Девочка авторитета

Глава 9

Утро начинается странно. Непривычно тихо и спокойно. Единственная беда — момент пробуждения.

Когда в меня кувалда горячая упирается. Прям между ног. И Камиль лишь сильнее прижимается.

Обнимает меня тисками. Громила чертов, из чьих рук просто так не вырваться.

Но стоит ему в меня толкнуться разок, как я тут же ускользаю. Чудом каким-то оказываюсь на ногах.

— Чего дёргаешься, малая?

Спрашивает хрипло и недовольно. А я уже едва сквозь решётки не вытекаю. И готова новый потоп устроить.

Так, для собственной безопасности.

Но Дикий на спину переворачивается, не трогает. А после так и вовсе — приносит мне новую одежду.

Чтобы я могла переодеться для прогулки. Мне всё ещё не верится, что Камиль согласился на это. Жду подвоха.

Скажет такой: «Я пошутил». И запрет меня в какой-то темнице понадёжнее.

Но мужчина ничего не говорит. Только смотрит постоянно. Как-то по-новому, что ли. И это немного напрягает.

А где злость? Огоньки там, тяжёлое дыхание. Вот все эти маркеры, что мне капец и сейчас будут громко убивать.

«Нам полюбэ капец. Просто по-тихому».

Я отмахиваюсь от настырного голоса. Пока у Камиля хорошее настроение — я собираюсь этим пользоваться. И наслаждаться днём.

Тем более, Хасана нигде не видно. Пропал этот подозрительный персонаж. Что может быть лучше?

— Мёд взяла?

Камиль насмехается. С издёвкой смотрит на то, как я радуюсь предстоящей прогулке.

— Ещё по лесу не наскакалась? Новые приключения хочешь?

— Хочу, — я фыркаю. — Очень хочу.

Я едва не вылетаю на улицу. Подставляю лицо солнцу, сама вперёд несусь. И плевать мне, что далеко не убегу.

На улице есть хоть какая-то иллюзия свободы. Ощущение, что я не заперта и не всё потеряно.

Мы уходим глубже в лес. Я каждую секунду чувствую на коже взгляд мужчины. Тяжёлый и внимательный.

Следит, чтобы я не сбежала? Нет уж. Пока мне такси к дому не подадут, я больше не рыпаюсь. Хватило мне прогулки.

Теперь жди в страхе, когда мужчина потребует платы.

— Молча шастать будем? — скалится Дикий. — Давай, развлеки меня базаром. Обычно тебя не заткнёшь.

— Боюсь твоё настроение испортить, — огрызаюсь. — А то снова запрёшь. Кстати, а мы теперь всегда будем жить с твоим братом? Как-то неудобно и…

— При свидетелях не обслуживаешь?

— Камиль! Ты не… А вот да. Когда в доме другие — ничего не смогу. Не получится у меня. А ты…

— А мне как-то похуй. Стояку не помешает то, что кто-то по дому шарится.

— Знаешь, вот ты… Ой, смотри!

Я вскрикиваю, замечая под одним из кустов щенка. Он пугливо отступает, заметив нас. Рычать начинает.

Я оглядываюсь, вдруг где-то его родители. Но нет, щеночек один. И кажется, что никого у него нет.

— Иди сюда, маленький. Иди, никто тебя не обидит.

Я обещаю, присаживаясь на корточки. Выставляю вперёд ладонь, показывая, что ничего плохого не хочу.

Внимательно слежу за тем, как щеночек недоверчиво подступает ближе. Смотрит настороженно, внимательно.

Чем-то Камиля напоминает.

Такой же суровый и грозный.

А на деле — пушистик. Ну, хотя бы этот четверолапый.

Щеночек тыкается влажным носом в мою ладонь. Я радостно взвизгиваю, аккуратно касаясь серой шёрстки.

Мягенькая.

— Мы можем его забрать? — я с надеждой оборачиваюсь. — Пожалуйста.

— Малая, ты скажи честно. Ты ебанутая?!

— Нет? Ну посмотри какой он милый. Щеночек и…

— Это не щенок, блядь, это волчара малолетний.

