Два лица

Осмысление, дождь

Ей казалось, на нее смотрят. Все время смотрят, даже тогда, она покинула комнату. Однажды у нее чудом не началось заражение крови, но сейчас никакой осколок из нее не торчал, и ходить Флойд, худо-бедно, могла. Возможно даже бегать, возможно даже быстро. Она очень громко налила воду в стакан, но после просто поставила его на стол. В ванной, вроде бы, в стиральной машине уже третьи сутки лежали постиранные джинсы и футболки, никто же ничего не заподозрит, если девушка просто решит умыться, верно ведь?

Дрожащими от напряжения и злости руками она выкрутила кран, и тут же извлекла содержимое стиральной машины. Иногда ее лень даже шла на пользу, а иногда спасала. Холи быстро натянула мокрые, неприятные вещи на тело, и, удостоверившись на слух что в коридоре никто не поджидает, вышла. Еще минута и будут искать — почему-то так она думала, и, к собственному страху, думала правильно, услышав шаги. Быстро всунув ноги в кеды, хозяйка схватила лежащие на полке ключи, и точным, механическим движением отперла замок. Дверь медленно отворилась, дверь на волю.

На секунду, прервав движение, она остановилась. Что-то было не так. И, даже не то, что низ живота болел, даже не следы от нажатий пальцами на теле, даже не пошлые засосы. Еще пара мгновений, и ее маленький побег заметят, и попытаются остановить.

Но… зачем?

Зачем они все еще здесь? Разве не должно быть все равно? Разве можно было услышать вместо насмехательств «доброе утро?» Что происходит? Холодной рукой она стерла пот со лба. Это все должно было кончиться еще ночью, но, почему-то, не кончалось. Страх шептал ей уносить ноги, но куда? Наверное, куда угодно, лишь бы подальше от этого места, подальше от собственной квартиры.

А что будет, если Флойд вдруг останется? Само наличие этих мыслей в голове пугало. Стиснув зубы, она схватилась за ручку, и тут же оказалась в подъезде. Бежать и бежать, не оборачиваясь. Бежать.

Девушка оставила дверь открытой, чтобы не хлопать лишний раз, и не создавать лишнего шума. Ноги мелькали в такт ступеней, что сменяли друг друга, небо вновь серело, казалось, для нее начинался импровизированный сезон дождей. Всего пара минут, и улица. Серая, отторгающая улица. Она едва справлялась с нахлынувшим страхом, злостью, не взвыла, но, что было сил, ударила кулаками о стену дома: «вот вся ваша любовь!» Любовь…

Холи сползла по стене, закрывая лицо руками. Где-то в глубине души она даже надеялась, что сейчас ее будут преследовать. Что кто-нибудь выйдет, и скажет — все в порядке. Ее любят, а это всего лишь баг, сбой в матрице. Что ее любят и будут любить, но тишина поглощала и злила еще больше. Почему тогда не ушли? Какого черта желать «доброе утро», предлагать принести воду?

Сжимаясь, наивное, больное сердце больше всего на свете сейчас хотело извинений, объяснений и обещаний. Но лишь дождь, что медленно начинал капать, звучал в пустой голове. Мокрая одежда натирала кожу, сковывала движения, облегая тело. Внезапно она встрепенулась, услышав странный вопль в нескольких десятков метров от себя. Кто-то вскрикнул, судя по всему, женщина, при чем очень хрипло, судя по всему, задыхаясь слезами. Иногда в ее районе такое бывало, но, чтобы средь бела дня — впервые.

Стиснув зубы, Флойд ринулась к месту, где только что услышала странный звук. Уже было плевать на больной живот, на насилие над собой, на смех, на боль. Плевать, потому что кому-то нужна была ее помощь. Здесь. Прямо сейчас.

За углом, на стыке с другим домом лежала незнакомка, вытирая своим жакетом влажный асфальт. Напротив, возвышался мужчина средних лет, судя по всему, он только что ударил ее, и от удара та упала навзничь. Сжимая кулаки, девушка подняла с земли пустую стеклянную банку из-под пива и процедила:

— Отойди. Иначе вот это окажется у тебя в глотке.

— Ой, кто тут прибежал. — Прохрипел обидчик. — Испарилась отсюда, а то к обеду ребер недосчитаешься.

— Чьих? Думаешь, мне не все равно, сколько их останется в твоей грудной клетке, м? — Не дожидаясь ответа, она ринулась в атаку. Возможно, если бы за этим кто-либо наблюдал, сразу пришли бы к выводу — реакция этой девочки действительно феноменальна. Ударив о стену бутыль, она сделала «розочку», и первым же ударом рассекла обидчику вену на предплечье. Тот, озверев, попытался ответить, но… ни одним ударом не попадал. Возможно, был немного пьян, а, возможно, слишком зол, чтобы координировать движения. Кровь сильным потоком лилась из смуглой руки, ему, казалось, с каждой секундой становилось хуже.

— Тебе стоит остановиться, таким темпом не доживешь даже до завтрашнего рассвета. Один точный удар намного важнее, нежели бездумное размахивание руками.

— Тварь. — Процеди мужчина, опираясь на землю. — Сгниешь…

— Все сгниют. Поздно или рано. — Она подошла к женщине и стала помогать ей встать. — Аккуратно, пошевелите ногами. Страшное падение, возможно, у вас вывих шейки бедра.

— Нет, все в порядке. — Проскулила она, с ужасом рассматривая кровавую картину.

— Это могли бы быть вы, так что даже днем, носите с собой шокер. У нас криминальный район… теперь. Странно. И вызовите этому бомжу скорую, так ведь и умрет. Если не вызовите, смерть эта будет на вашей совести. Вам решать, в общем. Ограбить пытался?

