Я увлекся ею после того, как в крошечном батискафе опустился на дно Тихого океана, чтобы своими глазами увидеть рождение планетарной коры. Я написал об этом погружении 1993 года книгу «Вселенная под нами» и для «Нью-Йорк тайме» статьи о глубинных тайнах Земли. Де Бур рассказал мне, как он так же погружался на большую глубину в батискафе «Эльвин». Мы разговорились и, как мне кажется, подружились.

К концу недельного пребывания в Дельфах де Бур высказал мысль, которая представила открытие паров в новом свете и заставила меня вспомнить философские загадки, над которыми я ломал голову много лет до этого. Оказалось, что в тайне Оракула есть скрытое послание. Очень скоро созрел замысел этой книги. Тайна поколебала старые, казавшиеся незыблемыми представления о науке и возродила новую веру в существование трансцендентного. Де Бур рассуждал о том, могут ли люди и в самом деле получать информацию за пределами известных нам чувств.

В древности Оракул отвечал на многие вопросы. Сегодня он сам задает вопросы.

Во многом он противоречит современной науке. На протяжении веков его авторитет вырос настолько, что Оракул теперь претендует на верховенство над всеми другими формами мысли. Непрекращающийся прогресс технологических чудес только усиливает его влияние. Не так давно наука пыталась заменить собой религию. Ряд аналитиков считают, что начало этому положил Эйнштейн со своим стремлением доказать, что наука может победить теологию в поиске ответа на главные вопросы жизни. Успехи физиков поддерживали взгляд на науку как на великое средство решения волнующих человечество загадок. В наши дни популярные книги, телевизионные передачи, журнальные статьи и конференции с научных позиций либо отбирают у религии почву, на которой она стоит, либо дают тайнам природы трактовки, которые по сути носят глубоко религиозный характер. В первых рядах идут нобелевские лауреаты, такие, как Леон Ледерман со своей книгой «Частица Бога» и Франсис Крик с работой «Поразительная гипотеза», в которых предпринимается попытка дать научное объяснение тому, что называется душой.

Наука может быть нашей религией. Но маленький секрет мудрости Оракула в том, что она скорее собрание не связанных между собой озарений-догадок и прорицаний, а не универсальное объяснение реальности.

Некоторые люди могут воспринять эту книгу как нападки на науку. Это не так. Я посвятил всю свою профессиональную жизнь изучению ее нюансов и творческой силы. Я считаю науку одним из величайших достижений человеческого ума. Она вывела нас из тьмы и сделалась локомотивом человеческой цивилизации и материального прогресса. Но некоторые ее исследования привели к появлению оружия массового уничтожения, которое грозит существованию всего человечества.

Эта книга нисколько не критикует науку, в конечном итоге, это исследование истинных границ современной науки. В книге рассматриваются философские выводы из открытия ученых относительно Оракула и объясняется, почему наука регулярно берет на себя больше, чем она способна сделать в объяснении мира. Больше того, свидетельства из области культуры показывают, что подобная заносчивость науки способствует проявлению в обществе эффекта бумеранга.

Новый голос Оракула достоин всестороннего изучения. Того же заслуживает и его долгая история. Греки заложили основу западной цивилизации — это известно всем. Но оказывается, что в этом процессе видную роль играл Оракул с его многосторонними дионисийскими и другими талантами и чарами.