Его тихоня

Глава 2

Лиза

Я абсолютно не понимала, что сейчас происходит, но времени разобраться во всем не было — подружки потащили меня куда-то на выход из клуба.

Как потом оказалось, я пропустила еще одно представление.

Театр действий снова развернулся на втором этаже у ступенек, ведущих в “святая святых”, иными словами в ВИП-комнаты, доступные только богатым. Там, не давая Полине спуститься, подрались два парня — тот, который ее толкнул со ступенек, и ее сводный брат Дивеев.

Поля, пережившая свист кулаков, летящих прямо рядом с ней, психанула и ушла из клуба прямо посреди своей рабочей смены. Мы, естественно, сорвались домой вместе с подругой.

И вот уже в такси, где каждый думал о своем, я продолжала бережно сжимать свою драгоценную салфетку. Я не была уверена, что вообще когда-нибудь осмелюсь написать Данилу. Но то, что у меня была маленькая ниточка, связующая с моей первой любовью, невероятно грело душу.

После трудного разговора с девчонками, мы наконец-то улеглись в кровати.

Мы вчетвером жили в одной комнате в общежитие и уже успели сдружиться. И теперь слушая мерное дыхание посапывающих подружек, я размышляла о том, что бы было, если бы я всё таки уединилась с Данилом.

От одной мысли о близости к парню, которого я боготворила, у меня задерживалось дыхание, частило сердце и поджимались пальчики на ногах. А еще самым невероятным образом покалывали ладошки, стоило мне представить, что я обвожу пальчиком его красиво очерченные губы. Легкая щетина царапала бы мои нежные щечки, губы, шею...

Я судорожно вздохнула и заставила себя прервать все эти никому не нужные размышления.

Я знала, что никогда не осмелюсь написать ему первой. Понимала, что в реальности он такой же обычный человек, как и все остальные, но только моя внутренняя скромность не давала мне возможности навязываться человеку...

Я выросла в очень бедной семье. Поэтому сравнивая себя, не имеющую ничего, кроме знаний и упорства в учебе (только это мне и оставалось), и Данила, имеющего всё, включая великолепную внешность, необыкновенную успешность у противоположного пола, баснословное богатство и невероятную общительность, я понимала, что проигрываю по всем параметрам.

Смахнула одинокую слезинку и отвернулась к стене. Через десять минут я медленно погрузилась в царство Морфея, которому было наплевать на нашу социальную разницу — он позволял мне глупо поверить, что всё между нами возможно...

Тем сложнее было пробуждаться после мучающих меня сладостных снов, вспомнив которые во всех деталях, я мгновенно покраснела.

Впрочем, довольно быстро я забыла о своих снах, поскольку услышала Анин плач. Соседка всё еще никак не могла забыть своего бывшего и, в отличие от меня, проводила ночи в слезах и рыданиях...

Я подхватила полотенце, пасту и щетку и вслед за Полей и Соней поспешно отправилась умываться. Мы с девчонками решили, что будем давать по утрам Ане немного приватности, чтобы Малиновская могла привести свои мысли в порядок.

Наконец-то мы вчетвером выскочили из общежития и пешком отправились в университет. Благо, добираться нам было совсем недалеко.

Мои подружки весело щебетали о чем-то впереди, я же немного отстала и пыталась выбросить из головы нашу с Даней предстоящую встречу. Что я ему скажу, когда увижу? Как объясню, что не позвонила? А он что ответит?

В следующую секунду я споткнулась и едва не растянулась на дорожке — к парковке подъехала машина Данила, которую я, казалось, знала лучше самого владельца, и с пассажирского сидения выпорхнула изящная худенькая блондинка.

— Лиз, ты идешь? — ко мне, услышав странные звуки, обернулась Поля. Эта брюнеточка была моей одногруппницей, поэтому нам с ней нужно было на одну и ту же пару.

— Д-да... — выдохнула я, старательно моргая, чтобы прогнать непрошенные слезы.

А чего я, собственно, дурочка, хотела? Верила, что бабник исправится и вдруг будет всю ночь дожидаться моего звонка?

