Шорох. Я открыла глаза и сразу почувствовала — в комнате кто-то есть.
— Ваня, — потянулась, хотела включить лампу, но на лицо легла шершавая ладонь. Придавила. Запах табака от грубых пальцев.
Другая ладонь на шею. Стиснула, перекрывая дыхание.
Желание вскрикнуть сменилось ужасом осознания, что это не Бес.
— Ч-ш-ш, — прошипел кто-то над ухом, — будешь кричать, порежу горло. Кивни, если поняла.
Кивнула. Как не силюсь разглядеть, лица не вижу, только очертания.
— Хорошо, — человек убрал руку и в ту же секунду в рот протиснулась тряпка, а руки мои быстро и туго связали за спиной.
По телу уверенно прошлась холодная ладонь. Я дернулась.
— Тише детка, не нужно раздражать дядю. Веди себя тихо и может быть ничего не будет. Ты нам не нужна. А вот твой Бес нужен очень. Так что лежи и не дергайся.
Я притихла. Неужели всё? Они пришли за Бесом. Ждут его. Как только он войдёт, схватят или убьют. Осознание это включило во мне что-то похожее на злость. Нежелание подчиняться. Молчаливое сопротивление, которое пока ещё ни в чём не проявилось.
Может удастся предотвратить. Не могу же я просто лежать и ничего не делать. Нужно предупредить Беса. Но как?
— Ничего такая, упругая девочка, — проговорил один.
— У Беса хороший вкус. Только он ему уже не пригодиться, — человек сухо засмеялся беззвучным, сиплым смехом.
По голосу он как будто уже совсем взрослый.
— Ты глушитель прикрутил? — спросил голос помоложе.
— Епт…
— Вот идиот, давай быстро, Бес уже на подходе, уже едет сюда.
— Неужели тёлка оказалась дороже жизни. Нет бы, прятаться в муравейнике у Давида, так надо же заехать блин домой, — усмехался взрослый.
— Нам это как раз кстати. Ради такой сладенькой и я бы заехал, или нет? Смотри, какая задница.
Я лежала на животе. Открытая, с откинутым в сторону одеялом. Задница моя в свете уличного фонаря прямо перед этими людьми. Они могут рассматривать её сколько захотят. Как раз этим сейчас и занимаются.
— Да было бы побольше времени, можно и было бы и трахнуть сучку. Натянуть на член пару раз.
— Не гони, тебе бы всех трахать. Жорик нас потом трахнет, причём во все дыры. Не забывай, зачем мы здесь. Замочим Беса и иди трахайся со своей шлюхой сколько влезет. Сейчас дело.
— Я же не виноват, что её жопа такая классная и прямо смотрит и зовёт — трахни меня Кеша.
— Заткнись, — раздражался молодой.
— После дела, сразу в клуб, — кряхтел старый и от его голоса мурашки ползли по коже.
— Я сам уже чёта подустал. Жора сука тягает нас туда-сюда. У меня выходного уже неделю не было.
— Ну, вот как раз и скажем. Я сам уже забыл, когда трахался. Набухаться хочется.
— Бухнем, гарантирую… Тихо! Кажется приехал.
Один стоял у окна и быстро спрятался за шторой, когда мелькнул свет фар.
Какой в этом смысл, если всё равно с улицы ничего не видно. Ночь на дворе. И значит, Бес не увидит и не поймёт, что здесь есть кто-то, кроме меня.
Как его предупредить?
Все притихли. В замке послышалось щелканье. Я заёрзала, замычала, как можно громче, но удар кулаком в лицо оборвал все мои попытки.