Два бандита для матери-одиночки

Глава 8 Василина

У двери квартиры стоят три женщины. Полные, одетые в трещащие по швам костюмы. Строгие. В очках, с дикими кудрявыми прическами токсичного красного цвета.

Ясно… ювеналка, привет! Мало мне говнюка Ромки и дурной Маринки с её похотливым мужем.

— Вы кто? — сухо спрашиваю.

— Василина Григорьевна? — почти шипит одна из них, придирчиво меня осматривая.

Мда, после такого секс-спринта от меня наверняка несет пороком. Но я стараюсь выглядеть невозмутимой. С этими коршунами слабину давать нельзя. Расправляю плечи.

— С кем имею честь, дамочки?

— Служба опеки.

Вот твою ж!

— Нам поступил сигнал, что с ребенком плохо обращаются. Впустите нас, иначе мы будем вынуждены выломать дверь.

— Эм… и кто же насигналил? Документики покажите!

— Анонимно, — равнодушно чеканят тетки, доставая удостоверения, — социально ответственные граждане.

И что же за граждане? Уж не сучка ли Марина? Попадись мне, белобрысая коза, я тебе патлы точно повыдергиваю! Тетки убирают документы.

Блин, да они похожи на роботов! Не хочу пускать их домой!

— Вы права не имеете заходить! — перекрываю им вход.

— Мы обязаны проверить сигнал, — цедит самая крупная, высокая и опасная, — что ребенок предоставлен сам себе!

— Да что вы…

— Васечка? — тут дверь открывается и высовывается голова мамы.

Ой! Меня мгновенно отпихивают и бабищи вваливаются в квартиру. Что за беспредел?!

Я влетаю следом. Они невозмутимо поправляют свои пиджаки.

— Вон из моего дома! — рычу.

— Если наши данные верны, то квартира до полной выплаты ипотеки находится в залоге у банка? Кстати, об этом. В последние два месяца вы просрочили платежи.

— Как это касается опеки?

В коридоре появляется Саша. Черт! Он выглядит напуганным, переводит взгляд с меня на этих теток.

— Мам, уведи его пожалуйста.

— Ребенок останется, — голос высоченной звенит, как сталь.

— Вы его пугаете! — сжимаю руки в кулаки.

— Так, — она игнорирует меня, начинает командовать, — проверьте комнаты, холодильник. С финансами всё не очень хорошо. Где муж?

— Нет мужа, мы развелись, — цежу.

— То есть, мать-одиночка? — она что-то пишет на своём планшете.

Они ковыряются в моей квартире, а я чувствую, как тону в нахлынувших на меня чувствах. Реальность жестока. На меня натравили опеку, а они, как цепные псы, вцепились мёртвой хваткой.

— В холодильнике нет йогуртов, творожков, достаточного количества фруктов и овощей. Не вижу мяса!

— Я в магазин еще не ходила, — огрызаюсь.

— И когда планируете идти? — сухо спрашивает высоченная.

— Сегодня хотела, но вы ворвались в квартиру и все планы мои испортили!

— Все так говорят, — заявляет она, а я стону от ярости и безысходности.

— Я напишу жалобу!

— Пишите, — чеканит.

Вот же…

— В комнате не убрано, постель у ребенка в плохом состоянии, ножка надломана. Мамочка, он же упасть может ночью! Какая вы мать?! — качает головой пухлая, а я стараюсь дышать, чтобы не сорваться и не наделать глупостей, — и купите хорошее белье, а не эту дешевку.

Молчу, лишь исподлобья гляжу на этих теток, так грубо вторгшихся в нашу с сыном жизнь. Высоченная заканчивает писать.

— О результатах проверки вам сообщат в течение пары дней. И почините кровать, — сухо отмечает она, делегация покидает нашу квартиру.

Бегу к сыну, обнимаю его. Он напуган и плачет.

— Что она тебе сказала? — беру его личико в ладони, — не плачь, всё хорошо, я с тобой.

— Спрашивала, нравится ли ему жить здесь и знает ли он, где его отец, — мама пожимает плечами.

Черт! Сынок плачет, а я лишь глажу его. Не позволю никому ему навредить! Нужно сделать ножку эту клятую, Ромка до исчезновения обещал, обещал…

— Милый, ничего не бойся, всё хорошо, — успокаиваю, вытирая слезки у сыночка, — ты мне веришь?

— Дя.

— Ты у меня смелый! — улыбаюсь.

— Заситник! — вдруг заявляет ребенок, — так дядя Кай сказал! А мозно зефилку?

— КТО?! — мы с мамой роняем челюсти.

Кай? Что он делал рядом с моим сыном?

— Вася, — мама горой нависает надо мной, а я краснею помимо воли, — что за дядя Кай?

— Эм…

— Мама! — сынок тянет меня за рукав, и я хватаюсь за эту возможность, как за спасательный круг.

— Хорошо, зефирка так зефирка, малыш.

— Вася! — мама идёт за нами, — ты мужчину встретила? Уже и сына с ним познакомила, а матери ни слова!

