Демоноборец. Том 2

Глава 2

Особняк Светловых. Несколько часов спустя.

После медитации я почувствовал себя намного, намного лучше. Энергия потекла по телу быстрее, насыщая мышцы и заставляя источник постоянно пульсировать. Конечно, это не полноценная тренировка, для этого мне не хватает нормальных накопителей, но все же лучше, чем ничего.

Поднявшись с пола и бросив взгляд на наручные часы, я вдруг понял, что просидел в медитации почти три часа. Неплохо, очень даже неплохо. Честно, думал, меня хватит от силы на час, но нет, воля все же решает в такого рода вопросах.

Немного размяв затекшие мышцы, я вдруг понял, что просто зверски хочу есть.

Спустившись на первый этаж, я попросил Степаниду накрыть на стол, и через пять минут уже вовсю орудовал столовыми приборами. Вкусная еда, тепло и хорошее настроение, разве что-то еще нужно для того, чтобы быть счастливым? В такие моменты я мысленно возвращался в свой прошлый мир, еще до того момента, как он оказался на пути у демонов. Впрочем, возможно, через долгие годы там все вернется на круги своя. Люди все же очень живучие создания.

— Господин, хотела поблагодарить вас за новых слуг, — Степанида замерла в дверях, держа в руках полотенце.

— Да не за что, — я улыбнулся, — не бросать же их на произвол судьбы. Простые работники не виноваты в том, что их господин оказался настоящим мерзавцем.

Степанида кивнула, смерила меня странным взглядом, после чего направилась на кухню, а я продолжил ужин. Когда на столе остался лишь десерт, телефон в моем кармане завибрировал.

На экране высветилось имя «Резнов А. И.», так что я отодвинул от себя тарелку с штруделем и ответил.

— Светлов слушает.

— Алексей Николаевич, доброго вечера, — голос Резнова, как всегда, был мягким, обволакивающим, — как ваше здоровье?

— И вам доброго вечера, Антон Иванович, — я усмехнулся, — знаете, не жалуюсь. Аппетит хороший, а это, как по мне, один из главных признаков здорового организма.

— Идете в правильном направлении, юноша, — Резнов хмыкнул, — я звоню, чтобы порадовать вас. Изделия готовы, завтра можно забирать.

— Отличные новости, Антон Иванович, — честно говоря, я удивился, потому что неделя еще не прошла. Неужели мои чертежи так сильно заинтересовали мастера-артефактора, что тот отложил остальные проекты? В принципе, это возможно. Однако в этой бочке меда есть и ложка дегтя, куда ж без нее. Резнов ведь наверняка надеется, что я начну участвовать в работе его мастерской.

— Ну, у меня есть свои резоны, — в голосе Резнова появились странные нотки, — так когда вас ждать, Алексей Николаевич?

— Завтра утром, Антон Иванович, — взвесив все за и против, ответил я, — завтра утром я приеду в Тверь.

— Отлично. Тогда желаю спокойной ночи, юноша.

— И вам того же, — на этом наш разговор с Резновым завершился. Что ж, артефакты — это отлично, как раз то, что нужно.

Доев десерт, я решил немного прогуляться перед сном, чтобы лучше спалось. Натянув пальто, я вышел на улицу и, вдохнув морозный воздух, направился к площадке, где тренировались гвардейцы. Саватеевы решили, видимо, провести проверку бойцам Сивушкина, вот и гоняли их сейчас, внимательно наблюдая за всем.

Когда я подошел достаточно близко, гвардейцы заметили меня, но я жестом показал не останавливаться и, присев на скамейку, тоже присоединился к наблюдению. Через десять минут все закончилось.

— Ну как вам, господин? — Миша глянул на меня вопросительно, на что я пожал плечами.

— Выглядит неплохо. Мне сложно судить, однако, как по мне, лучше будет, если ты наших бойцов разбавишь ими. Чтобы у ребят было время привыкнуть к новым реалиям.

— Мы так и планировали, господин, — подал голос Иван, — два наших, один из новеньких, будем работать тройками. Лучший вариант на данный момент.

— Все эти вопросы в вашей компетенции, — я отмахнулся, — так что делайте как считаете нужным. Кстати, завтра утром мы едем в Тверь. Звонил Резнов, мои артефакты готовы.

