Если бы не было тебя

4

В дом отца я вернулась ближе к часу.

Дождалась, когда в окнах уже свет погаснет.

Не хотелось перед папой в таком виде представать.

Расстроенной. Подавленной из-за встречи с Новиковым.

Просто Макс начал встречаться с девушкой.

Он по сути даже обрадовался, что всё так. И я не стала вываливать на него подробности.

Прокручиваю в своей голове его слова.

— Ты же понимаешь, что мы всегда только друзьями были? Я боялся тебе говорить. Не знал, как ты к этому отнесёшься. Но теперь у тебя там кто-то появился. Верю, парень хороший, на другого бы ты и внимания не обратила. У меня моя Ёлка, — Ёлкой он свою девушку зовёт. Она Эльвира на самом деле, но Макс в обычную Эльку влюбиться не мог. — Она обалденная, Рит!

Новиков такой счастливый из-за того, что оказывается не будет этого тягостного объяснения с подругой, которая на что-то надеялась, а он подвёл. Даже обрадовался, что я с пузом приехала.

Часа два мне про свою Ёлку трепал. Какая она умная. Красивая. Юморная. Крутая.

И всё это пока я последнюю надежду хоронила.

Дура!

И чего я ждала только?!

Понятно, что хотя бы того, что выговорюсь. Что станет хоть немного легче, а не с порога он от радости начнёт петь оды другой девчонке, в которую влюблён.

После этого даже неловко было вываливать на него свою мрачную правду.

Грузить его.

Поэтому и слушала его, натянув на свою физиономию улыбку и пряча глаза.

Бормотала про отца ребёнка:

— Да, хороший.

Да, в нашем городе встретила.

Больше Макс не спрашивал, а мне расхотелось ему открываться.

Мир живёт как прежде. Счастливо. Это я словно в пузыре каком-то.

Никак не могу вытянуть себя из этого состояния хоть и давлю улыбки.

— Ладно, Эль, пока, — выдал Макс на прощание. Потом сам заржал из-за того, что наши имена перепутал. — Короче, поздно уже. Пойду я.

Кивнул на мой живот.

— И ты на морозе не засиживайся. Вредно тебе, наверное. Вам, — поправил сам себя.

После его ухода я ещё полчаса сижу на улице.

Смотрю как всё сверкает в свете фонарей. В носу уже щиплет от холода, а я всё жду, когда погаснет последнее окно в спальне отца.

Как только это наконец происходит рядом с домом останавливается чёрная машина с тонированными стёклами.

Имя владельца мне не особо интересно. Тем более, что наконец произошло то, чего я так ждала — папе надоело меня ждать, и, видимо решив, что молодёжи нужно наговориться, он лег спать.

Я тоже думаю встать со скамейки, на которой уже устала сидеть, когда справа от меня захрустел снег под чьими-то ногами.

— Рита? — слышу удивлённый знакомый голос.

Поворачиваю голову, а рядом Кир стоит. В распахнутом пальто.

— Ты чего здесь? Одна? Ночью?

Опускает взгляд на мой живот и его брови, как и у моего отца и Максима ползут вверх.

Я закатываю глаза. Ох уж этот неловкий момент.

— Да, Кирюх, я не поправилась. Я действительно беременна.

— Охренеть — из его рта вырывается ошарашенное ругательство.

Скользит взглядом по моим пальцам. Мои перчатки так и остались лежать на полу в прихожей, так что я прячу озябшие руки, которые положила до этого на живот, обратно в карманы.

— И замуж не вышла, если тебе интересно, — выдаю со смешком.

На лице Ершова сейчас крупными буквами написано то состояние, которым он мое положение всего секунду назад описал.

Да офигел он попросту.

— А как так? — растерянно выдаёт он. Помогает мне встать и придерживает за талию, когда я неловко поскользнулась на дорожке, раскатанной соседскими пацанами и припорошенной снежком.

— Как? Как? Не берёт никто, — со смешком выдаю я.

А что ещё я должна делать? Повесить свою беду, как гордое знамя на себя и ловить сочувствие, осуждение или жалость? Достаточно того, что всё это будет из-за того, что я ребёнка одна, без мужа, растить буду. Вот и остаётся только самой шутить и смеяться.

— А Олег, как отреагировал?

Олегом он моего отца называет. Мы что мачеху что отчима уже достаточно взрослыми узнали и как-то не дошли с ним чтобы папкать и мамкать, практически незнакомым нам на тот момент людям. Называем просто по имени, что я Алину, что Кир моего отца. Даже без тётей и дядей. Так всем удобнее получилось.

— Кир, забей, — отмахиваюсь я от его вопроса. — Лучше расскажи, как у тебя дела?

Ершов на самом деле чёрта с два бы стал со мной откровенничать. Просто я так хотела его сбить с этой темы и перевести его внимание на что угодно. Да хоть на погоду в этом году.

— У вас в городе так красиво этой зимой. Я уже успела соскучиться по снегу. Обычно же грязь и слякоть к Новому году.

Кирилл кажется понял, что я ему зубы заговариваю, но не стал настаивать и возвращаться к прежним расспросам.

— Говорят, ты теперь шишка важная. До целого директора дорос.

Смотрит на меня сквозь прищур. Понимает, что я стебусь над ним, игнорирует мой комментарий по поводу его работы, но притормаживает у крыльца.

Пачку сигарет с зажигалкой достаёт из кармана пальто.

— Рит, ты иди в дом. Я пока здесь постою. Переварю.

Я действительно за это время замёрзла, поэтому, когда язычок пламени коснулся сигареты, заложенной Ершовым в уголок рта, прошмыгнула в металлическую дверь.

В прихожей села на скамейку, но вместо того, чтобы возиться с молниями дыхнула на руки.

Пальцы закоченели и не слушались.

Через минуту-две в помещение и Ершов зашёл.

С его появлением эта комнатушка кажется совсем маленькой стала.

— Чего ты всё ещё сидишь в этом предбаннике? — изогнув бровь спрашивает, пока я растираю ладошки.

— Замёрзла.

Я пожимаю плечами, а Кир зачем-то садится передо мной на корточки.

Берёт мои озябшие конечности в свои лапы. Руки у него крупнее моих и ладошки совсем прячутся в них.

Горячий такой.

— Окоченела просто, — хмурится мужчина. — Всё Макса своего что ли выглядывала?

Дышит на мои заледеневшие пальчики.

Потом к сапожкам клешни тянет. Пара ловких движений и молнии расстегнуты. Снимает их с меня. Обхватывает одну ступню в вязанном носке. Она целиком на его ладони помещается.

— Да он не мой, Кир, — вытягиваю свою ногу из его захвата. Мне неловко от таких его действий. — Новиков пока меня не было с девчонкой какой-то познакомился. Все уши про неё прожужжал сегодня.

Кирилл кажется в ещё большем шоке от подобного, а я уже зеваю от усталости.

Хватит мне на сегодня потрясений. Завтра им всё объясню. За ночь только придумаю как.

Отец моего пузожителя конечно не космонавт, но всё равно что-то более достойное, чем было на самом деле придётся придумать.

Просто, по-моему, так будет лучше для моего ребёнка.

Легче ведь жить, когда есть повод гордиться отцом, а не постоянно выслушивать какой плохой он у тебя был, и понимать, что ты сын или дочь такого человека.