Эволюция целителя 3

Глава 13

Я похолодел, бросил взгляд в сторону двери.

Странник понял, чего я опасался. Скривился в ироничной ухмылке, затем прошёлся к двери и закрыл её на щеколду. У этого типа точно не все дома.

— Какого чёрта ты сюда припёрся? — процедил я.

— Ой, я тебя умоляю. Кому ты нужен? Даже если я и скажу, что ты из другого мира, все пальцем покрутят у виска, — оскалился странник. — Тем более не собираюсь я тебя выдавать. Это не в моих интересах.

— У меня рабочий день, — напомнил я ему. — Сейчас пойдут клиенты.

— Наш разговор не займёт много времени, — странник продолжал скалиться и разлёгся на кушетке, на ней.

Я вспомнил, что он не договорил на прошлой встрече.

— Так что мне передалось вместе с Системой? — я старался говорить тихо, чтобы даже если кто подслушивал у двери, ничего не понял.

Хоть я понимал, что резона такое делать ни у кого из моего коллектива не было, всё же лучше перестраховаться.

— С Системой? А что с ней? — удивился странник, потянувшись к чемоданчику с осциллографом.

— Убери руки от приборов. Они стерильные, — строго произнёс я, и странник фыркнул, оставив свои попытки заглянуть в кейс. — Ты забыл наш прошлый разговор? Ты сказал, что, кроме Системы, мне передалось ещё кое-что.

В этот момент дверь дрогнула, затем на мой телефон пришло сообщение от Насти:

«Лёш, всё нормально?»

«Да, всё хорошо. Диагностирую пациента», — ответил я.

— Ну да, я такое говорил. Но это неважно. Ты узнаешь всё в свое время, — широко улыбнулся странник, будто издеваясь надо мной. — Я по другому вопросу. Ситуация обострилась. Грядёт красная аномалия.

— Подожди, — я аж опешил с его слов. — Красная? Я читал только об оранжевых.

— О боги, читал он об оранжевых, — демонстративно закатил глаза странник, спрыгивая с кушетки и подходя к стеклянному шкафу. — Ну вот кто в здравом уме будет говорить о красной аномалии, сам посуди… И ты можешь мне помочь с ней справиться.

— Ты не ответил, что выйдет из красной аномалии, — заметил я, отчего странник слегка покраснел. — И с чего ей вдруг появляться?

— Ты, наверное, не понимаешь, кто я, — прошипел он, подходя ко мне вплотную. Взгляд его вновь блеснул, и я сразу же понял, что он неплохой маг, хотя не сказал бы, что боевой.

«Всё верно, Лёха. Ты правильно увидел, — раздался в моей голове голосок Карыча. — Магия у него не боевая. Я пока тоже не могу понять до конца, какими заклинаниями он владеет. Но энергию внутри него чувствую»

«Странно, если бы её не было, — подметил я, выдерживая тяжёлый взгляд странника. — Он же между мирами перемещается».

«Ты даже не представляешь, насколько прав. Это я астральный, мне пофиг на эти перемещения. А вот физическое тело когда перемещается… О, это уже другая песня. Тут энергия и нужна, чтоб душа не отлетела во время перехода…»

Карыч затих, а странник вздохнул после продолжительной паузы, затем отошёл, заметавшись по комнате.

— Весь аномальный фон у меня как на ладони, понимаешь? — продолжил он. — Так что я вижу, что может произойти.

— Допустим, ты прав, — заметил я, и странник остановился.

— Не допустим, — процедил он. — Я прав, и точка.

— Ну хорошо, ты прав, — улыбнулся я краем губ. — Но кто вызвал эту красную аномалию в этот мир? Кому это выгодно?

— А никому, прикинь? — печально ухмыльнулся странник, вновь останавливаясь, уже у стола. Затем налил воды из графина и утолил жажду. — Кто-то из императорского дворца имеет к этому отношение. Я не знаю точно, кто это, но сигнал идёт с дворцовой территории. Этот маг сильный, и он хорошо прячется. Пытался я его вычислить, но лишь увидел силуэт, понимая, что это кто-то из императорского совета.