— Это не волк. И, кстати, волчат тоже щенками называют. Но… Камиль!

Я вскрикиваю, когда мужчина грубо оттягивает меня. За руки хватает, едва на плечо не забрасывает. В последний момент о ране вспоминает.

Щенок недовольно тявкает. Он прижимается к земле, внимательно следя за мужчиной. Порыкивает, медленно подползая ближе.

— Ты его пугаешь! — возмущаюсь я. — Тише, малыш, всё хорошо. Грозный дядька тебя не тронет. Он хороший.

— Алиса, блядь.

— Тсссс.

Я шикаю на Дикого, чтобы не мешал. Постепенно успокаиваю малыша, притягивая к себе. Я беру щенка на руки, отказываясь отпускать.

— Это, сука, не пёс, — Дикий едва не рычит так же, как и мой новый друг. — Это видно.

— Да, — киваю, продолжая чесать щенка за ушком. Ему это очень нравится. — Это помесь, скорее всего. Маленький гибрид. Если его правильно воспитать, то он вырастет очень умелым. Ты вот знал, что волкособ может…

— Не грузи меня фактами, малая. Они мне нахуй не нужны. Положи эту смесь непонятно кого под куст обратно. И топай дальше.

— Я не могу. Посмотри на него! Он тощий и несчастный. Маленький и брошенный всеми. Если мы его бросим — он может умереть!

— Я не нанимался всех убогих спасать.

— Пожалуйста. Я тебя очень прошу. Я сама буду им заниматься. Ты даже не поймёшь, что есть ещё кто-то. Ему надо только дом показать, чтобы он привык. И всё!

Дикий выглядит так, будто сейчас щенка за шкирку куда-то выбросит. Отвезёт как можно дальше, чтобы я не нашла.

А я ведь буду искать!

Я прибегаю к самому последнему аргументу. Правдивому, но чуточку подлому. Я пользуюсь опытом прошлой ночи.

— У меня никогда не было собаки, — я кусаю губу. — Папа запрещал. Говорил, что нечего деньги на блохастых тратить. А сам… Я прошу тебя. Я всё что угодно сделаю…

— Да ты мне это на каждую хуйню обещаешь. И что-то я не вижу, чтобы спешила ноги раздвигать, — я лишь ресницами хлопаю, губы дую. — Блядь. Хуй с тобой. Но если этот гибрид будет под ногами мешаться, я с него шкуру спущу.

— Спасибо!

Я даже не думаю, просто висну на Камиле. Я прижимаюсь к нему, быстро целую в колючую щеку. Не могу словами выразить свою радость.

— Говорил же, нехрен руки распускать без приказа.

Я даже не обижаюсь. Крепче прижимаю к себе щенка, поглаживаю его. Боюсь, что отберут.

Я едва не лечу домой. Хочу отмыть щенка, накормить его. Боже, лучший день в жизни!

— Это что за хуйня?!

Камиль рявкает, стоит вдалеке раздаться сиренам. Я тоже прислушиваюсь.

Это полиция? Они к нам едут?!

Точно к нам! Несколько полицейских машин останавливаются прямо у дома. Оттуда вооружённые люди выходят.

Я быстро оборачиваюсь на Камиля. Он явно не ждал гостей. Недоволен, челюсть сжата. Пальцы подрагивают, словно мужчина хочет за оружие схватиться.

Получается…

Это мой шанс на побег!

Мысли в голове проносятся, как скоростные поезда.

Камиль как будто чувствует, что я готова драпануть в любую секунду.

Сжимает пальцами локоть и в сторону дома тянет.

— Это за тобой?

Хриплю от страха.

— Вряд ли. Малая, ногами перебирай.

Камиль злится, на виске венка пульсирует.

Прижимаю к себе сильнее щенка, тот весь дрожит и носиком в меня утыкается.

Бедняжка, ему страшно.

— Камиль, подожди, — хриплю и торможу. Мужчина злиться ещё сильнее, и зубы стискивает.

— Въебоны свои позже выкинешь, шевелись, малая.

— А если они за тобой… Зачем идти?! Давай здесь подождём. Они не пойдут в лес и вообще…

Мой голос дрожит. Я сама с ужасом сейчас осознаю, что я ужасно за Дикого переживаю.

