Его тихоня

Глава 16

Лиза

Мое влюбленное сердце заколотилось, как ненормальное. В груди защемило.

К этой встрече я была явно не готова. Зато Багиров, кажется, вполне.

— Не против посидеть? — спросил он больше для проформы. — Я тебя познакомлю. Ксю вменяема, Матвей тоже, — улыбнулся Даниил.

В его глазах я заметила, что он был совершенно не против такого развития событий, и обреченно кивнула. Будто мое слово могло иметь здесь вес и хоть что-то значить...

Багиров проследовал первым, пожал руку парню, отодвинул мне стул, уселся рядом и жестом позвал официанта.

Я присела, удерживая спину так прямо, как только могла. Напряженное тело просто не хотело разжиматься. Вспотевшими ладонями я вцепилась в подол своего платья, радуясь, что под столом этого было не видно.

— Это Лиза, — представил меня Даня, — это моя одногруппница Оксана и Матвей, — махнул головой в сторону сидящей парочки.

Вменяемая Ксю глупо захихикала, стреляя глазами в Багирова. Вменяемый Матвей не отрывал взгляда от моего лица.

Я растерялась еще больше. Совершенно не знала, как нужно вести себя в таких компаниях. А то, что эти двое были непростыми, бросалось в глаза с первого взгляда — вся одежда, прическа, маникюр, макияж Оксаны были безупречными и очень дорогими. Сидящий с ней рядом парень тоже был одет в брендовые вещи. Не то, чтобы я была очень знакома с логотипами, но совершенное качество его одежды было не скрыть.

Чувствуя, что бледнею, я прикусила губу и еще больше сжала ладони.

Даниил, к счастью, ничего не заметил, общаясь через стол с Оксаной и Матвеем. Вся троица явно ощущала себя расслаблено и не переживала ни о чем. Хотя... разве я от них ожидала иного? Сидеть в пешей доступности от Эйфелевой башни и тратить деньги в иностранной валюте — это только для меня было ненормально и странно. Для этих мажоров, похоже, такое поведение — это норма.

Я отвернулась в сторону улицы, разглядывая символ влюбленных, и не заметила, как к нам подошел официант. Услышав обращение на английском, я сглотнула. Нет, язык я более-менее знала, но только названия всех этих блюд для меня были загадкой.

— Что тебе? — тихо спросил у меня Даня, наклоняясь ко мне.

В этот же момент меня словно прожгло ненавидящим взглядом. Подняв глаза, я заметила злость на красивом лице Оксаны. Впрочем, поняв, что ее поймали, девушка изменилась моментально.

— Закажи на твой вкус, пожалуйста, — одними губами попросила я. И тут же почувствовала, как Даня ободряюще сжал под столом мою руку.

А потом, словно ничего не произошло, парень, которого я любила, сделал заказ на английском. Вышколенный официант записал всё в блокнотик и повернулся к Оксане и Матвею.

Я думала, что они будут заказывать по одному или, может, Матвей закажет за двоих. Я так и не поняла, кем они приходятся друг другу, но судя по общению знают друг друга отлично.

В следующий миг я замерла. Подумала, что ослышалась, но нет.

Это Оксана на чистом французском делала, похоже, оба заказа. Я так поняла, что она заказывала и для Матвея, поскольку, когда официант что-то уточнил у девушки, она тихо спросила у сидящего рядом парня, а потом ответила обслуживающему персоналу.

Сказать, что я была поражена — это ничего не сказать. Я была шокирована, ошарашена и раздавлена одномоментно.

Можно ли рядом с такой идеальной девушкой, нереально красивой, богатой и умной, обращать внимание на меня? Нет, конечно, подумала с горечью, что никто в своем уме не делал бы этого... Это как сравнивать ухоженную породистую собачку породы йорков и бездомную обшарпанную дворняжку.

Мне стало так горько, что я буквально почувствовала в рту болезненный вкус моей досады.

— Извините, — пробормотала, поднимаясь из-за стола.

Быстро ушла с террасы и, остановив какого-то официанта, спросила, где находится дамская комната. Торопливо проследовала туда и, уже войдя в огромное помещение с красивым черно-белым дизайном, застыла, увидев в зеркале свое отражение. Платье красивое, но без макияжа и изящной прически я казалась какой-то неправильной. Будто меня "вырезали" и "подставили" к этой одежке.

Судорожно вздохнув, я мигом оказалась в кабинке. Заперлась и прислонилась к стене. Подняла глаза к потолку и изо всех сил старалась не расплакаться. Только красного носа мне к моему блеклому виду еще не хватало. Поморгала, пытаясь параллельно проглотить стоящий в горле ком.

Несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. Прижала к груди похолодевшие руки.

Очень старалась не думать об идеальной девушке, оставшейся за столом. И сразу же вздрогнула, услышав, что в дамскую комнату зашел кто-то еще. Я обратилась в слух и облегченно выдохнула, различив щелчок.

Вдохнула еще раз полной грудью и, резко выдохнув, вышла из кабинки. Подошла к умывальнику и подставила руки под холодную воду. Потом прижала прохладные ладошки к своему покрасневшему лицу.

Мне нужно было срочно успокоиться. Оставаться в дамской комнате надолго мне нельзя, а вернуться в таком состоянии я пока не могла. Поэтому я решила, что прохладная влага должна мне помочь с внешним видом, попутно приведя в нужное русло мои сумбурные мысли.

Тихий щелчок неподалеку показался мне громом.

Я подняла глаза как раз в тот момент, чтобы встретиться в зеркале с цепким взглядом идеальной Оксаны. И судя по ее виду притворяться милашкой она больше не собиралась.

Увидев, что я ее заметила, девушка ухмыльнулась. Подошла к умывальнику и сразу же начала мыть руки.

Оглядела меня с ног до головы, особо остановившись на пальцах без маникюра.

— Как тебе наша благотворительность? — прищурила глаза Оксана. Ее широкая улыбка сейчас напоминала акулий оскал.

Я опешила.

— К-какая благотворительность? — сразу же закололо в сердце пониманием, что девушка всеми способами пытается дать мне понять, что я им с Даниилом и Матвеем совсем не ровня.

Впрочем, зря она это делала. Я и сама прекрасно знала.

— Ну как какая? — Оксана сделала вид, что ей очень неудобно отвечать на такие глупые вопросы. А потом тряхнула головой, и ее идеально уложенные локоны рассыпались по плечам. — Странно, что ты не знала... - улыбка стала еще шире, обнажая идеально ровные тридцать два. — Мы же по очереди занимаемся такой "благотворительностью". Например, кормим кого-то или возим его куда-то... Например, в Париж, — Оксана закрыла кран и подошла к сушилке.

Мне было крайне неловко. Чувствовала себя очень уязвимой. Эта богатая девушка попала именно туда, куда и стремилась — то есть в мою упавшую ниже плинтуса самооценку понимающую мою ущербность.

Вот только удержать сорвавшиеся с языка слова я не смогла.

— И спите тоже из благотворительности? — я тоже выключила воду и теперь ждала, когда смогу высушить свои руки.

В зеркало было прекрасно видно одногруппницу Даниила. Оксана мгновенно побледнела, ее красивое лицо исказилось ненавистью. Она отвернулась к сушилке. Потом отошла и пожала плечами.

— Бывает... - выдавила из себя уже вполне спокойно. Выдержке этой девушки можно было позавидовать.

А вот мне завидовать было не нужно.

Оксана-то в отличие от меня была с Даней одного социального круга. Я же была просто никем. Пусть и никем в очень красивом платье, но всё же...

Не глядя на нее, я высушила руки. Даже не смотрела, ждет ли она меня или уже ушла.

И только обернувшись, я облегченно вздохнула — идеальная Оксана поцокала отсюда своими идеальными ногами, не дожидаясь меня. К моему несказанному счастью...

Я еще раз бросила взгляд в зеркало, а потом, махнув рукой, вышла из дамской комнаты. Лучше чем я есть, я не стану. Поэтому смысл накручивать себя еще больше.

Я возвращалась на террасу и с каждым шагом всё сильнее чувствовала абсурдность ситуации. Ну какая из меня богачка, ужинающая в ресторанах Парижа? Тем не менее я всё еще была здесь и играла роль беззаботной прожигательницы жизни, хоть и не выглядела такой совершенно.

Впрочем, я и ощущала себя Лизой — простушкой и тихоней, которой была несколько дней назад. До того момента, как села в машину к Даниилу.

Я вспомнила об этом моменте и почувствовала легкое смятение. Не уверена, что повторила бы этот трюк, если бы вернуть время обратно. Хотя... кому я вру? Повторила. Сколько не возвращай, я бы всё повторила. Ведь я безумно любила Багирова, пусть он об этом и не подозревал.

Больше всего мне сейчас хотелось бы убежать с ним вместе. Побыть только вдвоем. И совершенно неважно было, чем бы мы занимались. С этим парнем мне интересно всё — от просмотра какого-то фильма до обсуждения понравившейся книги.

