Дословный перевод

Глава 23

"Слонёнок ужасно умный. И попугай тоже ужасно умный. Они оба ужасно умные. Просто один другого умней..."

м/ф "38 попугаев", 1976 г.

- Все в порядке? - Астахов отвлекся от разговора с прибывшей рано поутру дамой, оказавшейся нотариусом, и повернулся к стоящей с телефоном в руках Алене.

- Почти. Я готова, мы можем закончить это дело побыстрее? - к её удивлению, Даниил не стал забирать у неё мобильник.

- Муж испереживался? - он качнул головой, говоря, что теперь в такой конспирации уже нет смысла. - Вы не против перейти к сути вопроса?

Дама, которую, похоже, немного укачало во время доставки на остров вертолетом, несколько вымученно улыбнулась, но выразила горячую готовность приступить к непосредственным обязанностям.

Алена, конечно, и раньше занималась подобными делами, не первый раз бумаги оформляет, но эта процедура затянулась на пару часов. Но самое главное - Астахов не стал оспаривать те пункты договора, на которых настаивала сама Герман, что уже хорошо. Когда же это веселье закончилось, у девушки уже гудела голова, и мозги пухли, но на душе почему-то иррационально полегчало. Пусть отец и не сразу примет её решение, но, если подумать - выбора-то не было.

Если все закончится хорошо, так или иначе, но активы окажутся у Астахова. Просто выбор будет между добровольной передачей собственности и, не к ночи будь помянуто, замужеством. Ничего против похода в ЗАГС Алена не имела, но не под ручку с Даниилом. Даже при том, что мужчина он, что и говорить, интересный, но не было чего-то неуловимого, что можно назвать химией отношений. Да и, чего зря обманывать, Лёна его побаивалась.

Если же все пойдет по другому сценарию, то потеря этих акций окажется самой маленькой из проблем. Теперь же вероятность плохого исхода все-таки меньше. Не захочет Астахов лишаться вновь приобретенной собственности. А вот конфликта с вышестоящим руководством не избежать. И речь не про Николая Петровича. Алена не настолько наивна, чтобы считать, что за ним никто не стоит. Стоят, в том и дело. И это кто-то уровня того же Астахова. Так что пусть мирно разбираются между собой, не трогая никого. Хотя, это, конечно, наивно - достанется всем, но тут уже никуда не денешься...

Поняв, что на все эти заговоры и интриги уже формируется стойкая аллергия, Герман, поставив пару последних автографов, поспешила откланяться:

- Если вы не против, я пока поднимусь за вещами.

- Конечно, мы пока уладим последние детали, - Астахов кивнул на погруженную в работу нотариусиссу. - А потом отвезу вас вместе. Можно на катере, но сегодня море неспокойное, да и пробки в городе...

Показав, что понимает и разделяет его переживания, Алена слиняла из кабинета, с некоторым облегчением вздохнув только в коридоре второго этажа. А когда кто-то ухватил её за локоть, едва сдержалась, чтобы не заорать от испуга. Но вывернуть наглую конечность попыталась. Правда, не особо успешно - противник мгновенно её отпустил и даже, в свою очередь, шарахнулся в сторону.

- Не кричи, пожалуйста!

Поняв, что наглым агрессором оказалась девушка, Алена мысленно выругалась на себя. Нервы совсем ни к черту, пора успокоительное пить. Потому что незнакомка совершенно не выглядела опасной или подозрительной. Симпатичная, с тонкими чертами лица и довольно большими серо-зелеными глазами. Их уголки были чуть оттянуты к вискам, наверное, из-за тугого пучка, в который она собрала темные волосы.

Невысокий рост и субтильность телосложения подсказали, где и когда именно Герман её уже видела.

- Это ты вчера через забор прыгала?

- Я, - девушка сморщила нос, видимо, припомнив свой позор. Но тут же настороженно оглянулась по сторонам. - Мне очень нужно с тобой поговорить.

- Ну, пойдем, - Лёнка только пожала плечами, но пропустила девушку в комнату. - Я - Алена.

