Долг оплачен

История 3. И не было в нём ничего лишнего - ни стыда, ни совести

В этот огромный зал я спущусь после концерта, а может, просто домой поеду. Стоило избегать такую публику. Для меня лучше пьяные рокеры и байкеры, чем толпа обдолбанных мажоров.

То, что на меня пялятся, можно было почувствовать чуть ли не физически. Андрей поставил меня в стороне, но ближе к сцене. Солистку к середине, а сам с гитарой с другого конца пристроился.

Я ни разу не подняла глаза. Погрузилась в свою любимую работу. Если бы у Андрея был приличный заработок, я бы всё бросила и колесила с ним по концертам. Композиции я знала отлично, их было всего четыре, после нас ещё кто-то собирался выступать. Работа много времени не заняла. А со сцены я уходила, как будто вляпалась в клей. Тянулись за мной невидимые липкие взгляды, провожали, не отставали. И мне хотелось пойти в душ и вымыться. Сбежать от этого всего. Из отвратительного клуба.

Андрей всунул мне деньги.

— С меня стаканчик лимонада, как обещал, — шепнул мне на ухо. — И будь сегодня осторожна, публика здесь зажравшаяся, наши селебрити отличаются скудоумием. А ты сверкнула.

— Чулками? — усмехнулась я.

— Я серьёзно, Эмилия, — грозно пробасил он и забрал у меня из рук флейту. — Будь осторожна.

Я забрала своё пальто и сумочку. Думала сбежать через чёрный вход и выловить такси, чтобы вернуться домой. Но тут звонок от Анжелики. Сквозь шум она кричала в трубку:

— Милька, выходи! Я жду тебя. Не оставляй меня одну.

— Ты же с Майклом, — скривилась я всем лицом.

— Он жмот такой, не купил мне шампанское. Не буду я с ним, лучше с тобой тусанём сегодня. Публика отпад! Миль?

— Ладно, сейчас, — вздохнула я и направилась в танцевальный зал.

Выбралась через проход, где сновали официанты. На ходу стёрла губную помаду, распустила волосы. Добралась по коридору до гардероба и сдала своё пальто. Номерок спрятала в сумочку и перекинула тонкий ремешок через плечо. Можно немного развеяться. К тому же клуб не просто дорогой, это место, где работают голограммы, танцы со спецэффектами. Хотелось глянуть одним глазком.

Я смело сделала шаг в сторону широких дверей, что вели из гардероба в зал, и увидела, как мне навстречу идёт Санчес.

У меня что-то ухнуло внутри, вздрогнуло и затрепетало. Сердце на мгновение остановилось, а потом заколотилось, как птица раненая в руках.

Он волновал меня. Я никогда его не забуду.

Сатир был великолепен. Как с обложки журнала. Копна чёрных волос зачёсана назад. Гладковыбритое лицо. Странное, совершенно чужеземное, но для меня уже… Родное? Улыбка белоснежная, как и его рубаха, расстёгнутая у ворота на несколько пуговиц. Создавали яркий контраст с его смуглой кожей. На чёрных джинсах был тяжёлый тоже чёрный ремень, видно, что из толстой кожи с теснением.

Выглядел он как завсегдатай такого заведения. Что скажешь, богатый мужчина.

— Эмили, — он восторженно смотрел на меня.

Я подумала, что он узнал меня ещё на сцене. Не пропустил моё выступление в составе группы.

Не успела опомниться, как он быстрым шагом достиг меня и подошёл впритык.

Повеяло его приятным парфюмом, словно морским бризом. Так шёл ему этот запах, он будто капитан пиратского корабля. И мне казалось, что не хватает Санчесу сабли и треуголки с пером.

Его горячие широкие ладони прикоснулись к моим холодным оголённым плечам. И побежали по коже тонкими змейками возбуждающие разряды, согревающие всё тело. Наливались губы в желание поцеловать мужчину, закручивалось внутри теплом яркое желание обнять. Я слабела… Слабела и становилась лёгкой. Вырастали крылья, и я хотела порхать, не задумываясь о последствиях. Лишь бы рядом, лишь бы прижимал к себе.

Глаза зажгло, я готова была заплакать. От своего бессилия, от своего яркого желания любить и быть любимой.

Он так на меня смотрел!

Глазами серо-зелёными, сказочными, миндалевидными. Тянул в свои глубины, засасывал, как болото, что можно принять за чистый ручей. И я погибала в них.

Я робко прикоснулась к нему. Уложила свою ладонь на широкий торс и чувствовала, как сильно бьётся его сердце, так же, как и моё в смятении.

Возьми меня к себе на руки, усади на колени, покрой сенью своих могучих объятий и не отдай этому миру на растерзание…

— Александр, ну, где ты ходишь?!

Он стоял рядом со мной, а на нём повисла высокая блондинка. Рука её скользнула туда, где я прикасалась к белой рубахе, под которой твёрдое тело.

Она была на меня не похожа совсем. Плотного телосложения, взрослая, с большой грудью и широкими бёдрами, что подчёркивало узкое нежно-голубое платье, наверно, очень дорогое. Глаза у неё карие, губы большие и сильно ухоженное лицо. Возможно, красивое, потому что лощёное по моде. В её взгляде мелькнуло острое, кусачее презрение, и один краешек опухших губ надменно приподнялся.

Я отдёрнула руку и с испугом заглянула Санчесу в глаза. Он всё понял. Ничего не произошло, а мне было больно. Так больно, что готова умереть.

Сатир скинул с себя руки блондинки и хотел что-то сказать, но я рванула в сторону.

А что я хотела? Влюбилась во взрослого богатого мужчину. У него всегда будут женщины. Много женщин. Ему нужно поиграть ещё и со мной.

Он поймал меня за локоть и повернул к себе.

Я с ужасом уставилась на него, откинув волосы, что упали на лицо. Я выгляжу глупо. Такое величественное существо пытается мне улыбаться и что-то предложить, а я, как пугливый зверёк, ни за какие орешки не отдаюсь.

— Но в ВИП уже ждут, — заныла блондинка.

— Пошла к чёрту! — сорвался на неё сатир.

Так рявкнул, что у меня сердце в пятки упало и рассыпалось от трещин, что пошли по нему минутой назад.

Это надо было видеть! Как она посмотрела на меня, как гордо от бедра прошла мимо нас. Пропитанная отвращением, искренней ненавистью.

