Жених по обмену 2

Глава 6 Охрана

После уроков Ник заглянул к охране.

На проходной Михалыча не было. И Ник вспомнил, что вроде бы там смена считалась более сложной и по два дня подряд охранники на входе не сидели, а менялись.

На входе в гимназию смотрели за внешним видом учеников, второй обувью, отмечали опоздавших, ещё следили, чтоб не проносили что-то запрещённое, впрочем, сильно досматривать охрана вроде не имела права. Но в центральных дверях точно стояла рамка с чем-то вроде простенького сканера, и, например, пистолет или что-то вроде ножа или молотка скрытно не пронести. А вот какие-нибудь таблетки — запросто. Так что в то, что тот же Янквиц чем-то барыжит, вполне верилось, у него были и возможности, и желание. Да и вроде бы «сын своего отца» никогда не был стеснён в средствах и буквально раскидывался деньгами. Например, на их второй тренировке попытался послать Ника за газировкой для себя и парней и сунул ему пятитысячную купюру, но начавшийся тогда конфликт быстро загасил Звягинцев. Таких «проверочек» Ник навидался, когда перевёлся в Первую Императорскую Гимназию, так что даже внимания особого не обратил.

Михалыч обнаружился сидящим за пультом наблюдения внешнего периметра, то есть на кнопках открытия ворот и калиток, через камеры приглядывал за парковкой и прилегающей территорией.

Имелись в гимназии и камеры внутреннего периметра, которые снимали классы и коридоры, но всё равно было полно «слепых» зон, как минимум в тех же раздевалках и туалетах. За пультом «внутрянки» сидел молодой охранник, которого звали Дмитрием, если судить по нашивке на форме «Дмитрий С.», такие охрана носила вместо бейджиков, но Ник с ним был не знаком более официально. В гимназию своих охранников Марковы не устроили, это оказалось не так просто, как в обычной школе. Охраняла гимназию специальная контора под названием «Сапсан», которая распределяла охрану по объектам. И не факт, что, устроившись туда, попадёшь именно в гимназию. Плюс там более тщательно, чем в муниципальной школе, всех проверяли. И всяких заинтересованных и связанных с какими-то семьями, кланами и фирмами не брали. Страшно представить, что бы начал вытворять тот же Янквиц, если бы у него были два амбала на подхвате прямо в гимназии.

Михалыч оставался «старожилом», потому что жил где-то совсем недалеко и подписал дополнительное соглашение с гимназией — как-то он сказал о таком, когда Ник спросил, почему охрана так часто меняется и всё время новые лица. Вроде как они и не знают учеников, и ученики не знают их. Оказалось, что по политике охранной фирмы людей перекидывают на разные объекты, чтобы как раз они не заводили знакомства и не было соблазна с кем-то о чем-то договариваться. Хотя, конечно, всегда можно найти с кем и каким образом договариваться, была б такая цель. Но это вряд ли будет что-то долговременное. Некоторых охранников они видели по паре месяцев, а то и меньше. Да и, наверное, со школотой не каждый мог работать. Это точно «повышенный уровень опасности».

— Здравствуйте, Игорь Михалыч, — поздоровался Ник.

— Привет, тебе чего? — спросил Михалыч, покосившись на него.

— Да у меня уроки уже кончились, а у девушки моей ещё тренировка, — улыбнулся Ник, — хотел спросить, может, партию сыграем?..

— Ну можно, только сначала проследить надо, чтоб все вышли, а когда урок начнётся, поспокойнее будет, сыграем, — отозвался Михалыч, хрустнув шеей.

— А можно пока посмотреть, что там наши камеры показывают⁈ — спросил Ник.

— Ну смотри, — разрешил Михалыч. — Но сначала вон там на кухне нашей чай поставь, горячего хочется.

— Я в нашем кафетерии как раз булок купил, — похвастал Ник, доставая «взятку». — К чаю.

— Это ты молодец, конечно, — хмыкнул Михалыч и подмигнул напарнику. — Видишь, какие тут парни учатся, а ты всё ворчал, что мажоры и снобы.

