Это про меня

Глава 20. Дорофобия

Едва выключив будильник, в предвкушении разблокировала мобильник и радостно пискнула, когда увидела единичку рядом с эмблемой ВотсАппа. Со второй попытки попав по мессенджеру, открыла нужный диалог и прочитала сообщение.

6.14 Ян: «Может, к черту работу?»

Улыбнулась и набрала ответ.

7.20 Стеша: «Знаешь какой-нибудь уютный вокзал? Думаю, не будет лишним подыскать достойный вариант к тому времени, как меня выгонят из квартиры)»

Отложила телефон и едва успела потянуться, как он пиликнул.

7.21 Ян: «Зато у нас появится много свободного времени!»

7.22 Стеша: «И толпа преследователей в виде старушек из поликлиники. Сомневаюсь, что они отпустят тебя без боя».

7.22 Ян: «Черт, об этом я как-то не подумал. Они действительно могут быть весьма кровожадными!»

7.23 Стеша: «Видишь, как я о тебе забочусь)»

7.24 Ян: «Ты просто боишься, что тоже попадешь под раздачу))»

Фыркнула, но отвечать не стала, иначе разговор мог стать бесконечным, а собираться на работу действительно стоило.

Вырабатывая силу воли, старательно обходила телефон стороной, мысленно умоляя себя быть сильной и не читать сообщения до тех пор, пока не соберусь, поэтому, едва накинув пиджак, подлетела к дивану, снося все на пути, однако довольная собой.

7.35 Ян: «Во сколько заканчиваешь?»

7.54 Стеша: «В пять».

С замиранием сердца следила за значком, оповещавшим о том, что Нестеров печатает, и радостно запрыгала на месте, увидев предложение.

7.55 Ян: «Увидимся?»

Попыталась хотя бы немного стянуть улыбку, но ничего не вышло, поэтому, так и продолжив стоять с глупым, но крайне счастливым видом, ответила:

7.55 Стеша: «Увидимся!»

После чего убрала телефон на дно сумки, чтобы не возникло соблазна написать еще что-нибудь и в итоге все же опоздать на работу, и вышла из квартиры.

В «Эвите» кипела работа, однако эта бурная деятельность больше не вызывала у меня энтузиазма. Несмотря на отличное настроение, я не могла выкинуть из головы слова Яна о том, какие махинации стоят за этим контрактом.

Никиты на месте не оказалось, хотя это и не удивляло. Больше поражал факт отсутствия Луши, которая не имела привычки опаздывать.

Подруга влетела в приемную через полчаса после начала рабочего дня, и по ее внешнему виду все было ясно. Не требовалось даже задавать вопросы, чтобы понять, что Луша пребывала на седьмом небе от счастья.

– Ну-у-у! – протянула я, глядя в улыбающееся лицо подруги.

– Ты могла меня треснуть пораньше, чтобы у меня мозги на место встали? – выдала Луша с шуточным упреком, вызвав улыбку.

– Может, Сереге просто стоило пораньше тебя поцеловать?

– Точно! – подруга рассмеялась. – Тресну его за это вечером!

– Вечером? – моя улыбка стала еще шире.

– Нам нужно многое наверстать… – хитро протянула Луша.

– Ну-ну, – усмехнулась, хотя сама отлично ее понимала.

– А чего ты, собственно, нукаешь? Рассказывай давай! Мат Лары и ваше с Яном отсутствие я заметить смогла. И, выстроив логическую цепочку, пришла к выводу, что это взаимосвязано.

Рассмеявшись, мысленно сделала пометку не приближаться к Ларе достаточно близко хотя бы некоторое время и уже собралась ответить, когда за меня сказала сама Луша.

– Хотя у тебя на лице все написано! Но я все же хочу подробностей! Как же на тебя снизошло озарение?

– Внезапно, – усмехнулась, а потом вспомнила о том, что на самом деле все было далеко не безоблачно, и моментально скисла. – Луш, все не так просто…

Однако продолжить разговор помешал звук хлопнувшей двери. Обернувшись, увидела Доронина, который, в отличие от нас, словно явился из преисподней.