— Не обращай на неё внимания, — усмехнулся Санчес.

Смешно? Ему смешна такая ситуация. У меня тут крылья вырастают, а какая-то опытная старуха виснет на нём.

— Как же не обращать, — ехидно окрысилась я, отобрав свой локоть. — Ходишь тут! Пристаёшь к молоденьким девушкам! Жену ревновать заставляешь!

— Успокойся, она не жена, — нахмурился сатир. — Очередная приставала.

— Не хочу быть очередной приставалой, — кинула ему в лицо. — Отвали от меня!

— До чего ж с тобой сложно! — закричала его внутренняя мексиканская бабушка с таким южным темпераментом, что всё тело его содрогнулось и моё за компанию от страха. — Ты можешь нормально говорить?!

— Нет!!! — вспылила я, привлекая внимание людей, и решила сбежать, пока не закончилось дракой. Ведь в мексиканских сериалах бьют посуду и швыряют вещи.

— Не убежать тебе!!! — заорала вслед грозная мексиканская бабка.

***

Я влетела в огромный зал ночного клуба и обалдела. Вросла каблуками в пол, запрокинув голову. Долбила современная музыка. На сцене, пританцовывая, выдавал новые треки молодой диджей. А над беснующейся толпой летала гигантская голограмма дракона. Народ поднимал руки вверх, желая проехаться пальцами по иллюзорному чешуйчатому брюху гигантского летающего ящера. Дракон из одной части зала метнулся в другой и исчез, махнув хвостом. На его место пришло новое лазерное шоу. Имитация настоящего фейерверка. Публика заверещала.

По обе стороны от стойки диджея появились полуобнажённые голограммы танцовщиц Гоу-гоу. Зажигательные такие, чуть прозрачные, но от этого не менее впечатляющие.

Это стоило увидеть.

Анжелика всунула мне в руку рисовый стаканчик с лимонадом, что обещал мне Андрей. Я обернулась с надеждой увидеть Санчеса в дверном проёме, что вёл в гардероб, но его не было. Я его прогнала. Так будет лучше. Пусть сидит в ВИП-кабинке со своей блондинкой и смотрит на меня откуда-то сверху. Я скользнула взглядом по зеркальным окнам высоких кабинок, что располагались по периметру зала в два этажа. В одной из них сидит сатир, который никогда не будет моим, потому что крылья у меня одни, их беречь надо. И по возрасту он мне не подходит.

— Еле вас нашёл, — протиснулся сквозь толпу Майкл. — Держи своё шампанское, попрошайка.

Анжелика взяла в руку фужер с победоносным видом.

— Круто, что мы сюда попали, — радостно объявила Анжелика и полезла целоваться со своим парнем.

Я пригубила вкусного лимонада. Точно без спиртного, потому что Андрей покупал. Осмотрелась. Было действительно круто и здорово. Не знаю, что старики делают в таких заведениях. Вокруг нас были ровесники или молодые люди не старше двадцати пяти. Разгорячённые тела, запах духов и спиртного. Всё были счастливы и отрывались по полной программе. И хотя был заявлен бал маскарад, не все носили маски или костюмы.

Мой взгляд случайно врезался в ярко-огненную шевелюру стройного парня. Меня передёрнуло, но взгляд оторвать от знакомого не смогла.

Мне всегда казалось, что рыжие парни не бывают симпатичными. Но он перечеркнул мои стереотипы. Он не был очень высоким. Фигура стройная, и бледные руки в венах были крепкими. Широкие брови, под которыми прятались серые глаза. И тёмные круги под глазами делали взгляд острым и пронизывающим. В копне рыжих волос торчали два кошачьих уха на ободке. На парне была надета простенькая серая футболка, обтягивающая фигуру.

Заворожённо протискиваясь сквозь толпу, я шла к нему ближе.

Кот обнимал какую-то женщину-кошку, затянутую в латекс. Чуть улыбался, а потом встретился со мной взглядом. Кошка из его рук куда-то выскользнула, и парень направился ко мне.

Он подошёл впритык от него пахло перечной мятой и приятным арфюмом. Парень обхватил бледными пальцами мои пальцы на стаканчике и подтянул к своим широким улыбчивым губам. Сделал глоток лимонада и откусил край стаканчика. Я скользнула руками на его плечи и внимательно посмотрела ему в лицо.

Музыка ритмичная и энергичная, а мы качались в медленном танце, и ладони парня легли на мою талию.

— Твои глаза не забыть, Неайс, — улыбнулся он и накренился так, словно хотел поцеловать.

Я ничего не испытывала, кроме гадкого желания подразнить Санчеса, который наверняка меня не упустил из вида.

— Ты с кем здесь? — шепнул на ухо.

Не успела ответить, Анжелика с Майклом нарисовались рядом.

Кот с пофигическим выражением лица оторвался от меня. Кажется, он был либо под наркотиками, либо совершенно непробиваемым. Вроде глаза не стеклянные, а вид такой, будто не в клубе стоит, а на берегу тихого океана и ловит дзен.

— Здрасте, — громко поздоровалась Анжелика, стараясь хоть как-то уловить цену на одежду Кота. Не получилось. — Милька, Майкл предлагает в ВИП завалиться к знакомым. Ты с нами?

— Скукотища, — сквозь шум протянул Кот. — Стритрейсинг.

У Майкла в неоновых огнях глазки засверкали, забегали.

— Ок, — выкрикнул он. — Я на машине…

— На моей, — невозмутимо сказал Кот, проехался взглядом поверх толпы и повёл меня за руку к гардеробу.

И я, пританцовывая под последний хит, посеменила за ним. Вела плечами и ловила улыбчивый взгляд Кота. Мне бы хотелось, чтобы Санчес увидел меня с парнем, чтобы видел, что я не одна.

Одна.

В гардеробе его не оказалось. Сатир не выбежал за мной. Он пропал из вида. И моя ослепительная улыбка сошла с лица.

Я забрала своё пальто, Кот накинул чёрную короткую куртку. Мы ждали Анжелику и Майкла.

Парень неожиданно взялся застёгивать моё пальто.

— Что за тёрки у тебя с Никитиным? — немного напряжённо спросил он.

Я вопросительно вскинула бровь и посмотрела в его холодные стальные глаза. Без единой крапинки, как алюминиевые ложки. Никогда не встречала таких рафинированных, неживых глаз.