Дмитрий криво ухмыльнулся, но предложенную булку взял. Пекли у них в гимназии вкусно. И начинки много.

— Ну со снобами это я согласен, — закинул удочку Ник. — Тут такой слух прошёл, что хоть стой, хоть падай.

— Про кого опять? — хмыкнул Михалыч, не отрываясь от пульта, но было видно, что ему любопытно.

— Про Вольфганга Янквица из двенадцатого «А». Такой белобрысый, он в баскетбол играет тоже.

— И чего про него говорят хорошего или плохого? — спросил Дмитрий, не выдержав МХАТовской паузы.

— Что его отца за госизмену арестовали из-за каких-то запрещённых веществ, а сын его пропал куда-то, но его Третий отдел с собаками ищет. При этом поговаривают, что он в гимназии что-то распространял.

— Если и так, он всяко это не прямо в коридорах делал, — хмыкнул Михалыч. — Не совсем же дурак под камерами такое творить. А туалеты и раздевалки снимать нельзя.

Как Ник и думал в принципе.

— Ну, мало ли, у него может быть спрятана какая-нибудь заначка в шкафчике, — заметил он. — Так что он может сюда вернуться.

— Надо хоть посмотреть, что за парень… — хмыкнул Михалыч и кивнул напарнику. — Дим, ну-ка пробей его по базе гимназии и скинь мне фотку. Если его ищут, а он и правда заявится, можно в Третий отдел стукнуть, раз он так им нужен. Они за поимку всяких преступников и подозреваемых неплохо целковыми платят.

— Может, ещё серебянниками? — хмыкнул Дмитрий, но шустро защелкал клавишами. — Нашёл.

— В болталку там нашим напиши, что почём. И эту фотку скинь на всякий. Мало ли, правда в гимназию припрётся. Чтоб знали, что за фрукт.

— Так, может, посмотреть в этом его шкафчике, придёт он за чем-то или там только старые трусы? — спросил Дима. — Знакомый фрукт, кстати.

— Это без ордера или приказа директора нельзя делать, — ответил ему Михалыч. — Ну или без одобрения начальства нашего. Хотя я вроде слышал, что наш сам после службы на Министерство полиции фирму нашу организовал, и корешей у него с предыдущей работы много осталось. Может, и надо сообщить Пал Санычу, чтоб сказал, что да как.

— Э… Ладно, я тогда лучше мешать не буду, — сказал Ник. — Пойду в зал, на тренировку посмотрю. А то вдруг и правда он заявится. Там как раз раздевалка недалеко…

— Ага, спасибо за наводку, — хмыкнул Михалыч, внимательно посмотрев Нику в глаза. — Ты, похоже, очень хочешь, чтоб его за жопу схватили. Видели мы ваш конфликт в понедельник в вашей школьной столовке.

Дмитрий угукнул, уже как-то весело посмотрев на Ника, и укусил булку.

— Этот мажор к моей девушке приставал, — отбросил политесы Ник, — а ещё нанял несколько парней меня наказать.

— И чего⁈ — заинтересованно спросил Дмитрий, чуть не подавившись булкой.

— Наказывалка не отросла, — сунул руки в карманы Ник.

— Побитым не выглядишь, — заметил Дмитрий.

— Да он же силой обладает, — хмыкнул Михалыч. — Чего думаешь, борзый-то такой пацан. Он тоже в этот их баскетбол играет. Прыгает выше роста. Ты ведь нам не нагнал про этого Янквица, чтоб отомстить за подсылов?

— Не, это информация точная, и про отца его, и про его дела и розыск, — ответил Ник.

— Хорошо, коли так, — хмыкнул Михалыч, оказавшись не таким простаком.

— Прикольно, — улыбнулся Дмитрий. — Значит, не только мажоры тут учатся.

— Не, олимпиадник он, — пояснил Михалыч. — Ладно, приглядим за этим твоим Янквицем. Начальству стукнем, посмотрим, что скажут.

