Жених по обмену

Глава 17 Репетиции со стеком

Домой они с Ником вернулись почти в полвосьмого вечера. Веселые, довольные и нагруженные всякими покупками из секс-шопа.

— А когда мы будем?.. — спросила София, когда они с Ником плюхнулись на диван в гостиной.

— Презентовать свои покупки твоей семье?

— Э… Да.

— Стоит продумать этот момент, — задумался Ник. — Хотя, конечно, лучше потренироваться. Иначе, если мы не будем чувствовать себя комфортно и естественно в таком, то это заметят. Кстати, там на моей портупее крепежи есть, нужно проверить, как она на одежде, и чтобы твой меч для фехтования силой таскать…

— Там вроде бы ремни были, можно делать посвободней, — София вспомнила про эту портупею. Она и правда смотрелась на Нике… Весьма красиво и даже «горячо», как сказала бы Аля. Да и без футболки Ник… Все эти мышцы и кубики пресса… Вызвали желание потрогать, наверное. У него хорошая фигура и прекрасно развитая конституция тела. Такой вроде и жилистый, и мускулистый. Каждая мышца рабочая, а не просто накаченная для красоты. В этом она уже убедилась на утренней тренировке.

— Тогда давай всё ещё раз померяем все наши обновки, — Ник начал стягивать футболку, и София поспешно отвернулась. Она подхватила свои пакеты и скрылась в ванной комнате.

Комбинезон и правда очень просто надевался, в этом смысле одежда оказалась весьма продуманной. Да и снять, несмотря на облегание, легко. Как самой, так и… другому человеку.

София поиграла молнией, делая вырез на груди ниже, оказалось, что можно декольте раскрыть чуть ли не до пупа, и при этом комбинезон не сваливается, а всё также обтягивает тело. Разве что грудь чуть больше видно, и её не так стискивало, как в застёгнутом виде. Кожа всё-таки довольно эластичный материал. Ну и воротник на шее держал, хотя там тоже была молния и её можно легко расстёгнуть.

Сапоги хотя и больше походили на чулки, но на самом деле вся шнуровка впереди — это лишь декоративный элемент, и они тоже застёгивались на молнию. Каблук удобный, но высокий, и на нём ещё стоило потренироваться ходить, чтобы двигаться легко и непринуждённо. А ещё сапоги стягивали колени, почти не давали их сгибать при ходьбе, меняя походку, поэтому бёдра сами собой двигались восьмёрками.

София поправила прическу, затянула хвост почти на макушке, чтобы стать еще выше, и под влиянием образа удлинила и увеличила стрелки на глазах, а потом и нанесла на губы ярко-алую помаду, которой вообще никогда не пользовалась. Кажется, ей Аля подарила, «чтобы соблазнять парней».

От разглядывания новой себя Софию отвлекла музыка. Похоже, Ник уже переоделся и пытался «создать атмосферу», так как играло что-то иностранно-агрессивное. Когда она вышла из спальни, Ник сидел на ковре посреди гостиной на коленях, опустив голову, в ошейнике и портупее на голый торс. В руках он держал… Кажется, это называлось «стек». Такую штуку вроде хлыста в оплётке с плоской гибкой головкой, которая шлёпает, создавая громкий и резкий звук, но не причиняет травм, использовали для дрессуры лошадей.

К тому же, насколько София вообще слышала про все эти БДСМ-игры и где-то краем глаза видела в фильмах и сериалах, такой «указкой» можно было коснуться, на кого-то указать или что-то запретить. И вообще, вроде бы «госпожа» в принципе ограничивала доступ к своему телу по типу «смотри, но не трогай» и как раз таким стеком шлепала желающих по рукам и другим местам. А также доминировала и в моральном плане. Её приказы исполнялись, и командовала именно она, позволяя то, что хотела позволить.

София с удивлением поняла, что это ей даже… В какой-то мере подходило. Хотя насчёт «командовать и доминировать» у неё имелись большие проблемы, и этому, наверное, надо как-то учиться.

Она замерла, не зная, что дальше делать.

Ник посмотрел на неё снизу вверх и улыбнулся, рассматривая. Кроме портупеи и ошейника, того самого, которым они «окольцевались» на свадьбе, на нём также оказались его широкие кожаные браслеты. Наверное, это чтобы не повредить запястья наручниками. Они такие тоже купили. Впрочем, София не думала, что дойдёт до наручников, с одним стеком бы разобраться, как и чего делать, чтобы никому не выткнуть глаз и не причинить настоящей боли… Она продолжала рассматривать «покорного Ника». На широком ремне, заправленном в джинсы, висели разные цепочки. Это всё тоже делало образ завершённым. Да и дома, без свидетелей, это всё как-то… более по-настоящему, что ли.

