Хочу тебя наказать

Глава 10

Чернов с недоверием посмотрел на мужика, а я интуитивно встала за спину мужа. Меньше всего я сейчас хотела идти куда-то с этим урод, тем более, когда не знала, что от него ожидать.

Я совершенно не имела представления о том, что он собирался сделать и зачем ему понадобилось тащить меня куда-то.

Какая еще прослушка? Он что, с ума сошел? Он вообще на чьей стороне был. Разве мужик не знал, что на мне была прослушка. Не дурак же. Тогда что он делал? Сливал Заура?

Собственно, это я и попыталась выяснить. А то мой мозг грозился не выдержать всего этого абсурда.

Я просто ошалела от происходящего. И если я недавно думала, что меня не чем было удивить, то сейчас я была официально в ауте.

— Ну, пошлите, — опомнившись, вышла из-за спины Глеба как раз в тот момент, когда он собирался возразить что-то начальнику охраны.

Если я сейчас начну жестко сопротивляться своему “подельнику”, то это может вызвать какие-то подозрения. Плюс ко всему, прослушка все равно передаёт происходящее Зауру, и он слышит и знает куда и зачем ведет меня Гуляев.

Значит, это их очередной план. Какая-то проверка. Хитрость, в которую они забыли меня посвятить.

Немного удивлённо кивнул в мою сторону, видимо, не ожидая, что я так быстро соглашусь, Гуляев указал мне жестом на отдельно стоящее помещение. Обычно там располагалась охрана, но сейчас там было пусто. Охранники, как сторожевые псы, в этот момент прочесывали территорию.

— Я пойду с вами, — произнес Глеб и уже сделал шаг в ту сторону, как мы с мужиком в один голос прокричали “нет!”.

Гуляев, видимо, опасался, что ему не удаться сделать то, что он планировал. А я боялась находиться с Глебом при этом подонке, потому что Чернов мог в любой момент завести разговор о ребенке, браке или вообще начать вести себя… мило. Как подобает мужу. И это мне сейчас было нужно меньше всего. Еще не хватало, чтобы Заур понял, что я кардинально расхожусь с его планами на жизнь своего мужа.

— Если хотите помочь, — осторожно проговорил Гуляев, — осмотрите дом. Спросите у старшего смены как обстановка…

Если честно, я думала, что Чернов в это время его к черту пошлет, но вместо этого мужчина только кивнул. Словно сам понял важность поступка.

— Пошли, — подтолкнул меня мужик в спину, когда Глеб отошел и не мог нас слышать.

— Что это за дурацкий спектакль, — я резко обернулась после того, как мы вошли дом, — что вы собираетесь тут смотреть. Что это за бред с прослушкой, словно вы не знаете…

— Рот закрыла, — рявкнул мужик не церемонясь. Никакой субординации. Словно я девка подзаборная, которая в теории не помочь сюда пришла, а мешать.

Хотя… тем самым начальник охраны показывал, что он мне не доверял. Вообще, правильно делал. Не дурак, значит. Но жизнь мне этот факт вряд ли упростит.

— Вот, — раздраженно сказал, протянув мне какой-то небольшой пакетик, похожий на сверток, — подсыпь это Чернову.

— А что это? — я не совсем поняла. Растерялась даже.

— Вот только дуру из себя не строй, — я его явно раздражала, и мужик не старался это скрыть, — тебе это не успели отдать там, поэтому передали через меня. Заодно, чтобы не нашли, если бы вдруг тебя осматривал не я. Или чтобы ты не потеряла… или чтобы не выбросила.

Какой же мерзкий этот тип. У него что, чуйка на мою ложь? С этим нужно было что-то делать.

