Это про меня

Глава 15. Паралипофобия

К счастью, вечерние посиделки не успели перерасти в глобальную ночную пьянку, поэтому и утра в китайской деревне пчеловодов удалось избежать.

Луша, которая смогла выговориться, наконец, стала похожа на саму себя. Однако в определенные моменты, когда думала, что я на нее не смотрю, все равно становилась донельзя задумчивой. В принципе, ее можно было понять, ведь не каждый день тебя может поцеловать человек, которого ты привык считать источником всех бед.

Сперва я предполагала, что Сережа просто вычудил такое, уничтожив для храбрости стратегические запасы алкоголя, однако подруга на сто процентов считала, что Сотников был трезв. Ну не верила Луша в то, что он приехал на машине пьяный на вокзал, и это в восемь-то утра.

Пребывая в полной уверенности, что друзья смогут разобраться самостоятельно, я отставила их проблемы на второй план, тем более что, зная взрывоопасный характер обоих, для своего же блага стоило держаться от выяснений отношений подальше.

У меня же были дела поинтересней и попозитивней. Например, ужин с Никитой.

Поднимаясь с кровати, я пребывала в сладком предвкушении того, как буду собираться и выбирать наряд, однако эйфория выветрилась слишком стремительно, я даже не успела добраться до Лушиного шкафа.

Сперва я не могла понять, с чем связана такая кардинальная смена настроения, и долго прислушивалась к себе, вспоминая собственные ощущения во время сборов к первому рабочему дню в новой должности.

Хотя, возможно, все дело было именно в этих сборах?

Эта дурацкая идея вырядиться куклой, предстать в том образе, соответствовать которому никогда не смогу.

Однозначно, все дело именно в этом, а еще в последствиях в виде аллергии и встречи с Нестеровым.

Нет! Нестеров тут точно ни при чем, он вообще перевернутая страница моей жизни. Маленькая мерзкая страничишка, о которой я больше никогда не вспомню, вот прямо с этого момента возьму и вспоминать перестану!

В итоге к семи часам я была абсолютно готова. Конечно, Луше удалось приложить руку к моему образу, поэтому теперь я разве что не сияла, однако внутреннее состояние теперь слишком контрастировало с внешним блеском, даже улыбка казалась неестественно натянутой.

Объяснить какими-нибудь логичными фразами подобные метаморфозы было невозможно, поэтому я старалась списать все на излишнее волнение.

Просто в организме был достигнут предел эмоций, просто я слишком долго переживала раньше, представляя себе наш ужин с Никитой.

Все вообще было очень просто!

Выслушав ободряющие напутствия подруги, спустилась вниз, едва Доронин позвонил, на самом деле надеясь, что, едва встречусь с парнем взглядом, блокировка чувств магическим образом слетит, и я вновь стану нести всякую чушь и тупить без повода.

По крайней мере, такое состояние было мне ближе и привычней.

Однако никакой из вышеупомянутых симптомов так и не появился. Нет, дело однозначно было в каком-то психическом сдвиге, и, возможно, мне даже требовалось разбежаться и удариться головой о стену, потому что Никита, как и обычно, выглядел божественно идеально.

А вот у меня, видимо, начинались проблемы с головой.

Сдержанно поздоровавшись, даже получив скромный поцелуй в щеку, от которого раньше я бы рухнула в обморок, заняла место на пассажирском сидении, еле сдерживаясь от того, чтобы не залепить себе пощечину, и желательно посильней, чтобы мозги наверняка на место встали.

– Все в порядке, Стеш? – спросил Никита, когда молчание стало уже совсем унылым.

– Ага.

Просто у меня мозг атрофировался…

Вслух я, конечно, этого не сказала.

– Куда едем? – спросила минут через пять.

– Да тут ресторан недавно хороший открылся, думаю, тебе понравится.

После Лушиной лазаньи, которая напоминала толстый пересушенный кислый блин, я вообще была готова ко всему, но вновь промолчала, лишь кивнув.

Спустя еще пятнадцать минут мы припарковались возле вполне милого на первый взгляд заведения, и Никита счел нужным это прокомментировать:

– Анисимов постарался.

Я вновь кивнула, не имея ни малейшего понятия, кто такой Анисимов и в чем он, собственно, постарался. Режим сбережения эмоций по-прежнему не желал отключаться.

Мы зашли в ресторан, который действительно был потрясающим. Интерьер, персонал… Все было на самом высшем уровне, и, наверное, в этот момент я уже должна была вопить от восхищения, но все попытки воззвать к чувствам были напрасны.

