Два лица

Увольнение. Часть I

Эд, явно злясь, уже который час наблюдал за пустым стулом напарника. Почти час дня, а его нет, как нет. Но волновало не это. Его сестра так и не появилась ночью, а о том, где она ночевала, ему было страшно думать. Хьюго позвонил ему примерно в восемь утра, сказав, что из-за сложностей задерживается, вот, только, что это за сложности — объяснять не стал, тотчас повесил трубку. Работать одному было странно, он с места на место перекладывал бумаги, создавая иллюзию занятости. Что-то внутри подсказывало, что в словах друга все не совсем чисто, вернее сказать, совсем не чисто, однако, что это, интуиция, или, все-таки, паранойя, сказать было сложно. Тот никогда не задерживался, разве что, уезжал по заказам, или вез к нотариусу документы. И именно сейчас, именно в эту ночь Холи отключила телефон. С одной стороны, он понимал — она не хотела обсуждать с ним Аркрайта, и то, как он набросился на них возле дверей конторы, а с другой… Возможно было еще что-то, чего он не видел. В чем… не участвовал.

Когда-то давно Хейз его уверил — она не в его вкусе. Делал это настойчиво, постоянно… возможно даже слишком настойчиво? Иногда это походило, более, на открытую агрессию. Но с чего ему так на нее набрасываться? Зачем ненавидеть? И ненависть ли это?

Его жесткий, прямолинейный друг никогда его не обманывал. Но все когда-то бывает впервые, верно ведь? И если их личные мотивы хотя бы чуточку схожи, то они теперь, более, соперники, нежели друзья. Может ли быть так, что его компаньон теперь видит в нем потенциального соперника? Флойд скрестил руки на груди, вновь проваливаясь в себя. Паранойя, ибо такое невозможно. Просто не может быть, хотя многое говорит об обратном, и это «многое» он изо всех сил старался не замечать.

Спустя еще, примерно, двадцать минут, скрипнула дверь кабинета. Хьюго, наконец, пришел на работу. Лениво войдя в кабинет, он даже не взглянул на напарника, выглядя слегка озадаченным, и явно находился в своих мыслях.

— Ну что там твои неотложные дела? Решились? — Эд стиснул зубы, изучая реакцию друга, но тот сохранял безупречное внешнее спокойствие.

— А что там твоя сестра? Нашлась? До трех трезвонил, что пропала, а сейчас даже выглядишь отдохнувшим. Полагаю, проблема разрешилась?

— Нет. Я уходил на работу, а ее все еще не было. Всю ночь не было.

— Так почему не пошел искать? — Риелтор слегка высокомерным взглядом окинул подчиненного, ухмыльнулся, и продолжил. — Похоже, страх перед ее дружком сильнее, чем любовь, верно?

— Да что ты знаешь?! — Рявкнул Флойд, но тут же спохватился, прикрыл глаза, и глубоко вздохнул. — Что я мог сделать, если она с ним?

Вдруг его собеседник рассмеялся, так громко и мерзко, что сделалось не по себе:

— И что в этом такого? Боли боишься? Конкуренции? И потом, это просто предлог. Ты же не мог знать точно, но проверять не стал. — Он подошел к своему рабочему месту и сел за стол. — Зачем тогда было звонить мне? Просто выговориться? Или думал, что я пойду с тобой, прикрывать твой трусливый зад?

— Черт, надеюсь ты хорошо спал, друг! — Эд вновь переходил на крик, и взять себя в руки становилось все сложнее и сложнее.

— Так вот, смирись. Она не будет с таким, как ты. Никогда. И дело даже не в том, что ты ее брат.

— Значит, ни с кем, если не со мной!

Хьюго, сцепив зубы, поднял глаза на компаньона. Случайная фраза сильно врезалась в его сознание, заставляя злиться, негодовать, и даже волноваться:

— Что ты сейчас сказал?

— Ничего. Сегодня ночью я понял. Я просто никого не подпущу к ней, как только она вернется домой, будь это даже сам Аллен Аркрайт, или как там его теперь называют, Хелл. И мне уже плевать. Бороться с этим бесполезно, плевать, что сестра. Хоть кто угодно, это в первую очередь человек, которого я люблю.