- Соня. Ничего, что я на "ты"? - пока Герман уверяла, что вполне способна выдержать такую фамильярность, Софья успела выглянуть в окно, нахмуриться и тяжело вздохнуть. - Мну нужна помощь.

- Если ты про побег, то вряд ли. Меня тоже пасут, а в сумочку ты, извини, не поместишься, даже если очень сильно постараешься.

- Я все понимаю, просто... Давай договоримся, если одна из нас попадает на волю, обменяемся весточками для родных. Я так думаю, что твои тоже не в курсе, где ты? Вот и мой муж не знает... - она села в кресло, опустив тонкие плечи, отчего сразу стала похожа на испуганного ребенка. - Я не прошу передавать никаких координат, просто позвони по этому номеру, - Соня проговорила цифры, - и скажи, что я жива. Ну, и у кого нахожусь. Больше ничего не нужно, не хочу, чтобы ты зря рисковала. Теперь диктуй ты, у меня хорошая память.

- Ну, давай, - хоть Алена и была уверена, что выберется отсюда уже через несколько часов, но номер продиктовала. Свой собственный, чтобы точно знать, что с девочкой все в порядке. Слишком уж нервной и несчастной она выглядела.

Соня, прикрыв глаза, повторила номер одними губами.

- Все, запомнила. Мне пора, не надо, чтобы нас кто-то видел вместе, - она встала быстрым, каким-то "текучим" движением, намекавшим на долгие и упорные занятия спортом, и скользнула к двери. - Удачи тебе, Алена.

- И тебе, Сонь. Только охрану больше не зли, не надо пытаться убежать. Мы, в самом деле, на острове. Лучше сиди тихо, я постараюсь помочь.

- Спасибо.

Пока укладывала свои нехитрые пожитки в сумку, Герман все пыталась понять, что Астахову нужно от девушки. Но так и не решила, ибо понять мотивы Полоза весьма проблематично, там тараканов целый выводок. И все, как один, с академическим образованием.

Дом она покидала с таким бешеным чувством облегчения, что немного разозлилась, когда Астахов попросил на секунду задержаться возле площадки с пристроившимся на ней вертолетом, похожим на страдающую ожирением стрекозу. От одного только взгляда на почти полностью прозрачное чудо инженерной мысли Алена почувствовала неприятное ощущение в желудке. Хорошо, что от нервов сегодня не позавтракала...

- Ты недавно говорила с одной милой барышней.

- Надеюсь, хоть в ванной с туалетом камер не было? - для неё тема беседы откровением не стала. Более того, чего-то подобного Герман ожидала.

- Нет, ни эксгибиционизмом, ни вуайеризмом я не страдаю. Не нужно никому звонить и что-либо говорить, - Даниил сощурился от бьющих в глаза солнечных лучей, но темные очки не надевал. - Поверь, Золотце не та, кем кажется.

- Прости, если лезу не в своё дело, но зачем тебе эта девочка?

- Эта девочка на два года старше тебя. Или на три - смотря какому из паспортов верить. Давай договоримся так - ты никому не звонишь, а я, в свою очередь, исполню какую-нибудь твою просьбу. В пределах разумного, конечно.

Алена прикрыла глаза, заинтригованная открывающимися перспективами.

- Ты не станешь над ней издеваться? Насилие в этот вопрос тоже входит.

- Пока что только она надо мной издевается. Нет, не собираюсь. Но, если вынудит, комфортабельный подвал её уже ждет.

- Я ведь могу проверить...

- Ален, у нас с тобой сложились хорошие отношения. Но наглеть не стоит. Была бы она мужиком, за такие выкрутасы уже утопил бы в заливе. Но пока терплю. Так ты собираешься лететь или хочешь стать её соседкой по камере?

Девушка сразу поняла, что палку перегнула. Припугнуть Астахова ей нечем, а просто угрожать - глупо.

- Хорошо, я не стану звонить. И надеюсь, что ты держишь слово.

- С тобой было приятно иметь дело, - Даниил помог Лёне донести сумку до вертолета, в котором уже сидела бледноватая нотариус. - Передавай привет отцу. И приезжай в гости, отдохнешь на свежем воздухе.