— Я видел, как ты с Никитиным Александром Константиновичем ссорилась здесь, в гардеробе, — пояснил Кот.

Я усмехнулась. Я думала, сатир Санчес Диегович Родригес. А он ещё и какого-то Кости сын.

— Ясно, — улыбнулся Кот, не дождавшись от меня ответа.

Рыжий кот. Было в нём что-то хищное, опасное и безумное. Это отталкивало. И я вдруг поняла, что не понимаю, куда и зачем я иду с ним. Но Анжелика с Майклом уже горели и подталкивали меня в спину на выход.

Мы вышли в морозную ночь. После клуба воздух показался свежим. Перед заведением была большая парковка. Кругом ходили люди под светом ярких неоновых вывесок и огромных рекламных щитов, зазывающих приятно провести время в ночном клубе «Винера». Я так и не поняла, как Андрей попал в такое заведение со своей музыкой. Но, вроде, его тепло приняли. Пихается парень, продвигается.

— Влад!!! — пронеслось по парковке, и Кот остановился. — Куда флейтистку тащишь?!

Я уже знаменитость. Сила чулок!

Кот окрысился, как зверь, и показал окликнувшему оттопыренный палец. Прибавил шаг, таща меня за собой. Остановился у машины с низкой посадкой ядовито-жёлтого цвета.

Я не знаю, сколько может стоить такая машина. Даже марки такой не знаю, но, судя по вытянувшимся лицам моих друзей, машина была нереально дорогая.

***

Майкл, сидящий рядом с водителем, проводил рукой по панели. Притрагивался к бортовому компьютеру, как к чему-то сакральному.

— Мне батя такую машину никогда не подарит, — восхищённо выдохнул он. — Походу ты её прокачал нехило.

Кот умиротворённо молчал. Он не снял свои смешные уши, оттого выглядел вполне безобидно. Но я-то знала, с кем мы ехали в машине.

— А мне не нравится, — капризничала Анжелика, не зная, куда девать свои коленки, — на заднем сидении места мало.

— Эта машина не баб возить, — возмутился Майкл. — Эта машинка, чтобы гонять. По городу?

— За город поедем, — неохотно ответил Кот и кивнул, прибавив газа.

Машина на нереальных скоростях двигалась по пустынным городским улицам, обгоняя других участников движения и пролетая на красный свет.

— Где ты баб видел? — возмутилась Анжелика, ткнула меня локтем и повела бровями.

— Сотню за четыре секунды выдаёт? — обалдел Майкл.

— Да, — кивнул Кот.

— Влад, — полезла Анжелика. — А обратно когда? Я бы ещё хотела в какой-нибудь клуб завалиться.

Он не ответил. Я, как отречённая, полезла в сумочку. Мне неприятна вся эта ситуация, у меня опять тоска на сердце. А в таком состоянии только к Розе.

Роза: «Ты где сейчас?»

Сообщение пришло совсем недавно.

Солнце: «С друзьями по городу катаемся. Тоска. Прикинь, я сатира встретила. Не очень хорошо получилось. У него женщина есть. Надо забыть его, а я не могу. Плохо мне».

Роза: «Мне тоже плохо. Мне хочется кого-нибудь убить. Ты бы с сатиром поговорила. Может, это не его женщина. И надо быть более спокойной».

Солнце: «Мне не место рядом с богатым мужчиной. Я уже тебе озвучивала свою позицию».

Роза: «А я свою! Дай шанс!»

— Что, со своей подружкой переписываешься? — ядовито хмыкнула Анжелика. — У неё такая уродина в подругах!

Она попыталась отобрать телефон, но я быстро спрятала его в сумочку.

— Милька, покажи! — с любопытством заглядывал на заднее сидение Майкл. — Кто такая?

— Феминистка-лесбиянка из Ростова, — раздражённо ответила я.

Парни дружно присвистнули.

— Вот так пропадают для мужского мира прекрасные девушки, — хохотнул Майкл и получил одобрительный кивок молчаливого водителя.

Мы уже выезжали из города.

Я ничего не знала о стритрейсинге. Гонки да гонки. И в наших широтах вряд ли обнажённые девушки с флажками бегают по трассе, давая старт гонщикам.

Мы действительно покинули городскую черту, но по трассе не поехали, свернули под знак, что обозначал тупик. Пролетели мимо дорожной техники. Это была новая дорога, ещё не открытая. Обогнули два ограждения и сквозь лес понеслись к дальним фонарям.

По мере приближения к большой компании и скоплению машин Майкл начал нервно дёргаться и отстегнул ремень безопасности.

— Да это мечта, побывать здесь! У меня одногруппник из ваших, — сказал он, не скрывая ликования.

— Как зовут? — равнодушно спросил Влад.

— Егор Завьялов.

— Знаю такого, — Кот больше ничего не сказал. Снизил скорость и стал подъезжать к толпе, что тусовалась на неоткрытой трассе.

Народа была тьма. В основном мужчины, но и девушки мелькали в темноте. Машина одна другой краше. Очень дорогие. Видно, что не все гоняться приехали, некоторые поглазеть.

Влад аккуратно припарковал машину. Майкл и Анжелика суматошно выбрались на улицу. Я следом, но не сломя голову, как эти двое.

Было очень холодно, и я торопливо натягивала перчатики. Зябко кутаясь в пальто, смотрела, как ругается моя сладкая парочка. Майкл всплеснул руками и ушёл в толпу. Анжелика, совершенно свободная, обвела блудливым взглядом собравшихся. На лице улыбка, от которой мне нехорошо.

Влад поздоровался с высоким парнем в кепке, что-то спросил совсем тихо.

— Через двадцать минут, — ответили ему.

Подошли к Коту какие-то мужчины. Приметили нас.

— Привет, девчонки. Пива хотите?

— Хотим, — радостно согласилась Анжелика.

— Лика, погоди, — я пыталась остановить её, но подругу уже несло за приключениями. Она быстро влилась в толпу незнакомых мужиков и присосалась к бутылке.

— Откуда такая киска? — противно рассмеялся невысокий парень рядом со мной и неожиданно стал меня лапать.

— Руки убрал, — грозно рявкнула я, но вызвала только смех.

Анжелику уже куда-то уводили, я беспомощно пыталась выловить её за руку, но она только от меня отмахнулась. Стала исчезать в толпе вместе с незнакомцами.

