Глава 27

За эти полтора года при дворе князя, чем только молодой чиновник Кин Хюэ не занимался. Руководство ремонтом мостовых, набором стражи для охраны нового рынка, переговорами со степными купцами, ликвидацией трущоб. Однажды он даже проводил похороны важного сановника, губернатора восточной провинции. На них Кин и осознал, как власть и отсутствие контроля сами толкают на не самые справедливые поступки. Например пятьдесят жертвенных волов, были закуплены в деревне неподалеку от Хюэ, а помогали в их доставке в Хато купцы из гильдии Цао. При этом эти похороны были объявлены идеальными. Совет авторитетных знатоков ритуала постановил, что Кин Хюэ в совершенстве владеет нормами, и что покойного хорошо примут в рядах предков. Кин действительно хорошо их организовал, даже тут ему помогли воспоминания Григория. Потому цветов на похоронах было гораздо больше обычного, а слуги были облачены в наряды черно-белой расцветки. Денег при дворе не жалели.

Все это время Кин не только работал. Он выстраивал свой круг. В него входили люди, которые готовы были сотрудничать с Кином, доверять ему. Но при этом от них не требовалось разделять какие либо идеи и убеждения. Потому в круг входили молодые чиновники практических из всех фракций. Они собирались в новом доме Кина и весело обсуждали дела за бутылкой вина. На Кина, как практика, алкоголь влиял не так сильно. Потому он узнавал некоторую ценную информацию в промежутках между пьяным трепом. Нет, он не использовал ее против своих знакомых, просто запоминал, чтобы знать расклады.

А расклады при дворе были очень сложные. Несколько месяцев Кин потратил только на осознание своего положения. И оно оказалось не самым простым. Он оказался в партии советника Чэна, хотя большинство даже не знало, кто ей руководит на самом деле. Эта партия была прозвана Кином "Семьи". В основном тут находились отпрыски влиятельных семей и юные дарования вроде Кина. Своей целью партия ставила недопущение уничтожения традиций тянущихся из древности, когда политика княжества решалась не столько в княжеском дворце, сколько в особняках уважаемых людей. С этой партией было сложно спорить, так как за ней стояли деньги и связи, а так же некоторая часть армии, особенно в столице.

Сейчас Кин медитировал в своем кабинете. Он постиг это искусство в совершенстве. Он мог медитировать просто сидя на стуле, даже в окружении большого числа людей, что раньше его отвлекало. Потому он проводил время на скучных заседаниях с пользой. Однако от этого занятия его отвлек стук в дверь:

— Господин Хюэ. Пришел младший советник Пинг.

— Хи, веди его сюда и подай чай, — приказал Кин.

Это был его секретарь Хи Дяо, парень на пару лет младше самого Кина. Советник Чэн очень настоятельно рекомендовал его взять к себе. Очевидно, что он шпионил для советника. Но пока Кин не планировал противостоять своему патрону, потому присутствие Хи Дяо его не нервировало. К тому же парень обладал хорошей каллиграфией, делал вкусный чай и умел играть на саньясяне, аналоге земной гитары.

В помещение вальяжно вошел мужчина лет тридцати. Кин встал из-за стола и поприветствовал старшего коллегу легким поклоном. Тот ответил тем же:

— Кин Хюэ, рад видеть тебя в добром здравии.

— И я тебя, Цзы Пинг. Спасибо, что пришел.

Цзы Пинг состоял в третьей партии. Кин назвал их "Общество Хэйбу". Почти все чиновники из этой фракции были выходцами из купеческих семей, при чем именно главного торгового города княжества, Хэйбу. Не смотря на все их богатство, в глазах элит они выглядели как люди второго сорта. Как не странно, но именно ремесленники и крестьяне рассматривались учеными мужами как благородные люди, как идеал человека. А вот всякие купцы, которые занимались перепродажей результата труда крестьян, считались отбросами и нечистью из иного измерения. "Ну с их количеством денег они явно не расстраиваются по этому поводу" — усмехнулся Кин. Потому не слишком многочисленное "Общество" было вынуждено сотрудничать, то с одной, то с другой фракцией. Единственные с кем они враждовали это были легисты. Так как последние были непримиримы касательно вопроса спекуляций и обогащения. Кин не был фанатом купцов, но понимал, что даже с такой развитой логистикой как на Земле, всякого рода перекупщики все же находили себе нишу. А уж в Хато без них никуда.

