Девочка-яд

Глава 9

Лена

На протяжении всего пути до клуба Славик не отпускал моей руки. В его салоне так же, как и год назад, пахло цитрусами и его парфюмом. Ничего не поменялось за это время. И меня радовала эта мысль. Хоть что-то положительное в моей жизни было стабильно.

Припарковавшись у здания, Славик помог мне выбраться наружу. Народу было полно, из окон здания доносилась музыка. Мне нравилось здесь. Может, потому что я шла за руку с парнем мечты?

Устроившись за столиком, недалеко у бара, сделали заказ. Славик взял лишь небольшой бокал пива. Я — бокал белого полусухого. Еды мы практически не заказывали.

Все это время Славик рассказывал мне о недавней практике в суде. О том, как он играл роль адвоката. А я не спеша попивала алкоголь, посматривая по сторонам. Народу собралась уйма. Место было поистине необычным. Казалось, что тут обслуживающий персонал в панибратских отношениях с гостями. Официанты запросто могли усесться за столик к гостям, пропустить с ними по стопке — другой.

Барная стойка была облеплена девочками. Когда я посмотрела на бармена, поняла причину такого столпотворения. Это был красивый мужик. Светлые волосы, стильная причёска, небольшая борода, пирсинг в носу, совсем как у меня. Руки, забитые тату. Интересно, его внешний антураж — это способ протеста и защиты от отгружающего мира, как у меня, или он бьет себе рисунки просто от нечего делать? Мужчина, словно почувствовав мой взгляд, поднял на меня глаза. Его губы слегка приподнялись в улыбке. Я тут же отвела глаза. Почему-то сейчас мне вспомнился хирург. Он был чем-то похож на этого бармена. Вернее не так. Хирург намного горячее него, и я уверена, если к противоположной стене поставить вторую стойку, а за нее — Максима, все девчонки переметнулись бы к нему. Есть в докторе что-то дико притягательное. Но он — болото. Увязнешь и задохнешься. А Славик — это надежность и светлое будущее со счастливой семьей.

— Принцесса, может, закажем все-таки что-то из еды? — вырвал из мыслей голос Славика. — Ты ведь только с практики, наверняка голодная.

Вы только посмотрите на него — сама забота. Улыбнулась мысленно.

— Я не голодна. Расскажи лучше, надолго ты здесь?

Взгляд Славика стал немного печальным.

— На пару недель. Но у меня к тебе предложение…

Я заметила краем глаза, как открылась дверь, и в бар вошла компания. Несколько девушек и парни. Внимание привлекла блондинка, которая обнимала высокого мужчину в красной футболке. Жар пробежал по позвоночнику. Я отвернулась. Посмотрела на говорящего Славика, молясь про себя, чтобы то, что я видела, оказалось привидевшимся.

— Так что думаешь? — спросил парень. Встретившись с моим растерянным взглядом, повторил вопрос.

— Приедешь ко мне на рождество?

Это должен был быть лучший момент в моей жизни. Он зовет меня в гости. В Сорбонну! Это значит, что мы вместе? Я — его девушка? Я должна все это выяснить, прямо сейчас… Но, к сожалению, столь прекрасному моменту суждено было испортиться, потому что в этот миг мимо проходила та самая компания с раздражающим меня мужчиной в рваной футболке и черной кепке. Конечно, было бы прекрасно, если бы навязчивый хирург прошел мимо меня со своими девушками, совершенно не заметив. Но нет же. Я почувствовала его хватку на своем плече, и в этот момент рухнули все мои мечты о спокойном вечере.

— Рыбка, охренеть, ты секси в этом платье! — пробасил, присвистнув, придурок. А я прикрыла глаза, краснея с ног до головы. Черт. Это худший момент в моей жизни.

— Эй, красотка, свободна, — обернулся он к своей провожатой, освободив свою руку из ее хватки. В ответ на вопросительно-удивленный взгляд девушки, пояснил.

— Прости, тут моя девочка, и она дико ревнива, — ухмыльнулся, идиот. Блондинка окинула меня пренебрежительно-изучающим взглядом.

— По-моему, она с парнем, — произнесла дама.

— Это не проблема, — отмахнулся Максим и в следующую секунду опустился на стул рядом со мной.

Хирург был пьян. В стельку. Его язык заплетался.