– Привет, – нерешительно проговорила я, опасаясь, что Никита все-таки научился убивать взглядом. В таком случае нам с Лушей осталось недолго.

– Привет, – голос Доронина был абсолютно спокойным, но это нагоняло лишь больше страха.

– Привет, – подруга тоже решила поздороваться.

Никита кивнул Луше и посмотрел на меня.

– Зайдешь?

– Да.

Парень как-то неоднозначно качнул головой и ушел к себе, мы же с Лушей еще некоторое время провели в тишине, после чего, обменявшись многозначительными взглядами, одновременно пожав плечами, решили продолжить разговор позже.

– Приходи, как гроза стихнет, – проговорила подруга и направилась к выходу из приемной, я же поднялась со своего места и пошла к Доронину, предчувствуя, что разговор, о чем бы он ни пошел, мне не понравится.

Когда вошла, Никита уже сидел за столом и копался в бумагах. Заметив меня, парень улыбнулся. Вышло достаточно естественно, но теперь-то я уже знала, каким он был хорошим актером, и в искренности этой улыбки не была уверена.

– Присядешь?

– Да, конечно, – улыбнулась в ответ и села на ближайший к Никите стул.

– Как выходные? – Доронин начал издалека.

– Ты меня ради этого позвал? – решила избавить его от лишних вопросов.

– Нет, просто пытаюсь быть милым, – парень усмехнулся.

– Поздно уже милым быть, – ответила тем же.

– Ладно, у мамы в субботу день рождения.

Я отлично понимала, что значит эта фраза, но почему-то сейчас она вызвала ступор, ведь из головы напрочь вылетело то, что представление Никиты направлено совсем не на Алену!

Как и Аленино…

– Стеш? – Доронин, видимо, заметил мою реакцию. – Все нормально?

– Наверное… – тихо пробубнила я.

И ведь даже не подумала поговорить об этом с Яном!

– Дело в Нестерове? – прямо спросил Никита.

Не стала спорить и кивнула.

– Так вы обязательно увидитесь! – Доронин скривился.

– Ты знал? – специально задала не особо конкретный вопрос.

– С самого начала.

– Но… – парень не дал договорить.

– Но давай не будем еще сильней все запутывать. Пара часов, Стеш, – Никита сделал небольшую паузу и продолжил. – Для него Алена – практически как сестра. Можешь не переживать.

Я кивнула, а потом поднялась со стула и пошла к себе, стараясь следовать совету Доронина, однако выходило из рук вон плохо, потому что только сейчас до меня начал доходить масштаб истории, в которую я умудрилась ввязаться.

Надежда на нормальный разговор с Лушей таяла со скоростью эскимо в сорокаградусную жару, потому что Доронин решил вымещать свое плохое настроение через работу. Нет, Никита ни на кого не орал, он был спокоен, как удав, просто решил выполнить недельный объем работ за день, поэтому, если Светлану Евгеньевну вдруг хватит удар, установить причинно-следственную связь не составит труда. Сомневаюсь, что за все время работы в «Эвите» эта женщина в сумме сделала столько полезного, сколько за сегодня.

Один раз я поинтересовалась у Доронина, почему бы нам не нанять еще работников, пряча под «еще» очевидное «более квалифицированных», однако начальник одарил меня таким злобным взглядом, что дальше предпочла работать молча, размышляя над тем, что же такое задумал отец Алены.

В пять часов вечера сотрудники побежали из офиса быстрее олимпийских спринтеров. Луша также последовала их примеру, одарив меня печальным взглядом и пожав плечами. Я все понимала, поэтому улыбнулась и кивнула, несложно было догадаться, что ее уже ждал Сережа, а поговорить мы могли и завтра. В ответ на такую реакцию, Миронова просияла и скрылась за дверьми.