Я почувствовала, что меня, уносит безудержная стихия. Маленькая и беспомощная я не в силах сопротивляться. Крикнула, чтобы меня никуда не тащили, чтобы руками под пальто не лезли, а это бесполезно. Надо мной смеялись, уламывали выпить спиртное и погреться в машине.

А потом всё отпустило.

От меня отстали, отошли в стороны. За моей спиной стоял Влад. Без слов просто положил мне на плечо руку. И как волна схлынула. Меня оставили в покое.

— Подружка у тебя без комплексов, — тихо сказал Влад. — За таких бесполезно беспокоиться.

Наверно, он прав. Я не нужна Анжелике, она сама себе хозяйка. Никудышная, безмозглая. Несёт девчонку на приключения.

Он взял меня за руку и потянул к своей машине.

Когда я села рядом с водительским сидением, Влад завёл машину и включил горячий обдув. Я смотрела, как стартуют машины по сигналу парня в синем балахоне. С рёвом моторов и юзом колёс уносятся вдаль, исчезают в темноте, после чего даже не видно стоп-сигналов. Где-то далеко они разворачивались и возвращались обратно. Не все. Кто-то сходил с дистанции. И это пугало. Если игра без правил, то здесь могут погибнуть люди.

— Тебе деньги перевели? — неожиданно спросил Кот.

— Да. Почти сразу, — тихо ответила я.

— А мне нет.

Я удивлённо посмотрела на него. Он сидел не двигаясь, наблюдал за гонкой. Лицо его в полутьме казалось ещё более бледным, а уши на макушке — настоящими, животными. И был Кот просто зверь. Жутковатый.

— Почему? — прошептала я.

— Сайт лёг, — невозмутимо ответил он. — ФСБ прикрыло.

У меня затряслись колени. Я так испугалась, что забывала дышать. Плохое предчувствие ни на минуту меня не покидало, и расслабиться не получалось. Так и вышло, что плохо кончилась моя погоня за лихими деньгами.

— Ты знаешь, что было в том зелёном свёртке? — шёпотом спросила я.

— Деталь генератора для башенной нефтяной вышки, — монотонно отвечал он. — Без неё работать генератор не будет. Заменить можно, но это время и деньги. Так что мы с тобой нефтяников кинули и крупную транспортную компанию, на склад которой залезли.

— Такая крупная компания, а охрана слабая, — поёжилась я и протянула руки к обдуву. — Прикинь, нас поймают.

— Посадят, — равнодушный ответ.

— Посадят, — эхом отозвалась я. — Но, судя по машине, тебя папочка отмажет.

— Отмажет, — вздохнул Кот. — Он же нефтяник.

Я кинула на него косой взгляд. Он очень внимательно меня изучал. Пристально, стараясь сканировать, запомнить.

— Пристегнись, любительница пощекотать нервы, — он сам пристегнулся.

— Я, наверно, выйду, — несмело сказала я.

— Не стоит, — посоветовал он. — Мужчины здесь агрессивные, чувствуют вседозволенность. Или боишься быстрых скоростей?

— Не боюсь, — пристегнулась я.

Смелая. Я слишком смелая. Поэтому так влетела.

— Зачем тебе столько денег? — он медленно стал выруливать на старт.

— Нужно.

— А конкретно?

— Очень нужно.

— А Милька, это Милана?

Как будто ему не стартовать в опасной игре. Такой спокойный, что даже страшно.

— Эмилия, — я устроилась поудобнее, нашла, за что держаться.

— Красиво, — он нажимал на газ, машина ревела.

Больше в машину я с ним не сяду. Я, конечно, от звуков сдержаться смогла. Но такого ужаса не испытывала даже на том проклятом складе. Хотя… На болоте было нечто подобное. Я тогда сильно испугалась. А это значит, у меня сегодня будет истерика, обязательно.

Дело было не в скорости, а в том, что эта гонка без правил. Нас подрезал соперник, мы его толкали бортом. Удары были сильные. На огромных скоростях мы рисковали улететь в кювет, где уже лежало вверх колёсами несколько машин и суетился народ. Без жертв, я так поняла, но это не оправдывает незаконные игры.

Я ради денег залезла на склад и участвовала в тёмном квесте. А Кот ради удовольствия. Удовольствие, которое я не понимала.

Мне всё это не нравилось. Когда нас заносило и разворачивало, когда мы заходили на круг, я решила, что с ночными клубами покончено, с квестами тем более и с богатенькими мажорами не стоит начинать. Это зло! Я жить хочу!

Мы выехали на финишную прямую.

— Держись, — приказал Влад и резко покрутил рулём.

Раздался удар. Мы выкинули соперника с дороги. На огромных скоростях тот улетел в яму кювета. Дорога новая, поэтому кусты и деревья были вырублены в непосредственной близости с асфальтом. Машина соперника не перевернулась, съехала и остановилась у леса.

А мы влетели опять в место, полное людей и машин. Народ свистел, приветствовал знаками. Остановились мы так же резко, как и разгонялись. Меня хорошенько тряхануло. Хорошо, что желудок крепкий.

Кот опустил стекло. Мужчина, что встретил нас по приезду, сунул в руки крупную сумму денег.

— Анжелику не видел? — спросила я у него. — Она со мной приехала.

— Вроде уехала на Паджеро, — безучастно ответил он и отошёл от машины.

И мы покинули место для гонок. Медленно по дороге двигались, и не было встречного движения.

***

Я очень неуютно себя чувствовала. Всё ждала, когда Влад спросит, куда меня отвести, но он молчал. Кровь стыла и оторопь брала.

Я его боялась. Для разрядки атмосферы нужно было заговорить, но я не могла ничего произнести. Рука тянулась за телефоном, чтобы написать Розе. Но дело принимало крутой поворот.

Влад закрыл двери, заблокировав их. Стал сбавлять скорость. Съехал с основной дороги на обочину. А потом и вовсе завернул на небольшую площадку к высоким чёрным деревьям. Погасил фары. Осталась только мелькать цветная красивая панель управления. Голубой неоновый цвет делал лицо Влада мертвецки бледным.

— Улыбка у тебя красивая, — сказал он, отстёгивая ремень. — Глаза красивые. И ноги стройные. Чулками светила перед всем клубом.

— Это сценический образ, — отозвалась я, чувствуя, как начинают дрожать губы.

— Но ты не такая, — усмехнулся он и протянул мне деньги.