— И так, что же ты хотел обсудить? — поправил свой халат Пинг.

— Создание госпиталей для жителей ремесленных кварталов, — Кин передал свиток.

— Ого. Откуда такая щедрость? — поразился гость.

— Всем надоело наблюдать массовые захоронения за чертой города. Люди мрут как мухи, — Кин взмахнул веером. — Вот и решили создать лечебницы.

— Хм, тогда почему вы обратились к нам, а не к легистам? — прищурился ставленник купцов.

— Деньги. В казне их нет. Потому у появилась идея, — это была идея Кина, — а почему бы не попросить богатых жителей княжества пожертвовать на это дело. И распространить лечебницы за пределы столицы в Хэйбу, например.

— Тратить деньги на чужое здоровье, не многие согласятся, — возразил Пинг.

— Да, но если купцы помогут людям, они будут меньше болеть, делать больше товаров на продажу, — Кин отпил чай, как всегда отличный.

Пинг всем видом показал, что он негативно относится к этой затее. Тогда Кин перешел к активному убеждению:

— Хорошо. Тогда мы пойдем к легистам. А они с радостью отберут у кое-кого монополию на соль, обложат купцов налогом в три четверти и член купеческой гильдии будет беднее крестьянина. Согласны?

Кое-кем были две влиятельные купеческие семьи из Хато и Хэйбу. Соль была белым золотом, она была нужна каждому. Та соль, что доставлялась Цао в Хюэ, так же проходила через их руки. В итоге пока соль добиралась от шахты к потребителю, ее цена возрастала в пять-десять раз. Даже если бы ее перевозили только на слонах, которых бы перли с самого юга континента и всю дорогу кормили только молодыми побегами бамбука она бы все равно так не росла в цене.

— Кин, ну зачем вы так? Мы конечно же поддержим вашу инициативу, — всплеснул руками чиновник.

— И еще кое-что. Скоро будет новый набор в корпус лекарей. Есть один юный ученик, очень способный. Зовут Хун Даон. Он уже заправляет лечебницей для бедняков. Думаю его навыки пригодятся в женском дворце.

Под личиной Хун Даона скрывалась не кто иная как Шио. Юная целительница уже многого добилась. Даже поборола вспышку хвори у скота близ столицы. Тут целителю нужно было разбираться во всем сразу. Кин предложил кандидатуру Хуна советнику Чэну, тот согласился помочь сделать справку, что этот человек — евнух. Но хитрый лис как всегда попросил назначить ее чужими руками. Зато теперь у Кина есть контакт с Сай. Советник же был убежден, что Кин просто хочет завлечь своего друга во дворец, где жалование высоко.

— Хм, он евнух? — уточнил Пинг.

— На сколько мне известно, да, — кивнул хозяин кабинета, — необходимые грамоты скоро будут оформлены.

— Кин, честно скажу, — положил руку на сердце гость. — Придя на эту встречу, я не думал, что буду ограблен.

— Ну что ты. В прошлый раз я сделал тебе одолжение, — Кин скривился.

— Тот мост, был нужен всем…

— Да, но проезд по нему бесплатен. Купцы экономят на этому двести тысяч мио в год. Нам пришлось отогнать очень много голодных лисиц.

— Лисицы, хахах, скажешь тоже. Сравнить наших дорогих военных советников с лисами, нужно обязательно запомнить эту шутку.

Это была четвертая совсем неформальная фракция при дворе. Вармонгеры, милитаристы, военные. На Земле это были бы три разные категории. Но тут это одни и те же люди. Они выступали за расширение армии и расходов на нее, а так же требовали вести себя более агрессивно по отношению к некоторым соседям. В их словах был смысл, в конце концов не купцы победили в Ялунской Мясорубке. Но дело в том, что армия видела себя только в войне. Так как брать трофеи и жечь города, в этом мире никто им запретить не мог. Потому местные военные вместо того, чтобы получать жалование, постоянно стремились воевать. Это конечно же мешало "Обществу Хэйбу" вести торговлю. Потому у них постоянно возникали конфликты. Легисты не слишком их уважали, так как сейчас армия княжества была неоднородной, часто у генералов были собственные армии и амбиции. А вот с "Семьями" ситуация была интереснее, так как часть людей из этой фракции фактически находилась во фракции Милитаристов. При этом, не смотря на общую слабость позиции, у военных был козырь — Канцлер. Первый советник князя был генералом в прошлом и всегда был за силовое решение конфликта.