— Вот как заговорил. Что же. Передачки в психиатрию я тебе носить не стану, а именно там ты окажешься, если станешь следовать своим неадекватным рвениям. А знаешь, кто там работает? Конечно знаешь. Еще интересно, более больным ты туда придешь, или оттуда выйдешь? Если выйдешь, конечно. И плевать я хотел на твои проблемы, разбирайся сам. — Он сам не заметил, как начал запугивать подчиненного, завуалированно на него давить. Или, даже, не совсем завуалированно.

* * *

Холи тяжело вздохнула и прикрыла ладонью лицо. Яркое, летнее солнце бесило, слепило, мешало сосредоточиться. Голова раскалывалась, а температура тела, казалось, немного поднялась. Хотя она и сказала другу своего брата, что пойдет домой, на самом деле планы у нее были немного другие.

Свернув с основной улицы, девушка зашла в первую попавшуюся кондитерскую, и стала осматривать витрины со сладостями. Тортики, пирожные, и даже эклеры с тягучим заварным кремом и взбитыми сливками, которые она так не любила. Разные сладкие напитки, коих было более десятка, и несколько столиков, для тех, кто не брал на вынос. Облизав губы, Флйд заказала первый попавшийся кусок торта, а потом полезла в карман за кошельком, в котором обнаружила ровно столько купюр, сколько брала с собой день назад. «Либо я сбежала, либо он заплатил за меня, какая щедрость» — она вздохнула и покачала головой.

Вдруг ей в голову пришел вполне закономерный вопрос. Как так совпало, что посреди ночи они оказались в одном баре? Просто совпадение? Или ее искали… целенаправленно? В принципе, если Эд поднял тревогу, то такое вполне возможно, забавно только, что риелтор пошел на это, более того, в итоге согласился сохранить ее тайну, оставив брата в неведении.

Очень сладкий, клубничный крем оседал в горле, она не очень любила клубнику, но сейчас ей было все равно — лишь бы сладкое. Мясо и салат, что предложил ей на завтрак Хьюго, были отличными, но были немного не тем, чего в тот момент хотелось. А вот что-нибудь приторное — отлично. Он вообще, как оказалось, очень хорошо готовил, о чем не подумаешь, учитывая его расписание и вечную занятость. Разве было время учиться? Или, может быть, просто талант.

И куда теперь? Хорошо бы домой, но что-то, все-таки, останавливало.

Риелторская контра в двух шагах. Наверняка они сидят сейчас там, пьют кофе или чай… Холи потупила глаза и посмотрела за окно. Казалось, она видела очертания здания, в котором работал Эд. Ветер качал листву на деревьях, холодный и сильный, иногда выл в трубах.

* * *

— Как там твой ремонт, кстати? — Хейз оторвался от бумаг и вновь взглянул на своего напарника. Тот поднял брови и заметно напрягся:

— А, ну, идет все еще, а что?

— Скажи. Ты нанял безруких и безногих инвалидов, чтоб они клеили тебе обои? Думаю, даже они справились бы за три месяца.

— Да что ты снова на меня накинулся?! Какая разница, где я живу? Не все равно? — Флойд стиснул кулаки. — Как с цепи сорвался, ей-богу.

— Нет, не все равно. Потому что ты трезвонишь мне, если твоей любименькой сестренки не обнаружилось на месте. Хотя ей решать, где и с кем проводить ночь. Нет, не все равно, потому что из-за нескончаемых любовных истерик ты стал хуже работать. И еще раз нет, потому что хватит сидеть у кого-то шее, пора, наконец, вырасти. Я жду, пока ты съедешь к себе, меня достал этот цирк.

— Ты стал просто несносным, Хейз! Что на тебя нашло?! Если б я не знал о твоих вкусах, пристрастиях… то подумал бы, что ты сам имеешь виды на мою сестру! И пытаешься выжить меня, чтоб я не мешался! — Эд махнул рукой, сбив со стола кружку с кофе, и та разлетелась по полу на мелкие осколки. Он едва ли сдерживался, чтобы не начать кричать на своего начальника.

— Ты что так вспылил? Месячные? — Мужчина мерзко усмехнулся и прикрыл глаза. — А если б я сказал тебе что да, что бы ты сделал?

— Это у тебя месячные, сволочь. Я не собираюсь выслушивать все эти унижения. — Флойд встал из-за стола и пошел прочь из кабинета. — Что бы я сделал? Узнаешь. Потому что Холи ты больше не увидишь. При чем не важно, шутишь ты или нет.

