Два лица

То, что противоположно братской любви

Таинственные случаи странных ограблений мучали город уже несколько недель. Летнее солнце медленно уходило за горизонт, оставляло печальные блики на густом небе. Флойд лениво таращилась в окно, осматривая привычный для себя двор. Виднелась улица.

«Так и не переехала» — шумно вздохнула она и склонила голову. Почему-то напоминать об этом не хотелось. Ее брат давно уволен, уехал, и вообще все это казалось другой, бессмысленной реальностью. Она не переехала. Так и осталась жить в этой тесной, странной квартире, в которую к ней приходили… гости.

На работе. Они все сейчас на работе. Кто-то сидит, и сосредоточено разглядывает карты пациентов, устало глядя на застывшие стрелки часов. Кто-то стоит среди полок архива риэлтерской конторы. Наверняка что-то ищет, о чем-то думает. Что-то напряженно анализирует.

Холи устала натягивала на себя старую серую футболку. Уже сложно было вспомнить, выцвела она, или всегда такой была. Пояс затягивал на талии широкие джинсы — девушке требовалась прогулка. Внутри молодого тела оставалось спокойствие, и даже пустота. Она не слышала колебание стрелок настенных часов. Не слышала шин автомобилей, что царапали собой мягкий, остывающий асфальт. Ветра, шелеста травы или чьих-то разговоров. Тишина. От медленного, практически замершего сердца.

Захлопнулась дверь. Ноги в дешевых кедах шаркали по подъездному бетону, но воздух снаружи, почему-то, не отличался от воздуха внутри. Лишь запахом. В очередной раз небо темнело, и так было предусмотрено природой. Так было и будет.

Флойд, словно призрак, мешалась с толпой. Пылили вдоль дороги люди, никто не смотрел на нее, а она не смотрела на них. Больше не ощущалось никакой тоски, одиночество или боли. Тело было столь свободным, что, казалось, вот-вот оторвется от земли и выйдет в невесомость.

Внезапно меж ребер ощутилась острая, режущая боль. В ту же секунду в глазах потемнело, где-то в голове, как галлюцинация, тут же послышался треск стекла. В нос ударил запах подвала. Боль моментально смешалась с самыми страшными воспоминаниями, и согнула девушку пополам.

Футболка мокла и становилась горячей. Кровь стекала под ней, мокли джинсы. Холи стала пытаться хватать ртом воздух, и осматриваться по сторонам, вглядываясь в лица прохожих. Ноги подкосились, корпус стала бить дрожь. «Ч-что? П-почему?…» — повторяла она, но не прекращала искать глазами… что-то. В толпе в нее вонзили нож.

— Ты не должна была выжить. — Послышался дрожащий голос, практически рядом. Высокий, странный, и даже напуганный мужской голос. — Теперь все будет правильно, жизнь пойдет своим чередом.

— Ч-что? Эд?! — Ошеломленно прошептала Холи, резко отстраняясь. Она схватилась рукой за рану, и, тотчас побежала прочь, стискивая зубы. Адская боль пульсировала, сердце тут же стало биться где-то в глотке, при чем так сильно, что не получалось сказать ни слова.

— Холи, стой!! — Послышалось сзади. — Куда ты бежишь, тебе нужна помощь!! — Так же взволнованно закричал Флойд старший, и стал пробираться через встречных людей, чтобы догнать сестру. Пытался привлечь внимание прохожих, но выходило, как ни странно, плохо.

— Ну уж нет. Больной маньяк. — Девушка напрягалась всем телом, изо всех сил игнорируя боль. — Это не состояние аффекта. Так нельзя. Тюрьма, или психбольница… они были правы… правы. — Дрожащими руками она стала вынимать из влажного кармана телефон, который покрылся кровью и скользил в ладонях. Вызов сделать не получалось, она резко забежала в какую-то подворотню. Прислонилась к каменной, холодной стене, и стала пытаться набрать СМС.

Он устало скинул с себя халат и бросил его поодаль — на стул для клиентов. Домой. Можно идти домой, во всяком случае, теперь дом у него появился. Дом, где его ждут. Где встретят. Где, несмотря на старый ремонт, приятно пахнет. Где живет одна хорошенькая девочка, которая любит смотреть в окно и перебирать волосы.

Завибрировал телефон. Должно быть, дома опять нет молока, или еще чего… и нужно прихватить по дороге. Однако, увидев СМС мужчина замер, широко раскрыв глаза.

«Он убьет меня»

Одиннадцать букв, немного. Одиннадцать символов, из-за которых в момент начало сосать под ложечкой, а руки сжались в кулаки. Одна из бледных ладоней чуть не раздавила телефон.