По поводу моста Кин бы не совсем прав, точнее лукавил. Он был в этом проекте так же заинтересован. Мост позволил сократить путь из Хато в Хэйбу на один день. Но фактически он увеличил поток грузов идущих через Хюэ. Теперь там намечалась очередная точка роста. Но до становления Хюэ городком было еще очень далеко.

— Знаешь Кин, — младший советник улыбнулся, — не думал, что скажу это. Но я бы тебя рекомендовал в налоговую, младшим советником.

Кин чуть не поперхнулся напитком:

— Не надо так шутить.

— Я серьезно. Многие купцы и даже гильдии жалуются. Сборщики налогов уже совсем с цепи сорвались. Они готовы… да они уже собирают налог дважды в год, — видно, что у Пинга наболело.

— Зачем? — не понял Кин.

— Помнишь в прошлом году погиб сборщиков налогов? А, ты тогда еще не пришел во дворец! Так вот, его убили бандиты, их конечно нашли потом и покарали. В этом как его…

— Ялуне, — подсказал молодой чиновник.

— Вот. Так вот, теперь сборщики откровенно опасаются повторения. Они решили, что собирать налоги с купцов куда как лучше и безопаснее. Ты представляешь? — всплеснул пухлыми руками гость. — А в Хато никого не волнует это, ведь поток монет тот же.

— Ну спасибо, и ты хочешь чтобы я это дерьмо разгребал?

— А кто же еще? Ты же знаешь, на вола, что хорошо тянет, вешают самый тяжелый плуг!

Кин еле увел тему разговора в другое русло. Да, с одной стороны ему недвусмысленно намекнули, что ели он очень захочет, то ему могут помочь с повышением. Даже советник Чэн не отказался бы помочь в этом. Но Кин не хотел заниматься проблемами сборов налогов. Ведь в конечном счете эти отлично собранные налоги попадут в руки князя и его чиновников. Не важно как собирают, важно как распоряжаются. Кину бы не хотелось увидеть, что собранные деньги ушли на армию.

Вечерело. Кин отослал Хуна домой. А сам остался в кабинете. Скорее всего он останется тут ночевать. У него на такой случай в углу была свернута циновка. Его тело привыкло спать на жестком, его крестьянская и армейская карьеры поспособствовали, так что тут ему спалось даже лучше чем дома.

Кин поднял одну из циновок в левой части кабинета, под ней оказался лакированный дощатый пол. Чиновник аккуратно надавил пальцами на ну нужную дощечку и она вышла из паза. В секретной нише обнаружились свитки. Совсем небольшие. Он достал нужный, самое первое письмо от Маоу Сано. Кин развернул его:

"Братец Кин. Надеюсь во дворце служба приятнее чем в провинции. У нас тут сплошной кавардак. Я руковожу прокладкой дорог, но я не могу обеспечить нормальные поставки для рабочих, еще немного и мне придется тратить на еду собственное жалование. Губернатор, эта свинья, уже несколько раз прислал зерно отвратительного качества. Черное небо, да они прислали мешок риса наполовину наполненный песком. Братец, может ты поговоришь с кем-нибудь во дворце? Сам я решить ничего не смог, слишком многие вовлечены"

С этого письма и началось расследование Кина. Оно не было связанно с большой детективной историей, допросами и прочими полицейскими делами. Ради этого расследования Кин даже не попросил разрешения отправиться в провинцию. Он все делал прямо во дворце. Но делал он это очень осторожно. Кин подошел к шкафу, в котором в беспорядке были разложены разного рода свитки. Многим бы показалось, что чиновник достает что-то наугад. Однако у него была своя система. Все опять таки в целях конспирации, ведь он не мог доверять даже собственному подручному.

Кин разложил на столе все документы. Это были ежегодные отчет из провинций. О сборах сельскохозяйственной продукции, о выплавке железа, тут даже были отдельно указаны шелкопряды. Эти отчеты существовали только по двум причинам, первая — хорошо развитая бюрократия, вторая — монетарная бедность, то налоги платились в натуральном виде. Вот и стройка Маоу делалась на эти налоги. Фактически это было воровство у князя. Тот кто на это пошел выстроил большую сеть. Нужно было только поймать пару "пауков" и заставить их сознаться. Но прежде Кину нужны железные доказательства.