— М, кто-то пытается сделать вид, что у него есть яйца. Так вот, слушай меня внимательно. Если я узнаю, что ты, сегодня, не вернулся домой, например, или подходишь к своей сестре ближе, чем на три метра… я тебе обещаю. Ты будешь мечтать о том, чтобы вместо меня тебе встретился твой старый друг, потому что после встречи со мной писать ты будешь сидя, и только на четвереньках. Кровью. — Он уже поднялся со стола, склоняя перекошенное от злобы и ярости лицо. Хьюго не помнил, когда в последний раз испытывал такую ненависть к кому-то, даже забыв о том, что стоит перед ним его близкий друг. Уже абсолютно все равно, ведь тот попытался замахнуться на то, что для него важно. Теперь важно. Настолько, что гори все остальное синим пламенем. Работа, друзья, семья… какой сейчас во всем этом смысл, когда ты не спишь ночами? И живешь мыслью, что странная девочка сегодня заглянет на огонек. Анкетки посмотреть.

Флойд ничего не ответил, выходя из кабинета. Выдохнув, Хейз быстро набрал номер на телефоне, и отчеканил: «повесь объявление, мне нужен новый компаньон».

Тучи вновь сгущались над городом. Солнечные лучи скрывались за тяжелыми, серыми облаками. Как странно иногда бывает, пару минут назад было светло, а уже сейчас поднялся ветер, и с неба моросит мелкая мга. Обреченно вздохнув, Эд вышел из здания и облокотился на стену рядом с ним. Как ни странно, сейчас он не чувствовал ни разочарования, ни обиды… потому что все, что сейчас случилось, заранее чувствовал и предполагал сам. Просто до последнего внушал себе обратное, уж очень не хотелось думать о возможном предательстве друга. Вот только предательство ли это? Если б не его чувства, он, наверное, был бы даже рад такому исходу — его начальник влюблен в его сестру. Но сейчас происходящее медленно убивает его изнутри. Поддержка в такой ситуации не помешала бы, или, хотя бы, отсутствие одиночества. Даже не известно, вернулась ли Холи домой, и, если нет, то что делать? Она в любом случае не согласить уехать с ним в отпуск на пару недель, не согласиться сама, а это значило, что тащить ее придется силой.

Силой.

Оторвавшись от десерта, девушка устало взглянула за окно, где начинал накрапывать дождь. Возможно, все-таки, стоило уже позвонить брату и сказать, что с ней, по крайней мере, все в порядке. Она взяла в руки телефон и, наконец, включила его. Десяток пропущенных… не так уж и много, как можно было ожидать. Часто пропадала по ночам, но именно в этот раз он начал звонить и озаботился поисками. Не потому ли, что во тьме ее силуэт растворился с другим: силуэтом человека, которого Эд боялся больше всего. Больше всех. Именно тогда ему приспичило, чтобы сестра вернулась.

Прошли годы, а он так и не изменился. Не повзрослел, считая, что без него у младшей жизни быть не может, да и не должно. Хотя и молодой мужчина клялся, что больше ничего к ней не чувствует, со временем становилось понятно — чувствует. По любому поводу раздражается, ведется на провокации относительно нее, все время предъявляет претензии и… не съезжает. Три месяца, а он все никак не разберется с жильем. Удобно, чтобы сестра готовила, стирала, убирала… и была под приглядом. Самое то, что нужно в двадцать лет — пригляд. Когда Эд понимал, что она идет ночью гулять одна — все равно. Одна же. Когда с кем-то, тотчас рождались проблемы, ему тут же с чем-то нужна была помощь, а если девушка отказывала — скандал. Проще было всегда говорить, что ходит одна. И он верил. Всегда.

По вполне конкретным причинам Флойд не смогла бы стать его парой, ибо они с ним кровные родственники. Но если на секунду представить, что он не был бы членом ее семьи? Что тогда?

Ничего. Как ни странно, ничто бы не поменялось. Сколько она не думала над этим вопросом — понимала, брат никогда не был, и не будет для нее привлекательным. Холи видела в нем частичку себя, частички мамы и папы, и, возможно даже бабушки по маминой линии, но, если бы всех этих частичек не было, все равно. Не тот мужчина, который мог бы понравится. Не то. Просто старший братик, сейчас и навсегда.

Именно в дождь, пока все люди стремились найти убежище, она решила покинуть кафе. «Аллен, скорее всего, сейчас в восторге от такой погоды» — улыбнувшись, девушка вышла на улицу и потрясла волосами, которые вмиг становились мокрыми. У психиатров сейчас рабочий день, но смотреть в окно, пока принимаешь пациентов, никем не запрещалось. А для него все, начиная от мелочей, заканчивая дырах в законодательстве, подчинялось только одному правилу: «все, что не запрещено — разрешено».