— Ты знаешь его? — нахмурился Славик. Я посмотрела на него с мольбой. Отрицательно покачала головой. Почему я не сказала ему правды? А как бы она звучала? Это придурок, с которым у меня была ночь секса, а после оказалось, что он хирург, под руководством которого я прохожу практику? Нет, Славик никогда даже не посмотрит после такого откровения в мою сторону. Мне было стыдно. Грязная и некрасивая правда обо мне грозилась испортить мою мечту. И все, что сейчас мне хотелось — поскорее уйти отсюда.

— Никогда не видел тебя здесь, Рыбка, — хирург придвинулся ко мне и прошептал эти слова на ухо. А вот следующую фразу этот кретин произнес так громко, что услышали все вокруг.

— И что это за винтажный кент? — он кивнул на Славика.

— Почему винтажный? — нахмурился мой спутник. Я была удивлена его спокойствию. Другой бы уже начислил физиономию наглецу, а Славик оставался абсолютно спокойным.

Максим заржал.

— Твой вельветовый пиджачок и эти очки. Чувак, ты из 80-х к нам? — он считал, что его шутка смешная. Ухмыльнулся так ехидно.

— Послушай, чувак, — уголки губ Славика слегка приподнялись в улыбке. Он подался немного вперед, заботясь о том, чтобы Максим услышал каждое его слово.

— Ты не нарывайся. Мы сидим, никого не трогаем. Не мешай мне с моей девушкой.

Я почувствовала гордость за своего парня. Он даже нахамить умеет вежливо и красиво.

Хирург молча откинулся на спинку стула. Взял со стола зубочистку, сунул меж зубов и, сложив на груди руки, сверлил Славика задумчивым взглядом.

— Не хочу тебя расстраивать, дружок, но эта девочка — моя.

Ну, все. Я устала от этого безумия.

— Слав, прости. Это мой знакомый. Хирург из клиники, где я прохожу практику…

Поворачиваюсь к Евграфову, прожигаю злым взглядом.

— Что тебе надо?

— Что мне надо? — вскидывает удивленно бровью, а сам кладет ладонь на мое бедро. Сжимает его, ведя руку вверх, прямо под подол юбки. Меня охватывает страх. Не дай бог, Славик сейчас увидит все это, господи, Максим меня опозорит.

— Руки убери, животное! — рычу, подавшись ближе к наглецу. Пытаюсь отстраниться, но он не дает. Обхватив другой рукой мою талию, с силой прижимает к себе.

— Что мне нужно от тебя? — шепчет у самого уха, обдавая кожу шеи дыханием. От него так сильно пахнет виски…

— Думаешь, только секс? Не-а. Может, я поговорить хотел. Может, у меня сложный день был.

Я видела, каким напряженным был Славик. И я понимала, сейчас рванет. Нужно было как можно скорее делать отсюда ноги.

— Максим Вениаминович, может, вы прекратите на глазах у всей публики приставать к своей практикантке? — в очередной раз попыталась оттолкнуть хирурга. Но он только засмеялся в ответ. Славик взял со стола телефон и поднялся со стула.

— Да ладно, чего ты, тут все свои, — едва не пропел довольно Евграфов. — Вон, Марина, она тут типа главная, — он указал на женщину, стоящую в проходе, все это время не сводящую с нас глаз. Видимо, дамочка силилась понять, по своей воле я с этим придурком или нет. Я хотела попросить ее о помощи, но следующие слова Макса заставили меня замолчать.

— Я ее трахал… но с тобой она не сравнится, детка.

Холодок пробежал по спине. Я боялась поднять глаза на Славика.

— Отвали, придурок, — прорычала, едва не расплакавшись от обиды. Да что же он за урод такой?!

— Т-ш-ш… Не будь такой грубой, Рыбка…

— Лена, давай уйдем, — Славик приблизился ко мне, положил руку на мое плечо. Он хотел что-то сказать Евграфову, но Максим осек его жестким взглядом.

— Эй, сладкий, ты иди. Рыбка со мной.

— Я не с тобой!

— Не обманывай себя, милая, — ухмыльнулся идиот. И откуда у него столько уверенности в себе?

— Убери от нее руки, — Славик вышел из себя. Он приблизился вплотную к хирургу. Ситуация грозилась перерасти в скандал.

— Ой, ты только не плачь! — засмеялся придурок и, повернувшись ко мне, произнес.

— Рыбка, бедолага походу завис на тебе. Как ему будем говорить, что он в пролете?

— Не трогай меня, ты не имеешь права так поступать! — я пыталась до последнего призвать его к разуму. Я посмотрела в его глаза, силясь найти там понимание. Но там был только дурман.

