Хочу котика. Алёшу не предлагать!

17.

Мечта. Как много в этом слове. Но я оказалась не очень-то готова к фурору, который произвело эссе.

Столица действительно взорвалась! Персонажи получились поистине узнаваемыми. Мой материал обсуждали на каждом шагу, хвалили и ругали.

На следующий день после выхода газеты ко мне завалилась половина издательского дома – пришли многие, включая коллег из привилегированного криминального отдела. Последние посматривали злобно, но это была часть успеха. Успеха, который вызывал мандраж.

Да, я нервничала. Почти дрожала, потому что… пожалуй, это была интуиция.

А ведь об этом я тоже думала! Но почему-то верила, что беда пройдёт стороной.

Редакция своих не сдаёт? Драконы выше всякой прессы? Угу, как же. Нужно было слушать интуицию…

Во всех ситуациях, Лесса, сначала слушай интуицию, а уже потом подключай мозги!

Но я не послушала, и… Очередной стук в дверь, который раздался поздно вечером, стал полной неожиданностью. Он был до того вежливым, что я ничего не заподозрила – просто открыла, и всё.

И медленно заледенела, потому что на пороге моего дома стояло воплощение брутальности, мужской харизмы и невероятной силы.

Угу, ко мне явился дракон.

– Ну, здравствуйте, Ясса Навайга, – лорд Эйрос тор Ворг широко улыбнулся. – Рад встрече!

– Здра…

– Я могу войти?

Последнее было не вопросом, скорее уведомлением. Дракон сделал шаг вперёд, едва не разворотив широченными плечами дверной проём.

Я попятилась и аж присела. Ну а лорд прикрыл дверь, задвинул небольшой засов, отрезая нас от всего постороннего мира, и, сбросив прямо на пол свой дорогущий плащ, махнул перед моим носом газетой.

Тем самым выпуском.

– Ой, – сдавленно пискнула я.

– Ой-ой-ой, – хищно передразнил визитёр.

Он по-прежнему улыбался, но радость была специфичная. Плохо замаскированное бешенство! Мне однозначно конец!

– Значит лорд Эхрос… – процедил тор Ворг.

– Все совпадения с реальными персонами и событиями случайны, – проблеяла я свежевыдуманную фразу.

Ящер, увы, не повёлся.

– Ну да, – фыркнул он. – Как же!

Тут дракон снова тряхнул газетой, ловко разворачивая её на нужной странице, а в моей голове мелькнуло паническое – арбалет. Где мой арбалет?

Нет, понятно, что дракона даже полновесным болтом не убить, а мой мини-арбалет вообще игрушка, но… если выстрелить в глаз, то хотя бы появится фора. Чтобы выбежать на улицу, заорать, привлечь внимание стражи.

Впрочем, какая стража решится на противостояние с древним ящером?

У-у-у… А выхода-то похоже и нет!

– Итак, – дракон радостно клацнул зубами. – Что же тут пишет мисс Бумагомарака?

– Навайга, – по инерции поправила я. Угу, не поняла его юмора, мозги замерли, извилины встали колом.

Эйрос глянул снисходительно, и тут случилась настоящая несправедливость. Мне предъявляли не за правду – она ящера как раз устраивала. Даже незаконная слежка не смутила. Его ярость посвящалась той части материала, которую мне пришлось – да-да, именно пришлось! – сочинить. Сочинить в виду того, что дракон свалил.

– Лорд Эхрос встал на одно колено и посыпал голову горсткой вынутого из кармана пепла, – процитировали мне мои же строчки. – Потом вскинул подбородок и воскликнул: о, милая Кладисса! Я был болван!

Дракон отвлёкся от текста и зыркнул злобно.

– Болван? – переспросил он. – Это я-то болван?!

Я неуверенно пожала плечами, но ответ тут и не требовался.

– Или это. – Огромный и брутальный опять уставился в текст: – Я понял, что мои обиды не обоснованы. Прости за то, что я улетел. Я повёл себя не как лорд, а как сопливый мальчишка.

Я съёжилась и уточнила робко:

– А… что такого?

– Что такого? – прошипел дракон. – Что такого? Я один из негласных правителей этого города, а вы пишите про сопли? Про обиды? Я улетел, потому что в одном из наших замков случилась чрезвычайная ситуация. Я должен был её решить!

Я невольно прижала уши – если по делам, то да, неловко вышло. Но, с другой стороны, откуда мне было знать про ЧП, если он даже Клариссе не сказал?

Впрочем, сопли и обиды тоже оказались ерундой, больше всего лорда злило другое… Это другое мне тоже процитировали:

– И тогда… р-р-р… дракон призвал магию. С помощью магии он вынул из груди своё холодное каменное сердце и протянул Кладиссе. Под тёплым взглядом девушки, корка льда, покрывавшая камень, начала таять, а невзрачный осколок озарился алым светом. В непробиваемом сердце сурового дракона разгоралась искра любви.

Я потупилась. Ну да, присочинила. Добавила, так сказать, романтики. Признаю, в процессе дописания эссе меня немного заносило. Но я честно пыталась держать свою фантазию в руках!

В моей изначальной задумке, после вынимания сердца Эхрос вообще умер, а героиня оживляла его своими горючими, зато любящими и целительными слезами. А он потом каялся и вновь посыпал голову самым настоящим, а отнюдь не фигуральным пеплом.

Жестоко? Возможно. Зато какой поворот!

В том же, что касается сердца – учитывая, как лорд-дракон мучал Клариссу, оно у него в самом деле каменное. Его правда пора вынуть и наполнить чем-нибудь хорошим.

– Что за идиотизм? – перебивая мысль, воскликнул гость.