— Мне нет смысла ничего выбрасывать, — я выхватила из его рук пакетик и сделала шаг навстречу. Страшно было жутко, но играли мы по-крупному. Значит, отступать в последний момент было нельзя, — чем быстрее это все закончится, тем лучше. Я устала уже быть вдали от мужа…

— Если все так, то Ян тебе еще спасибо скажет, — услышала я в спину. В этот момент я шла на выход, потому как у меня не было совершенно никакого желания оставаться в одном помещении с этой крысой, — можно сказать, что ему с тобой повезло…

Я только рада была, что все эти ублюдки думали о Яне, как о моем муже, хотя изначально и чисто для себя я вкладывала совершенно другой смысл в сказанное.

Быстро пересекла территорию, я вошла в дом. В руках сжимала пакетик, но старалась сделать так, чтобы его никто не увидел.

— Тебя уже досмотрели? — раздался неожиданно голос Чернова. Я не видела его, поэтому испугалась. Руки чуть не разжались и эта дрянь едва не оказалась на полу.

— Да, — кивнула и громко сглотнула.

— Он что-нибудь нашел? — Чернов оглядывал меня с ног до головы пока приближался.

— Нет, — активно закачала головой, вспоминая, что тут были камеры установлены. Нас не только слышали, но и видели, — иначе я бы так быстро не освободилась.

Я просто не знала, как стоит выкручиваться из этой ситуации, поэтому действовала быстро и необдуманно. Сорвалась с места и подбежала к Глебу, обняла его и повисла на мужчине. Даже для него это было неожиданно.

Делала я это не от переизбытка нежности. Нет. Во мне кипел адреналин. Пока я его обнимала и говорила всякую чушь о том, как мне было страшно… Как меня держали, содержали и кормили, я нащупала его руку и оторвала от талии. Чернов в этот момент, видимо, хотел меня обнять, чтобы успокоить, но я не дала. Вложила в его руку тот пакетик, который находился у меня.

По тому как напряглось его тело, я поняла, что мужчина удивился, но пока еще никак не отреагировал. Поэтому я сказала как можно громче:

— Я жутко устала… и живот ужасно болит последние несколько дней. У меня эти дни, — я скривилась, делая вид, что мне больно, — принеси мне, пожалуйста, из ванной… ну, эти…

Не продолжив больше фразы, потому что сказанное само по себе было дико услышать со сторону, я подтолкнула мужчину в сторону ванной.

Идея была ужасной. Сказанное — полный бред, но мне было необходимо, чтобы Чернов пошел туда, где не было камер. Один. Если мы отправимся туда вместе, это явно вызовет подозрения.

Если Глеб не дурак, то он поймет, что это за пакетик и зачем я его ему вручила. А Глеб далеко не дурак…

Мужчина вернулся достаточно быстро. Вроде бы ничего не изменилось, но я заметила разницу.

Он незаметно кивнул мне, давая понять, что обо всем догадался. А сам был немного отрешенный. Как будто на другой волне. Глядя куда-то сквозь меня, протянул мне на расстоянии руку…

— Ты принес то, о чем я тебя просила? — решила взять инициативу на себя.

— Да, — послышалось какое-то неразборчивое бурчание.

Если так все и дальше продолжится, то следящий за каждым движением Заур точно что-то заподозрит.

— Что это? — в растерянности я не смогла сдержать удивления, — ты принес мне ватные палочки?!

— Что-то не так? — Чернов словно включился в эту реальность.

— Все так, — неуверенно протянув, я задумалась о нашем будущем. Точнее, на сколько коротким оно будет.

На мою просьбу принести кое-что для критических дней, Глеб притащил ушные палочки.

Лично у меня сейчас было два сценария: либо Заур что-то заподозрит, либо он подумает, что Чернов дебил. Второе, конечно, предпочтительнее, но…

Понимая, что один из нас сейчас мог жестко проколоться, у другого из нас не было шанса на ошибку.

За моей актерской игрой сейчас наблюдали десятки глаз и нельзя было разочаровывать публику. Особенно такую избирательную как Ян. Парень ведь мог что-то заподозрить из-за того, что я спокойно общаюсь с Черновым и не выношу ему мозг.