— Тогда поедем двумя машинами, — сразу же ответил Миша, — мало ли что может случиться, в прошлый раз мы очень сильно рисковали.

— Как скажешь, — я кивнул и хотел было еще кое-что добавить, когда со стороны ворот к нам прибежал один из гвардейцев.

— Две машины остановились недалеко от ворот.

— Пошли, — вскочив на ноги, я быстрым шагом зашагал к воротам.

На улице уже начинало темнеть, но благодаря снегу все было хорошо видно. Добравшись до калитки, я выглянул наружу и увидел те самые два автомобиля. Внедорожники, чем-то напоминающие тот, что принадлежал Сивушкину.

В этот момент двери открылись, и я насчитал пять явно мужских фигур. Они были слишком далеко, чтобы я смог увидеть их лица, но что-то мне подсказывало, что через несколько секунд этот вопрос отпадет. Фигуры зашагали в сторону ворот, и моя рука инстинктивно потянулась к поясу. Вот только меч я оставил в доме.

— Господин, — голос Михаила прозвучал тихо, и, повернув голову, я увидел, что гвардейцы уже стоят наготове, держа оружие в руках.

— Пока не надо, — так же тихо ответил я и вышел за территорию.

Остановившись сразу за калиткой, я скрестил руки на груди и перешел на магический взор. Ну да, конечно, кого ж еще могло ко мне привести? Из пятерых двое явно носили в себе демонов. Однако трансформация была пройдена не до конца, а значит, этих еще можно спасти.

— Светлов, — один из демонов вышел вперед, — мое имя Дмитрий Львов, и я хочу знать, куда делся Сергей Сергеевич Громов.

— Может, стоит тогда пойти к его отцу и спросить? — я усмехнулся. — У меня тут не справочное бюро, ребятки. Да и время вы выбрали не очень подходящее. У меня в планах хороший крепкий сон, так что всего хорошего.

— Ты дашь нам ответ, Светлов, — глаза демона сузились, а на его руках появились небольшие молнии, — дашь, так или иначе.

— Да что ты? — расхохотавшись, я зажег на руках два световых шара, и Львов отшатнулся. О да, тварь узнала эту силу, однозначно узнала.

— Светлов, мы просто хотим узнать, что произошло с Сергеем, — вперед шагнул уже нормальный человек, если таковым можно считать дружка демона, — ты можешь хоть какой-то ответ нам дать?

— Исчез ваш Сергей, — я пожал плечами, — это все, что я знаю. А теперь валите отсюда, пока можете.

— Ты слишком самоуверенный, калека, — процедил Львов, и молнии стали чуть больше, — думаешь, победил Сивушкина и теперь все?

— Думаю, что на тебя, ублюдок, у меня сил точно хватит, — я сделал шаг вперед и направил еще больше энергии в шары, отчего они резко увеличились в размерах, — рискнешь?

Львов не ответил. Сплюнув, он развернулся и быстрым шагом направился к автомобилям. Остальные помедлили немного, но все же пошли за ним следом.

Проводив взглядом уезжающие автомобили, я втянул энергию обратно в источник. Во имя всех богов, и что это только что было?

Домой Львов возвращался совершенно один. Распустив всю команду до следующего приказа, — а в том, что он теперь имеет право приказывать, больше не было сомнений, — он пока что бесцельно бродил по городу. Снегопад утих, фонари зажглись рано, и в их свете улицы казались особенно уютными.

Дмитрию нужно было время, чтобы уложить в голове всё, что он понял. Особенно учитывая то, что он не понял ничего. Точнее… учитывая то, что понял НЕ ОН. Ну вот же! Даже эту простейшую мысль сейчас было довольно сложно сформулировать.

А всё потому, что в голове до сих пор гудело. От страха. Причём не от своего собственного страха, а от чужого. Ведь едва завидев магию Светлова, тот, кто жил у Дмитрия внутри, сжался в комок и забился в истерике. Демон, который ещё не успел сожрать душу, но уже прочно обосновался в теле, перепугался светящихся рук этого доходяги…

И что? И всё. Теперь Львов не просто подозревал, теперь он был уверен, что за исчезновением его вожака стоит именно Светлов. Но вот вопрос:

— А что теперь делать? — вслух спросил Львов у замёрзшей реки. А резкий порыв ветра бросил ему прямо в лицо снежную крупу, будто бы пытаясь отрезвить.