— Да… — Зачарованно ответила жертва, стараясь сохранять спокойствие. Вот только подбородок дрожал. — Я… не знаю его.

— Ну и славно. — Холи кивнула новой знакомой и пошла прочь от места, по сути своей, преступления. Тело била неконтролируемая дрожь, она никак не могла отдышаться, и все время поглаживала живот. Как оказалось, ее действительно не просто одолеть. Особенно вооруженную. Но не значит ли это, что она сама хотела итог, что произошел с ней ночью?

Могла бы… защищаться сильнее, лучше? Дело в том, что знала этих людей? Жалость? Нет, очевидно, не жалость. Ей хотелось, чтобы это произошло. И это произошло. Всего и сразу. Скрытая, подсознательная… сексуальная фантазия, и, встретившись с ней лицом, руки опускались сами. Разве была бы довольна, если победила бы? Но довольна ли сейчас?

Вздохнув, Флойд села на ступени, ведущие в подъезд. Отчего-то оттуда до сих пор никто не вышел, и это даже обижало. В какой-то момент ей показалось, что она придает сама себя, но, порывшись в кармане, закусила губу и нашла там ключ. Еще одно быстрое мгновение — и вновь внутри. Сколько прошло? Возможно, не более минуты? Или, может, десять? Время сейчас остановилось. Нервно сглатывая, она поднималась по лестнице, зачем-то… взгляд упал на приоткрытую квартирую дверь, но там уже вовсю велся разговор, и слышались голоса.

Сознание, как будто, отключилось. Но обострился слух, зрение, осязание. Казалось, она слышала каждое слово, даже если оно раздавалось вдали. Каждое слово, которое раздавалось глубоко под грудой клеткой. Каждое слово.

Они агрессивно обсуждали удачность столь простого и быстрого побега, обвиняли друг друга в отсутствии бдительности, обстановка накалялась, но, почему-то, теперь девушке не было страшно. Неловко отведя взгляд, она вновь зашла в квартиру, и прикрыла за собой дверь. Уже знакомая реакция — на нее уставились сразу четыре глаза, обескураженных, удивленных.

«Все нормально, я просто… гуляла» — тихо произнесла Холи, начиная улыбаться: — «может, фильм какой вместе посмотрим?»

На что гости ее квартиры ответили лишь гробовым молчанием, но тоже странными, слегка даже смущенными улыбками.

На землю вновь опустился ливневый дождь. Кислород обновлялся, воздух очищался, и проникал в старую квартиру сквозь открытые настежь окна. Уже не было понятно, холодно тут, или тепло. Свежее, или по-старому. На экране телевизора картинки сменяли друг друга. Быстро, Флойд не вдумывалась в сюжет. Сейчас он не был ей интересен. Лишь несколько рук, что обнимали с двух сторон. Странное спокойствие клубилось внутри, отчего даже хотелось спать. Глаза слипались сами собой, голова клонилась в сторону. Бессонная ночь давала о себе знать.

— Хол? Может в кровати будет удобнее? Ты почти не спала. Ляжешь? Досмотрим потом. — Голос звучал обеспокоенным, но столь сонная, девушка вновь не могла понять, кому он принадлежал.

— Я в порядке… — С усталой улыбкой прошептала она. — Можно и здесь отдохнуть. Мне комфортно…

— Засыпай. — Послышалось с другой стороны. — Погода располагает. Принести плед.

— Не нужно… — Она слегка улыбнулась. — Тут правда хорошо….

Засветился экран телефона. Раздалась тихая, но настойчивая вибрация, но Флойд даже ее не услышала. Мужская рука потянулась к столику. На треснутом экране высвечивалось имя: Эд.

Мужчина молча показал это имя еще одной внимательной, но напряженной паре глаз, и выключил мобильник. Не сегодня. Не… сейчас. Все равно она уже спит. И лучше бы для своего брата она спала все время.

Он нервно топал ногой, таращась в экран. Сбросила, а теперь и вовсе выключила. Звонок не проходил. Все сильнее в голове пульсировала мысль, что она просто избавилась. Избавилась… от него.

И ради кого? Эд со злостью бросил телефон в сумку. Ради Аркрайта? Ради… его коллеги? Хейза? Бывшего коллеги. Ради кого угодно, а он повелся. Как ребенок, повелся. Разве она собиралась приезжать? Она хоть когда-то разделяла то, что было для него так важно? Что было глубоко внутри, что прожигало дыру? Она хоть раз позволила то, чего он так хотел?

«Если бы не ты, у меня была бы нормальная жизнь» — процедил Флойд, сжимая кулак. «Нормальная жизнь, если бы ты была со мной, или…» — Глаза рефлекторно расширились. Возможно, ее нужно спасать. Возможно, Аллен держит ее в ее же доме. Возможно Хейз… Его странное поведение, итоговое увольнение.

«Лучше бы ты была уродом. Ты нравилась бы только мне, и не было бы проблем» — мысли блуждали внутри головы. Но… была бы уродом, нравилась бы? Возможно, все было бы еще проще. Она бы просто не нравилась. Не нравилась никому, и ему тоже.

«Зачем ты родилась, Холи?»

Возможно, ее действительно нужно было спасать. Глупая сестра. Но что он сможет сделать? В одиночку, против Аркрайта? Лишаться еще чего-то внутри живота совсем не хотелось. Лучше бы Аллен распотрошил ее. Ведь это она соблазнила. Своего брата. Она во всем виновата. Своим звонким смехом, своими мягкими волосами. Соблазнила.

А если и правда избавилась? Просто кинула. Отправила подальше, чтобы не мешал развлекаться. Со всеми подряд, развлекаться. Сердце наполнялось яростью.

«Так не доставайся же ты никому, шлюшка Холи».

Капли дождя медленно сыпались на мокрый асфальт. Звон воды.