Я отказалась взять.

— Возьми, Неайс, тебе же нужны деньги.

— Больше не нужны, я почти набрала сумму, — слабым голосом ответила я, пятясь ближе к двери. Хотела открыть замок, а его нет. Блокировка дверей была с секретом. Просто так не выйдешь из машины.

— Возьми, — зловеще шипел Кот. — Шмотки купишь. Говно у тебя платье и пальто говно…

— И сижу с говном в машине, — разозлилась я. — Зачем пугаешь?!

— Я не затаскивал насильно. Сама села, — он выкинул деньги на заднее сидение и накинулся на меня.

Я, привязанная ремнём безопасности, дёрнулась, но некуда было. Он уже перелезал, наваливаясь всем телом на меня. Ноги ухватил, пальто порвал. Я закричала, ладонями упёршись в его лицо, старалась откинуть от себя. Сорвала с рыжих волос кошачьи уши. Силы были неравны.

Он постарался выловить мои руки, завалился между моих ног. Отстегнул мой ремень безопасности и насильно повернул так, как ему было нужно.

Задел магнитолу, и на весь салон заиграла попсовая музыка. Когда он отвлёкся на секунду, чтобы отключить магнитолу, я повернулась к нему боком, рукой полезла в карман пальто.

Влад вернулся к моим рукам. Откинул меня, я ударилась затылком об стекло на двери. Достала нож и, рявкнув, освободила правую руку. Нажала на кнопку, вылетело лезвие и упёрлось в его шею.

— Зарежу, — сквозь сомкнутые зубы прошипела я. А у самой поджилки тряслись. Страх брал такой, что волосы на голове шевелились.

Мы задыхались, вспотели. Он смотрел на меня, казалось, чёрными глазами. Чуть подался ниже, и остриё ножа проткнуло бледную кожу. В полутьме я видела, как течёт тёмная струйка крови.

— Ты дикая кошка, — широко улыбнулся он. — Я не понравился тебе?

Он стал подаваться ещё ниже, и я вынуждено опускала руку с ножом. Опускала до тех пор, пока его губы не прикоснулись к моим губам. Я ждала, что он дёрнет, вырвет нож. Но он закинул одну руку на спинку сидения, другой опёрся об стекло и проехался языком по моим сомкнутым губам.

Поцелуй я ему так и не отдала.

Чёртов экстремал! О чём я думала, когда решила подойти к нему? Он же отморозок и беспредельщик! И ничего ему за его поведение не будет! Папочка-то богат и, видимо, очень богат.

Вот она — правда жизни. Если не в ВИП кабинке с сатиром, то в машине с Котом. И никто не защитит. Пора заканчивать таскаться в одиночестве по злачным мажорским местам. Я ж не Анжелика…

О, блин! Куда эту дуру унесло?

Влад понял, что поцелуй не получится, и отчалил на своё сидение. Спокойно завёл машину. Как ни в чём не бывало, вытер кровь на шее и спокойно стал выезжать на дорогу.

— Приношу свои глубокие извинения, — неожиданно сказал он.

Надо было хорошенько его пырнуть, чтобы запомнил. А то царапину будто не замечал.

Включил магнитолу, но на тихую радиоволну. С музыкой и с включёнными фарами стало мне легче. А когда выехали на трассу и медленно поехали в сторону города, я спрятала нож и села в кресле прямо.

— Куда тебя отвести? — он дотянулся до моей коленки и прикрыл её подолом пальто.

— В центр.

— Я отвезу тебя домой. Приставать не буду. Обещаю.

Я нервно рассмеялась. Ещё пара таких уродливых лживых фраз и у меня случиться истерика.

Тварь!

Не будет он ко мне приставать.

Я представила, как я стою на проспекте и ловлю такси. А ноги дрожали, тряслись руки. Настолько ослабла, что хотелось завалиться и умереть.

По радио играла какая-то сиротливая композиция с приятной флейтой. Девушка с хриплым голосом на английском языке вещала, что она не в состоянии простить его. Кот горько усмехнулся.

— А ты простишь?

Вместо ответа я назвала адрес. Выйду у магазина и дойду до дома. А вздумает следить, я зайду в другой дом и подожду, когда уедет. Это последний раз, когда я вижу этого урода.

Кот забил в навигатор мой адрес, но скорость не увеличил. Ехал по тёмным улицам города медленно, сорок километров в час. И я смотрела на фонари, окна в домах спящих людей и подсвеченные витрины закрытых магазинов.

— Мама с папой спят?

Решил поговорить, что ли.

— Папа спит давно, а мама ещё нет, — слёзы полились в три ручья.

Я быстро достала телефон и напечатала сообщение Розе.

Солнце: «Приезжай ко мне, хотя бы на пару дней. Мне плохо».

Она не ответила. Дело шло к утру, а ей, может, завтра на работу. Только такие, как я, болтаются.

— Ты в продуктовом магазине живёшь? — усмехнулся Кот, когда увидел, что ему выдал навигатор.

Мы уже подъезжали на место.

— Дверь открой, — тихо сказала я без чувств, без эмоций.

Тут же вылетели замки, и блокировка была снята.

— Эмилия, давай познакомимся…

Я вышла из машины. Нагнулась, заглядывая в салон. Никогда не использовала матерные слова. Но тут пробило. Избранное из тюремного лексикона родного деда.

Дед имел на меня огромное влияние. Потому что очень много времени мне уделял, в отличие от мамы с бабушкой. Возможно поэтому, я умею пользоваться отмычками, но не умею готовить.

Так смачно обозвала, что Кот неожиданно отвёл взгляд и с пониманием покачал головой. Я хлопнула дверью машины и гордо пошла мимо магазина.

Он не преследовал меня. Слышала, как газанул и уехал.

Без приключений добралась до своего дома. Поднялась по лестнице к двери. Открыла её и вошла в прихожую.

Тихая, пустая квартира.

Оказавшись дома, разрыдалась в голос. Меня всю трясло, и я не могла дышать полной грудью. Как разделась и не вспомнила. Добралась от стенки к стенке до кухни. Там уронила аптечку и трясущимися пальцами искала на полу мамины таблетки для сна. Сразу две засунула в рот и запила водой из-под крана.

***

Мне снились бирюзовые волны Карибского моря. Яркое южное солнце, согревающее моё тело. И жгучий брюнет, похожий на мифическое существо с серо-зелёными глазами. Мы лежали с сатиром голые, распластавшись на белом песке, как две морские звезды, выброшенные солёными волнами на берег. Наши пальцы рук сплетались.

