Демоноборец. Том 2

Глава 13

Я молчал, судорожно собираясь с мыслями, параллельно с этим отслеживая ауру опричника. И, судя по ее насыщенности, Добрынин был готов в любой момент ударить магией. Нет, так дело не пойдет. Умирать я пока что не планировал.

— Павел Андреевич, а каким образом Вы увидели шар? — решив немного потянуть время, я задал первый же пришедший мне в голову вопрос, и тут же удивился, насколько он вышел к месту.

— Алексей Николаевич, свои тайны я никому не открываю, — Добрынин покачал головой, — и все же Вы не ответили, что это был за шар, что это за странный куб в ваших руках, и почему тут находится господин Львов?

— Последнее можете спросить у него, — я начал поворачиваться, и в этот момент за моей спиной засверкали молнии.

В их отблеске я увидел безумный, без шуток безумный взгляд Львова. Кажется, Анатолий Анатольевич у нас окончательно поехал крышей, как говорят в этом мире.

Время опять замедлилось, и я увидел, как молнии нарочито медленно летят прямо мне в лицо. Львов был магом уровня мастер, ранг такой же, как и у меня, вот только молнии в некоторых ситуациях опаснее света, и сейчас как раз такая ситуация. Возможно, я бы успел выхватить из ауры пистолеты и сбить его атаку, но почему-то мне совершенно не хотелось этого делать. Отчего-то внутри меня зрело ощущение, что прямо сейчас что-то произойдет, благодаря чему я не окажусь под ударом.

В следующее мгновение со стороны Добрынина прилетел антрацитово-черный сгусток энергии, а еще через мгновение Львов уже был на полу, а на его теле затягивались путы Мрака. Да, это был именно Мрак, младший брат Тьмы. Теперь мне понятно, почему опричник пришел тогда один в трактир ночью, и почему расхаживает по улицам без какой-либо опаски. С таким даром он в состоянии уничтожить любого из местных, без шуток. Магия Мрака — одна из самых опасных, кстати, в том числе против демонов. И если мой Свет выжигает тварей, превращая в пепел, то Мрак просто пожирает их. Никто не знает, где находится изначальное измерение этой стихии и зачем ей столько силы, но Мрак прожорливее даже чем сама Тьма.

— А вы тоже полны сюрпризов, Павел Андреевич, — теперь мне стало понятно, что у опричника также есть магический взор. Специфический, правда, как и у всех представителей этой стихии, но силу он точно видит.

— Почему Львов на вас напал, Алексей Николаевич? — в голосе Добрынина лязгнула сталь, — не стоит шутить со мной, юноша, шутки с Тайной Канцелярией заканчиваются плохо.

— И не собирался, — я пожал плечами, — Павел Андреевич, а что, если мы с вами заключим договор? Я обязательно расскажу вам все, но не сейчас, а после того, как люди наверху разъедутся по домам. Давайте откровенно, вы не увидели ничего криминального с моей стороны, я никого не трогал и ни на кого не нападал. Так что с чистой совестью могу сейчас послать вас куда подальше, — видя, как взметнулись брови Добрынина, я улыбнулся.

Да-да, я могу это сделать, и, что самое забавное, опричнику придется уйти. Максимум, что он может сделать, это арестовать Львова и вывести его через общий зал, но, какого демона, это никак не повлияет на меня. Моя репутация чиста, а следить за чужими не входит в мои обязанности.

— Хорошо, юноша, давайте так, — опричник медленно кивнул, — а господин Львов пока погостит у тебя тут, — после этих слов черные путы еще сильнее сжали тело Анатолия Анатольевича, после чего тот замычал.

Но рот его был плотно прикрыт Мраком, так что единственное, на что он был способен, так это вращать глазами и издавать вот такие вот приглушенные звуки. Впрочем, через несколько секунд даже эти возможности исчезли, потому что Львов просто вырубился.

Отлично, в таком состоянии он точно ничего тут не устроит. Да и что-то мне подсказывало, что магия Добрынина легко высосет его до дна, стоит только опричнику дать Мраку такую команду.

— Возвращаемся наверх, — я кивнул на лестницу, — вы садитесь на свое место, а я поговорю с женой Львова. Нам ведь не нужен шум, верно?

