Звуки кухни, запахи кухни.
Я вздрогнул и сон прервался. Повернулся и лежу, глядя в потолок. Стараюсь не думать. Если начну раздумывать, будет все хреново.
Лучше без выводов, так проще. Не нужно мыслить глобально и вперёд, лучше сосредоточиться на том, что есть и наслаждаться моментом.
После двух недоспаных ночей тело наконец отдохнуло. Набралось спокойствия и силы.
Я потянулся. Впервые за долгое время было необычайно хорошо. Даже не помню уже, когда в последний раз такое было.
Снова звякнула посуда. Пахло мясом и специями. Я втянул этот запах и улыбнулся, представляя как Ева там сейчас возится.
Что ж такое со мной?
Странно, она такая маленькая, а уже умеет так вкусно готовить. Загадка. Обязательно нужно её разгадать.
Интересно, ей понравилось?
Снова в голову полезли какие-то счастливые мысли, дурацкие предположения, мечты. Я поскорее их отогнал. Им не место в моей голове. Что есть, то есть. Другого не будет.
Я встал, потянулся. Развёл руки в стороны, расставил ноги. Мышцы потянулись и я глубоко вздохнул.
Что за детский сад.
Нажал кнопку. Телефон включился.
Натянул штаны и пошел на кухню.
Когда вошел, Ева быстро повернулась, окинула застенчивым взглядом и покраснела. Отвернулась к плите и снова стала помешивать что-то в сковороде.
— Привет, — я подошел, обнял сзади, обхватил за талию, нащупал грудь.
Тело прильнуло. Снова голод. Снова желание сжать в объятьях, просто прижаться и не отпускать долго, долго.
— Привет, — сказала она, перестала помешивать, прожила лопатку, повернулась ко мне.
Я сцепил в объятьях, сжал. Тело хочет ещё, вспомнить, что это был не сон и повторить. Требует ласки, искренней, стыдливой.
— Я готовлю тебе завтрак, — проговорила Ева, заполняя собой всё моё пространство.
Своим нежным, душистым ароматом.
— Скоро пора будет ужинать.
Я смотрю в её лицо и не могу насмотреться.
— Ой, точно ужин.
— Это ты хорошо придумала, я сейчас могу съесть что угодно.
Всё что сейчас меня окружало, действовало расслабляющее. Чего требует тело и разум, всё здесь.
Потянул и придавил губами губы Евы. Обхвати, провёл языком по нёбу, немного помял сами губы. Ева обняла меня, сцепила пальцы на шее. И снова её маленькое стройное тело у меня в руках. И вот уже пробуждение чего-то необычного, ещё непривычного и такого сладкого.
Еще неизвестное. Только вот сейчас, впервые узнаваемое. Не помню, чтобы когда-то я испытывал такое чувство. Забыл. Совсем забыл.
Плечи напряглись в обхвате, придавили к груди стройное тело. С жадностью голодающего я прижался животом, пахом, всем своим телом к телу Евы. Толкнул её на стол и не почувствовал сопротивления.
В комнате… зазвонил мой телефон.
Мы замерли как памятник. Переплетённые. Прижатые друг к другу.
Остановилось всё, что могло остановится. Поцелуй, желание, движение.
Замерла на груди Евы моя ладонь. Губы отпустили губы.
Я склонил голову, нехотя освободил из объятий Еву и вышел из кухни.
Всё. Кончилось.
Через две минуты я заглянул в кухню уже одетый.
— Ужинай без меня.
Последний взгляд — на покрасневшие от поцелуя губы.