И было так хорошо!!!

И в лёгком шуме волн я слышала надоедливый звонок своего телефона. Я не хотела просыпаться, отлучаться от Санчеса. Но кто-то настырно вытаскивал меня в явь.

С таким отоплением, как у нас в доме, только южные широты снятся. Я проснулась носом в подушку, в одних трусиках, раскинувшись на кровати в позе звезды. Нащупала сонно свой телефон и, не глядя на экран, ответила на звонок.

— Да, — хрипнула я, блаженно вздыхая. Мой сон развеивался, унося сатира с собой.

— Привет, как твои дела? — спросил приятный мелодичный голос Розы. Она немного помолчала. Рядом с ней слышались возня и стук пальцев по монитору. — Ты напугала меня.

— Привет, — обрадовалась я и зевнула. — Сама испугалась. Вчера в клубе познакомилась с мажором, он до меня домогался, чуть силой не взял.

— Да ты что?! — она сильно возмутилась. Опять заминка, её тихое «подождите», и вновь она вернулась ко мне. — Солнце, он приставал к тебе? И мажор — это богатенького папочки сынок?

— Я так поняла, очень богатого. Эти крысы не привыкли себе в чём-то отказывать, — вспоминала я прошедшую ночь, уронила на глаза ладонь и зевнула.

— Ты будь с такими осторожна. Лучше вообще избегай.

— Как сатира. Я вчера его с женщиной видела, — я изменила тон на шутливый, стараясь сымитировать блондинку, что висла на Санчесе, — «АлександЫр, нас ждут в ВИП». Сам при любовницах, а лезет со своими объятиями.

Она неожиданно рассмеялась и кому-то сказала: «Всё, всё».

— Скажи мне, а где твоя мама? — резко сменила тему.

— А зачем тебе? — насторожилась я.

— Ты всё время одна. Нужен человек постарше рядом. Солнце, мама где?

— В больнице, — я вдруг поняла, что у неё за беспокойство. Я действительно почти каждый день хожу по краю.

— Чем болеет? — очень строго спросила она.

— Роз, послушай, — мне было неудобно. Почему-то стыдно говорить об этом.

— Солнце, расскажи мне! — требовала женщина.

— В общем, у неё рак. Она смертельно больна. Но есть шанс на выздоровление, — я говорила урывками, сильно волновалась. — Я собрала почти всю сумму. Осталось квартиру обменять и дом продать.

— Почему ты не говорила?!

— А почему я должна говорить? — обиделась на неё. — Ты даже на выходные ко мне приехать не можешь. И сама про своих родителей не рассказываешь.

Она повесила трубку. Оставила меня с моей обидой наедине. Я так расстроилась, что чуть не заплакала.

Роза: «Я могу помочь и помогу».

Солнце: «Иди нафиг. Я же сказала, что собрала почти всю сумму. Ей уже загранпаспорт сделали. Если ты работаешь и такая вся независимая, прилетай ко мне».

Роза: «На следующие выходные. Обещаю».

Я не сдержалась от восхищённого возгласа.

Класс!!! Роза приедет!!! Наконец-то!!!

То, что скоро я увижу свою Розу, наложилось на сладкий сон, и настроение поднялось на небывалые высоты.

Время было в обрез. У меня работа в кафе, потом урок у девочки из богатой семьи. А это значит, официанткой я буду бегать в костюме.

Я тщетно пыталась дозвониться до Анжелики, но она не брала трубку. Матери её я звонить не собиралась. Тётя Света всё время с дочерью конфликтует. Не хватало масло в огонь своими звонками подлить.

За Анжелику я сильно беспокоилась. Вот куда её увезли? Почему трубку не берёт, уже время обеда?

Мамочка позвонила. Пока я пила чай «с просто так» даже без сахара, она выкладывала последние новости её палаты. Я радостно отвечала, задавала наводящие вопросы. А сама чувствовала, как липкие чёрные щупальца смерти оттягивают её от меня, и от осознания этого по телу бежал холодок.

Я успею. Обязательно успею собрать нужную сумму. Вот Роза агентство нашла, я соглашусь на первый же вариант обмена. Любая минута на счету.

Краситься в этот день я не стала. Надела колготки, плиссированную юбку по колено, к ней шёл приталенный пиджачок. Всё приятного шоколадного цвета. И белую блузку. У меня был ещё один костюм синего цвета, но там была юбка-карандаш, на которую неадекватно отреагировала мать моей ученицы. Женщина дурная и ревнивая кинула при первой нашей встрече: «Задницу свою тощую в мой дом не обтягивай». Я бы могла за такое хамство ей нагрубить. Но, во-первых, у неё ребёнок — золото, и привязалась она ко мне, во-вторых, за урок столько платят, что я могу лапши на неделю вперёд купить. Иногда нужно уступать.

Не успела ещё полностью собраться, как в дверь позвонили. Для начала я взяла себя в руки, клятвенно уверив себя, что никому подозрительному не открою. Глянула в глазок, а там стояли две женщины. На вид очень приличные.

— Кто? — с опаской спросила я.

— Агенство «Квадрат».

Я быстро открыла дверь. На телефоне пролистнула сообщения и звонки. Они пытались до меня достучаться всё утро.

— Здравствуйте, — улыбнулась мне блондинка с планшетом и папкой в руках. — Мы были рядом, решили заглянуть. Вы на звонки не ответили.

— Проходите, — растерянно пригласила их к себе в квартиру. Немного замялась. Впервые приходилось встречаться риэлторами.

Вторая женщина в джинсах и рюкзаком за плечами сразу стала фотографировать квартиру.

— Можно взглянуть на документы? — поинтересовалась та, что вроде главная.

Я мигом убежала в гостиную и у мамы в шкафу взяла все документы на недвижимость.

Они обошли всю квартиру. Ничего не говорили. Фотографировали документы. А потом женщина со светлыми волосами показала мне на планшете фотографии.

— Покупатель на ваш дом с участком имеется, — сказала она. — Это на обмен. Посмотрите фотографии. Квартира однокомнатная в спальном районе. Десять минут до метро. Двадцать четыре этажа в доме, квартира расположена на седьмом.

— Красиво, — восхитилась я чудесным фотографиям, как из интернета пособие по дизайну. — А можно её посмотреть?