— Алексей Николаевич, не стоит брать на себя слишком многое, — Добрынин покачал головой, — я сам поговорю с госпожой Львовой. Уверяю, до окончания сего банкета она никуда не денется.

Я пожал плечами, мол хозяин — барин. Как по мне, так даже лучше, меньше ко мне потом будет вопросов.

Покинув подвал, я закрыл плотно за собой дверь и на всякий случай бросил на ручку простенький конструкт вспышки. Если кто-то кроме меня решит сюда сунуться, я тут же почувствую и успею помешать.

Вернувшись в общий зал, я тут же натянул на лицо улыбку и начал новый обход гостей, при этом держа в поле зрения столик Львовых. Добрынин подошел к столу, что-то шепнул на ухо госпоже Львовой, отчего та тут же побелела, но медленно кивнула и тут же уткнулась взглядом в стол. Опричник тем временем вернулся за свой стол, да еще и сел так, чтобы держать весь зал под контролем. Н-да, хорошо хоть атмосфера в ресторане выше всяких похвал, поэтому гости и не заметили моего небольшого отсутствия. По крайней мере, большая их часть, потому что парочка моих друзей уже семафорила мне жестами, мол подойди к нам. Пришлось подойти, а куда деваться?

— Леха, а ты где был? — тут же взял быка за рога Александр, — и что это опричник с тобой делал?

— Саша, много будешь знать, плохо будешь спать, — я усмехнулся, — по делам был. Кстати о них самих. Я вот что подумал, чтобы не рушить магию сегодняшнего вечера, может стоит наши дела на завтрашнее утро перенести? Я приеду к вам, раз уж предложение шло от меня. Ну и Кротова с собой возьму.

— Лех, я у матушки узнаю, но предварительно — да, — Александр кивнул, и я увидел благодарность в его глазах, — ты даже не представляешь, дружище, что это все для нас значит.

Я молча отмахнулся, мол ничего такого. Ведь это была чистая правда. Эта земля мне была не нужна, а им она поможет вернуть своему роду былой достаток. Как по мне, всё логично.

— Алексей, это не мое дело, конечно, но я хочу тебя предупредить, — Дитмар глянул в сторону опричника выразительным взглядом, — дружба с такими людьми бывает очень выгодной, но зачастую заканчивается плачевно.

— Друг мой, я искренне ценю твою заботу, — приобняв обоих парней, я кивнул одному из свободных официантов обновить бутылку с вином, — можешь не сомневаться, я прекрасно знаю, на что способен господин Добрынин, и не питаю никаких надежд относительно него. Да и назвать дружбой то, что есть между нами, никак нельзя. Скорее подходит выражение «вооруженный нейтралитет». Он пытается найти за мной хоть какие-то грешки, а я усиленно доказываю, что ничего такого не делал.

— Н-да, не повезло тебе, дружище, — Комбаров тяжело вздохнул.

К этому моменту вернулся официант и разлил вино по бокалам, а дальше мы с ребятами выпили, и я продолжил свое шествие от стола к столу.

Во время небольшой паузы Ева смотрела на Светлова, своего сегодняшнего клиента, и размышляла. Что-то в поведении этого юноши настораживало. Во-первых, он не пожирал ее глазами, как делали все остальные дворяне его возраста, а то и старше. Во-вторых, даже услышав ее фамилию, он не стал навязываться, предлагать выпить, провести время вместе, погулять. А ведь так поступали многие, коим была интересна не она, но род, стоящий за её спиной. И пусть Ева не была полноценным членом княжеского рода Юсуповых, это ничего не значило. Ведь в случае какой-либо нужды род тут же подключится и поможет решить любую проблему.

Такой порядок вещей ей нравился даже больше, ведь никто не заставлял ее действовать согласно этикету, у нее было то, чего не было у многих дворян, а именно свободы.

Бросив еще один взгляд на Светлова, Ева мысленно улыбнулась. А ведь она бы не отказалась от предложения погулять с ним, внешность у него была достаточно привлекательной. Эти мысли на мгновение промелькнули в голове девушки, но Ева тут же отогнала их подальше. Она на работе, и точка!