В расследовании Кину помогли знания Григория. Ведь он был аудитором. Конечно местная финансовая отчетность значительно отличалась от земной. Но методы можно было применять одни, тут даже и опыт большой иметь не нужно. Нужно уметь смотреть внимательно и связывать факты. Те самые свитки, что Кин прятал у себя в кабинете были ничем иным, как ключом. Ведь внутри них и были скрыты все несостыковки. Одну из таких Кин нашел уже через неделю изучения. В трех уездах на протяжении пяти лет не менялось количество собранного проса и риса не изменилось ни на ун. "Попались" — удовлетворенно улыбнулся Кин. Более того, когда он поспрашивал у знающих людей, выяснилось, что еще три уезда подделывают отчеты, только более умело. В разные года там случались неурожаи, вот только в отчетах тишь и благодать.

Стало ясно, что в восточной провинции что-то происходит. Кто-то в наглую ворует довольно большой объем зерна. Если бы отчет посмотрел тот, кто разбирается в металлургии, например, то возможно несостыковок было бы найдено больше. Но сейчас Кину нужно было быть осторожным. Неизвестно, сколько еще людей в этом замешаны. Какая из фракций их покрывает и покрывает ли вообще. Тут ему пригодится круг знакомых.

Дом Кина располагался довольно далеко от дворца. Но он использовал это себе на пользу. Долгая прогулка помогала хорошо думать. Само здание раньше принадлежало какому-то купцу. Но его семья увеличилась, потому хозяин сдал его.

Молодой чиновник тут же обустроил его под свой вкус. Соорудил в одной из комнат тренировочную площадку, где практиковал как владение мечом, так и лунной энергией. Результатом этого стала способность Кин драться с завязанными глазами. Не то чтобы очень полезная способность, ведь ночь уже давно не была ему помехой, все решало лунное зрение. Но с другой стороны Кин научился контролировать свои слепые зоны.

Так же при помощи слуги, который приходил в дом по выходным Кин разбил чудесный сад. Конечно до уровня сада семьи Ляу он бы в жизни не поднялся, но тут Наследнику нравилось, а большего и не нужно.

Сегодня в его доме собралось несколько человек. Часть из них была дворцовыми чиновниками, а часть городскими. Это было неформальное разделение. Просто городские в основном ведали делами столицы. Кина тоже чуть не переманили в городские, очень уже понравилось главному столичному чиновнику, Хранителю, как Кин управился с рыночной стражей. По настоянию новичка, в чем ему очень помог толстяк Шэнь, купцы взяли на себя часть расходов по их содержанию. Зато теперь на рынке всегда была чистота и практически отсутствовали карманники, а это хорошо скалывалось на торговле.

На самом деле на эти застолья уходили почти все его свободные средства, но это давало плоды. Ведь с каждым разом круг общения увеличивался. И вот теперь в круг затянуло и Джоу Лана, довольно авторитетного чиновника и при том уникального. Он был одним из немногих, кто не просто не участвовал во фракционной борьбе, но и в целом ее не замечал. Из-за этого он был вхож ко многим. Такой человек сейчас был очень нужен Кину, потому он предложил Лану прогуляться по саду:

— Господин, сегодня прекрасные луны.

— Верно, скоро будет Схождение. Но ты ведь не просто так меня позвал сюда? — вскинул бровь мужчина.

— Это так очевидно, — улыбнулся Кин.

— Понимаешь, некоторые недалекие люди все никак не могут понять, что я вообще делаю во дворце. Кто-то и вовсе считает тюфяком и трусом. Но мой труд в том, чтобы знать всех и связывать всех. Это идет на благо княжеству больше, чем ваши игры, — хлопнул он Кина по плечу. — Милый садик.

— Благодарю. Так вот, вы можете связать меня с Тао Джа? — перешел к делу Кин.

— Ты высоко замахнулся. Ты уверен, что он захочет с тобой поговорить?

— В мой первый день он заговорил, — парень сложил руки на груди. — Но я хочу встретиться с ним наедине.

— Хорошо. Жди от меня гонца. Кстати, Кин, а ты не думаешь жениться?

Загрузка...