— Сегодня вечером вас устроит?

— Да, часов в девять, — согласилась я, сгорая от желания увидеть свою будущую квартиру. Если она такая же прекрасная, как на фото, то я даже искать ничего больше не буду.

Они оставили мне адрес дома и ушли.

Замечательно всё складывается!

У меня было такое ощущение, что кто-то за меня хлопочет. Я знала, что Роза нашла это агентство. Но мне неожиданно казалось, что бабушка вроде как жива и присматривает за мной. Я не одна, а это — главное.

Накинув пальто, я взяла сменную обувь и побежала из дома опять на метро. В подъезде столкнулась с Олей-Паровоз. Она спускала коляску на первый этаж. По ступенькам съезжала, и в люльке подпрыгивал укутанный младенец. Ревел, а мамка опять раздражена.

— Квартиру менять будешь?! — агрессивно кинула она.

Я быстро обошла её и, спустившись на пару ступенек вниз, ответила:

— Да, но не с вами.

Её маты меня не волновали.

***

На работе я, сняв пиджак, обслуживала клиентов в белой блузке. Фартук, морская шапка на убранных волосах. Всё оглядывалась на вход, ожидая Анжелику, но она не появилась. Суббота, конечно, учёбы нет. Но бывало, что она крутилась в центре и заскакивала. Руки чесались её матери позвонить, но не решалась.

Народа в выходные — не протолкнуться. Даже времени не было Розе написать. Кинула, что сейчас аврал, и спрятала телефон в сумочку.

— Миля, там парень тебя ждёт. Прими заказ, третий столик, — сказала мне одна из девчонок, напарниц.

— Запал, — усмехнулся наш молодой бармен.

Я взяла блокнот, ручку, меню прихватила и пошла к третьему столику. Часто бывало, что девочки-официантки нравились клиентам, и те желали видеть только их. Одна приезжая, что работала у нас, недавно замуж вышла за такого захожанина.

На лице моём улыбка белоснежная. Я тоже замуж хочу за нормального парня. Но по мере приближения к столику улыбка сползала с моего лица.

Кот положил на столешницу телефон и ключи от машины. Стащил куртку, небрежно кинув её на вертикальную вешалку недалеко от столика. Принарядился, петух рыжий. Рубаха насыщенного серого цвета была брендовой, она подчёркивала холод его глаз и обтягивала стройную фигуру. Джинсы тоже были серыми и виднелись под столом начищенные чёрные туфли. Огненно-рыжая копна волос была красиво уложена в небрежную причёску.

Когда я подошла к столику, почувствовала приятный сладковатый парфюм.

Жених! Держите меня! Сейчас рассмеюсь.

Влад не смог скрыть улыбки, с интересом меня рассматривая. Он на мгновение закрыл глаза. А потом поднял их, щенячьим взглядом уставился, побеждённый, сражённый наповал. И это мне совершенно не понравилось. Мне стало не по себе.

— Что желаете? — строгим ледяным голосом спросила я, положила на столик меню. Заметила на его шее отпечаток от моего ножа.

— Твой телефончик, Неайс, к любому блюду подойдёт, — ослепительно улыбнулся Кот.

На какое-то мгновение я чуть было ему не поверила, что он котик.

— Пробьёшь, если надо, — ехидно усмехнулась я. — А покушать, чего изволите, сыночек нефтянника? Адресом не ошиблись? Не грязновато ли заведение для вашей светлости?

— Хорошее заведение, и официантки загляденье, — не обиделся парень, проехался взглядом по моей фигуре, задержался на груди, а потом с особым интересом рассмотрел мои кроссовки. Они, кстати, из дорогих. Купила, не поскупилась. Ходить приходится много.

В ушах у меня старинные бабушкины серьги с красными камнями. На тонкой шее серебряная цепочка. Крестик был потерян, нужно в воскресение будет купить. По мне видно, что я необеспеченная. Так, средненько. Аккуратная, чистенькая, на этом все достоинства заканчивались. А, ну да! Забыла! Симпатичная.

— Кот, ты заказывать будешь? У меня работа, — поморщилась я.

— На твой вкус. И побольше, давно не ел, — он не открыл меню, откинул его в сторону.

— Тогда первое обязательно, — кивнула я, и Влад расплылся в улыбке. — Борщ со сметаной и чесночными пампушками, жаркое в горшочке, чай с блинами. Подойдёт?

— Как же вкусно ты сказала, — протянул Кот, как мяукнул. — Тебя потрогать можно?

— Нет, — я забрала меню, — на работе. И кушать я с тобой не сяду. И в машину твою тоже, и никуда с тобой не пойду.

— Я буду хорошим, — он состряпал болезненно скорбное лицо. — Зачем тут работаешь? Тяжёлая вроде работа официанткой.

— Я только днём работаю. Сегодня всего три часа. В ночную не хожу, хотя там платят больше и чаевые щедрые, но и проблемы бывают.

Зачем я с ним заговорила? Вот почему так вышло? Это всё флирт, а на него я отзывчива. Но нужно знать меру и быть осторожной. Человек за столиком не тот, с кем можно шутить.

— То есть ты сейчас заканчиваешь? — выведывал влюблённый котяра, тайком дёргая мой полосатый фартук.

А я как ни в чём не бывало, записывала заказ в маленький блокнотик и всё сильнее краснела до кончиков своих ушей.

— ­ У тебя ни стыда ни совести, — шикнула я.

— Ничего лишнего, так сказать. Я приглашаю тебя на свидание. Невинно, скромно. Просто познакомиться.

— Вчера изнасиловать пытался, невинный скромник, — фыркнула и оторвала листочек из блокнота.

— Я подкину тебя до дома после работы?

— После работы у меня работа, — бросила ему в лицо и пошла, покачивая бёдрами к барной стойке.

Прилетел ароматный борщ и тёплые пампушки. Папочка со счётом сразу же. Влад, не отрываясь от вкусной еды, заглянул в неё.

— Что так дёшево? — нахмурил тёмно-рыжие широкие брови.

Я не ответила, быстро удалилась.

Весёлая маленькая Наташенька пришла на полчаса раньше, чтобы сменить меня. Точнее, подменяла её именно я, поэтому она так спешила. Встретились в раздевалке, когда я просматривала сообщения от Розы.