Ник терпеливо ждал, и в конце концов София решилась. Это всё музыка и плескавшийся в крови адреналин от того, какая она вся затянутая в кожу, накрашенная и как будто и не она вовсе. Наверное, чтобы быть «госпожой», стоило просто отдавать резкие команды без просьб и вежливости.

— Мой стек. Дай! — чуть-чуть включив силу, скомандовала София. Сила в подобных случаях всегда ей помогала, как, например, «подыграть» Нику с утра.

— Возьмите, моя госпожа, — протянул ей приспособление Ник.

Она взяла кожаную оплетку, очень удобно лежащую в руке. Попробовала побить диван. Он тоже кожаный… Стек и правда издавал свистящий резкий звук и опускал «мухобойку» на своём навершии со звонким шлепком. София решилась и аккуратно шлёпнула по ладони себя, проверяя ощущения. И правда, по звуку казалось, что это должно быть больней, чем на самом деле. Она примерилась в оголённое плечо, но неудачно размахнулась и хлёстко попала по щеке. Вышло очень громко.

— Ой! Больно? — почему-то шёпотом спросила она Ника.

— Нет, приятно, моя госпожа, — прошептал тот в ответ с придыханием, но при этом скорчив такую несчастную физиономию, что София только чудом не вышла из образа и не засмеялась.

Потому что в следующую секунду в апартаменты ворвался Тимур.

— А что вы?.. — начал брат, его взгляд метался от Ника к Софии, а глаза расширялись, словно хотели вылезти из орбит.

София от неожиданности закаменела, но привычка «держать лицо» настолько закрепилась, что она даже бровью не повела. На каком-то наитии она резко хлестнула себя по сапогу и сказала, глядя на Тимура в упор:

— Вышел! Живо!

И замерший с открытым ртом брат через мгновение хлопнул дверью, словно испарился.

Сердце заколотилось как бешеное, и чуть не отказали ноги. София и поверить не могла, что именно так отреагировала и у неё получилось то, что они задумывали… Но ведь эту «акцию устрашения» они планировали даже не сегодня, а… когда-нибудь.

— Ы-ы… — внезапно раздался странный звук, и София, растерянно оглянувшись, поняла, что Ник. Он упал на спину, закрыл лицо ладонями и попросту давился хохотом. — Как же ты великолепна, моя… моя… г-госпожа-а-аха-ха…

Пережившая адреналиновый откат София подошла поближе и возмущённо потыкала ржущего муженька стеком. Ник начал уворачиваться, чуть ли не катаясь по ковру, смеялся и просил пощады от слишком суровой госпожи. София не выдержала и тоже захохотала. Когда она просмеялась, то обнаружила себя лежащей рядом с Ником. Этот хитрец воспользовался её слабостью в ногах, перехватил и повалил рядом с собой. С ковра на комнату был совсем иной ракурс, а лежать так оказалось вполне удобно.

— В этих сапогах можно только стоять или лежать, — подняла София ногу вверх, разглядывая шнуровку. — Колени почти не сгибаются. И каблук… Не привыкла я к каблукам, тем более таким высоким.

— Если что, купим тебе новые, — Ник быстро поднялся и ловко расстегнул сапог, вытаскивая её ногу на свет. На миг он замер с её ступнёй в руках, что-то рассматривая. Может, педикюр? Но затем всё же отпустил и помог со вторым сапогом.

Когда же он, поигрывая бровями, потянулся к молнии на декольте, София ловко шлёпнула его стеком по руке.

— Ага, щас! — звук вышел хлёстким и громким.

— Попытка не пытка… Хотя… Это как посмотреть, — хмыкнул нисколько не расстроенный Ник, ухмыляясь.

— Ладно, пойду переоденусь, — София легко поднялась. Сапоги всё же здорово стесняли движения, а вот в комбинезоне удобно. То, что её в таком виде увидел брат, отчего-то уже ничуть не беспокоило. В конце концов, они чего-то подобного и добивались, и в следующий раз Тимур не станет заскакивать в комнату без стука и вообще приглашения. Заимел тут дурную привычку… К тому же, и правда, теперь можно будет потребовать поставить замки на апартаменты. Раньше она о таком даже помыслить не могла. Да и попроси она замок на дверь, чтобы её личное пространство оставалось приватным, отец, скорее всего, бы сказал что-то вроде «это мой дом, и я могу входить в любую комнату». Или что-то о том, что «у тебя не должно быть секретов от семьи». Вспомнить только, как он ворвался с претензиями, когда заподозрил в том, что она с кем-то встречается, как выдумал тот дурак-адвокат перед подписанием брачного контракта.

— Кстати, для ясности… Завтра — это свидание, — заявил Ник ей в спину, когда София почти дошла до гардеробной.