— Ты хочешь сказать, что сильный маг, тем более сам советник императора, сам того не понимая, спровоцировал появление красной аномалии? — удивился я.

— Да, из-за него всё и началось. Точнее из-за его экспериментов с магическими потоками, — вздохнул странник. — И оранжевых аномалий могло не быть, если бы не этот урод.

Если его слова правдивы, что очень возможно, этому миру грозит нашествие тварей? Или что-то вроде того?

«Не, там не будет никакого нашествия», — вновь отозвался Карыч. — «Я потом объясню. Но я бы на твоём месте ему не доверял. Я должен проверить его слова».

— Раз ты пришёл ко мне, значит, что-то от меня требуется? — вопросительно взглянул я на странника, без интереса полиставшего приёмный журнал.

Он поднял на меня взгляд и улыбнулся, вновь показывая кривые зубы.

— Ага, требуется, — произнёс он. — Сила твоя нужна.

— Сила? Что это значит? Ты, видно, забыл. Я ведь лекарь, не боевой маг, — уточнил я, внимательно следя за мимикой лица псевдо-пациента.

Но ничего я так и не увидел. Лицо странника было непроницаемым. И снова улыбка блуждала на его лице. Он волновался, это я точно понял. Очень сильно волновался и хотел скрыть это от меня.

— Я не могу тебе сейчас всего объяснить, — произнёс странник, вновь нагоняя этого грёбаного тумана. — В общем, на этом всё. Времени очень мало, но мне нужно подготовиться. Я сообщу место встречи.

Он вновь занервничал, как будто за ним кто-то следил. Подошёл к окну, затем отпрянул от него.

— Твою же мать… — выдохнул он и кинулся к двери, щёлкая замком, затем буквально вылетел из кабинета.

Да уж, повезло мне связаться с каким-то параноиком. Уже второй раз за ним будто бы следили, хотя Карыч молчал. А раз астральный питомец ничего не говорит, значит, это бзик странника, кем бы он ни был.

— И что это было? — в приёмной показалась растерянная Настя. — Что у него нашёл?

— Паранойю, — улыбнулся я. — Подлечил немного, отправил его к менталистам.

— Очень странный тип, — покачала головой Настя, хихикнув. — У нас ещё таких не было.

— Да лучше и не надо, — улыбнулся я, и Настя взглянула в сторону стола.

— Так и что, он по безналу расплатился? — хмыкнула ассистентка, и я нашёл в кармане мятую пятидесятирублёвую купюру.

— Почему? Вот, расплатился, — протянул я ей полтинник. Других вариантов не было, чтобы не вызвать подозрений.

— Ну хоть не забыл оплатить услуги, — рассмеялась Настя, забирая купюру. — Он так выскочил, что чуть меня не сшиб.

Много о чём надо было подумать, да и Карыч обещал что-то рассказать. Мне некогда было размышлять на эту тему. Через пару минут в клинику начали приходить пациенты, и я погрузился с головой в работу.

Поместье Державиных, в это же время

Софья испытывала странные чувства. Ей очень понравилась вечеринка у Долгопрудных. И она понимала, почему. Причиной было не общение с Наташей, которая как всегда щебетала под ухо о драгоценностях и грядущем путешествии на Кипр. И не случай с Одоевским, с которого она сорвала розовые очки.

Ей понравилась встреча с Алексеем. Галантный, культурный, без снобизма, которым грешат многие аристократы. Он был особенным, непохожим на остальных. И это Софье нравилось. Очень нравилось. И она ловила себя на мысли, что последние её слова, когда они прощались с бароном Логиновым, были не пустым звуком. Она и правда хочет с ним снова встретиться.

— Дочь, ты слушала, о чём я говорил? — услышала она рядом недовольный голос главы семейства. — Такое ощущение, что ты в облаках витаешь.

— Да, я слушаю, конечно, — улыбнулась Софья, поднимая взгляд на отца.