– Кристина, тут прекрасно, – обняв, поприветствовал Никита девушку с идеальным каре.

– Думаешь? – с сомнением спросила она, однако было заметно, что со словами Доронина брюнетка спорить не собиралась.

– Уверен, – Никита кивнул. – Кириллу привет.

– Он позже будет, – ответила Кристина и поспешила удалиться к другим гостям.

Я проводила девушку взглядом, успев подумать, что она просто создана для такой работы, и уже хотела вернуть внимание к Никите, как вдруг споткнулась взглядом об очень знакомое и очень красиво накрашенное лицо.

Не сумев сдержаться, начала искать того, кто, видимо, должен был обязан сопровождать Алену, а спустя несколько секунд встретилась глазами с Яном.

Этого было достаточно, чтобы эмоции забурлили, словно кто-то убрал предохранитель, и если мое актерское мастерство можно было оценить на убогую три с минусом, то Нестеров не был достоин даже двойки.

Ян не ожидал встретить меня здесь.

– Кого-то из знакомых увидела? – спросил подошедший Никита, и я, не в силах больше смотреть на Нестерова, взглянула на Доронина, который растянул губы в не слишком искренней улыбке. – А, Алена с Яном.

– Угу, – буркнула, пытаясь окончательно переключить внимание.

– Пойдем? – показалось, что Никита также не спешил здороваться с общими знакомыми.

– Конечно.

Ресторан действительно оказался прекрасным. Ненавязчивая музыка, отличное обслуживание, бесподобная кухня и… Полное отсутствие диалога с Никитой.

Я не могла перестать останавливать себя в желании посмотреть на Яна, а Доронин то и дело утыкался в экран телефона.

Первым к окончанию третьего бокала не выдержал Никита. Он сперва долго буравил меня взглядом, а потом быстро проговорил:

– Стеша, я хотел предложить тебе сделку.

Я не знаю, откуда взялось это море хладнокровия, но когда поняла, что Доронин позвал меня в ресторан отнюдь не от большой и чистой любви, о которой еще несколько недель назад я так мечтала, то внутри ничего не екнуло.

Не екнуло, не вздрогнуло, да даже мелких шевелений не произошло!

И это заставило… растеряться.

Оторвав взгляд от Алены, которая постоянно неудачно лезла в поле зрения, словно специально устроившись за столиком практически напротив нас, посмотрела на Никиту.

И вновь ничего. Абсолютно.

Нет, это был все тот же идеальный Никита в идеальной рубашке с идеальной улыбкой. Только вот я, кажется, стала другой.

И тогда, улыбнувшись, бросила взгляд на Яна, после чего уверенно спросила:

– Какую?

– Стань моей девушкой! – спокойно проговорил Доронин, внимательно следивший за моим взглядом.

И вот тут-то весь запрет на эмоции и слетел. К счастью, я уже успела сделать глоток вина и не оплевала весь стол.

– Чего?! – вышло несколько более взволнованно, чем я планировала.

Да вышло практически на весь ресторан, чего уж там!

Панически обернулась на Алену, которая все так же с умилением смотрела на Яна, а потом переспросила шепотом.

– Чего?!

– Долго объяснять, но если согласишься, попробую.

Залпом допила остатки вина, кажется, это действие уже успело войти в привычку, и попробовала собраться с мыслями, однако великолепные локоны Алены, которые были похожи на красную тряпку для быка, абсолютно не давали этого сделать.

Я хотела составить искренний разговор с собой на тему того, зачем мне это нужно, но в этот момент Ян настолько широко улыбнулся своей девушке, что мозг просто отказал, и я ответила:

– Потом объяснишь. Я согласна! Начинаем прямо сейчас!

Лицо Никиты можно было сохранить для коллекции идиотских реакций, однако даже это не смогло меня остановить.

– Ладно, – выдавил он спустя пару секунд, видимо, не ожидав настолько бурной реакции.

Согласна, не слишком адекватная, но и предложение звучало, скажем откровенно, так себе. Меня же было уже не остановить. Выставив параметр лучезарности улыбки на максимум, накрыла ладонь Доронина, которая так удачно лежала на столе, своей и елейным голосом проговорила:

– Ну, милый, еще винца?

Вероятней всего, я пожалею о содеянном. Серьезно пожалею, и, скорей всего, произойдет это, едва я выйду из ресторана, но сейчас это было не важно, тем более что Никита охотно включился в игру, быстро отойдя от первого шока.