Не вышло.

Дмитрий, наоборот, распалялся всё больше и больше. Мысли продолжали путаться, и вытаскивать каждую было мучительно сложно. Но нужно. Итак! Без Громова он никто. Громов — сила, Громов — связи, Громов — защита и Громов — тот, с кого всё началось. Светлов, в свою очередь, — враг. Причём враг, насколько можно судить, серьёзный, и на такого нельзя переть в лобовую. Это верная смерть.

— Алло? — Львов набрал старшему брату.

Уточнил, не собирается ли отец или кто-то из семьи воспользоваться сегодня-завтра охотничьим домиком, а следом вызвал такси и уже через час вернулся на место утренней сходки. Как и в первый раз, дом встретил его холодом и тишиной.

Львов закинул в печку дрова, чиркнул спичкой, а затем какое-то время сидел и ждал, пока разгорится пламя. Как только в комнате стало достаточно тепло, чтобы не греть руки от огня, Дмитрий сходил к серванту, в котором завсегда имелось спиртное, и не глядя схватил первую попавшуюся бутылку.

— Коньяк, — прочитал он и хохотнул. — «Гугули», — затем откупорил крышку и сделал глоток прямо из горла.

Ну… Чтобы мысли перестали метаться. За глотком ещё один, а за вторым третий. Львов ходил из угла в угол, скрипя половицами, пил не пьянея и думал, думал, думал. До поры до времени он просто муссировал одну и ту же мысль — о том, что без связей Громова руки у него связаны. Но тут, на отметке двухсот грамм коньяку, у него случился прорыв.

— А что бы сделал на моём месте Громов? — спросил он, остановившись у окна, за которым уже совсем стемнело.

И тут вдруг вспомнил, как Громов всегда учил доверять «тому, кто внутри».

— Оно знает, — вслух начал он повторять слова Серёжи. — Оно сильнее. Оно покажет путь. Вот только… как с ним связаться-то⁈ — последнее Львов добавил уже от себя.

Львов сделал ещё один глоток и решил, что попробует погрузиться в себя настолько глубоко, насколько это вообще возможно, и там-то точно найдёт ответ. Нашарив в кладовке свечи, Дмитрий расставил их по комнате. Зажёг. Сел на пол, скрестив ноги, закрыл глаза и попытался успокоить дыхание.

— Давай же, — прохрипел он. — Разговаривай со мной!

Сначала не происходило ничего. Тишина — лишь треск огня и стук сердца где-то в висках. Львов уже было дело отчаялся, как вдруг почувствовал внутри себя пульсацию. Ну а затем ему показалось, что он слышит не биение собственного сердца, а чей-то очень далёкий, но постепенно нарастающий шёпот.

— Ты здесь⁈ — крикнул он и… спугнул этот шёпот.

От отчаяния Львов открыл глаза, грязно выругался, встал на ноги и снова направился к бутылке. Залпом саданул грамм сто, затем пьяненько покачнулся и… вот тут-то его и накрыло. Львов услышал не речь. Не оформленные в слова фразы, а сразу же целиковую мысль. Как будто кто-то огромный и древний слился с его разумом и подумал: «Позови правильно, и я отвечу». Причём эти мысли совершенно точно шли не изнутри, а откуда-то снаружи и…

Дмитрий замер.

Это был не его демон. Его демон — мелкий, трусливый, слабый, отчаянно нуждающийся в помощи Громова. А вот эта… штука, которую самому Диме захотелось назвать «Мразью», была совершенно иного порядка.

— Как⁈ — заорал он, пошатываясь. — Правильно — это как⁈

Ответ пришёл в виде тех же самых мыслеформ.

— Отлично! Ща! — глотнув последний раз, пьяненько закричал Львов. — Ща, погоди! Я мигом!

Затем он переставил с центра комнаты стол и стащил в угол ковёр. Голой рукой Львов залез в печь, вытащил уголёк и принялся чертить. Знаки. Руны. Пятиконечная звезда. Ничего подобного он раньше не учил, но так ведь на то и нужды не было — руки двигались сами собой, будто бы их кто-то направлял.

Уже зажжённые свечи он расставил по углам комнаты. Первое задание было выполнено. А от второго Диму пробило на дрожь. Жертва. Ему срочно нужна была жертва. Причём он уже знал, какая именно.

