Девочка авторитета

Глава 46

Резкая боль пронзает низ живота, и я мгновенно теряю дыхание.

Схватившись за низ живота, я сгибаюсь пополам и хватаюсь за стену, пытаясь удержать равновесие.

Боль сдавливает меня изнутри, скручивает, словно закрученная пружина, готовая лопнуть.

Паника накатывает волной.

В голове самые ужасные мысли.

Зажмурив глаза, я заставляю себя выпрямиться и, сдерживая болезненный спазм, иду к ванной комнате.

Дыхание сбивается, ноги будто ватные, и каждое движение даётся с трудом. Стараясь не поддаваться панике, я захлопываю дверь, опираюсь на раковину и смотрю на своё отражение в зеркале.

Глаза перепуганные. Лицо бледное.

И тут… Чувствую что-то… Хмурюсь….

Резким движением снимаю бельё и чувствую, как по моему телу растекается холодок. Красные пятна.

«Вы не ждали — мы припёрлись! А месячные то, как по расписанию».

Внутренний голос появляется очень вовремя. Из паники меня в реальность вытягивает.

Месячные. Фух, это всего лишь месячные.

«Пронесло, да?»

Я оседаю на пол, с трудом поднимая руки к лицу, и сжимаю виски, пытаясь унять бешеный стук в голове.

По телу пробегает дрожь, то ли от облегчения, то ли от внезапной слабости.

Но сердце не успокаивается. Оно всё равно колотится, как безумное. Страх ушёл, но тревога осталась. Нужно серьёзно поговорить с Камилем про защиту. Иначе мы точно доиграемся.

Выдохнув, я поднимаюсь на ноги. Моя кожа покрыта холодным потом, но я пытаюсь взять себя в руки. Ощущение, что мир наконец-то перестал давить на меня, но... какой-то странный осадок остаётся.

А ещё... нам нужно поговорить о покупках. Пусть или меня в город отпустит с водителем, или сам мне покупает прокладки с крылышками на три капли и ночные.

Из подручных средств мастерю себе прокладку на первое время.

«Клуб очумелые ручки».

Решаю пойти на улицу, чтобы у кого-то из охраны попросить телефон, чтобы Дикому позвонить.

Выхожу из ванной и к лестнице направляюсь.

Как только выхожу во двор, свежий воздух тут же ударяет в лицо, пробирая до самых костей.

Секунда — и я на месте замираю. На коже в секунду мурашки появляются. Что-то не так. Благодаря тесному общению с Диким я научилась затылком даже опасность чувствовать.

И тут я слышу рык за своей спиной. Низкий, глухой, угрожающий.

Медленно поворачиваюсь и встречаюсь взглядом с чёрными глазами. Дикими. Злющими.

Они мне очень сильно кое-кого напоминают. Аж до костей пронимает от страха.

Напротив меня собака стоит. Громадная, злобная псина.

Шерсть на загривке поднялась, пасть приоткрыта, а клыки сверкают так, что я даже представить успеваю, как они в меня впиваются.

Она рычит, её тело напряжено, и она явно готова броситься.

— Не двигайся! — доносится крик одного из охранников. — Алиса, на месте стой!

Громко сглатываю. Мы с собакой смотрим друг на друга. Она только и ждёт, чтобы я дёрнулась. Резко, чтобы повод жала на меня кинуться.

«Это всего лишь собака».

Внутренний голос, дрожа, произносит.

Я пытаюсь себя успокоить. Я училась на кинолога. Я знаю, что делать. Или, по крайней мере, должна знать.

Боже, как тут сознание от страха не потерять?

— Спокойно, — шепчу, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя сердце готово выпрыгнуть из груди.

Собака рычит, её уши прижаты, но она не бросается. Я делаю медленный шаг вперёд.

Охранник громко матерится.

Всё моё внимание приковано к собаке. Это девочка. Почти милая. Девочка.

— Ты хорошая, да? — говорю мягко, словно пытаюсь убедить не только собаку, но и себя.

Опускаюсь на корточки, чтобы казаться меньше. Ну, или хотя бы надеюсь, что так будет. Главное в обморок не грохнуться.

Псина продолжает рычать, но уже не так яростно. Я медленно поднимаю руку, показывая ей ладонь. Всё, что у меня есть, — это мой голос и спокойствие. И плевать, что руки дрожат.

— Всё в порядке, — говорю. А она рычать продолжает.

Собака не отступает, но и не бросается. Я протягиваю руку ближе, она тянет нос к моей ладони, медленно и настороженно.

Принюхивается, её напряжённые мышцы постепенно расслабляются. Наши взгляды встречаются, и в этот момент что-то меняется. Её глаза уже неполны угрозы, теперь в них читается любопытство.

— Вот так… хорошая девочка… — я продолжаю говорить, а собака тихо перестаёт рычать. Она ещё не доверяет полностью, но есть шанс, что меня не сожрут.

— Дикому, бля, звони. Я за эту ебанутую пулю в голову получать не собираюсь. Посмотри, что творит. У нас пацаны собаку десятой дорогой обходят, эта руки к ней тянет. Ну точно двинутая.

— Не слушай их, — произношу тихонько, — сейчас приедет Камиль и кого-то разговаривать научит.

При этом на матершинного охранника смотрю, он бледнеет моментально. Вот так вот. А то в себя поверит.