– Конечно.

– Я уже даже готова выслушать твою душещипательную историю, – улыбнулась Доронину настолько широко, что челюсть начало сводить, пока Никита подзывал официанта.

– А потом я послушаю твою, – улыбнулся в ответ парень, и я, наконец, смогла понять, как выглядит его искренняя улыбка – немного кривая и обязательно с хитрым прищуром глаз.

А самое главное, меня почему-то начало радовать то, что я все же смогла увидеть настоящего Доронина, и идеальности в нем было примерно столько же, сколько во мне мужества и женственности.

Почему-то это стало понятно лишь сейчас.

Официант с вином прилетел сказочно быстро, меня даже не успело перекосить, пока смотрела на Никиту со сладкой улыбкой.

– Ну, допинг приехал, кто первый? – резонно поинтересовался Доронин.

– Твоя идея, ты и жги, – усмехнулась, сделав глоток.

– Ладно, – Никита вздохнул, а потом быстро проговорил. – Меня оставят без наследства, а ссылка в ваше божественное агентство станет, пожалуй, самым прекрасным воспоминанием года, если я внезапно не стану приличным.

– Вот сейчас ты начал меня пугать, – почему-то захотелось рассмеяться.

– Думаю, нам стоит узнать друг друга получше, – Никита тоже еле сдерживался. – Со мной-то все понятно, а вот тобой что движет?

Вместо ответа непроизвольно посмотрела на Яна и в тот же момент услышала усмешку Доронина с коротким комментарием:

– Ясно.

Сделав вид, что не заметила такой реакции Никиты, отвернулась от Нестерова, благо, тот в компании Алены скрылся с горизонта, видимо, решив уделить внимание кому-нибудь из наверняка многочисленных знакомых.

Вновь заинтересовавшись вином, которое, кстати, было очень вкусным, сделала глоток и лишь после этого посмотрела на Доронина, готовая к продолжению диалога.

– И каковы условия нашего контракта, милый?

– Кто ты и что ты сделала с девушкой, которая едва не падала в обморок от одного моего вида? – ответил Никита в том же ключе, однако даже эта фраза не вызвала приступа стыда, скорей развеселила.

– Что, было так заметно? – не смогла совладать с любознательностью.

Вместо ответа Доронин лишь рассмеялся, а я же задумалась. Никита был абсолютно прав, и еще пару недель назад я бы сидела на этом же самом месте и дрожала как осиновый лист, ловя каждое слово и движение парня.

Однако пропасть между нынешней мной и мной образца двухнедельной давности стала настолько огромной, что заполнить ее теперь было просто невозможно, тем более что она увеличивалась в размерах практически на глазах.

Никакого объяснения этой метаморфозе я пока не успела придумать, да и к детальному самоанализу не была готова, тем более что вино притупляло страх и адекватность, но уверенность в том, что от задуманного я не откажусь, крепла все сильней. Тем более что отступать уже было поздно.

– Все должны поверить, что мы действительно встречаемся. Отец не идиот и бездарную самодеятельность быстро раскусит, но и отстанет быстро, когда поверит. Думаю, месяца вполне должно хватить, а там расстанемся. Сможешь меня даже ударить или еще что поэффектней придумать, – к концу фразы Доронин уже смеялся.

– И ты будешь отвозить меня на работу и увозить домой? – во мне внезапно проснулась предпринимательская жилка, однако Никита, кажется, не оценил, слегка нахмурившись, поэтому поспешила добавить: – А что, должна же у меня быть выгода от этой сделки?

– Кроме того, что тебе на месяц достался такой прекрасный я? – кажется, настроение Доронина было просто сказочным.

Внимательно посмотрев на Никиту, поняла, что он вновь стал собой, скинув маску милого и ответственного парня. Ту самую маску, в которую долгое время я была так влюблена и которая не имела ничего общего с ним настоящим.

Чтобы окончательно убедиться в правильности своей теории, спросила прямо:

– Ты назначил меня помощницей с расчетом на то, что я соглашусь помочь тебе с этой затеей?

Доронин не стал отнекиваться, кивнул и загадочно проговорил:

– Ну, изначально план был немного другим…

– Немного? – спросила, вскинув бровь.

– Ну-у-у-у… Скажем так, я не собирался посвящать тебя в некоторые подробности.