От последней фразы Алена споткнулась на ровном месте и чуть не пропахала носом борозду в асфальте.

- Обязательно передам.

На предложение поправить здесь здоровье она интеллигентно отмолчалась.

Во время перелета до города Герман старательно не отводила глаз от собственных ладоней. Нет, летать она не боялась, но одно дело, когда ты в самолете, и окружающий мир видишь только через иллюминатор, а совсем другое - в прозрачном пузике вертолета. Тут куда ни глянь - сплошной окружающий мир... После того, как к ним опасно близко подлетела какая-то окончательно обнаглевшая чайка, Алена дозрела до мысли, что лучше бы добиралась вплавь. Во всяком случае, нервных клеток погибло бы гарантированно меньше.

Астахов с ними не полетел, наверное, остался сторожить эту Сонечку, но приказ отдал предельно конкретный - дам развезти по домам. Интересно, а что именно тут можно считать её домом? Коттедж родителей, откуда она съехала, как только исполнилось восемнадцать? Квартиры нет, да и не хотелось бы ей снова туда попасть - слишком много дурных воспоминаний и поступков связано с этим местом. Ладно, главное, долететь, а решить можно уже и на месте.

К некоторому удивлению Алены, долетели они нормально и довольно быстро. Конечно, это одно из преимуществ надземного транспорта, но любимым от этого он точно не станет.

Приземлились на каком-то частном аэродроме. Во всяком случае, точно не в Артеме. Да и лететь до него существенно дольше и дальше. Хотя, учитывая, сколько вокруг, да и в самом Владике, натыкано военных баз и просто территорий, принадлежащих Минобороны, неудивительно, если бы получилось устроить площадку невдалеке от центральной городской площади. Высадив пассажиров, стеклянная "стрекоза" так же бодро взмыла вверх, растрепав и так не особо аккуратную укладку Алены. В отношении тщательно залакированного снопа на голове её спутницы оказался бы бессилен и тропический шторм.

Как выяснилось, дальше их с нотариусом пути расходились - дама уселась в припаркованный буквально в нескольких метрах от взлетного поля насыщенно-лазурный автомобильчик и отбыла в неизвестном направлении. Алена же осталась скучать на продуваемом ветром свободном пространстве, пытаясь сообразить, по какому конкретно адресу вызывать такси.

Проверив связь, девушка только досадливо вздохнула - её здесь просто не было. Значит, скорее всего, действительно, военный объект, раз стоят "глушилки". Впору впадать в отчаяние - и на воле, и не знает, куда податься...

Но предаться унынию она это не успела - рядом притормозил черный седан, за рулем которого сидела подозрительно знакомая личность.

- Садись, Даниил Александрович сказал, чтобы я отвез тебя, куда пожелаешь.

Выделываться Герман не стала, потому без вопросов забросила сумку с вещами на заднее сиденье и устроилась слева от водителя.

- Привет. Честно говоря, не думала, что ещё свидимся, - в салоне было не столько теплее, сколько тише, чем на улице, потому ей здесь показалось немного душновато. - Не против, если открою окно?

- И тебе добрый день, - Руслан переключил настройки климат-контроля на более прохладный режим. - Лучше не надо. А насчет встречи - сам так считал. Можешь не верить, но я рад, что у тебя все хорошо.

- Ну, до хорошо пока ещё далеко, - рассматривать водителя девушке показалось не так интересно, как смотреть в окно, но боковым зрением за его движениями следила. Не то, чтобы она совсем не верила Астахову, но мало ли что у Полоза на уме, так что расслабляться пока рано. - Я так понимаю, на глаза Николаю Петровичу ты показываться не будешь?

- Это было бы не особо умно, - парень хмыкнул, не отводя взгляда от дороги. - Думаю, он сейчас не будет рад меня видеть.

- На твоем месте я бы ему в ближайшие несколько лет на пути не попадалась, - Алена не считала Руслана в чем-то виноватым. Да, распоряжение работодателя он не выполнил - во всяком случае, одного из двух имеющихся - но на его месте и сама Герман вряд ли бы поступила по-другому. Преданность это замечательно, но так глупо подставляться под пулю ради чужого человека мало кто станет.