— Я промолчал там, на вечере, но сейчас просто обязан высказать свою позицию, — произнёс отец. — И предостеречь тебя.

Софья вздохнула и улыбнулась, насколько могла в этой ситуации. Ей надоели эти постоянные нотации. А уж тем более бесило, что опять вмешиваются в её личную жизнь.

— Я уже взрослая, папенька. И сама могу решить, с кем мне общаться, — заметила Софья.

— Ты меня опять не слушаешь, Софья. Да, тут я не спорю. Алексей Логинов — барон, — раздражённо произнёс отец. — Но ты ведь знаешь, где он работает, верно?

— Алексей — лекарь, причём талантливый. Ты же видел, как он спас Одоевского? Мне нравится с ним общаться, — холодно заметила Софья. — А ваши тёрки с Останиными мне до лампочки.

— И где ты такому научилась? «До лампочки», — скривился глава семейства и пригладил седую чёлку. — Ты просто не понимаешь. Я ведь тебе сколько раз говорил? Клиника «Целебник» принадлежит Останиным, с которыми мы сейчас на ножах. А этот Алексей работает на их территории.

— Но он ведь не на них же работает, верно? — вновь улыбнулась Софья. — Хватит опасаться за мою жизнь. Я и сама могу за себя постоять.

— Дочь, я тебя очень прошу… — подошёл к ней отец, его взгляд был очень напряжён. Он приобнял её за плечи. — Мы с мамой очень сильно беспокоимся о тебе. Подумай насчёт моих слов.

— И я тебя хочу попросить, — как можно мягче произнесла Софья. — Если вы действительно меня любите и беспокоитесь, то не ограничивайте меня. Прошу. Ты же понимаешь, что я не прекращу общения с Алексеем. Зачем этот разговор?

— А я тебе говорю — подумай, — уже более раздражённо произнёс отец. — Я не просто так говорю.

— Подумаю, — кивнула Софья. — Но моё решение тебе уже известно.

— Иван, пойдём, — показалась в дверях матушка, одетая в светлый брючный костюм. — Хватит наседать на дочь.

Князь Державин бросил на Софью отчаянный взгляд, хотел что-то сказать, но махнул рукой и вышел в коридор.

— Ольга, может, ты ей всё объяснишь? — слышала его затихающий голос Софья. — Она ведь не слушает меня…

— Поговорю, — отозвалась матушка.

Да пусть сколь угодно разговаривают. Софья не собирается отказываться от своих желаний в угоду того, что родители переживают за неё. На то они и родители, чтобы переживать за своего ребёнка. Хотя, когда началась конфронтация с Останиными, они будто живут идеей создать вокруг неё безопасную среду. Куда даже микроб не проскочит.

Когда же он наконец поймут, что это для неё равносильно вакууму. А в вакууме нет ни грамма кислорода, в нём всё живое задыхается. Она держалась лишь благодаря вылазкам в город.

Софья остановилась, улыбнулась мысли, которая промелькнула в её голове. Недавняя встреча с Алексеем всё расставила на свои места. И кажется, что теперь её вылазки в город будут гораздо более радостными. Надо лишь наметить время и наведаться в клинику. А повод для посещения она уже придумала.

«Целебник», кабинет Шадрина, в это же время

Вениамин Михайлович Шадрин сжал в руке смартфон так, что пластиковый корпус заскрипел, грозясь треснуть. Последняя фраза его собеседника эхом отдавалась в его голове. Директор «Целебника» аж осип от такой наглости, но пока не спешил с ответом.

— Вениамин, ты молчишь, и это меня очень сильно напрягает, — услышал он вежливый голос Анаболика.

— Мне это точно не послышалось? — выдавил директор «Целебника». — Ты сейчас говоришь о повышении оплаты за сотрудничество. Но мы ведь договорились на определенную сумму. Ты дал слово, что она не изменится.

— И ты тоже дал слово, что не будешь скрывать свои доходы. Верно? — повысил голос Анаболик. — Вам же «Возрождение» платит за аренду. Думал, я не узнаю?