Я бы тоже с радостью поддалась всеобщей радости по поводу окончания рабочего дня, но, вырвавшись из цепких лап Доронина, достала телефон и с тоской вздохнула.

16.35 Ян: «Буду у «Эвиты» к половине шестого».

Обреченно посмотрев на дверь кабинета Антихриста Станиславовича, который, судя по всему, собирался остаться жить в агентстве, поднялась со своего места и отправилась к начальнику, понимая, что не смогу просидеть полчаса без дела.

– Помощь нужна? – спросила, заглянув.

– Давно в патриоты агентства записалась? – усмехнулся Никита, но на стул рядом с собой указал.

– Стараюсь бороться с внезапными благородными порывами, но пока безуспешно.

Все время до того момента, пока не позвонил Ян, мы провели в тишине, которую нарушал лишь шорох бумаг и щелканье клавиш. Помня реакцию на мое предложение днем, старалась помалкивать, Никита же был настолько погружен в дела, что разговаривать, наверное, просто не мог.

– Приступ великодушия официально завершен? – поинтересовался Доронин, едва я повесила трубку.

– Проявляешь чудеса дедукции, – улыбнулась и, закончив перепечатывать последний документ, отодвинула ноут.

Собрав свои вещи, улыбнулась начальнику и, кивнув, направилась к выходу, на ходу проговорив:

– Завтра принесу мазь для спины, если ты вдруг уснешь за столом.

Никита коротко усмехнулся, но промолчал. В таком состоянии он вообще был подозрительно неразговорчив, однако, когда я уже взялась за ручку, парень все-таки расщедрился.

– До завтра, – а потом добил, добавив: – Спасибо, что помогла.

– Черт, знала бы, что такое услышу, включила б диктофон, – проговорила с улыбкой. – До завтра!

По лестнице практически слетела, не останавливаясь, махнула охраннику на прощание и едва не врезалась в Яна, который стоял в нескольких метрах от входа.

Хотя почему не врезалась? Врезалась, только уже специально. Подбежала и обняла. Порывисто, одновременно ища губы губами.

– Если бы я знал, что ты так отреагируешь на мое опоздание, задержался бы сильней, – усмехнулся Нестеров через несколько минут, когда нам все же удалось поздороваться.

– В таком случае я могу уже не обнять, а придушить, – улыбнулась, уткнувшись в шею. – Какие у нас планы?

– Пойдем гулять?

Я вдохнула теплый весенний воздух, и улыбка стала еще шире.

– Пойдем.

– В бар? – спросил Ян, наверняка намекая на вечер нашего знакомства.

– Через бар.

Нестеров не стал спорить. К счастью, в этот раз парк был открыт, и мы просто посидели в одном из уличных кафе, хотя, признаюсь, затаскивал меня парень туда практически силой, старательно убеждая, что охранники не запомнили наших лиц.

А потом мы гуляли. Просто гуляли, и я с удивлением для себя замечала, каким красивым был на самом деле наш город, о чем и решила сообщить Яну.

– Никогда не думала, что у нас так… Живописно? – не смогла подобрать слово.

– Все просто зависит от того, с кем гулять, – усмехнулся Нестеров, за что я моментально ущипнула его.

– Не льсти себе, – ответила для приличия, хотя в глубине души согласилась.

– Пойдем, – парень пропустил мимо ушей последнюю фразу и потянул за собой, как часто это делал.

– Куда на этот раз? Нестеров, не пугай меня, я реально боюсь собак и не хочу никуда вламываться! – попыталась возмутиться, но Ян остался непреклонен.

– Ты вообще всего боишься, – еще и потешался.

– Вовсе и нет! – возмутилась.

– Ладно, почти всего, – милостиво поправил себя Ян.

Я не стала спорить, потому что с ним это просто не имело смысла.

А через несколько минут мы вошли в магазин канцтоваров, и я растерялась еще сильней. А потом парень купил ручку и тетрадь, и вот моя челюсть уже стукнулась о пол. Я ее даже подобрать не успела, когда парень стремительно потащил меня на выход.