— Вообще-то меня почти из дома выкрали, — я вспомнила с какими претензиями я с ним раньше общалась и сейчас собиралась повторить этот же трюк, — а ты мне развлечений покруче чем экскурсия к врачу организовать не можешь?

— Что ты хочешь? — непонимающе проговорил Чернов, пока я покорно плелась за ним на кухню. Мои слова контрастировали с поведением. И ему это должно было бросаться в глаза.

— Отдохнуть, но не спать, — я вальяжно уселась на стульчик возле стола, — там, где меня держали, моим главным развлечением был сон…

— Тебя били? — его голос хоть и звучит обманчиво безразлично, но я-то понимаю, что его распирает от эмоций, — хоть пальцем прикоснулись?

— Нет, — на этот раз на полном серьезе произношу, — со мной действительно все в порядке. Я им нужна была живой и в адеквате, — на этом правда заканчивается, — они хотели, чтобы я им бизнес отписала, а для этого им мои руки и ноги нужны в сохранности…

— Ну, и что? Отписала? — как бы между делом интересуется Глеб.

— Как бы я смогла, если доверенность оформлена на тебя, — я посмотрела на него так, что никто из нас не в силах был взгляд отвести, — я думала, что это ты сделал, раз меня освободили…

Глеб, казалось, перестал понимать, где я играла, а где правду говорила. Но это сейчас и не было важным, главное, чтобы мне Заур верил.

— Ясно, ясно. Это не ты, — я сделала театральный жест рукой. Намеренно привлекая внимания к этой части тела. Надеялась, что мужчина обратит внимание, — ты явно выбрал деньги, а не меня…

Я видела, как в его глазах промелькнула боль, но говорить он ничего не стал. Я бешено в этот момент жестикулировала, изображая раненые чувства.

— Откуда у тебя этот браслет? — Глеба словно током пробило, он аж на месте подскочил, — когда тебя похищали, у тебя такого не было.

Черт! Как же мне соврать правдоподобнее для Заура и разоблачительное для Чернова? Глеб сам пришел мне на помощь, а теперь я тратила драгоценные секунды на то, чтобы придумать что-то.

— Нашла под топчаном, в клетке, где меня держали, — произнесла без тени улыбки, — наверное, досталось от прежней жертвы…

— Сними, — приказ.

— Нет! — слишком резко и категорично, — никогда не сниму. Долго носить буду. Чтобы воспоминания об этих ублюдках не меркли, — смотрю ему прямо в глаза, а потом добавляю, — я бы даже комплект для него приобрела… у меня есть потрясающая идея: я сейчас в душ, а потом мы с тобой едем в ювелирку.

Возражения я была не готова принять хотя бы потому, что у меня возник план. Это на случай того, если Чернов вот вообще ничего не понял…

— Хорошо, — быстро соглашается мужчина.

Я придумала предлог как выехать из дома, но этого мало.

— А у тебя охрана вообще осталась? — закусила губу, сильно нервничая, — а то я помню, когда последний раз под твою ответственность в город выбиралась…

— Алиса, — пусть он думает, что я его обвиняю в чем-то, но это далеко не так.

— Если ты не в состоянии меня защитить, то я не против подумать о самообороне, — в моей голове возникает план.

— Я усилю твою охрану, — говорит Глеб, явно разглядывая мое запястье.

— Это да, — киваю и улыбаюсь, стараюсь звучать как можно более беззаботно, — но, когда и этих повяжут или повалят, я хотела бы сама дать отпор.

— И что ты предлагаешь? — он наклоняется чуть ближе и смотрит на меня в упор.

Я знаю, где расположены камеры, он понимает, что звук пишут, поэтому просто киваю ему за спину, а он кивает мне в ответ. И все, больше мы никак не выдаем, что понимаем друг друга без слов. Разыгрываем и подыгрываем друг другу. Понимаем явно не все, потому что все просто так не скажешь, чтобы быть неувиденным и неуслышанным. Но на нашем интуитивном уровне нам и гляделок хватает.