Взгляд мамы меняется, её лицо озаряет радостная улыбка. А я тут же представляю Кая. Да, я знаю, какой он нежный, внимательный мужчина. Но маме его представить?!

С его-то двумя метрами роста, широченными плечами и татуировками вплоть до ушей? Блин! Нужно как-то сменить тему. О!

— Я Ромку видела, — говорю тихо, чтобы сын не слышал, — он живет с женщиной твоего возраста. С двумя детьми.

— ЧТО?! ВОТ ЖЕ СВОЛОЧЬ!

— И меня уже сегодня с ним развели, — говорю ей, — помогли те мужчины, которым он денег должен.

— Кай в том числе?

Да блин, почему мы вечно к нему возвращаемся?

— Да. Они просто помогли мне с документами.

Ага, засунув в меня свои члены. И не раз, не два! Каждый! Помощь на сто баллов!

— И сегодня приедет их человек, чтобы сменить нам замки.

— Господи, Вася! — мама аж сияет, — я должна срочно с ними познакомиться!

— Зачем?

— Ну как, а вдруг кто-то из них станет моим зятьком?

— Мам!

— Ну ты прям вся краснеешь. Я же вижу, как расцветаешь, дочка. Так влюбленные женщины выглядят, — от моей матери ничего не скрыть.

Стоп! Я же не влюбилась! Ни капельки! Нет!

До вечера отбиваюсь от расспросов матери. Убираюсь в квартире, всё вылизываю, чтобы выдавить из головы мысли о двух мужиках, на постоянку прописавшихся в моих мыслях.

Занимаюсь с сыном, и тут, ближе к вечеру раздается звонок. Ну неужели Сеня соизволил? Надеваю легкий шелковый халатик по колено, собираю волосы в пучок и иду открывать. Распахнув дверь, роняю челюсть на пол.

— А вы что здесь забыли?!

— Привет, красавица, — улыбается Руслан, — пришли помочь нашей девочке с бытовыми вопросами.

— УХОДИТЕ! — шиплю, понимая, что оба мужика таращатся на мою грудь в шелковом халате, — у меня сын дома и мама… что? Что вы так смотрите?

— Ты такая красивая в этом… — глаза Кая темнеют, он начинает наступать на меня.

Мужики вваливаются в квартиру. Закрывают за собой дверь.

— Васечка, кто там? — из гостиной выходит мама и замирает.

Удивленно смотрит на двух гигантов, с трудом помещающихся в небольшой прихожей.

— Дядя Кай! — Саша бежит к нам, улыбается бандюку.

Так они знакомы… мы это еще обсудим. Что он общался с моим сыном без моего ведома! А теперь, понимаешь, стоят двое, такие красивые, в джинсах и кожанках! Явились!

Сначала помогли с разводом, потом трахнули меня так, что еле на ногах стояла. Мгновенно краснею.

— Сеня занят, мы пришли сами поставить тебе новый замок, чтобы ушлепок Ромыч не беспокоил и еще что по дому если нужно сделать, — подмигивает улыбашка.

Сашенька внимательно смотрит на него, потом на Кая.

— Дядя Кай, это твой длуг? — его явно очень интересует второй бандит.

Господи, дай мне сил!

— Да! Я Руслан, — улыбашка присаживается, протягивает руку, мой сын её жмёт, — привет, богатырь! Мы друзья твоей мамы.

— Пливет! — открыто и ярко улыбается сынок.

— А я Светлана Петровна, — мама отпихивает меня, кокетливо хихикает, поправляет прическу, — не знала, что у моей дочери такие друзья.

Да что здесь, блин, происходит?

— Хорошие друзья. Правда, Лина? — Кай ухмыляется.

— Конечно! — гаркаю, — кто же еще? Вы проходите, раздевайтесь!

Лишь бы лишнего не сболтнули, а то уж больно морды довольные и хитрые. Маме не нужно знать, как низко пала ее кровинушка.

Невольно принюхиваюсь. Как же они пахнут! Мамочки! Мужчины стягивают кожаные куртки, вешают на вешалку.

— Ну, — Кай потягивается, демонстрируя мощные мышцы, — приступим!

— Эээ…

Я вообще не успеваю сообразить, как мужики берут замок и начинают работать. Невольно любуюсь ими. Богатые, но не боятся обычной работы по дому. Ловко орудуют отверткой, дрелью и еще фиг знает чем из «мужского» арсенала.

— Мы пока чай сделаем, — мурчит мама, затем тянет меня на кухню.

— Дядя Кай! Я хосю помось! — заявляет Саша.

— Вот, держи новый замок. Он защитит вас с мамой от плохих людей, — Руслан с улыбкой протягивает ему массивную коробку.

— Вау! — малыш завороженно смотрит на упаковку с замком.

— Саша, пошли на кухню! — строго говорю сыну.

— Ну мааам! — его синие глазки наполняются слезами.

Ему так нравится в мужском обществе?

— Оставь мужика с мужиками, — строго говорит мамуля, — а мы пойдем женскими делами займемся.

Стону, но родная кровинушка тянет меня на кухню.

— Какие импозантные мужчины, — хихикает она, — ну, и кто из них твой любовник?