Аркрайт резко вышел из кабинета, захлопнув его, и рывком направился прочь. Пальцы искали на сдавленном экране номер телефона, и когда он его нашел, тут же нажал вызов:

— Хейз, ты на работе?! — сдавленным голосом проговорил Аллен, уже вылетев на улицу. Рефлекторно осматривая темнеющий город.

— А где мне быть? Ты на часы смотрел? Я теперь один работаю.

— Ну да. Конечно. — Психиатр закатил глаза. Восемь вечера. Где ему быть, как ни на работе? Даже когда появилась семья. — Эд объявился. Бросай все, нужно найти его.

— Что?! — В интонации читались нотки удивления и непонимания. — И зачем он приволокся?

— Решил, что будет лучше, если его сестра никому не достанется. — Аркрайт несся вдоль по улице, осматриваясь по сторонам.

— Я сейчас приеду. — Сквозь зубы прошипел Хьюго, со злобой бросая документы на стол. — Хол дома? Он не сможет попасть в квартиру, там другие замки. И не сможет ее найти.

— Уже нашел. — Аллен резко остановился, обдумывая сказанное. — Должно быть, поймал на улице, когда она вышла на прогулку.

— Буди своих дружков. — Осипшим голосом говорил риелтор, что-то напряженно раздумывая. — Я кое-куда заеду и присоединюсь.

— Ты собрался сейчас пить кофе?! Или ехать к какой-то бабке, смотреть квартиру?!

— Хватит терять время. Потом поговорим.

Короткие гудки. Психиатр заходился от злобы, но все еще летел по улице, стараясь сосредоточится, вернуть себе здравомыслящий рассудок. Это Эд, трусливая псина, которая вряд ли будет пытаться запугать сестру. Вряд ли даст шанс ей позвать на помощь… Скорее всего, ударит тихо, из-под тешки. Или плеснет в лицо кислотой. Все это было в его мелочном, инфантильном духе.

Все эти мысли наращивали злобу внутри тела еще сильнее. Темные волосы развивал ветер, а бешенные глаза, узкие, словно две черные точки, скользили по асфальту. А что будет делать Холи? Как вести себя? Станет давать сдачи брату? А что, если он ударит первым?..

Ведь так и произойдет. Бросится бежать. Будет пытаться слиться со стенами, спрятаться за мусорными бачками… исчезнуть. Попытается стать невидимкой.

Быстрый шаг переход в бег. Аркрайт помнил, как она гуляла. Неизменный маршрут с парой переменных. Просто главное не опоздать. Не опоздать…

От напряжения в груди она кашляла, сил оставалось все меньше. В какой-то подворотне… темной, сырой. Где так сильно пахло аммиаком, а с отсыревших кирпичей виднелись подтеки. Сверху висели коробки для вывода кондиционеров, и, почему-то, гудели так сильно, что девушка не слышала ничего, кроме них.

Ржавая пожарная лестница цеплялась к зданию такими же ржавыми болтами. Стоило за нее ухватиться — она скрипела, и руки становились коричневыми, но Холи сжала зубы, и, подтянувшись, стала карабкаться по ней вверх.

Послышался сдавленный крик. Боль от напряжения новой вспышкой прошлась по телу, кровь капала на асфальт, но Флойд упорно это игнорировала.

— Зачем тебе страдать перед смертью?! — Слышался высокий, недоуменный крик сзади. — Хватит бороться!! Просто прими смерть как данность, и будет темнота!!

— Хватит… — Шептала она в ответ, но шепот не был услышан. Вдруг лестница заскрипела с новой силой, по ней лез кто-то еще. И для того, чтобы узнать, кто, ей совсем не нужно было оборачиваться.

— Из-за тебя я остался без друзей!!! — Словно безумный, кричал ее брат. — Вообще без друзей, ты уничтожила их всех!!! Они меня ненавидят!! Из-за тебя я без любви. Несмотря на то, что ты лишила меня всех… ты не отдалась мне взамен. Ты не отдалась!! Ты не решила, таким образом, искупить это, нет!!! Малолетняя шлюха, любой может тобой воспользоваться, но только не я!!! — Крик переходил в истерику.

— Нет… — Тихо повторяла девушка, пока по щекам катились горячие, соленые слезы, и капали с лица вниз. На футболку, где смешивались с кровью, на сырой багряный асфальт под лестницей.

— Из-за тебя я потерял работу. Из-за тебя. Одно твое существование портит мне жизнь, тупая тварь!! Если бы ты не родилась, я бы был счастлив!! Если бы не ты, я бы не стал монстром, который убил свою сестру!! Ты ничего не сделала, чтобы это изменить, ничего!! Ты ничего не сделала, чтобы предотвратить это!!