— Я хочу, чтобы ты научил меня стрелять, — вроде бы ничего такого, учитывая ситуацию, но у меня есть план.

— Когда? — Чернов не спорит. Надеюсь, что понимает.

— Сейчас…

— Поехали, я знаю где можно…

— Только не по консервным банкам же, — натянуто улыбаюсь, опасаясь, что он меня не так понял.

— Нет, — отрицательно качает головой, — это, конечно, не полигон, но и не простой тир.

После чего мужчина резко разворачивается, показывая всем видом, чтобы я шла за ним.

Иду.

— Гуляев, — зовет начальника охраны, а я только губы поджимаю, — вези нас в «Куйбышево».

Начальник охраны смотрит на нас с подозрением, больше на меня, естественно. И когда я выдерживаю взгляд, он кивает. Недоволен, но мне плевать. Пока что я ничего не сказала и ничего не нарушила. Врать даже не придется на этот счет.

Гуляев вызвался сам вести машину, аргументировав это нашей же безопасностью. Не верит мне, тварюка. Контролировать все хочет. Постоянно косится на нас в зеркало заднего вида, а я сижу далеко. Не придраться. Даже в сторону Чернова не смотрю ровно до тех пор, пока машина не останавливается возле большого деревянного здания где-то в чаще леса.

Мне все меньше и меньше нравится «Куйбышево» и я надеюсь, что Чернов понял меня правильно.

— Приехали, — у начальника охраны рожа такая, будто он мне шею сейчас свернет. Но повода пока что нет. Я его дам минут через двадцать, сразу как получится осуществить мой план.

— Пойди договорись, — кидает ему Глеб.

— По инструкции не положено, — нарушение субординации, но Гуляев отказывается. Может Чернов просто хотя бы за это возьмет и вырвет ему кадык. Этот мужик меня достал, честное слово. Судя по выражению лица Глеба, его тоже.

Но, блин, смеюсь. Чернов, наверное, сам инструкцию согласовывал, поэтому сейчас мы все вместе заходим в дом. А там…

Оружейная.

Подходим к стойке. Все показываем удостоверения личности. Нам без лишних слов выносят оружие и патроны.

Пугающего вида бородатый мужик ведет нас закоулками, пока мы не выходим в огромной помещение, словно из кинофильма. Куча дорожек. Отдельные звукоизолированные кабины. И цель впереди.

— Пойдем, — кивает мне Глеб на ту, что посередине. И я послушно иду. Гуляев рыпается за нами, но Глеб пригвождает его взглядом к месту.

— Стой на стреме, — и плевать, что охранник недоволен. Его мнение Чернова волнует меньше всего.

В кабинке мне реально страшно. И не потому, что передо мной смертоносное оружие, которое я раньше в руках не держала. А потому что это мой единственный шанс.

— Сколько патронов?

— Шесть, — черт! Значит у меня всего шесть попыток.

— Я готова, — хватаюсь за пистолет и еле-еле поднимаю его в руках. Непривычно тяжелый, в одной не удержу.

— Тогда смотри и запоминай, — Чернов наклоняется и начинает мне что-то рассказывать. Но мне плевать. Он прислоняется своей щекой к моей щеке и направляет пистолет вперед. Не дожидаясь команды, я стреляю.

— Браслет с прослушкой, — первый выстрел. Звук разрывающегося патрона глушит все вокруг.

— Кабинет без камер, — второй выстрел. Я чуть не глохну, но надеюсь, что мужчина меня слышит.

— Гуляев крыса, — третий.

— Хотят отравить, — четвертый.

— Услышал? — пятый. Переспросила, потому что не была уверена. На что Глеб молниеносно сжал в захвате мои руки. Вроде как продолжил помогать удерживать оружие, но я поняла его ответ.

— Я тебя люблю, — шестой.

— Глаз у тебя далеко не алмаз, — проговорил Чернов, когда получил на руки мишень и посмотрел на зияющую дыру. Всего одно попадание из шести и то за пределы очерченного круга.