— Постой, ты всё не так понял, — попытался оправдаться Шадрин, и потянулся за стаканом воды. — Их привёл Степан, они по сути работают в нашем здании на льготных условиях.

— Да что ты мне втираешь? Льготные условия, ха! — воскликнул Анаболик. — Я же, Вениамин, с тобой по-хорошему пока разговариваю. Делаю скидку на то, что мы не первый год знаем друг друга. И мне плевать, кто их привёл. Степан, Василий, или кто там у тебя ещё…

— Но ты указал слишком большую сумму, — вздохнул Шадрин. — Я же не могу работать в минус?

— Только не заливай мне, ладно? — сухо произнёс авторитет. — У вас полно клиентов. А у «Возрождения» их ещё больше. Как вариант, подними для своих арендаторов оплату. Чтобы через неделю на моём столе была озвученная сумма.

— Аркадий, вот именно, что мы давно друг друга знаем. Войди в положение, — произнёс Шадрин, глотнув воды.

— Ты ведь нарушил наши договорённости, не я. Теперь как хочешь, так и крутись, — процедил Анаболик. — Или я не прав?

Шадрин взял паузу, пытаясь найти хоть малейший повод скостить сумму. Но мысли смешались в голове и он не мог сосредоточиться.

— В какой-то степени ты прав, — согласился директор «Целебника».

— Не в какой-то, а прав на сто процентов, — напряжённо возразил Анаболик, затем смягчил тон. — Кстати, что там насчёт микстур и инструментов?. Будешь брать?

— А, да, конечно, — ответил Шадрин. — Обязательно.

— Тогда как всегда. Груз доставят через час во внутренний двор. Оплата наличкой, — бодрым голосом сообщил Анаболик. — Всё же не устаю поражаться тебе, Аркаша. Ты будто бессмертным себя считаешь.

— Я же сказал, что согласен на твои условия, — сразу же заметил Шадрин, и в висках вновь застучал пульс.

— Я не об этом, — усмехнулся Анаболик. — Если Останин узнает о твоих делах, он тебя с дерьмом сожрёт.

— Хочешь красиво жить, умей вертеться. Так ведь ты говорил? — улыбнулся Шадрин.

— И такое говорил, да, — отозвался авторитет. — Главное не забывать о договорённостях, чтобы спать спокойно. Всё, пока, не кашляй.

Звонок оборвался. Шадрин ещё какое-то время пялился на мерцающий экран смартфона. Нет, его не смущало то, что они поднимут аренду для «Возрождения». Он опасался последствий. «Возрождение» развивается, и, не ровен час, помашет им ручкой, сваливая из-под их крыла. А сумма, которую он будет платить Анаболику останется прежней.

Так, ладно, хватит думать. Надо дела делать. Он созвонился со Степаном.

— Да, Вениамин Михайлович, что-то срочное? Я принимаю пациента, — услышал он в трубке знакомый голос.

— Передай пациента своим помощникам, — резко произнёс Шадрин. — Разговор есть.

— Да, сейчас, — отозвался Степан, а через пару минут его голос вновь зазвучал из динамика. — Да, слушаю.

— Сейчас мухой делаешь накладные на серый товар, — сообщил ему Шадрин.

— Точно, сегодня же как раз день закупки, — вспомнил его зам.

— Да, только быстро делай. Материал будет на месте через… — Шадрин взгляну на свои наручные часы, — … пятьдесять минут. И не светитесь там особо. Если кто будет спрашивать — скажи, что поставка с аптечного склада.

— Да кому мы нужны, Вениамин Михайлович? — весело произнёс Степан.

— Стёпа, я тебя предупредил, — бросил Шадрин в трубку. — И не вижу ничего здесь весёлого. Заруби себе на носу. Никто не должен об этом узнать, даже твой Захарыч.

Он сбросил звонок, тяжело вздохнул и ещё раз глотнул воды, откидываясь на спинку удобного кресла.

Внутри очень неприятное было послевкусие после разговора с Анаболиком. Он и раньше общался не слишком приветливо, но сейчас был очень раздражён.