Я втянула голову в плечи, а он…

– Я вас спрашиваю, неуважаемая журналистка! Кем вы меня выставили в этой своей… писульке?!

Писульке? Ну, теперь понятно кто именно меня сдал. Главред – зараза.

И вот тут стало по-настоящему страшно… Просто уровень ярости дракона резко пошёл вверх!

Лорд Эйрос зарычал, ткань дорого камзола на плечах лопнула. Лицо стремительно покрылось чешуёй, зрачки стали вертикальными, и…

– И-и-и, – страдальчески, тише мыши пропищала я.

Всё. Конец. Это же боевая трансформация – состояние, в котором ни один дракон себя не контролирует. Я пропала. Я…

– Хм, – прозвучало где-то за спиной. – А что здесь происходит?

Алёша.

Хотелось выдавить: Алёша, беги! Но у меня свело и горло, и всё остальное.

Зато дракон отвлёкся и бросил на мантикора уничижительный взгляд.

Котик-некотик тем временем приблизился и встал рядом со мной. Выглядел при этом совершенно обычно – мелкий, с этой несуразной гривой и мягкими лапами. И шипастым хвостом, который сейчас напоминал косичку, задранную вверх.

Смотрелся забавно, но было не до смеха.

Всё. Сейчас нас обоих… Ну того. Короче никакого нам моря. Никакого коньяка и гор.

– Лесса, будь добра, – начал мантикор настолько спокойно, что я удивилась. – Сходи на кухню, попей кофе.

Кофе? Да какой кофе в таких обстоятельствах?

– Иди, Лесса, – повторил Алёша чуть строже. – Просто иди.

И так это прозвучало… Вроде и спокойно, но аж до мурашек. Меня даже разморозило.

Пока лорд Эйрос таранил взглядом моего храброго питомца, я отступила на полшага. Потом ещё. И ещё… И действительно ушла.

Меня не остановили, не окликнули, я благополучно дошла до кухни. Там, руками, которые напоминали маятник, действительно насыпала в ковшик кофе и налила воды.

Сварила. Перелила в чашку. Сделала глоток.

Потом подумала и села на стул.

Снова выпила.

На следующем глотке покосилась на холодильный шкаф, в котором в ряд стояли остатки принесённого вчера алкоголя.

И всё это в абсолютной тишине!

Из гостиной не доносилось ни рыков, ни криков, ни ругательств. В какой-то момент я поняла, что это ненормально, и воображение нарисовало самую ужасную картину – что Алёша и Эйрос лежат там бездыханные в луже крови. В одной на двоих.

Причём я не знала, как мелкий мантикор может завалить дракона, но фантазия… Ох уж эта фантазия! Ведь из-за неё сейчас и страдаю!

Ну зачем я поддалась нетерпению в написании эссе? Зачем вообще полезла в такую опасную тему как драконы? А мечтать вообще вредно – здесь и сейчас я наконец осознала смысл этой величайшей поговорки.

Мечтать вредно! А в моей гостиной явно случилась бед…

– Лесса? – Голос Алёши прозвучал так внезапно, что я пролила кофе.

Вздрогнула, подпрыгнула на стуле, потом обернулась, и…

– Нет, ну что же ты такая нервная? – «котик» привычно закатил глаза.

Я онемела. Несколько секунд смотрела на него, а потом…

– Отомри уже, горе моё, – фыркнул мантикор, причём весьма снисходительно.

Я действительно очнулась и тут же обратилась к его разуму:

– Что ты такое говоришь? Там дракон. Лорд Эйрос. Он нас с тобой…

– Да ушёл твой Эйрос, – дёрнув круглым ухом, сообщил «лев».

– Как ушёл? – не поняла я. – Куда?

– Куда-то. Откуда мне знать? Может к избраннице своей, может куда ещё. Он-то хороший мужик, просто нервный. Период у него выдался сложный, а тут ещё ты со своей публикацией.

Потребовалась долгая пауза, чтобы осознать и переварить услышанное. А заодно сообразить – Алёша не шутит. Не шутит и не врёт!

– Ты что? – Я отставила кружку. – Ты с ним договорился? Ты его успокоил? Но как?

Зверь фыркнул, точно не собираясь раскрывать секреты своей дипломатии, но выглядел при этом очень гордо. Ещё чуть-чуть и лопнет. Просто бдыщ, и…

Впрочем стоп. Не надо лопаться! Только не теперь.

Ведь шутки шутками, но ровно в эту секунду я поняла очень и очень многое. Перед глазами стремительно пронеслись все события…

Странная лавка… Ушлый торговец… «Сувенир» и забытый адрес…

Моё истовое сопротивление всей этой ситуации с питомцем… Каверзные вопросы Алёше о его ко мне попадании…

Он когда-то сказал: «это судьба, Лесса!» А я подумала: «Какая глупость!» Зато сейчас стало ясно – не глупость, всё правильно. Ничем другим нашу встречу и не объяснить.

И лавка, и торговец, и пятьдесят золотых – разрозненные, но всё-таки звенья одной цепочки. Может не божественной, но какой-то очень и очень важной. Наиважнейшей!

– Ты же мой… защитник, – прошептала я. – Ты ж мой… герой.

Алёша ухмыльнулся, будто речь о чём-то ну таком, незначительном.

– Ты ж моя лапочка. Ты ж мой котик! Ты ж мой, Алёшенька! – продолжила я, осознавая всю важность, всю судьбоносность его появления в моей жизни.

Теперь котик потупился и заявил с напускной скромностью:

– Не перехвали, Лесса.

Не перехвали? Хорошее, дельное предложение.

Но меня было уже не остановить!