— МАМА! — ору, роняя чайничек, — что ты такое говоришь?

— Вася, я не дурочка и долго на свете живу. Мужики никогда ничего не сделают для безразличной им женщины. Значит, кто-то из них заинтересован. В вас с Сашкой, судя по тому, как они ладят.

Вытираю разлитую воду. Выглядываю в коридор. Мой сын смеется, Кай и Руслан ведут себя с ним на равных. Глаза вдруг начинает щипать. Сашенька заслужил отца. Но этих персонажей двое! Они бандиты! Да я даже не знаю, чем они занимаются!

Господи, как же всё запуталось!

— Отлично! Мальчики! — толкнув меня, мама вплывает в коридор, — время перекуса. Бутерброды с копченым мясом. И черный чай.

Мужчины таращатся на мою мать с восхищением и обожанием. А она явно тащится от того, что в нашей жизни появились эти вот громилы. Управившись с перекусом, оба довольно выдыхают.

— Это было потрясающе, Светлана Петровна! Замок готов, Вася, — заявляет улыбашка, — что еще нужно? Говорите, не стесняйтесь.

— Мы здесь за тем, чтобы сделать жизнь одной строптивой мамочки лучше, — Кай мне подмигивает, — так что командуйте.

— Ничего не нужно! — выпаливаю, отворачиваюсь, — спасибо.

— А как же ножка кроватки?! — мама качает головой, — и я вам полочки для Сашиной комнаты уже год как подарила. Нет, так не пойдет. Пойдемте! Здесь уже давно не хватало мужской руки.

— Вася… — вижу на губах улыбашки коварную ухмылку, — где у вас ванная?

Мы остаемся одни в коридоре. Мама берет Кая в оборот, а сынок от лысого бандюка просто не отлипает. Лепечет, они смеются. Ну реально, как сын с отцом.

А вот Руслан явно что-то задумал.

— Ванная вот! — тыкаю на дверь и собираюсь уже смыться, как он хватает меня за руку и втаскивает туда.

Щелкает замок.

— Я так скучал… — улыбашка прижимает меня к себе, бесстыдно гуляет руками по шелку халатика, — в этом ты такая сексуальная, Вася…

— Рус… — упираюсь ладонями в его широченную грудь, — пожалуйста, не надо.

— Почему? Я просто хочу немного поиграть, — он облизывается.

А я залипаю на его губы. И бороду. Его щетина капитально отросла за эту неделю. Провожу рукой по его лицу. Словно довольный кот, улыбашка прикрывает глаза.

Внутри меня бушует желание. Из-за запретности, того, что нас могут застукать.

— Не надо, — шепчу, забираясь руками под футболку мужчины, — не сейчас и не здесь.

— Мы чуть-чуть, Вася. Ничего такого, я не хочу позорить тебя перед родными… просто схожу с ума… ты нужна мне, хотя бы капелька тебя… — впивается в мои губы.

Жадно бродит ладонями по моей талии. Сжимает. Затем расстегивает пояс халата. Распахивает, любуется на моё тело.

— Ммм… остановись… — шепчу, едва сдерживая стоны.

— Дай мне свои сисечки, Вася… вот так… ты моя умница… — сминает руками мою грудь, мгновенно ставшую чувствительной, — красивые грудки… пиздец…

— Рууус, господи… что мы творим? — заглядываю в его голодные, пьяные глаза, тяжело дышу.

— Что хотим… — он нагло терзает мою грудь, оттягивает и крутит соски, сжимает в руках.

Мне так нравится! Безумно нравится! Эти двое превращают меня в похотливую кошку. И очень плохо влияют…

— Сниму с тебя трусы… сейчас… погоди… немного поиграю с твоей голодной киской… — рычит Руслан, стягивая мои трусики до колен, опускаясь и целуя мой живот.

— Ммм… ооох… даа… ааа… — кусаю руку, чтобы не застонать в голос.

— Какая же ты красивая… во всех местечках красивая, — он касается моего клитора, заставляя тело содрогаться от удовольствия, — ну-ка, где наша волшебная кнопочка… вот она… да, малышка, вот так…

— Стой… прошу…

— Один оргазмик. Подари мне, Васечка. Умоляю, я же не усну сегодня, — стонет Руслан, растирая мою смазку по складочкам.

Всё происходит быстро. Стоит горячему и ловкому языку улыбашки надавить на клитор, я взрываюсь.

— Отлично… умничка, — он встает, целует меня в лоб, затем прижимается щекой, — ты невероятно красиво кончаешь.

Затем как ни в чем ни бывало умывается и выходит из ванной. А у меня ноги подкашиваются. Блин! Опираюсь руками на раковину, гляжу на себя. Губы зацелованы, халат распахнут. Щеки все красные. Я тону в этих эмоциях.

— Ладно, я с этим справлюсь! — умываюсь холодной водой и выхожу в коридор.

Распахиваю дверь и вижу, как Сашенька смеется, сидя на широкой спине Руслана. А Кай возится с ножкой кровати. Почти стону. Это оккупация какая-то! Неужели эти двое настроены настолько решительно? И не отступятся от меня?