Пёс. Не охотничий, вовсе нет. Старый кобель по кличке Буран, которого отец держал при домике чисто для порядка и тем самым обрекал своих слуг на бесконечные поездки туда-сюда-обратно. Покормить, напоить, дать немножечко размяться и побегать. Буран лаял на чужих, но за всю жизнь никого и никогда не укусил. Добряк, если одним словом. Старый, глупый, добрый.

— Буран! — вывалившись из домика в валенках не по размеру, крикнул Львов. — Где ты там⁈

Пёс поднял голову, вильнул хвостом, но не встал. Видимо, почуял что-то неладное. Тогда Дима подошёл поближе и отщёлкнул карабин, который крепил поводок к будке. Взял пса за ошейник и поволок в дом. Буран заскулил и попытался вырваться, но… сдался практически без боя. Этого человека он знал с самого детства — они со Львовым практически одновременно были щенками.

— Идём, говорю!

Буран чуть упирался, но всё же шёл. Не рычал, не огрызался, а просто смотрел на хозяина большими глазищами, в которых было лишь недоумение и страх.

— Сиди здесь! — вытащив пса на центр пентаграммы, приказал Львов. — Сиди, говорю! — конечно же, Буран несколько раз попытался утечь, за что получил от хозяина по морде. Заскулил, но всё-таки сел, и теперь будто нетерпеливый щенок перебирал лапами, не понимая, что ему делать.

Дмитрий тем временем снял со стены отцовское ружьё. Извиняться перед псом Львов посчитал лишним, внутри себя нисколечко не терзался, и потому выстрел раздался уже через пару секунд. Тёплая густая кровь растекалась по деревянному полу, заливая руны, а Дмитрий допивал коньяк.

Наконец, когда бутылка была приговорена, он подошёл к Бурану и запустил пальцы в намокшую шерсть. Он мазал кровью лицо, руки, грудь. Всё так же шатаясь, он ногой выпнул тело пса из центра пентаграммы и встал на его место.

— Я здесь! — заорал он. — Я всё сделал! Я зову правильно!

Свечи взметнулись выше и загорелись ярче. Тени на стенах сперва закружились, а затем начали сплетаться в единый огромный силуэт. Пол задрожал. Руны вспыхнули алым, и Львов почувствовал, как вот эта самая тень пытается ворваться в него. И не сказать…

— А-А-А-АААА!!!

…не сказать, чтобы это было щекотно. Каждая клетка тела Дмитрия забилась в агонии, давление росло, тьма сгущалась, шёпот становился нестерпимо громким, а потом…

Всё.

Пшик. Боль отпустила, свечи погасли, и руны на полу — просто мазня из сажи и собачьей крови. Ритуал то ли сорвался, а то ли не удался. Львов рухнул на пол и принялся пьяно рыдать.

— Неудачник, — прошептал он сам себе. — Неудачник…

И тогда демон заговорил вновь. Вот только на сей раз вполне конкретно.

— Я не смогу стать частью тебя здесь, — сказал демонический голос извне. — Возвращайся в город, — а затем выдал максимально чёткие инструкции о том, что Львову делать дальше…

Утро как утро. Важное, но в кои-то веки предсказуемое. Душ, зарядка, восхитительный завтрак авторства Степаниды и Оленьки Саватеевой, а потом — дорога в Тверь.

По пути я смотрел в окно, разгонял по каналам энергию и почему-то вдруг прокручивал в мыслях день нашей первой встречи с Резновым. Хороший он всё-таки мужик, серьёзный, правильный. После того инцидента с официантом наши отношения явно перешли в другую плоскость, и, с одной стороны, этим нужно пользоваться на полную. С другой же, перегибать тоже не стоит.

— Алексей Николаевич, — Антон Иванович снова встретил меня в чайной лавке и уже привычным путём провёл вниз, в лабораторию.

А Захар Борисович — тот самый лысенький артефактор, что занимался моим заказом, — как будто бы нас поджидал. Выскочил из-за стеллажа, как чёрт из табакерки, и вместо «здрасьте» сразу же вручил мне здоровенную чёрную коробку.