Ну да, я явно не самый лучший стрелок. Наверное, оружие мне в руки лучше не давать, а то я со своим везением еще и в своих попасть смогу.

Поджав губы от увиденного, я обернулась, чтобы пойти за Глебом.

Стоило мне встретиться взглядом с охранником, как Гуляев заржал, но я посмотрела на него так, что от веселого настроения у мужика не осталось и следа. Как ни крути, а ему все равно не выгодно со мной ссориться.

— Завтра приедем сюда снова? — спросила, при этом старалась казаться безразличной.

Может Глебу нужно было у меня еще что-то спросить? Потому в этот раз говорила только я, у меня не было времени на диалог. Патронов было мало. Чертовски мало.

— Если у меня будет на тебя время, — Чернов тоже не изображал вселенскую любовь перед крысой рядом с нами. Хотя бы только поэтому я поняла, что он все прекрасно расслышал в тот раз и теперь мне подыгрывал, — а теперь садись в машину. Я на тебя и так слишком много времени трачу.

— Придурок, — прошипела, проходя мимо начальника охраны, для убедительности. На что тот только усмехнулся. Рада, что не вызвала у него подозрений.

Каждый раз видя этого ублюдка у меня возникало только одно желание. Вцепиться в его глотку.

— Отвези ее домой, — только и услышала распоряжение Чернова, когда шла к машине, — и не выпускай ее из вида. Она проблемная, а мне и без того хватает… И вызови мне новую тачку.

— Понял, — кивнул Гуляев.

От этого я напряглась. Чернов переобулся на пол пути. Я не понимала, что происходит от слова “совсем”. С какого перепуга я сейчас должна была ехать вместе с этим козлиной? Глеб точно меня правильно понял?

— Села, — грубо приказал охранник, когда мы оказались далеко и нас уже никто не слышал.

— На хрен пошел, — наша симпатия была взаимной, но я все же села. Слушала не его, а Глеба. Если муж так сказал, значит так было нужно.

— Какого черта ты…, — Гуляев не успел договорить.

— Помойник свой захлопни, — повернулась к нему совершенно раздраженная, — в отличие от тебя я хотя бы не веду себя подозрительно. Или ты не видел как Чернов на тебя смотрит? Хочешь испортить всю нашу затею тупыми приколами в стиле “проверок на жучки”?

Лучшая защита — это нападение? Тогда я сегодня как кобра.

Всю оставшуюся дорогу после такого основательного диалога мы ехали молча. Не знаю, что еще этому уроду успел шепнуть Глеб, но меня даже из комнаты по приезду не выпускали.

Оставшийся день и ночь я провела взаперти, и только в середине следующего дня ко мне в покои с визитом пожаловал доктор. Друг Глеба.

— Какими судьбами? — я уже не скрывала раздражения после того, как не находила себе места.

— Я здесь, чтобы снова тебя осмотреть и расписать план лечения…

— Но у меня ничего не болит…

— План лечения, — с нажимом в голосе проговорил мужчина, и я поняла, что это был нечто вроде какого-то кодового слова.

— Хорошо, — кивнула, не в силах спрятать подозрение, но все же позволила ему себя осмотреть.

Услышала много всякой воды по поводу того, как мне нужно пережить стресс. Какие пить витаминки и когда. Что делать, а что не делать: соблюдать покой, отдыхать и спать как можно больше, не волноваться и находиться в комнате. Опять же ради отдыха.

Абсурдное предписание, но я не стала высказывать его вслух.

— Самое главное-то что? — врач и его пустая болтовня начали меня неимоверно напрягать.

— Покой, — он начал злиться и посмотрел на меня как будто перед ним была ослица, — и выполнять все, что касается отдыха. В комнате. Много двигаться сейчас опасно.

Опять эти чертовы секретные послания.

— И что бы ни происходило снаружи — не волнуйся…

А я уже начала волноваться, услышав только это, даже не имея ни малейшего представления, что меня ждало дальше.