Ну и глупая же ты, скромница Лиза... У Багирова всегда есть те, кто ведут себя посмелее.

Я уткнулась взглядом себе под ноги и поспешила за девчонками. В глубине души я надеялась, что он позовет меня, как-то окликнет. Скажет, что всё это неправда...

Вот только мне не стоило забывать, что Данил Багиров даже имени моего не спросил, приглашая с ним “прогуляться”...

Впервые в жизни пары были для меня невероятной тягостью. Обычно я любила занятия и они отвечали мне взаимностью. Но сегодня все они прошли мимо меня.

Я очнулась только на последней паре, когда Поля толкнула меня в бок локтем, глазами показывая на преподавателя, который, как оказалось, уже пару раз ко мне обращался.

Я мгновенно покраснела и извинилась за то, что мысли мои были не здесь. Правда, говорить о том, что они были где-то в этом же здании, только в аудитории параллельной группы я не стала. Впрочем, никому на самом деле до этого и дела нет.

Дальнейшие дни показались для меня таким же мучением, как и этот. В жизни моих подружек что-то происходило, а в моей же всё словно осталось на том же месте. Замерло на паузе. Оцепенело.

Аня успела съездить домой, Полина умотала к бабушке Дивеева в Италию, наша обеспеченная Соня начала искать работу. А я всё это время только и делала, что ходила на пары, а потом пыталась вбить в себя хоть какие-то знания. Часами просиживала над конспектами, да только практически ничего не запоминала.

Это было откровенно плохой новостью, ведь в нашем университете я училась на бюджете. И только благодаря моей отличной успеваемости я надеялась получить диплом, дающий мне возможность обзавестись хорошей специальностью. А сейчас мой мир, казалось, рушился, распадался на маленькие осколки. Из-за того, что я хоть на миг допустила мысль о том, чтобы с ним “прогуляться”.

Впрочем, как оказалось, привычный уклад жизни обрушился не только у меня.

В один из вечеров наша Аня уехала из дома (как мы ласково называли иногда свою комнату в общежитие) на открытие нового ресторана. Вернее, не совсем так, но повод был тот самый.

Малиновская работала в каком-то глянцевом журнале, где ей выдали задание — провести интервью с известной моделью Сашей Асти. Эта Саша как раз и собиралась присутствовать на открытие нового ресторана для очень богатых людей “Соле”.

И вот отправили мы Аню туда, а ночью нам позвонил ее руководитель, сообщивший, что нашу соседку по комнате забрали в больницу. Мы с Соней едва не сорвались в ту же минуту, только пришлось ожидать утра — в такое время нас бы к Ане не пустили.

— Завтра самого утра? — посмотрела на меня Соня.

— Конечно, — кивнула я. Естественно, как только нам разрешат посетить больную, мы ее проведаем.

А как могло быть иначе? Мы все сдружились настолько, что каждая из нас уже ощущалась какой-то частью одного целого. Даже не выходящая на связь из своей Италии Полина.

— Хорошо. Я решу вопрос с Аниным телефоном, — сказала София. У нее было больше возможностей купить Малиновской новое устройство взамен неработающего старого.

— А тогда в магазин схожу, — наклонила голову в согласии. Моей скромной стипендии должно хватить на то, чтобы купить подруге апельсинов, сока, еще чего-то.

Соня заснула, а я еще долго крутилась с боку на бок. Сон всё не шел. Я размышляла о том, что все мы смертны, и насколько непредсказуемой может быть наша жизнь. Ведь Аня уехала сегодня из общежития с твердым намерением вернуться сюда после своего интервью, а сама теперь находится в больнице. Да и это, можно сказать, к счастью.

Я подавила в себе тяжкий вздох. Старалась не шуметь, чтобы не разбудить Софию, но всё равно мое прерывистое дыхание время от времени нарушало нашу тишину.

Я была настолько впечатлена произошедшим с Аней, что именно в этот момент осознала и впервые задалась вопросом — а что же я, собственно, имею в этой жизни? Тотальную бедность и ни единого просвета? Бесконечную и выматывающую учебу? Подруг?

