Горячее северное лето

Глава 19. Радов

Он увидел их фигуры еще издали. Почему-то был уверен, что Паша потащит их именно туда, даже несмотря на его предупреждения не приближаться к побережью.

По тому, как они улепетывали с горы, страхи Радова оказались ненапрасными.

Но он сам от себя не ожидал, что первым делом, вместо того, чтобы отчитать Пашу за самодеятельность, стиснет в объятиях Таисию, которая и сама, едва заметив его, буквально повисла на нем.

И все это на глазах у Джея. Тот медленно опустил фотоаппарат.

- Мы целы, - сухо обронил он.

Радов посмотрел на женщину в своих руках. Та смотрела на него и широко улыбалась. Борода, вспомнил он. Ничего от нее не скроешь.

- Живо на станцию, - сказал он. - Паша, тебе выговор.

Тот уныло кивнул.

И ради этого увальня Светка чулки выпросила у Таи? Действительно, любовь слепа. Впрочем, в кого еще молодой девице влюбляться, не в него же.

Радов пошел последним, замыкающим, то и дело оглядываясь на берег, но тот скрылся за скалами. Муфаса держался на стороже, нюхал воздух, как гончая. Оббегал их отряд и возвращался назад к хозяину.

Вдруг оказалось, что Таисия идет рядом с ним, а Паша и Джей учесали вперед.

- Чулки у Светки, ваших рук дело? - кашлянув, спросил Радов.

Она стрельнула в него изумленным взглядом, а после в мгновение ока превратилась в разъяренную фурию.

- О Господи, да она не передо мной красовалась! - вдруг дошло до Радова и он рассмеялся.

- А как же вы узнали про чулки? - процедила Тая. - Она ведь божилась, что это для Паши!

- Для него. Я случайно ее застал полуголую.

- Ой, и везет вам, Радов. Черти где работаете, а на голых девиц буквально на каждом шагу натыкаетесь.

- Я ей тоже самое сказал. И между прочим, это вы сами полуголая ко мне в комнату влетели. Я вас не звал.

Таисия вдруг остановилась. Так резко, что Радов чуть не сбил ее с ног. Схватил рефлекторно за предплечья, чтобы удержать ее от падения.

- А могли бы и позвать, - сказала она, запрокинув голову.

Искорки веселья в ее взгляде куда-то запропастились. Неужели грустит из-за завтрашнего отъезда? И что ее, интересно, больше всего печалит? Что на станции не довелось потрахаться?

- И зачем бы я стал вас звать к себе? Вы забыли, с кем приехали, Таисия?

Он отпустил ее и пошел вперед, зная, что она не дура и не останется одна среди тундры. Но ему в спину полетел вопрос, точно метко отправленный нож:

- А что будет, если я останусь, Радов?