— Спасибо, — кивнул Ник, похоже, попаданческое везение всё ещё с ним, но не стоит всех считать глупее себя. Действительно, драка в гимназии не могла пройти мимо охраны, и наверняка все они посмотрели нарезку и по «болталке» ещё всем отправили. И Янквица, и его, как участника драки, сразу же опознали.

Но своей цели, то есть предупредить охрану, чтобы те заметили Янквица, если тот вдруг решит за каким-то «надом» явиться в гимназию, он добился. Не хотелось бы, чтобы тот под видом ученика по своей бирке спокойно явился в гимназию и как-то кому-то нагадил. К тому же загнанная в угол крыса может быть весьма опасна, особенно если решит, что терять нечего, и захочет отомстить. Что-то подсказывало, что если бы изначальная задумка Янквица с похищениями удалась, живыми они бы с Софией не выбрались.

Девчонки бодро отпрыгали под музыку, померили свои новые костюмы, что-то ещё подгоняли, Ник старался не особо пялиться и правда сделать уроки, на которые слегка подзабил.

— Всё, я освободилась, — подошла к нему София, когда Ник закончил с интегралами и сочинением про «Мёртвые души» по литературе.

— Ага, я тоже почти всё сделал, — отозвался он. — Поедем к Тимуру?

— Да, — кивнула София.

Ник, пока они шли до парковки, позвонил в закусочную к Ибрагиму и по дороге забрал две горячие шавермы с двойным мясом.

— Что это? — спросила София, когда Ник, потрясая добычей, вернулся в машину и поделился со своей женой.

— Ехать долго, а если ещё заезжать куда-то поесть, то не успеем, — объяснил он. — Это шаверма. Очень вкусная. Мясо и овощи, завернутые в лаваш.

София понюхала и осторожно куснула. А потом замычала.

— М-м… Это вкусно!

— Угу… — Ник достал из бара стаканы и налил им сока. Почему-то он так и подумал, что София никаких блюд «из забегаловок» никогда не ела, либо дома, либо в гимназии, либо уж что-то уровня «Пушкина».

София на тренировке явно использовала силу, чтобы высоко прыгать, а ещё удерживать пирамиду в самом низу, что смотрелось довольно-таки удивительно. Так что потратила много энергии и спокойно умяла большую шаверму. Ник только на секунду раньше закончил и успел протянуть салфетки, чтобы вытереться.

— Это было вкусно, и сочно, — на лице Софии расплылась довольная улыбка, а потом она как будто чуть помрачнела.

— Что случилось? — насторожился Ник и взял её за руку.

— Просто вспомнила, что… Вчера в «Пушкине» мы ели разные вкусные блюда, там они такие маленькие, но много, и я очень жалела, что тебя нет рядом, хотелось… Ну не знаю, обсудить, вместе попробовать что-то.

— Хочешь, мы сходим на свидание? Только ты и я? — обнял её Ник, поцеловав в щеку. — Я тоже расстроился, что не смог… Что не я защитил тебя…

София крепко его обняла, утыкаясь в шею.

— Я очень хочу…

— Что, и на места для поцелуев согласна? — подколол Ник, затаскивая Софию к себе на колени.

— Тогда проще у нас в домашний кинотеатр пойти, потом никуда ехать не надо будет, — резонно заметила жена.

Ник шутливо шлёпнул её по крепкой попке, а потом технично оставил там же руку. София вроде такой наглости не противилась. Да и вообще так обниматься стало намного приятней. Правда, опять пришлось контролировать себя, чтобы не перевозбудиться в неположенном месте. Так что сильно они не шалили. Просто обнимались, а он наглаживал приятные выпуклости жены. Но добираться до больницы определённо стало приятней.

У Тимура оказалась неплохая такая палата, похожая на маленький номер в отеле. Даже был свой санузел и душевая. А возле тумбочки и койки, у которой можно сменить высоту и положение, стояли мерно попискивающие приборы контроля жизнедеятельности, отсчитывающие пульс и давление или ещё какие-то показатели. Телик на стене, который удобно смотреть именно с кровати.