- Тоже правильно... Мой тебе добрый совет - не лезь в это. Петрович умный и прожженный мужик, найдет, как выкрутиться, причем, с выгодой для себя. В принципе, нормальная процедура - я тоже через похожую проходил, конечно, в не таких масштабах, но... Не полезешь?

- Это моя семья.

- Ну, и дура, - Руслан недовольно поморщился, но разубеждать не стал. - Извини, на работу к Герману везти не стану, меня там его служба охраны по асфальту размажет, так что скоро увидишь отчий дом.

О том, куда он её везет, девушка догадалась и раньше - слишком уж тут все было знакомо. И, в то же время, совершенно по-другому. Вроде, буквально вчера была тут последний раз, но ни почти неприступной стены на въезде не было, ни пары особняков, способных довести любого нормального человека с хорошим вкусом до эпилептического припадка.

- Надеюсь, звонить мне можно?

- Да ради Бога! Только личная просьба - не упоминай, что я тут был.

- Если пытаешься убедить меня, что начальник службы безопасности ни при чем, то зря, - Алена набрала номер Жени, но тот оказался занят. А вот отцовский - свободен. - Владимир Федорович слишком хорошо работает. Ну, или работал раньше. Так что на кого, помимо папы, ты трудился, знал точно, иначе грош ему цена, как специалисту. А дармоедов отец не держит, - пока она смотрела за тем, как на лице парня расплывается почти проказливая улыбка, Николай Петрович, наконец, взял трубку. - Пап, это я. Все хорошо, меня уже отпустили.

- Где ты?

- Подъезжаю к дому.

- Нашему?

- Да, а какому же ещё?

- Зайди внутрь, никому не открывай, мы сейчас будем, - прежде, чем отключиться, он на секунду замешкался. - Врач нужен?

- Мне - нет. Я все поняла, сделаю.

Спрятав телефон в карман джинсов, Лёна повернулась к Руслану.

- Ну, что Алена свет Николаевна, прощаться будем?

- Будем. Скажи вот что - если не собирался идти против того, кто все это затеял, чем бы ты мне тогда помог?

- Не дал бы тебя убить. Хотя, сильно сомневаюсь, что кто-то собирался. Ты была отвлекающим фактором, вот и извращались с играми сознания. В первый раз, когда ты возле открытой двери стояла, если бы попыталась зайти в квартиру, я бы не дал. Вышел бы на клетку и предложил вызвать ментов или переждать у меня. Второй - вытащил тебя сразу, как ушли, пока не успела много крови потерять. Но вот про наркоту понял, когда глаза твои увидел. Поэтому и не предупреждал Николая Петровича - твои приключения было самым безобидным, на что пошли. Сорвалось бы это, придумали бы что-нибудь другое. Хорошо, что хватило ума сначала Полозу фотку скинуть, а не рваться на передовую... Но твой любовник тоже хорошо постарался, сильно карты попутал.

- Это верно. В любом случае - спасибо. Я постараюсь сделать так, чтобы отец расхотел получить твой скальп.

- А вот это было бы кстати, не хочется, чтобы он на меня зуб имел.

- Не будет. Только мне ещё интересно - кто и как получил ключи от моей квартиры. Ведь не отмычками же открывали, да и кодовый замок с наскока не возьмешь.

- У тебя на площадке ещё у двоих соседей абсолютно такие же двери. На одной даже есть наклейка с рекламой фирмы, их установившей. А там тоже люди работают, за денежку дадут все, что нужно. Ну, это мой вариант, не факт, что правильный, но самый реальный.

- Надо же, как все просто... Всего хорошего. И хоть это странно прозвучит, но приятно было познакомиться, - Алена потянулась назад и, прихватив вещи, вышла из машины, не дожидаясь, пока Руслан поможет открыть дверь.

- И мне тоже. Прощай.

Шины скрипнули, когда авто резко сорвалось с места, через пару секунд исчезнув за поворотом.

- Позер.