Несколько часов спустя.

Когда на часах стукнуло пять вечера, народ потихоньку начал собираться. Сытые, довольные лица подходили ко мне, чопорно прощались, говорили витиеватые фразы, а потом уходили. Впрочем, если сократить все их слова до минимума, то они благодарили за мою щедрость, ну и хвалили поваров. В любом случае, вечер однозначно удался, это уж точно. Еда понравилась всем, а ведь я особенно внимательно следил за этим параметром. А еще, судя по лицам гостей, им хоть и не пришлось платить, но цены они оценили. Они у нас были достаточно высокими, чтобы отсечь просто зевак, и при этом недостаточно большими, чтобы отпугнуть людей, у которых деньги водились. А вообще я планировал, что основной целевой аудиторией моего трактира будет так называемый средний класс. Дворяне же, дворяне привыкли есть дома, по крайней мере, они не будут каждый день выезжать в город для того, чтобы пообедать или поужинать. А вот простые горожане с деньгами очень даже будут, ведь поваров у них дома не водится.

— Алексей Николаевич, — ко мне подошел Базилевский.

Среди сегодняшних гостей скупщик вел себя ниже травы, тише воды, хотя я видел, что к нему пару раз подходили дворяне, и, судя по его радостному взгляду, какую-то выгоду от общения с ними он точно поимеет.

— Никита Андреевич, — я улыбнулся, — ну как вам вечер? Надеюсь, всё понравилось?

— Всё было волшебно, ваше благородие, — Базилевский поклонился, — я подошел поблагодарить вас за такую честь. До сегодняшнего дня мне не доводилось бывать в таком обществе.

— Лиха беда начало. Все мы люди, как ни крути, — я пожал плечами, — кстати, обязательно загляну в вашу лавку, посмотреть на новинки, если таковые имеются.

— Буду ждать, — Базилевский еще раз поклонился и поспешил на выход.

Сразу после него я попрощался с Громовым, который пришел ко мне без жены, а фактически последними уходили мои друзья в компании матери Александра. Они также меня поблагодарили за прием, ну а я заодно напомнил Комбарову про завтрашний день.

— Помню, друг, — серьезно кивнул, — ждем тебя в гостях, ведь так, матушка?

— Все так, — госпожа Комбарова кивнула и по-доброму улыбнулась, — и передайте мою благодарность вашим поварам, давненько я не ела настолько вкусную, приготовленную с душой еду.

— Обязательно передам, — я кивнул, а дальше проводил их до выхода.

К этому моменту в ресторане осталась только жена Львова, да Добрынин. Персонал в счет не беру, у них свои задачи.

Тяжело вздохнув, я направился к опричнику.

— Павел Андреевич, может для начала решим вопрос с Львовыми? Они и так недавно потеряли одного из своих сыновей, не хочется еще больше на них давить.

— Они и правда будут лишними, — Добрынин медленно кивнул, а потом быстрым шагом подошел к Львовой и что-то сказал.

Женщина вскочила на ноги, при этом не поднимая взгляда на опричника. А Добрынин все говорил и говорил. В конце концов он закончил, а потом повернулся ко мне.

— Алексей Николаевич, будь добр, приведи господина Львова, — тихо, но так, чтобы я точно услышал, произнес опричник, — он больше не будет прыгать на тебя, гарантирую.

Я молча кивнул, а через несколько минут Львов уже стоял рядом с женой. На его сером костюме появились пара пятен, да и сам он вид имел помятый и больше подходящий кому-то после пьянки.

— Завтра я жду вас у себя, господин Львов, — ледяным тоном произнес Добрынин, — и только попробуйте не явиться. Тогда пострадает весь ваш род, все ваши знакомые и родственники. И это я говорю вам как официальный представитель Тайной Канцелярии. Вы меня поняли?

— Да, господин Добрынин, — хриплым от волнения голосом ответил Львов, — завтра я буду у вас.

— Свободны, — Павел Андреевич кивнул в сторону двери, и Львовы тут же ретировались, оставив нас наконец-то наедине.

— Пройдемте в кабинет, Павел Андреевич, — я усмехнулся, — раз уж вам так не терпится залезть в чужие тайны, что ж, я не против.