Ещё имелось два кожаных кресла-стула для посетителей и небольшой столик. В общем, очень даже неплохо, жить можно.

— У тебя только холодильника не хватает, — заметил Ник, после осмотра палаты.

Тимур, который лежал на кровати, слабо кивнул. Выглядел шурин как-то не ахти.

— Мама тебе отправила фруктов и ещё вещей немного, — засуетилась София, раскладывая на столик то, что им отправили с машиной и о чём вчера на обратном пути сказал Ник. Что могут в больнице понадобиться какие-то вещи: тапочки, бельё, кружка домашняя, родная пижама или какие-нибудь штаны с футболкой — Тимур всяко в ресторан не в трениках отправился, а в костюме-тройке. Хотя больница выглядит как гостиница, не факт же, что они таким обеспечивают каждого пациента, а вещи из дома как-то и успокоят, и настроят скорее выздоравливать.

Так что ещё с утра им тёща собрала большой пакет для передачки.

— Спасибо, футболок со штанами мне тут очень не хватало, — слабо улыбнулся Тимур, — пришлось соглашаться на больничную сорочку. А она очень неприятная, да и сзади поддувает.

Ник хохотнул и осторожно поздоровался с шурином за руку.

— Ну ты герой, конечно. Как самочувствие?

— Так себе, — чуть скривился Тимур и показал на приспособу на предплечье, приклеенную к нему пластырями. — Мне сделали диализ, пичкают какими-то нейтрализаторами и постоянные капельницы. Вот даже, чтоб каждый раз иглами не тыкать, сделали сразу дырку в вену.

— А что врачи говорят насчёт силы? Прогнозы хорошие? — спросила София.

— Пока непонятно, — скривился Тимур. — Не, я говорил, конечно, что хоть травму получай, но…

— Э, брат, Вселенной надо аккуратно загадывать желания, — хмыкнул Ник, сжав плечо шурина. — Тебе повезло, что ты не первый с таким препаратом столкнулся.

— Да, я что-то про это слышал, — кивнул Тимур. — Что у них протокол лечения есть и какие-то специальные уловители и мудрёные докторские словечки.

— Значит, тебя быстро поставят на ноги, — оптимистично кивнул Ник.

— К Алмазному Кубку всё равно не поставят, — покачал головой Тимур, но не то, чтобы сильно расстроенно. — Так что, чтобы взнос не пропал, придётся вам отдуваться.

— Что? — удивилась София.

— Сама же знаешь, что «Алмазный Кубок» заранее набирается по приглашениям, а взносы на участие оплачиваются ещё в октябре — ноябре, отец точно уже всё внёс, я документы подписывал. Там по правилам эти деньги вернуть нельзя, в договоре написано, что максимум можно на кого-то из семьи, у кого есть приглашение, участие перекинуть, — ответил Тимур. — Я ещё подумал, что на тебя можно в случае чего.

— О… — София растерянно моргнула. — Понятно…

— Вот как, — задумался и Ник. А посмотрев на жену, без слов понял, как для неё это важно. Она хочет. Всех победить. Всем показать. Всем доказать. И у неё появился реальный шанс на это. Причём, вроде как даже без превозмоганий и тайн. Ну, в случае, если Артурчик пожалеет денег и согласится на замену. В принципе Ник планировал, что если что, просто оплатит участие Софии — у него были неплохие деньги на счету ещё с наследства от матери, и он их помаленьку и крутил, и немного зарабатывал сам. Ну и плюс бабуля тоже не оставляла его без содержания как бы, и «на женитьбу» опять же им немало подарили наличкой. В общем, они не бедствовали и могли позволить себе участие Софии в этом Кубке. Другое, что стояла моральная дилемма: прямой запрет Артурчика и как бы гипотетический финал с родным братом. Сейчас одна из причин возможного отказа отвалилась сама собой с досрочным вылетом Тимура, и в связи с этим, возможно, отвалится и вторая причина.

— Давайте, рассказывайте мне, что в итоге произошло, — Тимур кнопками сделал себе из койки полусидячую лежанку и с интересом посмотрел на Ника.