Моя Роза самая лучшая подруга в мире. Она прислала мне два анекдота и фотографии отелей на Карибском море. Как тут не разомлеть и не размечтаться?

— Спасибо, Миль, — Наташенька забрала мой фартук и шапочку моряка.

— Наташа, там рыжий парень за третьим столиком. Отвалит чаевые несметные. Ты подойди к нему попозже, я успею сбежать, — шёпотом говорила я, уже натягивая пальто.

— Поклонник? — рассмеялась девчонка.

— Нафиг нужен, — мрачно ответила я и понеслась из кафе.

***

Я шла быстро сквозь толпу. Пробиралась к двери в метро. Заглянула купить себе жетончик. Всё не решаюсь на проездной, а надо бы, раз буду жить в дальнем районе. Теперь работы много будет. Если с мамой всё в порядке… Я поступать в следующем году буду.

— И на меня купи, — Кот навалился на меня со спины.

Купила. Почему-то. Смешно стало, что догнал, что привязался.

Старалась на него не смотреть, он пристроился сзади. Прошли через турникет и по эскалатору спускались вниз. И я чувствовала, как он, стоя на ступеньку выше, дует мне на макушку.

Влад действительно парень из богатой семьи. Дело не в одежде и машине, а в том, что он заметно был растерян. Он не ездил на метро. И, возможно, никогда в жизни. У меня даже появилось желание взять его за руку, настолько он насторожился. Застегнул свою кожаную куртку и молнии на карманах. С опаской оглядывался по сторонам. И втягивал голову, ожидая прибытие поезда. Не заходил за линию.

— Ты не был в метро, — констатировала я, внимательно его рассматривая.

— Был. В Токийском, — тихо ответил он и встал ко мне ближе, потому что было очень много народа. Руки мне на талию положил.

— И как в Токийском метро?

— Давки сумасшедшие, — прикрикнул он, когда налетел поток ветра, что нагонял поезд по туннелю.

Мы затолкались в вагон, и Кот протиснул меня вперёд, к противоположной стене у других стеклянных дверей. Выполнил мужской жест. По обе стороны от моей головы уронил руки и скрыл от толпы, дав мне пространство. Сам сдерживал натиск.

— Ну, как тебе среди простого народа? — с усмешкой спросила я.

Мы щурились, смотрели друг другу в глаза. А его глаза, как стеклянные, совершенно неживые. Мороз по коже.

— Мне плевать на быдло, — спокойно ответил он, не стесняясь, что его услышат. — Лишь бы какою-нибудь холеру не подцепить.

— Ты сам холера, — разозлилась я. — Зазнайка, спеси многовато в тебе.

— Я с золотой ложкой во рту родился и в золотом гробу умру, — надменно заявил он. — И мне насрать на копошащуюся массу.

— Круто ты себе ценник поставил, а остальным ярлыки, — мне стало тошно находиться рядом с ним. — Не всё в этом мире продаётся.

— Всё продаётся и покупается, — он ослабил руки, и толпа впечатала его в меня.

Наши лица соприкоснулись. Он старался губами поймать мои губы. Но я резко повернула голову в сторону. От его горячего дыхания я замерзала.

— Любовь не продаётся и не покупается, — заявила я. — Вот ты влюбился, а что делать, не знаешь.

— Знаю, — шипел мне в ухо и неожиданно поймал губами мочку, пососал серёжку. Я его отпихивала, но бесполезно, люди сдавили нас серьёзно. — Покупаю тебя. Будешь со мной жить?

— Смысл? — обречённо усмехнулась я, наклонилась к его уху и стала шептать. — Приходишь ты такой к папочке и говоришь: «Папа, я решил жениться на девочке своей мечты». А он тебе говорит: «Зачем жениться, сынок? Поюзай её лет пять, пока в университете учишься, потом тебе найдём богатую невесту».

— И? — недопонимал моего негодования Влад. — Тебе же одна выгода. Не нужно вкалывать на пяти работах. Жить будешь в элитной квартире, на всё готовенькое. Образование получишь за пять лет. Своё дело откроешь, знакомства заведёшь. Машину тебе куплю. Если расстанемся, отступные дам. Эмилия, я не понимаю, что в этом плохого? Каждый получает своё.

Он не понимает… Анжелика не понимает. Весь мир не понимает! Нельзя так! Я не могу так. Это же омерзительно. Я неправильно воспитана, в меня вбивали не те ценности. Они только портят мою жизнь.

— Не понимаешь от скудоумия. Я не такая, я жду любви, — сказала дрогнувшим голосом и не сдержала слёз. — Купить не в силах, насильно захочешь взять. Только знай, золотая ложка изо рта может вылететь вместе с зубами.

Я со злобой оттолкнула его и нырнула в толпу, проталкиваясь к выходу. Мне стало тошно, мне было больно. Я никогда не выйду замуж. Я стану феминисткой-лесбиянкой и уеду в Ростов-на-Дону к своей страшной женщине.

— Миль! Миля!!! — гнался за мной Кот. — Да погоди ты!

Он выловил меня уже на улице. Становилось холодно, и зажигались в темноте огни. Кругом ходили люди. И мне нужно было идти.

На его лице отображались болезненные эмоции. Глаза неожиданно стали темнеть. И он уже не казался таким бесчувственным и выжженным. Я знаю, что он повернёт всё в другую сторону. Он постарается обмануть меня. Наврёт, что женится, что мы будем вместе всю жизнь, пока смерть не разлучит нас. Только одно он забыл, что не всем нравятся коты и не все ведутся на деньги. Влад мне был отвратителен. И даже не за то, что он пытался меня взять силой, а за его уродливое мировоззрение.

— Может, и не будем вместе. Давай хотя бы познакомимся. Пошли на свидание, — тихо сказал он, сжимая мою руку в своих ладонях.

Не дождавшись от меня звука, неожиданно в своих брендовых джинсах встал на колени на мокрый асфальт.

— Прекрати, — испугалась я.

— Пошли на свидание!!! — он ухватился за мою ногу.

— Прекрати, говорю! — я стала его дубасить по бестолковой рыжей голове.

— Пошли!

— Псих!

— Что смотрите? Я за девушкой волочусь!

— Влад, встань!!!

Он медленно поднялся на ноги с победоносной улыбкой. Поднял руки вверх:

— Пошли на свидание.

— Номер пробьёшь, звони, — сдалась я и, отвернувшись от него, пошла быстро по проспекту.