Но Шадрин понимал, что продолжит работать с авторитетом. От такой кормушки сложно отказаться. На эти деньги он загородный особняк отгрохал, и семью каждый год то на Мальдивы, то на Кипр отправляет.

Да и схема проста: «Целебник» закупает серый дешёвый товар, а Останину он отчитывается как за легальный и совсем недешёвый. И приличную разницу в цене Вениамин Михайлович кладёт себе в карман регулярно и на протяжении более десяти лет. И главное, об этом никто не знает. А кто в курсе, прекрасно понимает, что болтать языком в данном случае — это подписать смертный приговор.

Поток пациентов иссяк, и я выдохнул. Я положил в копилку ещё тысячу двести очков опыта и порадовался сообщению Системы:

/Ваш текущий уровень: 7 (6090/7500)/.

До восьмого уровня рукой подать, и уже завтра я могу его получить. И возможно, вместе с этим придёт очередной нехилый бонус.

Впереди обеденный перерыв, который немного сместился по времени.

Настя уже побежала заряжать быстро-плиту продуктами, чтобы готовить обед, а Захарыч зашёл узнать, как у нас по прибыли на сегодня.

— Как и в прошлые дни, — заметил я. — Тем более надо нам озаботиться банковским терминалом. Больше половины пациентов оплачивали онлайн.

— Кстати, да, — почесал подбородок Захарыч. — Я уже думал насчёт этого, и присмотрел даже фирму, которая поставляет и настраивает на месте оборудование.

— Так что мешает? — спросил я, и старик вздохнул.

— Да в целом ничего. Останется лишь зарегистрировать терминал в имперской канцелярии, — объяснил старик. — А там кучу бумажек собирать.

— У тебя вон, помощница есть, причём привлекательная, — улыбнулся я. — Очарует своей красотой всех чиновников, и собирать долго не придётся.

— Да ну, что ты говоришь, — вновь заворчал Захарыч, но затем хмыкнул. — Хотя ты возможно и прав. Наверное, ей делегирую эту задачу.

Захарыч вышел из приёмной, и я последовал за ним и решил пообщаться с Карычем.

«Ну что там по красной аномалии?» — спросил я, направляясь по коридору в сторону уборной. Надо было помыть руки и умыться, чтобы прийти в чувство.

«Как и говорил, — отозвался пернатый. — Нет там никакого нашествия. Видел я одну такую в очередном мире».

«Ты можешь говорить прямо? На что она больше похожа?» — поинтересовался я у питомца, и он взял паузу, видно вспоминал, что видел.

«Был я в одном из похожих на ваш миров, — начал Карыч. — Красный туман, а из него вышли… как бы это сказать?.. Разумные монстры. Похожи немного на вас, прямоходящих».

«И насколько опасны? С оружием?» — спросил я.

«Да-да, именно с оружием. Странные изогнутые мечи. Их было всего-то несколько особей, но они начали крошить всё направо-налево, — прощебетал пернатый. — Пришлось свалить оттуда, пока мне крылья не общипали».

«Больше ничего не скажешь?»

«Так я больше и не видел. Туман. Горящие зелёным глаза, мечи эти изогнутые, и всё», — признался Карыч.

— Алексей! Постой! — услышал я в коридоре, открывая дверь в обеденную.

— Дарья? Что случилось? — взглянул я на сияющую от счастья техничку.

— Пойдём, я тебе должна кое-что показать, — махнула она мне.

Кажется, я понял, в чём дело. Она ремонтировала артефактный кинжал, и её реакция означала только одно — всё у неё получилось.

Мы зашли в уборную, и я увидел на столе кучу разных крючков, приборов, а в центре на красной тряпице сверкал тот самый кинжал. Точнее не он сам сверкал, а странные символы на нем.

— Я починила его, — радостно произнесла Дарья. — Смотри, какая красота. Эти символы перемещаются.

Присев за стол, я вгляделся в эти странные закорючки. Они действительно еле заметно двигались по клинку.

И, что удивительно, они были мне знакомы.