Нестеров остановился лишь на улице, и я с удивлением поняла, что мы практически пришли домой. Не став пока спрашивать о его задумках, вспомнила о теме, поднимать которую, конечно, не хотелось, но было необходимо.

– Ян, – собралась с мыслями.

Парень быстро уловил мое настроение и вскинул бровь.

– Что-то не похоже, что ты сейчас про тетрадку спросишь.

Мы медленно шагали в сторону подъезда, а я все еще подбирала нужные слова. Так и не сумев выдать ничего вразумительного, качнула головой и усмехнулась.

– Полнейший бред.

– Ты про субботу? – невозмутимо поинтересовался Нестеров.

Злобно не сверкнуть глазами все же не получилось.

– Ты уже в курсе, – даже не попыталась придать голосу вопросительную интонацию.

– В курсе, – Ян кивнул.

– И? Что скажешь?

Вопреки ожиданиям парень улыбнулся.

– А что я должен сказать?

– Да что угодно! – вспылила и даже попыталась высвободить ладонь, но Нестеров не дал.

– Стеш, послушай, – его спокойный тон немного остудил мой пыл, однако взгляд так и не подняла. – Ты уже в курсе того, что происходит между семьями Алены и Никиты.

Неохотно кивнула, хоть полного представления и не имела.

– Поэтому попробуй воспринять весь цирк, как дружескую помощь.

Я поморщилась, но потом вспомнила, что ввязалась в эту историю добровольно и, хоть Ян, конечно, послужил катализатором процесса, однако виноватым не был, посмотрела на него.

– Отлично, – он улыбнулся. – И если тебе полегчает, Алену я даже не целовал. Ни разу.

– Да мое либидо прямо скакнуло! – не удержалась от колкости, однако Нестеров вместо ответа притянул к себе и поцеловал, не обращая никакого внимания на попытки сопротивления.

– Нечестно, – констатировала уже позднее, заметив, что желание спорить испарилось.

– Как умею, – Ян пожал плечами, а я, скользнув взглядом по его рукам, заметила ручку и тетрадь, о существовании которых уже успела позабыть.

– А это хоть зачем? – спросила, указав взглядом на предметы, предназначение которых было неясно.

Нестеров улыбнулся и лишь потом спросил.

– Стеша, а у тебя есть мечта?

– Опя-я-ять? – рассмеялась и закатила глаза.

– Я серьезно!

Пожав плечами, задумалась, перебирая мысли в голове, пытаясь вспомнить, о чем думала в вечер нашего знакомства, однако все те цели, которые назвать мечтами точно было нельзя, казались настолько мелочными, что становилось даже смешно.

И вдруг я замерла, потому что смогла осознать, чего мне на самом деле хочется на данный момент. До учащения сердечного ритма, до желания кричать, до дрожи. Это было одновременно так очевидно, но и внезапно словно раскат грома, но спорить с этим выводом было просто глупо, поэтому кивнула, глядя Яну в глаза.

Он же лишь улыбнулся и, сняв с ручки колпачок, протянул ее мне вместе с тетрадкой.

– Тогда напиши.

От этих слов отчаянно затрясла головой, даже испугавшись на мгновение такой бурной реакции со своей стороны. А вот Нестеров, кажется, даже не удивился. Просто кивнул.

– Могу сказать, что ты движешься в правильном направлении, – сказал он. – Держи, скоро пригодится.

Я послушно убрала письменные принадлежности в сумку, все еще пребывая в шоке от такого поворота собственных мыслей, даже не сразу смогла расстегнуть молнию.

– Зайдешь? – спросила через несколько секунд, когда смогла справиться с эмоциями.

– Обязательно, но не сегодня, – Ян аккуратно коснулся ладонью моей щеки, а потом нагнулся и поцеловал.

А мне хотелось смеяться и плакать одновременно, потому что теперь у меня действительно появилась мечта. Только ответа на вопрос о ее смысле до сих пор не было.

Дорофобия – боязнь получать или делать подарки.