— Вот, Алексей Николаевич! Всё готово! Всё как просили! Всё как… короче, получилось! — Круглов счастливо засмеялся. — Итак? Когда мы уже наконец-то приступим к совместной работе? Я готов! Люди готовы! Оборудование… угадайте что⁈ Готово! Ах-ха-ха-ха!

Своим неуёмным оптимизмом Захар Борисович сейчас был похож на ребёнка, дорвавшегося до сахара. Я же в ответ тоже посмеялся, осмотрел коробку и сказал, что у них тут всё серьёзно, разве что брендового логотипа не хватает.

— Это да, — кивнул Круглов. — И всё же, Алексей Николаевич, когда получится поработать?

— Кхм, — прокашлялся в кулак Резнов. — Признаться, я и сам хотел спросить вас о том же самом.

Что ж…

— Антон Иванович, Захар Борисович, поверьте мне на слово, я и сам заинтересован не меньше вашего. Любо-дорого будет поработать вместе, учитывая ваши производственные мощности. Но боюсь, что в данный момент у меня на повестке вопрос, который не терпит отлагательств. Мне кровь из носу нужно наладить работу трактира. Люди сидят без работы. Род недополучает денег.

— Понимаю, — кивнул Резнов. — Прекрасно вас понимаю, — а вот Захар Борисович чуть было не расплакался.

— Как только налажу бесперебойную работу заведения — я весь к вашим услугам.

— Разумно, Алексей Николаевич, без тыла никуда, — сказал Антон Иванович. — Мы подождём.

Признаться, меня удивило, с каким пониманием Резнов отнёсся к ситуации. Не уговаривал, не угрожал, не пытался переубедить, а просто… просто-напросто обошёлся без конфликтов вообще. Мне даже не по себе как-то стало. И ещё чувство такое возникло… м-м-м… недосказанности, что ли?

— Господа, — сунув коробку подмышку, я пожал мужчинам руки. — Ещё раз благодарю за помощь.

Дальше я просто поднялся наверх. Просто сел в машину. И так же просто — на удивление, чёрт возьми! — поехал домой.

— Ну что, Алексей Николаевич? — спросил Миша Саватеев, поглядывая на меня через зеркало заднего вида. — Получилось?

— Как говорят, получилось.

— А что там? — Миша поиграл бровями, указывая на чёрную коробку. — Во что камушки оформили?

— Честно? — хохотнул я. — Сам не знаю. Но если честно, то почему-то очень хочу оттянуть радостный момент. Домой приедем и торжественно откроем.

— Как скажете, ваше благородие…

Я откинулся на спинку сиденья, закрыл глаза и коротко резюмировал поездку: Резнов в союзниках, артефакты готовы, и работа над следующими артефактами впереди. Вроде бы всё по плану. Но где-то глубоко-глубоко, на задворках сознания, уже пульсировало тревожное предчувствие. Слишком уж всё как-то гладко и хорошо. А ведь я прекрасно знаю, что вселенная любит баланс, и скоро мне придётся заплатить…

Павел Андреевич Добрынин стоял на крыльце особняка Громовых, смотрел, как падает снег, и ждал такси, которое увезёт его обратно в гостиницу. Как гостеприимный хозяин, Сергей Витальевич предложил гостю подождать машину внутри, но тот отказался. Хотелось подышать. Хотелось подумать.

Итак! Второй разговор с градоначальником вышел тяжёлым. Сергей Витальевич выглядел уставшим и говорил неохотно, однако на все вопросы отвечал. Да, пропал сын. Да, последний раз его видели дома. Нет, никаких врагов, способных на убийство, у Громова-младшего не было и быть не могло. Врал?

— Хм-м-м…

Даже если не врал, то что-то явно недоговаривал. Добрынин чувствовал это следовательским чутьём, которое крайне редко его подводило.

Наконец машина подъехала. Добрынин прыгнул внутрь, назвал адрес, а сам продолжил размышлять. Пазл потихонечку складывался. Пропавшая Катя Светлова, как бы удивительно это ни прозвучало, сестра Светлова. Дуэль у Сивушкина была со Светловым. Покойный Ребров пытался арестовать Светлова. И Громов-младший, кто бы что ни говорил, был у Светлова во врагах. Абсолютно ВСЕ ниточки так или иначе тянулись к Алексею Николаевичу, но…

— Но-но-но-но-но, — пропел вслух Добрынин.