Внезапно у девушки раскрылись глаза. В ногу воткнулось что-то острое и холодное, боль снова застелила глаза. Тело бил холодный озноб. Казалось, еще секунда, и она полетит вниз с этой ржавой лестницы, сбивая собой сплит-системы кондиционеров. Приземляясь на мелкие осколки пивных бутылок.

Руки, словно стальные, вцепились в перекладины, и вновь стали тащить раненное тело вверх. Виднелась крыша. Быть может, если она влезет, удастся сбить брата ногами вниз. Она не умрет здесь так просто. Она переедет в новый дом, и заведет себе кошку, как и хотела. Сегодня она не умрет.

Лестница вновь зашаталась, казалось, снизу лез кто-то третий, кто-то еще. В тот же миг израненное сердце забилось быстрее. Сжалось в груди, и затрепетало. Она не одна. Ей могут помочь. Казалось, Холи чувствовала, как прямо сейчас у Эда от страха сжимаются зубы. Его преступление видит кто-то еще. Он не сможет безнаказанно уйти отсюда. Только не сегодня.

Хватаясь руками за бетонную крышу, Флойд закатилась на нее. Руки не слушались, рефлекторно хватаясь за рану на груди. Ноги больше тоже. Одна из них сильно кровоточила, и совсем не подчинялась своей хозяйке. Раскрыв глаза, забыв про план скинуть с крыши, девушка пыталась ползти прочь, уже плохо понимая происходящее. Эд влез на крышу следом. За его сестрой тянулся кровавый след, но он тотчас отбежал в сторону, косясь на лестницу. Хочет он этого, или нет, сегодня, впервые в жизни ему придется защищаться. Кто-то видел, что происходит. Кто-то здесь есть.

Тотчас показались холодные, напряженные руки. Темные, длинные волосы, и убийственный взгляд. Человек, что влез следом, походил на человека, что был болен бешенством. Психически больного маньяка, хотя, сам, казалось, был призван лечить таких.

— Что я тебе говорил, Эд? Что будет, если ты снова подойдешь к своей сестре? Я буду отрезать тебе пальцы, уродец, и заставлю их съедать, по одному.

Нападавший резко замер, не веря своим глазам. Его не должно тут быть. Где угодно… в больнице, в случайной подворотне, в банке. Но не здесь. Не сейчас. Тело замерло. Его сковал необыкновенный ужас, самый настоящий животный страх. Он был готов драться, но… но… не с ним.

— Какого черта… — Только и сумел сказать он, отступая дальше. Но бежать некуда. Крыша.

— Сегодня ты не умрешь. — Жутко продолжал психиатр, пока его лицо вздрагивало в ненормальных нервных тиках. — Ты станешь слепым… глухим… человеком без пола, а также попробуешь на вкус свои конечности. Я, все-таки, держу свои обещания.

Послышался лязг ножа. Холи в ужасе оборачивалась на происходящее, но вместе с этим, чувствовала какое-то… облегчение. Уже было все равно на угрозы брату. Все равно, он ей больше не брат. Теперь хотелось выжить самой.

Эд, застывший в ужасе, издал какой-то странный писк, но сжал худые кулаки, и бросился навстречу своему ночному кошмару. Быть может, выйдет столкнуть его вниз, и тогда он прирежет сестру, как и хотел. Лично. В ответ бывший риелтор ощутил точный удар в нос. Но больше не убегал. Он стал пытаться схватить Аркрайта, чтобы вытолкнуть его с «бетонной арены».

Стискивая челюсти, Хьюго несся по вечерней улице, осматриваясь по сторонам. Где-то здесь. Давно уже нужно было это сделать. Увидев нужную вывеску, мужчина схватился за ручку двери и вошел внутрь. Бледное, правильное лицо тут же исказила пугающая ухмылка. Везде: на стенах, на прилавках… красовалось новенькое огнестрельное оружие.

— Что-то хотите выбрать? — Спросил худощавый консультант, остужая в руках только что раскуренную сигарету. — Мы закрываемся, если что. — Он указал большим пальцем на табличку с часами работы.

— Я куплю. — Процедил Хейз, скользя по выкладке охотничьих двустволок.

— Можно вашу лицензию? — Консультант тотчас оживился, и вышел из-за прилавка, готовый рекламировать любое из представленных ружей. — Обратите внимание вот на это. Минимальная отдача, семьсот шестьдесят миллиметров стволы. Крупный калибр, сменные чоки… сборка просто превосходна!!

Хьюго медленно кивнул, вытаскивая из бумажника лицензию на ношение оружия.

— Вам на охоту или на стрельбище? — Не унимался паренек.