Однако, сегодня в планах у врача не было дежурства. Сдерживая слово, он вновь решил зайти к своей старой знакомой. Как раз дождь, весьма символично, сыро, но приятно. Аркрайт задумывал что-нибудь купить по дороге, и, недолго думая, взял большой малиновый торт и несколько пачек сока. Не алкоголь. Сок. Он слишком хорошо ее знал, чтобы предлагать что-то крепче его.

Тот же дом смотрелся днем немного иначе, нежели ночью, но спутать, в любом случае, невозможно. Аллен достал ключ, который отнял у брата девушки, когда встретил того на улице, и без труда проник внутрь. В подъезде слышалось, как течет вода по трубам, как капают бесчисленные капли на мутные стекла.

Как ни странно, на звонок подруга не отвечала. Как и на второй. И на третий… сцепив зубы, мужчина, не раздумывая, воспользовался краденым и попал в квартиру. Тихо и пусто, что очень странно. Она должна была быть дома. Должна была… Факт отсутствия хозяйки совсем не смутил гостя. Он прошел на кухню и, помыв руки, расположился на одном из обеденных стульев, что окружали небольшой стол. Вполне комфортно. Даже возникла мысль: «я мог бы так несколько суток сидеть». И просидел бы, потому как всегда привык получать желаемое.

Однако, долго ждать ему не пришлось. Спустя, примерно, десять минут скрипнула входная дверь, но радоваться было рано, так как после этого звука тут же раздался следующий, намного менее приятный:

— Холи! Ты пришла? Ты тут? Собирайся, мы уезжаем! Сегодня же, уезжаем!

Мерзко ухмыльнувшись, психиатр покинул кухню, и медленно вышел в коридор:

— Интересно, куда? И надолго? Меня с собой возьмете?

Услышав самый страшный в своей жизни голос, Эд вздрогнул, резко повернувшись в его сторону:

— Г-где… она?! Куда ты ее спрятал?!! — Он стиснул ладони в кулаки, хотя они и тряслись.

— Ну… можешь попробовать поискать. Пытался в шкафчик сунуть — не влезла. Пришлось по частям разобрать. Самые красивые себе оставил. — Аркрайт улыбнулся еще шире, и от этой улыбки по спине проходили мурашки.

— Т-твои шуточки! Где моя сестра, я спрашиваю?!

— Сестра? Я думал, ты ищешь свою честь. Или достоинство, или гордость… чего там у тебя еще не хватает? Сейчас, например, чувства самосохранения. — Лязгнул швейцарский нож. Флойд, что стоял напротив, вскрикнул, и тут же выбежал из квартиры, по ходу стремясь собрать остатки рассудка вместе и пытаясь подавить паническую атаку. Гость покачал головой и добавил: — А, нет, показалось. Чувства самосохранения у тебя в избытке. — Он подкинул в воздух режущий предмет и быстро его закрыл.

Стиснув зубы, Эд спускался вниз по лестнице, вплоть до самого порога. Холи нет, но за то, есть ее дружочек, который, все-таки решил зайти, и оставаться с ним наедине означало лишь получить инвалидность бесплатно.

Перед глазами так и стояло злое, омерзительное лицо, натягивающее на рот медицинскую маску, а на руки резиновые перчатки. Однажды, этот врач людских душ уже поковырялся в его брюхе, ржавым ножом и без наркоза, вырезая, по его мнению, «ненужные» части тела. Неадекватная пытка, в ходе которой он потерял возможность иметь детей и обрел много других трудностей, но был рад тому, что, хотя бы внешне его тело и… органы выглядели не калеченными. Помнил, как огромная, швейная игла втыкалась в кожу, оставляя после себя уродливые швы обычной льняной нити. Если бы не сестра, он бы лишился намного большего, и уже бы вряд ли об этом знал.

Куда она, кстати, делась? Дождь набирал силу, и уже стоял стеной, а ее все не было и не было. Возможно, его бывший коллега много недоговорил, даже когда совсем сорвался. Странное опоздание, и еще более странное поведение. Возможно она у него. Дрожащими от злобы и смятения руками, Эд вновь набрал на телефоне номер, и нажал «вызов». Как ни странно, послышались короткие гудки, и через шесть секунд он услышал заветное «ало».