Постепенно у него складывалось чувство, что юный Светлов вовсе не злодей, а самая настоящая жертва. Человек как будто бы попал в неудачное время и в неудачное место, а потом просто пытался выпутаться. Или спастись?

Но… от кого именно?

— Вопросов становится всё больше, — пробубнил Добрынин, глядя в окошко на зимний Торжок.

Водитель покосился на него в зеркало, но промолчал.

Уже в гостинице Павел Андреевич поднялся к себе в номер, скинул пальто и сел за письменный стол. Достал телефон и набрал нужный номер.

— Жора? — сказал он, когда на том конце ответили. — Есть задание. Нужно установить наружное наблюдение за одним человеком. Светлов Алексей Николаевич. Ну… тот самый. Да-да, ты правильно понял, он. Сидите рядом с поместьем, но так, чтобы гвардия вас не замечала. Обо всех перемещениях сразу же докладывай мне. Попытайся установить прослушку. Если будет что-то интересное, сразу же звони. Да. Да. В любое время. Всё, до связи.

Добрынин отложил телефон, откинулся на спинку стула и крепко сжал переносицу.

— Кто же ты такой, Алексей Светлов? — спросил он у пустоты, — кто же ты такой?

Особняк Светловых.

После обеда я закрылся у себя в кабинете и, положив на стол тот самый ящичек, затаил дыхание. Не знаю почему, но я испытывал какую-то неловкость, хотя понять, в чем дело, никак не мог. Глубоко вдохнув, я все же открыл крышку и наконец-то увидел содержимое. Четыре артефакта, каждый из которых лежал в своем отсеке. Взяв в руки первый, выполненный в виде широкого браслета, я прикрыл глаза и направил внутрь каплю энергии. Свет с легкостью проник в структуру металла, и я почувствовал, как браслет задрожал. Перейдя на магический взор, я увидел, что внутри этой металлической структуры были расположены части драгоценного камня, видимо одного из тех, которых я отдал Круглову. На гранях были вырезаны те самые руны, что я изобразил на своих чертежах. Н-да, а мастер-артефактор и правда гений. Он не просто создал артефакт, он умудрился создать его таким образом, чтобы никто вокруг не понял сути этого артефакта.

Отложив в сторону браслет, я перешел к следующему артефакту, небольшому кубу серого цвета. Основным металлом, судя по весу, тут было серебро, а камни, видимо, опять внутри. Повторив операцию, я убедился, что артефакт работает, причем именно так, как нужно было мне. Отлично, просто восхитительно!

Остальные два артефакта я проверил так же быстро, и теперь у меня в руках был походный набор демоноборца. Поиск, удержание, лечение и уничтожение. Каждый артефакт со своей функцией, и теперь осталось только зарядить их полностью, а дальше они будут готовы к работе. Моего нынешнего источника хватит, чтобы наполовину зарядить один из артефактов, хорошо хоть из-за небольшого объема энергия восстанавливалась очень быстро. Так что хватит пары дней, чтобы заполнить их, а дальше придется лишь поддерживать нужный уровень энергии, только и всего.

Разложив обратно по отсекам артефакты, я захлопнул ящик и задумался. Пора начать разбираться с трактиром, а конкретно с его запуском. А значит, завтрашний день я, так и быть, уделю именно этому вопросу. Пора получить нормальный источник дохода, а то пока что у меня одни лишь расходы.

Сунув ящик в сейф, я покинул кабинет и направился на первый этаж, где столкнулся с Иваном. Саватеев-младший явно шел ко мне, судя по взгляду.

— Господин, у меня новости, — тихо произнес он, почему-то глядя в сторону кухни, — касаемо трактира.

— Говори, — не знаю почему, но я напрягся. Что-то в словах Ивана было не то.

— Звонил один из ребят Лома, который сейчас там дежурит. Так вот, к трактиру подъехал чей-то автомобиль, постоял немного и, развернувшись, уехал. Номера парень зафиксировал, а уж я позвонил одному старому знакомому из полиции.

— Не томи, говори, кто это был, — я подался вперед, — ну?

— Это был Львов. Тот самый, что вчера угрожал вам.

Львов? Однако, вот это номер. Очередной демон, и опять рядом с моим трактиром. И что же их всех туда тянет, как будто бы медом намазано? Неожиданная мысль заставила меня похолодеть. Неужели?