Шестеренки в голове закрутились в ускоренном темпе, и уже через пару секунд я практически вытаращилась на Никиту:

– Ты же не хочешь сказать, что… – договорить парень не дал, вновь кивнул.

– Что так или иначе использовал бы тебя, – в его тоне не было ни нотки раскаяния, и от абсурдности ситуации вновь стало смешно.

– Ну и говнюк ты, Никита Станиславович! – подвела итог рассуждениям, Доронин же так и не перестал улыбаться. – И чем же я заслужила такое откровение? Хотя нет, не отвечай, и тогда я буду думать, что все дело в моей потрясающей харизме и волшебном очаровании!

– Ладно, не буду рушить твои розовые воздушные замки, – хмыкнул Никита, и я улыбнулась в ответ.

Улыбнулась искренне, понимая, что, возможно, как раз с ним я бы и могла подружиться, потому что с такими людьми лучше дружить, но уж никак не влюбляться.

Больше к теме сделки мы не возвращались. Я была уверена, что Никита выдаст полную стратегию, едва ему это понадобится, так что пока с головой хватало услышанного. Вместо этого решила посвятить остаток вечера некому подобию знакомства с реальным Дорониным, и к тому моменту, когда мы уже собирались уезжать, в мозге окончательно оформились два вывода. Во-первых, Никита действительно мог быть милым. Во-вторых, несмотря на это, он, безусловно, не переставал быть говнюком. Вот такой нестандартный наборчик получался.

В целом вечер мне понравился и, стоя у выхода из ресторана, ожидая, пока Доронин пообщается с каким-то мужчиной, я уже предвкушала, как буду рассказывать о произошедшем Луше. Ее реакция, наверное, будет многого стоить.

– Стеша, приветик! – абсолютно потеряв бдительность, не заметила, как подкралась Алена.

– Привет, – улыбнулась, порадовавшись, что Яна поблизости не наблюдалось.

– Весь вечер пообщаться не могли! Так досадно! – надув губы, сокрушалась девушка.

– Ага, – выдавила хоть что-то и улыбнулась уже искренне, заметив Никиту, который шел к нам.

Приблизившись, парень обнял меня и лишь потом поздоровался с Аленой.

– Привет.

Реакция девушки была немного странной. Сперва она удивленно округлила глаза, потом приобрела растерянный вид, и лишь после этих двух фаз на ее лицо вернулась улыбка.

– Ой! Вы вместе, да? – радостно провозгласила догадку девушка, и теперь я нашла связь между реакцией и вопросом.

Просто слишком много информации для Алениного мозга.

– Именно, – подтвердил Никита.

– Это так мило! Вы такая красивая пара! – защебетала она, и я вновь перестала смотреть по сторонам, поэтому от следующей фразы даже вздрогнула.

– Действительно мило, – Нестеров, вылезший как черт из табакерки, стоял за спиной Алены и улыбался.

– То-о-очно! – протянула девушка. – Нам нужно куда-нибудь поехать вместе! И друзей ваших взять еще! Да! Да! Да! Именно так и нужно поступить.

– Я не думаю… – начала, но Никита перебил.

– Отличная идея, – а потом обратился ко мне. – С друзьями хоть познакомишь.

Надеясь, что улыбка не напоминала оскал, посмотрела на Доронина и милейшим голосом проговорила:

– Конечно, милый.

В итоге тон больше походил на проклятье, но идти на попятную я не собиралась. Вместо этого с вызовом посмотрела на Нестерова. Вот он пусть и отказывается, это все-таки мои друзья, и они с Аленой в этой компании явно лишние!

– А что, прекрасная идея, – не отведя взгляд, проговорил Ян.

В этот момент моя улыбка стала настолько приторной, что начало сводить скулы.

– Отлично! – сказала, все так же не разрывая зрительный контакт. – На следующей неделе обсудим со всеми и решим, куда поедем.

– Великолепно, – в тон мне ответил Ян. – Рад был встрече, пойдем, Алена, машина подъехала.

После чего, взяв за руку девушку, которая лишь улыбалась и быстро моргала, видимо, обрабатывая полученную информацию, развернулся и вышел из ресторана.

– Никита… – медленно протянула я. – Если ты продолжишь в том же духе, то я убью тебя раньше, чем отец вернет свою благосклонность.

Доронин же в своей манере усмехнулся в ответ:

– Да ладно тебе, будет весело.

О да, в этом я даже не сомневалась! А Луша-то в какой восторг придет…

Паралипофбоия – страх не выполнить свой долг или обязанности.