— Да ладно тебе, той ночью ты горела под моими руками. До сих пор помню твои тяжелые сисечки в своих ладонях… — он накрыл рукой полушарие моей груди, зарычав, я оттолкнула его руку.

— Лена, уходим.

Славик дергает меня за руку на себя. В то время как Евграфов продолжает удерживать.

— Ты не понял, чувак, уходишь ты. Она остается, — в голосе хирурга зазвучала злость.

— Охрану можно сюда?! — кричит Славик, оглядываясь по сторонам. Он зол, расстроен и растерян. Спустя пару мгновений, к нам подходит бармен.

— Макс, ты че буянишь? — усмехается мужчина, проходясь изучающим взглядом по мне и Славику.

— Адам, вот она моя крошка горячая… — с гордостью заявляет Максим. — Убери этого идиота отсюда, — кивает на Славика.

— Евграфов, да ты нажрался… — смеется мужчина. А я понимаю, что он совсем не поможет нам. Не зря бармен напомнил мне хирурга. Они друзья? Или родственники?

— Пошел ты, — кривится Макс, но в этом случае беззлобно. Но хватку ослабляет, и мне удается отстраниться. Спешу подняться из-за стола, хватаю Славика за руку.

— Пойдем.

Парень кивает, выходит вперед. Мы направляемся к дальнему коридору, на выход. Я дико зла, но пытаюсь держать себя в руках. Впереди еще объяснения со Славиком. Надеюсь, парень поверит моим словам и простит меня за этот ужасный вечер.

Впереди дверь. И я выдыхаю мысленно, думая о том, что сейчас мы покинем это место. Славик выходит первым, я следую за ним, но не успеваю сделать это. Чувствую хватку на своей талии, а в следующий момент меня резко оттягивают назад. Хлопает входная дверь, а в следующую секунду щелкает замок. Я в темноте, прижата к стене чем-то тяжелым и пахнущим виски. Славик начинаем барабанить в дверь, не в силах ее открыть. А я не могу отвести испуганного взгляда от голубых глаз, смотрящих на меня.

— Попалась, Рыбка, — его губы касаются основания моей шеи. Он проходится по коже нежными касаниями. Голова кругом, сердце бухает в груди. Его руки блуждают по моему телу так по-хозяйски, будто Евграфов имеет на меня все права. И когда его тяжелая ладонь накрывает, слегка сжимая, мою грудь, я прихожу в себя.

— Максим, я тебя убью, черт возьми! Ты что творишь?! — рычу, пытаясь оттолкнуть его в грудь. Но такое чувство, словно упираюсь ладонями в неподвижную каменную стену. Улыбка расползается на его губах. Наглая, самодовольная. И это злит еще больше.

— Это ты что творишь, чокнутая?! Какого черта с другими мужиками шляешься? Заявилась в бар моего друга с этим недоноском и думаешь, я пройду мимо? — он продолжает трогать меня. Его рука скользит вверх по бедру, накрывает ткань моих трусиков. Низ живота наливается тяжестью от этих касаний. Я ненавижу этого придурка! Снова и снова толкаю, а он продолжает свою пытку, лаская пальцами мою плоть. Рычу от бессилия. Хватаю его за шею, сжимаю, пытаясь привести в себя. Он замирает. И когда я решаю, что победа за мной, поднимаю на взгляд к его глазам. Только там все то же веселье.

— Ну и? Будем играть в злую госпожу? — спрашивает, изогнув бровь. Черт! Он с ума меня сведет! Отпускаю его, но к своему счастью, получается немного отстраниться.

— Послушай меня. Не надо этого, — пытаюсь снова и снова воззвать к его разуму. — Я предлагала тебе перевести меня в другой отдел, но ты не стал. Та ночь была ошибкой, как и моя практика у тебя, слышишь?

— Ой ли? — смеется, снова прижимая меня к себе. Зарывается носом в волосы, целует мои плечи.

— Поверь, если бы я знала, что под маской твоя противная физиономия, я бы лучше Волка выбрала, — едва не плачу от бессилия.

— Ты врешь, девочка. Мы оба это знаем, — ухмыляется довольно, продолжая свои пытки. Его пальцы скользят по кромке платья, оттягивают его вниз, оголяя грудь.

— Ты тянулась ко мне. И в той гребаной комнате для тебя, как и для меня, никого не существовало, — говоря это, он играет с моим соском. Его пальцы кружат вокруг твердой горошины, стискивают ее, вырывая из моей груди стон.