Добрынин смерил меня недовольным взглядом, но спорить со мной не стал, и мы пошли в кабинет. По пути я маякнул Саватееву старшему никого не пускать, и гвардеец согласно кивнул. Зайдя в небольшую комнату, где располагалось рабочее место Ильи, я попросил администратора выйти.

— Ну вот, теперь мы можем с вами поговорить, — произнес я, когда Илья закрыл за собой дверь, — спрашивайте, Павел Андреевич.

— Мои вопросы не изменились, — опричник подошел к окну, закрывая его своим телом, — что это за куб, и что это был за шар? Это была энергия, но с такой разновидностью я еще ни разу не сталкивался.

— А что, со многими сталкивались?

— Со всеми распространенными в мире, — опричник хмыкнул, — Алексей Николаевич, не тяни. Я жду ответа.

— Все началось, когда я пришел в себя после болезни, — осторожно начал я, — видимо, она каким-то образом повлияла на мой дар, ведь когда я очнулся и глянул на свою сводную сестру, увидел не человеческое лицо, а морду непонятного существа. Понятное дело, первым делом подумал на проблемы с психикой. Да вот только моя кухарка отчего-то выглядела точно так же, как и перед болезнью, и только Екатерина изменилась. В первый же день я намекнул об этом, а ночью она исчезла. Не находите это совпадение странным?

— Продолжай, — Добрынин подался вперед, как зверь перед прыжком, — что еще?

— Дальше я понял, что вижу магию, — тут мне пришлось приоткрыть часть своих способностей для правдоподобности.

Дальше же я рассказал опричнику свою историю, причем убирая все упоминания насчет убийств демонов. Видел, да, что это за твари не знаю, но знаю, что моя магия им явно не нравится. Конечно же, Павел Андреевич не поверил, и даже не пытался этого скрыть, и начались вопросы. Но я упрямо повторял одно и тоже, и где-то через час ему наконец-то надоело.

— Что в кубе?

— Мне кажется, что это одна из таких сущностей, — ответил я, доставая артефакт из кармана, — и мне кажется, что когда-то в прошлом с такими уже сталкивались, — я усмехнулся, — иначе зачем в моем роду знания о таких вот артефактах, как этот куб. Он создан с одной целью, удержать энергетическую сущность, и, как видите, работает. Знаете что, Павел Андреевич, а давайте мы с вами попробуем небольшой эксперимент. Что-то мне подсказывает, что ваших сил достаточно, чтобы уничтожить, ну или поглотить эту энергию. Попробуете? Вдруг что-то получится узнать, — я пожал плечами, — по крайней мере вы ничего не теряете.

Добрынин прищурился, и в этом взгляде не было ничего хорошего для меня. Вот только я спокойно его выдержал, тот, кто смотрел в глаза высшим демонам, обычных людей не боится.

— Хорошо, Светлов, допустим, я согласен на этот эксперимент, — медленно произнес он, — ты же понимаешь, что тут такое делать нельзя? Если тебе, конечно, дороги жизни своих подчиненных.

— А я и не предлагаю делать это тут, Павел Андреевич, — я покачал головой, — можем выехать где-нибудь в чистое поле, ну или в лес. А вообще, вы можете выбрать любое место для эксперимента. Только не тяните, а то у меня есть еще дела. Раз уж вы боитесь делать это здесь, — не удержался я от подколки в его адрес.

— Хорошо, высвобождайте шар, — к моему удивлению, подкол сработал, и Добрынин решил не тянуть.

Я потянулся к артефакту и, открыв ловушку, выпустил демоническое ядро. Тут же порыв холодного ветра пронесся по кабинету, а в магическом взоре я увидел, как из подвала к нам полетело облако энергии.

— Уничтожайте! — не удержался и рявкнул я, но Добрынин и без меня понял, что нужно действовать.

Его Мрак вновь вырвался наружу, накрывая ядро со всех сторон. В этот момент я услышал отчетливый стон и усмехнулся. Кажется, демон только что понял, что его жизнь в новом мире накрылась медным тазом. Ну а нехрен было сюда лезть, тварь ты энергетическая. Теперь получай по заслугам!