— На охоту. — Задумчиво ответил риелтор. — Решил, вот, увлечься.

— Классика! Ну что ж, пройдемте, посмотрим…

Быстро осмотрев ряды охотничьих двустволок, Хейз протянул одну из них консультанту и посмотрел на часы. Кто знает, что могло произойти за это время, но, вроде бы, он успевал. В тот же миг в кармане завибрировал телефон. Пришло два смазанных снимка: какая-то подворотня, с названием улицы, и два силуэта человека, что карабкаются по пожарной лестнице. «А ты времени зря не терял…» — тихо, сам себе сказал Хьюго, и, расплатившись за товар, стремглав направился прочь из магазина.

Кровь стучала в висках. Ярость накатывала снова и снова. Через несколько минут взгляду представилась та самая подворотня, скрипела та самая лестница. Глаза медленно раскрывались, увидев капли крови внизу, алые подтеки на старых перилах.

Безумно усмехнувшись, риелтор распаковал ружье, зарядил его, и, закинув на плечо, полез на соседнее здание по такой же ржавой лестнице.

Через пару минут вниманию мужчины открылась крыша. Пустая, замусоренная… крыша. Однако, с соседней были слышны вопли, шум, и странны скрежет. Хейз присел, медленно поднес ствол к лицу и прицелился. Холи нигде не было видно. Лишь ее брат, с окровавленным лицом, который пытался столкнуть с крыши местного психиатра. Риелтор ухмыльнулся сам себе. Это может кончится плохо для них обоих. Каким бы сильным и быстрым ты не был, сила притяжения для всех одна. Гравитация никого не щадит.

Выстрел. Мужчина глубоко вздохнул, покачал головой, и прицелился снова. «Не пристрелялся еще» — сказал он сам себе. Снова выстрел.

Эд отшатнулся, делая несколько шагов назад, схватился за живот, и упал на колени, издавая что-то типа крика. Ошарашенный, Аркрайт повернулся, глядя на соседнюю крышу, после чего прикрыл глаза. «Вовремя, домохозяйка» — сказал он, то ли ему, то ли себе. Хьюго кивнул ему в ответ, но не было понятно, слышал слова или нет.

— Хол!! — Аллен, забыв про ненавистного выродка с простреленным животом кинулся к девушке, которая, судя по всему, уже теряла сознание от потери крови. Мужчина опустился на колени, схватил ее голову, и стал прощупывать на шее пульс. Слышались невнятные звуки, но сердце билось. Хотя и рвано, но, все же, билось. — Ей нужно в больницу. — Громко сказал психиатр, беря на руки единственного любимого человека в своей недолгой жизни, а затем медленно дотрагиваясь губами до холодного лба. Хейз все еще стоял на соседней крыше, держа в руках ружье:

— Я поеду с ней.

— Едь. Мои друзья приберут тут все, я приеду как только смогу. — Аркрайт слегка перекинул теплое, но недвижимое тело через себя, и стал спускать вниз. Подумав несколько секунд, Хьюго так же, неспешно стал слезать.

— Твои друзья должны избавится от тела. Мне не нужна судимость. Хотя, если будут проблемы, адвокат у меня есть. — Сердце колотилось столь быстро, что звенело в ушах. Риелтор поглядывал на окровавленную девушку, и что-то внутри болезненно сжималось. Можно было и раньше. Можно было и не со второго раза.

— Следов не будет. Можешь об этом не думать.

Хьюго кивнул, уходя в какие-то мысли. Он бережно взял у друга девушку, и понес к лавке. Осторожно стирал с лица грязь, убирал слипшиеся волосы. Скоро все будет хорошо. Скорая подъедет незамедлительно. Им нужно было обсудить легенду, по которой все так вышло. Легенду, по которой Эд должен будет сесть.

Но он не сядет. Он умрет. Возможно, уже умер.

«С-спасибо…» — Одними губами пыталась сказать Холи, едва ли видя над собой несколько взглядов. Главное, она жива. И переедет, во что бы ты не стало, пусть даже со странной, но с новой и любимой семьей. Семьей, в которой никто не воткнет ей меж ребер осколок бутылки.

Пальцы на руках дрогнули. Темные здания вокруг постепенно обретали очертания. Молодой мужчина схватился за рану на боку живота и заскулил. Та больше не кровоточила, но все еще адски болела. Он попытался привстать.

Солнце давно ушло за горизонт, и в небе проступили летние звезды. Вдоль дорог ездили редкие автомобили. На крышах воздух всегда казался свежее, из-за того, что они внизу. Светлые волосы, что выбились из хвоста, трепал теплый свежий ветер.

Ну и что теперь делать?