Она невольно улыбнулась, но не обернулась, и похоже и без сапог у неё вполне получилось крутить бёдрами так, чтобы чувствовать взгляд на своих ягодицах, обтянутых чёрной кожей.

Остаток вечера они провели за уроками в кабинете. Внезапно вспомнилось, что в понедельник будет зачёт, а всё воскресенье может быть занято друзьями Ника. Так что пришлось отвлечься от грандиозных планов по «курощению семьи».

Ник оказался спецом в английском и легко объяснил про все эти дурацкие времена, в которых София постоянно путалась. Они даже поговорили на английском, и Ник похвалил её произношение. Оказалось, что он был очень хорош и в немецком, и вообще занимал призовые места в языковых олимпиадах по Москве, а также участвовал в олимпиаде по всей Империи.

— А по английскому Сашка Шишков выиграл… — закончил свой рассказ Ник. — Вот кто точно гений. А я так, хороший середнячок. Сашка поступил в «ломоносовку» благодаря своему первому месту по Империи.

— Ты скромничаешь, — покачала головой София. — У тебя самого явный талант к языкам, ты так круто говоришь и все правила знаешь… Кстати, а ты почему в эту «ломоносовку» не поступил? Ты же тоже мог. Учитывая твои способности и первое место по немецкому языку. «Ломоносовка» — это же которая при МГУ, да? Там ещё дипломаты будущие и всякие атташе?

— Были свои причины, — пожал плечами Ник. — Да и не хотел я там учиться и видеть местные рожи.

— Ты оттуда кого-то знаешь?

— Да я вообще многих знаю, — закруглил разговор Ник. — К чёрту эту дипломатию и этих дипломатов. Пойдём перекусим чем-нибудь из нашего холодильника. Чтобы вниз не спускаться и не разрушать нашу легенду.

— Хорошо, я уже проголодалась, — согласилась София.

Они вышли из кабинета, в котором закрывались, и Ник сделал музыку чуть потише. Перед тем как отправиться учить уроки, он как-то перенаправил звуки колонок на стену, так что внутри всё звучало не так громко, как должно казаться снаружи. София и не знала, что так можно. А Ник ещё и в технике отлично разбирался.

Впрочем, похрустывая снеками, София думала о словах про завтрашнее свидание. И, может быть, Ник что-то ждал от неё, но…

Но…

С другой стороны, он рассказал ей про свою фобию, рассказал про свою маму и даже про бабушку, похоже, настала её очередь откровенничать и делиться не самыми приятными вещами в жизни, чтобы… её поняли и приняли? Он же поймёт?

По крайней мере, у него не будет глупых надежд.

София вздохнула и решилась.

— Сила со мной с тринадцати лет, — решила без преамбул начать она. — Но она проявила себя в очень сложной для меня ситуации…

Ник отложил чипсы и посмотрел на неё, издав какой-то ободряющий звук и показывая, что слушает.

— В общем, я, кажется, рассказывала тебе про Эмилию, мою… подругу. По крайней мере, с пятого по седьмой класс я так считала. Однажды она предложила погулять после гимназии. Сбежать от моего водителя-охранника и прошвырнуться по торговому центру вместе или вроде того. Что это будет очень весело. Я сначала отказалась, но она смогла меня уговорить, — София обняла себя за плечи и зябко поёжилась от накативших воспоминаний.

— В общем, от моего водителя нам удалось сбежать, Эмилия придумала отвлекающий манёвр, я позвонила и сказала, что у моего класса изменилось расписание и я выйду позже, мы улизнули через чёрный ход, а потом вышли на парковку с другой стороны гимназии. Как потом выяснилось, водитель проверил или увидел кого-то из нашего класса, в общем, он почти сразу поднял тревогу, но не успел. Я к этому времени…

София зажмурилась, вспоминая, как лежала в тесном багажнике связанная и с заклеенным ртом.

— Тебя похитили? — тихо спросил Ник.

— Ты знаешь⁈

— Н-нет… Просто предположил. Масакадовы богаты, да ещё и опасный бизнес Артурчика. Казино — это большие бабки и… связь с криминальными элементами. Да и просто могли быть богатеи, которые слишком много проиграли и хотели вернуть своё. Дети в этом случае самый очевидный рычаг для давления и для того, чтобы выдвинуть какие-то требования.

— Да, а я ещё удивлялась, почему ты не хочешь официально «быть богатым» и Марковым, — усмехнулась София, в душе, однако, удивляясь подобной проницательности.

— Так что сделал… Или не сделал твой отец? — спросил Ник спокойным тоном, но Софии показалось, что в его синих глазах мелькнула ярость. — Ведь ты, как я полагаю, спасла себя сама? Верно?