— Тебе кажется. Потому что ты совсем не в моем вкусе, — я держусь из последних сил. Не могу отстраниться, не могу закрыться от него. Он словно наркотик. Уже попал в мои вены и затапливает дурманом. Но мысли о Славике. Который сейчас за дверью, злой и раненый… Они позволяют мне не забывать о злости к Евграфову. Они позволяют держаться.

— Ты мне не нужен, ясно?! Давай не будем путать больницу и тот трах. Да и вообще про трах можешь забыть. Не было его.

— Не могу… — кажется, он совсем не слышит меня. — Вряд ли смогу забыть… — шепчет, лаская языком мою грудь. Его рука оттягивает кромку трусиков.

— Не смогу забыть вот эту родинку, — он ведет по правой стороне лобка, с точностью останавливаясь на месте небольшого пятнышка на моей коже. Жар разливается по телу. Ненавижу его. Ненавижу!

— Может, ты и крутой хирург, Евграфов, но крутым пикапером тебе не быть. Прости. Твои потуги смешны. Оставь их для молоденьких практиканток.

— Тише, Рыбка моя. Поменьше грязных слов, — смеется, обдавая горячим дыханием мою кожу, вжимаясь в меня бедрами. Черт, все грозит выйти из-под контроля. И я не могу этого допустить.

— А то жалеть будешь, когда сохнуть по мне начнешь.

— Я? — смешок слетает с губ.

— Ты все равно моей будешь, Лена-а-а, — протягивает, не обращая внимания на мои слова. — И больше ничьей.

— Не смеши…

Он вдруг отстраняется. В один момент его пальцы больше не ласкают мой клитор, его губы не истязают мою грудь. Я не чувствую его раздражающего тепла, его твердости тела и запаха парфюма и алкоголя. Низкий тембр его голоса больше не заставляет мою кожу покрываться мурашками. И первое, что мне хочется сделать — вернуть все обратно. Но я остаюсь на месте, силясь остыть.

— И делать для этого я ничего не буду. Ты сама ко мне придешь, милая… — он складывает на груди руки. А меня отпускает. Мысли становятся трезвыми, и я снова вспоминаю о Славике. И о своей злости на этого придурка. Делаю шаг вперед, впиваюсь взглядом в его голубые глаза.

— Там в клубе, наедине с тобой… я была не той, кем являюсь. Так что ты не знаешь меня и не имеешь на меня права, от слова «совсем». И если уж так вышло, и мы вынуждены видеться каждый день, давай не будем мешать работу и личное. Тем более личного — нет.

Цежу сквозь зубы каждое слово. Он молчит. Неотрывно смотрит в мои глаза. И что-то происходит в этот момент… Не могу понять, что именно. Но… Если бы я не знала Макса, я бы подумала, будто только что увидела в его глазах всполохи боли. Но, блин, какая боль? Это же придурок доктор, который только что испортил мое свидание мечты.

— Макс, какого черта происходит? — раздается голос бармена. Мужчина приближается к нам. Евграфов продолжает меня удерживать, и теперь его взгляд говорит о том, что ему плевать на мои слова, как и на желания. Он никуда меня не отпустит. Потому что так захотел.

— Адам, иди нах*р со своими нотациями. Дай мне ключи от кабинета, — в голосе хирурга звучала злость.

Бармен бросил на меня взгляд. Ему было интересно, что я думаю насчет этого. И я посмотрела на него так красноречиво.

— Там мой парень, на улице. Он ждет меня, — обратилась к Адаму. Мужчина просто кивнул. Резко приблизившись к нам, положил свою ладонь поверх руки Максима, удерживающей меня.

— Отпусти ее. Девушка хочет уйти, — произнес бармен серьезным тоном. — Макс, пойдем, выпьем. И ты мне расскажешь, что за х*рня в твоей башке…

— Девушка сама не знает, чего она хочет. Так что нет, она остается со мной, — усмехнулся Евграфов, с вызовом посмотрев на бармена. Все произошло так резко. В один момент хирург держал меня, а в другой я уже была на свободе, а рука Евграфова была заломлена барменом. Ну и здоровяк этот Адам — так легко скрутить этого бугая.

— Уходи, — прорычал бармен, силясь удержать разозленного доктора. Его напряженный голос привел меня в чувства. И не тратя ни секунды времени, я ломанулась к выходу. Распахнув дверь, выбежала наружу.

Славика нигде не было, и мне стало не по себе. Раз за разом я набирала номер его телефона, надеясь на то, что у меня все еще есть шанс все вернуть.