С замиранием сердца взяла свой телефон, лежащий на тумбочке возле кровати. Дрожащие пальцы едва попадали по маленьким кнопкам моего старенького мобильного устройства, пока я набирала простые слова:

“Привет! Как дела?”

Набрала цифры, которые давным-давно выучила наизусть, и быстро, пока не передумала, нажала “отправить”. Непроизвольно зажмурилась, словно боясь своего странного поступка.

Впрочем, для меня, скромной и тихой Лизы, которую подружки в шутку (или не в шутку...) называли Тихоней, это был невероятный по своему сумасшествию поступок.

Через пару секунд я уже стыдилась своего порыва и жалела, что у меня нет новомодного гаджета, в котором я могла бы написать эти слова в одном из мессенджеров — тогда бы, одумавшись, я их сразу удалила. В моем кнопочном телефоне отправленные сообщения “вернуть назад”, к сожалению, нельзя.

Пискнул телефон, заворочалась Соня. Я ругнулась про себя (да, я ведь тоже не святая, знаю кое-какие плохие словишки) и выключила звук. Потом открыла только что полученное сообщение. Номер был тот самый, куда я отправляла свои ночные приветы.

Сердце колотилось как ненормальное, ладони мгновенно взмокли, вдох замер где-то в горле.

“Привет! Дела отлично) А кто это?”

Я долго смотрела на расплывающиеся от набежавших на глаза слез буквы. Неужели он мне ответил? ОН мне ответил? Мне ведь это не снится?..

Хотелось вскочить с кровати, попрыгать по комнате и хорошенько повизжать.

Но, взглянув на лежащую на подушке с видом ангелка Соню, я подавила в себе все эти неуместные порывы.

Прочла сообщение, напечатанное любимыми руками, еще раз. Как же я была рада, что у него дела были “отлично”. Сначала хотела было спрятать телефон под подушкой — боязно было что-то отвечать Данилу, а потом, еще раз перечитав эти несколько слов, я возмутилась тем, что он отвечает совершенно незнакомому человеку, рассказывая, как у него дела.

Не успев даже подумать над тем, что набираю, я нажала на “отправить”. И только потом поняла, что мой ответ прозвучал уж слишком дерзко:

“Совесть твоя”

Сообщение от Данила не приходило мне несколько долгих минут. Казалось, что я успела прожить целую жизнь и состариться, когда получила такое:

“Вау! Ну наконец-то у меня проснулась совесть))) Надеюсь, ты красивая блондинка, моя совесть... ммм...”

Я посмотрела на свои темные в тусклом свете уличных фонарей пряди и зло написала:

“Нет, я страшная брюнетка. И теперь буду зудеть в твоем мозгу постоянно. А для чего еще тебе нужна совесть?”

Ответ от Данила пришел практически мгновенно:

“О, я бы рассказал тебе, зачем ты мне нужна... Прошептал бы тебе это на ушко, поцеловал за ним бы и... Уверен, нам бы не было скучно))”

Читая эти строки, я едва не задыхалась — так сильно сдавило горло. Боялась представить, что всё это может быть в реальности. Что он может сделать всё то, о чем подумала пошлая глупая Лиза...

Выдохнула рвано и, пытаясь сдержать трепыхающееся сердце, торопливо набрала:

“Спокойной ночи”

Сразу же засунула телефон под подушку, чтобы не было искушения посмотреть, нет ли изображения маленького неоткрытого конвертика на моем экране. Убеждала себя, что Данил на такое уж точно ничего не ответит. Кто я такая, чтобы он желал мне спокойствия в ночи? Да и какое может быть спокойствие после таких... ммм... приятных слов...

Я всю ночь ворочалась с боку на бок, но стойко держалась и вытащила из-под подушки свое мобильное устройство только тогда, когда проснулась Соня. Прикрыла веки, глядя на темный экран, и нажала рандомную кнопку. Приоткрыла один глаз и едва не грохнулась в обморок, увидев:

“Сладких снов, моя чувствительная... совесть))”