Я вздохнула. Кажется, что интересно было только мне. Ведь Даня совсем не спешил уединяться, а спокойно обсуждал что-то с Матвеем, не обращая внимания на широко улыбающуюся ему Оксану.

Я аккуратно присела, стараясь не помять подол своего красивого платья. Даня отвлекся от своего разговора, внимательно глянул на меня и кивнул своим мыслям. Я вопросительно подняла бровь. Он перевел глаза на принесенные нам блюда. Я растянула губы в благодарной улыбке. В моих очах на один короткий миг отразилась нереальная нежность.

Мне было очень приятно, что Багиров позаботился обо мне, подумал обо всём, включая напитки. И плевать было, что он наверняка делал так всем своим девчонкам. В "благотворительность", о которой сказала Оксана, я не особо-то верила, хоть слышать это было крайне неприятно.

Но ловя мимолетные взгляды этой красавицы, адресованные моему спутнику, я понимала, почему эта девушка так поступила и именно так сказала. Я бы, наверное, тоже, если бы была посмелее и обладала такими деньгами, наверное отгоняла бы от Багирова всяких настырных девиц. Впрочем, может быть и не отгоняла бы. Я всегда придерживалась мысли, что насильно мил не будешь. Поэтому зачем привязывать на цепь, если можно просто наслаждаться друг другом.

А можно вообще не обращать внимания — как Даниил все эти четыре года, и я сама себя привяжу как можно надежней... своей сильной безответной любовью.

Я наклонилась к тарелке, разглядывая, что за красоту мне принесли. К счастью, мне хватило ума не расспрашивать об этом моих спутников, иначе такого конфуза мне Оксана бы точно не простила. Да и я сама себя потом в мыслях съела несколько раз. И даже если бы не съела, то понадгрызла свою самооценку серьезно.

Я взяла вилку и, незаметно подглядывая за Багировым, попробовала принесенное блюдо. Тут же закрыла глаза от ощущения невозможного счастья на языке. Нежная рыба просто таяла во рту. Я наслаждалась каждым кусочком. И не заметила, как съела всё подчистую.

— Кто-то проголодался, — улыбнувшись, на ушко сказал мне Даниил.

— Спасибо, — так же тихо поблагодарила я парня.

Уверена, что со стороны наше общение выглядело куда более интимным, чем было на самом деле. Именно это я и ощутила, нечаянно взглянув на идеальную красавицу, сидящую напротив.

В любой другой ситуации я бы обязательно начала переживать, как обо мне подумают люди (да еще и такие!), но сейчас внутри меня неожиданно возник протест — какая мне по-хорошему должна быть разница, что думает обо мне "вменяемая" Оксана или тот же Матвей, которого я вижу в первый раз в жизни? Правильный ответ — никакая.

Тем временем официант принес десерт, и на какое-то время я об Оксане забыла.

Доев последнюю ложку воздушного тирамису, я откинулась на спинку стула и головой почувствовала руку, которую Даня зачем-то вытянул по спинке. Оперлась на нее затылком и на миг прикрыла глаза. Невыносимо хотелось спать, но бросать Даниила на растерзание пиранье Оксане я не собиралась, поэтому и боролась со сном, совершенно не слушая разговоры за столом.

— Ну что идем? — бодро и громко спросила вдруг одногруппница Дани.

Я от удивления открыла глаза. Куда она уже собиралась?

— Нет, мы наверное в отель вернемся, — мягко сказал Даниил, глядя на меня.

— Ну мы же собирались пройтись! — капризно надула губки Оксана.

— Ксю, еще пройдемся, — пожурил девушку Матвей. — Что там смотреть? Эйфелеву башню или подсвеченный Собор Парижской Богоматери? Я тебя умоляю. Что Лиза этих достопримечательностей не видела? Или Даня? Да сто пятьдесят раз они ими любовались.

В мозгу кольнула досада. Я ведь действительно ничего здесь не видела в этом Париже. А вдруг Даниил завтра решит лететь обратно, а я так и не посмотрела хотя бы на эти памятные места, известные во всем мире?..

— Всё в порядке, — негромко сказала я, обращаясь почему-то только к Дане. — Мы можем прогуляться. Как раз перед сном в самый раз будет, — робко улыбнулась.

— Точно нормально? — уточнил у меня Багиров. Я кивнула. — Тогда пойдем, — поднялся из-за стола Даня и протянул мне руку. — Мы ведь и собирались это сделать изначально.

Да, собирались. Правда, вдвоем. Без идеальной Оксаны и прожигающего меня взглядом Матвея.

Но спутников в Париже ведь не выбирают... Приехала как содержанка, Лиза, теперь терпи и их добропорядочное общество...