Во дворе ничего не поменялось, разве что в этом году петунии пошли в активное наступление, почти вываливаясь за пределы клумб. Да Пират, с настороженным любопытством обнюхивающий издали нежданную гостью, заметно постарел, хотя и не утратил своей щенячьей дружелюбности и любознательности.

- Иди сюда, мальчик, - Алена опустилась на корточки, и собака, несмело начавшая вилять хвостом, почувствовав знакомый запах, резво подбежала к девушке. - Привет, хороший мой, - она потрепала его за уши, провела ладонями по жестковатой шерсти, одновременно пытаясь закрыться, чтобы её не лизнули в лицо. - Фу, не надо, - пса, волчком вертевшегося под ногами, мало волновало нежелание такого близкого контакта, поэтому он не оставлял попыток дотянуться до щеки так долго отсутствовавшего члена семьи.

- Он по тебе соскучился.

Алена, за собственным смехом не расслышавшая, как открылась дверь, повернулась на голос брата. Илья ничуть не изменился - все такой же замкнутый и тихий, хотя сейчас на лице и была тень улыбки.

- И я по нему, - Лёнка встала, отряхивая пыль и собачью шерсть с колен. - И по тебе тоже.

- Привет, - парень спустился по невысоким каменным ступенькам и осторожно обнял сестру. - Рад тебя видеть. Ты как?

- Все нормально.

Она чуть сжала ладони на его плечах, а потом отстранилась. Несмотря на то, что Алена была на самом деле счастлива увидеть семью, никуда этот холодок отчуждения между ними не делся. Они и раньше были, скорее, хорошими знакомыми, чем братом и сестрой, а теперь... От понимания, что Илья чувствует то же самое, стало только ещё более неловко.

- Как мама?

- Уже хорошо. Рвется домой, - он воспользовался её попыткой убрать эту непонятную паузу, и, взяв сумку, потянул Лёну к двери. - Идем, наша принцесса тоже здесь, хоть поздороваетесь.

- Мы недавно виделись, - девушка послушно двинулась следом, косясь по сторонам. Похоже, что после её отъезда тут сделали даже не ремонт, а перепланировку. - И не скажу, что меня прямо тянет кинуться ей на шею...

- Как и любому, кто хорошо знает Алинку, - Илья рассмеялся, заметив гримасу сестры. - Присаживайся, я её позову.

Оставшись одна, Герман оглянулась, сознавая, настолько лишней сейчас здесь смотрится. Как дворовая кошка на каминной полке, заставленной фарфором. Правда, ничего громить или просто нашкодничать не хотелось. Хотелось увидеть маму, поговорить с отцом, а потом залезть на руки к Жене и по-детски пожаловаться на все произошедшее. Не до слез, а просто, чтобы он посочувствовал, а потом, когда все это кончится, вместе посмеяться. Пообещать, что больше в такие приключения не полезут. И уехать домой.

Достаточно было одного взгляда на стену, чтобы понять, что она здесь никогда не почувствует себя своей. Не из-за фотографий, нет. Просто невозможно жить и быть счастливой там, где сознаешь собственную чужеродность. Эти три года не только она строила свою жизнь - семья занималась тем же самым. Даже если произойдет чудо, и они полностью смогут забыть все и помириться, сама Алена уже никогда не станет такой, как раньше. Почему-то именно сейчас, когда смотрела на одну из старых фотографий, сделанную ею лет пять назад, поняла это совершенно четко. И - странно - но больно от этого не было. Скорее легкая светлая грусть, но без горечи.

- Я вижу, с тобой все нормально.

Алина стояла на нижней ступеньке лестницы и с каким-то непонятным выражением рассматривала старшую.

- Да, спасибо за беспокойство, - только закончив полную дежурной вежливости фразу, Лёнка вслух фыркнула, осознав только что сказанное. Да уж, кто-кто, а сестра вряд ли не спала ночами, тревожась и не находя себе места.

- Зря ты так, - девушка подошла ближе, но обниматься не лезла. Уже хорошо, потому что тяги к лицемерию не испытывали обе. - Мы с тобой никогда подругами не были...

- ... и вряд ли станем.

- Да. Но зла я тебе никогда не желала, - Алина села на диван, подобрав под себя босые ноги. - И Антон - тоже...