Если его заберут… Я…

А я не знаю, что дальше делать. Я уже с ним привыкла. И вообще... Меня же ищут. А его брат меня в порошок сотрёт.

«Не ты ли минуту назад убежать хотела?»

Внутренний голос издевается, а я мысленно отмахиваюсь. Это у меня уже как защита на любую опасность — драпать. Но на деле… Я же здесь стою. С Камилем рядом.

— Передачки носить будешь? — мужчина с издёвкой выдаёт.

— Это не смешно!

Тут же его в плечо толкаю.

— Что я говорил за прикосновения?!

— Ты ж на зону собрался, а там спрашивать не будут!

— Блядь, — за руку меня дёргает и за собой тянет.

Мы подходим всё ближе и ближе. Сердце в груди колотится от страха.

Я вижу людей в форме и Хасана…

Он с ними у ворот стоит, говорит о чём-то.

Выглядит очень спокойным, а вот полицейские, напротив — нервничают.

Один вообще дёрганный какой-то, всё на Хасана рыпается.

Камиль начинает идти быстрее, я еле успеваю за ним.

И тут… Хасан на нас взгляд переводит. Видит, как мы из леса выходим. Вижу, как злиться начинает. В Камиля взглядом стреляет, но тот как будто не видит ничего.

После Хасан на меня взгляд переводит. Как будто говорит, чтобы не рыпались. На месте стояли. Не подходили.

Внутри всё от страха сжимается. Я понимаю, чего он хочет. Чтобы Камиль не приближался.

— Камиль…

Зову, но у Дикого как будто уже всё на автомате. Он не слышит. Не реагирует.

И я в панике, только одно придумать успеваю.

— Ай, — тихонько взвизгиваю, чтобы внимание полицейских не привлечь, а после зажмуриваюсь и на траву падаю.

Это Дикого замедляет. Вынуждает остановиться и на меня обернуться.

Я же щенка к себе сильно-сильно прижимаю, чтобы не убежал.

— Какого…

— Нога.…

Хнычу, слёзы сами на глаза наворачиваются. Потому что падать было больно. Тут не вру. Слёзы и боль настоящие.

— Малая, блядь…

— Я о камень ударилась, споткнулась. Нога ужасно болит. Не могу идти…

Хнычу дальше. Всхлипываю. Глаза не открываю. Не хочу видеть, насколько Дикий злым сейчас выглядит. Он брату на помощь нёсся, а я… А я всё испортила. Он, наверное, меня прибить сейчас хочет. Но это же всё для него.

— Хули ты проблемная такая, малая?!

Рычит, наклоняется, чтобы на руки меня поднять. Но я снова взвизгиваю, чтобы отсрочить. Машины всё ещё там стоят, не уезжают, а значит, идти нельзя.

— Очень больно, Камиль, и щенок испугался.

— Ему придётся привыкнуть, если с тобой жить останется. Крепкая нервная система ему не помешает.

— А если они и правда за тобой? Давай здесь посидим? Немного. Чтобы наверняка...

— Ты специально всё это?! — с прищуром на меня смотрит.

Я тут же головой из стороны в стороны качаю.

— Нет, и правда больно.

Но Дикий больше не слушает. На руки меня подхватывает и на все мои протесты не реагирует.

Я выдыхаю, когда вижу, что полицейские по машинам рассаживаются. Значит, у меня всё-таки получилось. Я смогла задержать...

Дикий идёт быстро, при этом меня к себе сильно прижимает.

Чем ближе мы к Хасану приближаемся, тем больше я нервничать начинаю. Он сейчас щенка увидит и разозлится. Я-то надеялась, что мы его тихонько пронесём.

— Это ещё что за хуйня?!

Хасан тут же рычит, стоит малышу высунуть носик. Я тут же его к себе жму, а второй рукой крепче Камиля за шею обхватываю. Прижимаюсь к нему и дрожу.

— Это щенок, он в лесу потерялся, ему было холодно и страшно и…

— Камиль, блядь! Ты всех блохастых в мой дом тянуть будешь?!