- Давай не будем о нем, хорошо? Не подумай, я не обижаюсь ни на тебя, ни на него - у вас свои жизни, гробьте их, как хотите. Можешь не поверить, но искренне желаю, чтобы все у вас получилось. Он ведь завязал?

- Больше двух лет назад, - младшая немного поколебалась, прежде, чем ответить. - Я думала, отец его убьет после того, как ты уехала...

- А смысл? Не он меня прогнал, и никто мне насильно дурь в руки не впихивал. Но что бросил - молодец, стоило сделать это намного раньше. Ты ведь в него давно влюблена была?

- С пятнадцати лет. Только кому я была нужна, если есть старшая сестра - умница-красавица?! - Алина с нескрываемой злобой отбросила подушку. - Ты у нас была светом в окошке, наследницей и вообще самой лучшей!

- Ну, вот и славно, а я уже начала думать, что тебя подменили, - Алена наблюдала за сестрой с любопытством и какой-то отрешенностью. - Ладно, не психуй, а то испортишь цвет лица перед свадьбой.

Но ответить младшая не успела, с каким-то ужасом посмотрев ей за спину и шарахнувшись в самый угол дивана. Что именно могло так напугать сестренку, которая умела довести абсолютно любого до состояния неконтролируемой ярости, Лёнка не поняла, потому оглянулась.

- Женька...

Она так и не поняла, как оказалась совсем рядом с ним, наверное, за секунду пролетела, но от облечения, когда его руки крепко-крепко сжались на её спине, на пару мгновений даже горло перехватило. И слух, наверное, отказал, потому что она видела, как шевелятся его губы, а не могла понять, о чем он говорит. Только сильнее стискивала пальцы на мужском затылке и прижималась всем телом, вдыхая родной запах.

- Ален! - до неё более-менее дошло только, когда Власов довольно ощутимо встряхнул её, чтобы привлечь внимание. - Ты в порядке?

- Угу, - а сама так и висела на нем, уткнувшись носом в шею.

- Точно?

- Абсолютно.

Видимо, только сейчас он понял, что все закончилось, когда увидел, ощупал и услышал это от Алены.

- Вот так тебя одну и отпускай, сразу сперли.

- А ты не отпускай.

- Теперь и не дождешься...

На покашливание стоящего неподалеку Никола Петровича они обратили внимание не сразу, хотя оно становилось все громче, намекая на дурное расположение духа папеньки и возможный бронхит.

- Ален, нам нужно поговорить, - Герман, устав ждать, пока обнимающиеся и чего-то там шепчущие уразумеют непристойность собственного поведения, обозначил свое намерение совсем уж четко.

Женька хоть и неохотно, но руки разжал. Пусть побеседует, а потом он заберет Лёнку из этого серпентария.

- Хорошо, сейчас подойду, - она на секунду обняла ещё крепче, потом отстранилась. - Я постараюсь поскорее, не скучай тут без нас.

- Хорошо, - все-таки не удержался и быстро поцеловал в губы. - Я пока с твоей сестрой поговорю.

От этого предложения диван под подскочившей Алиной аж заскрипел.

- Пап! - сама младшенькая как-то резко побледнела и затравленно, но с надеждой оглянулась на отца.

Вопреки её чаяниям, немного подумав, тот махнул рукой.

- Говорите, только потише. Идем, - это уже Алене.

- Такое впечатление, что я чего-то не знаю... - Лёнка вопросительно кивнула Женьке, который начал как-то странно улыбаться в сторону Алины. Так, что у старшей внутри даже колыхнулось что-то, похожее на ревность.

- Иди, я тебе потом все расскажу, - Власов напоследок заправил ей за уши темные прядки и подтолкнул в сторону коридора, где уже скрылся Николай Петрович.

- Ну, хорошо...

Оставив его с перепуганной Алинкой, девушка прошла к кабинету, на секунду замерев перед дверью. Все то, что было до этого, всего лишь репетиция, а премьера будет сейчас. Странно, но ни страха, ни внутреннего трепета не было, поэтому Лёна спокойно повернула ручку и вошла в комнату.