Хоттабыч под прикрытием

Глава 19. Дамам — чистый спирт

О, как внезапно кончился диван!

(В.Вишневский)

Анна

Того, что учинят Янка с Аравийским, я не ожидала. То есть вру, ожидала, конечно — достаточно вспомнить, как систер на этого лося смотрела! Но чтобы прямо в открытой машине? Ладно, Янке — можно. Я и сама, в конце концов… до сих пор, стоит вспомнить примерочную… хм… Так вот, Янке — можно! Особенно после такого стресса. Но этот лось! А еще порядочным человеком прикидывался, геем… я же сама почти поверила, что он и правда гей!

Ладно, это я злюсь. У меня тоже стресс, между прочим! Я еще ни разу в жизни в аварии не попадала, зато вот тех, то попадал, ко мне в таком виде привозят, бывает — куда там паззлам на пять тысяч кусочков!

Меня снова затрясло, и тут же перед самыми глазами появилась плоская фляжка. Открытая.

— Глотните, Анна Альбертовна, — участливо посоветовал Арсен. — Полегчает!

— Это водка? — спросила я, изо всех сил пытаясь не дрожать голосом.

— Что вы, Анна Альбертовна, разве я предложил бы даме водку? — поразился майор в отставке. — Это чистый спирт!

Я едва не расхохоталась. Немного истерически. Будущий мэр у них, видите ли, советскую классику не смотрит, зато какой у него образованный помощник! Правда, враль — во фляжке оказался коньяк, ничуть не хуже того, что мы пьем с Янкой. Но так даже лучше!

«А не выйти ли правда замуж за этого Тренера, — мелькнула исключительно идиотская мысль. — Вон у него какие кадры… и «Хаммера» два… Хотя вряд ли Янка еще хоть раз рискнет сесть за руль этого монстра».

Но она села! И даже поехала, коза психованная!

А мы — то есть я, Арсен и Вован, поехали за ней.

— Отчаянная сестрица у вас, Анна Альбертовна, — протянул Арсен с одобрением, которого Янкины выкрутасы явно не заслуживали. Надо ж додуматься, чуть не угробилась и снова за руль — сама б убила, честное слово! Но мне почему-то стало так приятно, словно это меня одобрили. Возмутительно!

— Это она в бабулю, — вздохнула я. — Бабуля тоже до сих пор гоняет. Ее на дороге полгорода боится, а гаишники только молятся…

А что? Чистая правда, между прочим. Да бабуля у нас — легенда дорожных служб!

Вы только представьте — останавливает гаишник спортивное купе типа «Бугатти», все такое изогнутое и прямо-таки вызывающее, а за рулем дама элегантного возраста, при шляпке и перчатках, с изысканным макияжем и манерами королевы в изгнании. И вопрошает голосом почетной сотрудницы секса по телефону: «Что вы хотели, дорогой мой? Ах, права, конечно же, милейший!»

И сует ему под нос записульку от самого высокого гаишного начальства, содержания примерно следующего: «Извинись, смерд, запись на камерах потри и забудь даже дышать в сторону дражайшей Аниты Яновны! А не то…» и дальше доступные и понятные каждому служивому матюки.

Еще бы. Иначе собственная супруга и собственная дочь ему такое устроят, мало не покажется.

Извиняются. Честь отдают. Записи трут. А бабуля им: «Ах, вы только не волнуйтесь. Никто не пострадает. Я очень аккуратно вожу!»

Янка — вся в нее. Очень аккуратно водит. Но со свистом. И сдается мне, лосю арабскому это нравится. Вот же нашла себе Янка натурального Бонда.

Пока мы ехали за Янкой, я бережно так Арсена допросила. Мол, откуда знаешь, где встречались, что за гусь этот Аравийский? И ничего, ничегошеньки ровным счетом! Только «нормальный мужик, Анна Альбертовна».

— Шпион? — мне надоело ходить вокруг да около.

— А кто сейчас не шпион? Времена такие.

— Ну хоть не исламский террорист?

— Ну что вы. Достойнейший джентльмен. Вы сами у него спросите. Нам корпоративная этика не позволяет. Вы уж простите.

В общем, плюнула я на это дело, приложилась еще разок к фляжке — и решила не совать нос в корпоративную этику этих вот, а получать от жизни удовольствие. Тем более с Арсеном и поговорить было приятно. И почему не он за мной ухаживает? И на эльфа он тоже не похож. Нет в жизни совершенства!

Под шашлычок и коньячок, что есть вкусно очень, отсутствие совершенства поблекло, а Янкины счастливые глазищи даже как-то не раздражали. Да что там! Когда Янка после забегаловки снова села за руль и втопила сто двадцать, я даже креститься не стала.

Впрочем, перед городом она, как приличная девушка, скорость сбросила. И мирно порулила за Арсеном — он уже созвонился с Дмитрием и договорился присоединиться к теплой депутатской компании около мэрии.

Вот туда-то мы и отправились. Мы с Янкой — поглазеть на то, как доделывают временную сцену для столичного мюзикла, а заодно и поглядеть в наглые гляделки Миши Гольцмана. Если застанем.

И ведь застали! Гольцмана с супругой, лысого мэра, Тренера и кучу какого-то невнятного народа и даже пару журналистов, снимающих весь этот бедлам.

Увидев нас, Дмитрий быстро распрощался с мэром и Гольцманами, подошел к «Уазику» и подал мне руку — и тут на площадь буквально влетело еще четыре авто. Первым шел мерс «ДПС» с мигалками, вторым — джип охраны, третьим — что-то черное представительского класса, четвертым — еще один джип охраны.

Дмитрий помянул тихим незлым словом «кого там принесло», извинился передо мной, снова поцеловал мне руку — и отправился выяснять, что за явление с небес народу.

Народ в лице Гольцманов, мэра, администраторов, журналистов и просто прохожих — пялился. Причем на лоснящейся морде мэра радость была какой-то натянутой и фальшивой, а вот лысину платочком он вытирал весьма натурально.

— Цирк приехал? — тихонько поинтересовалась Янка, покинувшая «Хаммер» и подошедшая ко мне. Не одна. С Аравийским, который не отклеивался от нее вообще никак.

Отвечать на риторические вопросы я не стала. За меня это сделал один из охранников, вывалившийся из первого джипа и метнувшийся открыть дверь чего-то там типа роллс-ройса.

Я была уверена, что сейчас из него выйдет… ну может не президент РФ, но как минимум премьер-министр. Хорошо, что не поставила на это последний рубль. Потому что из понтового гроба на колесиках выкатился колобок. Натуральный колобок. В ярко-желтом комбинезоне. Остальное — кроссовки, небрежный хвост, лицо без макияжа — я рассмотрела чуть позже. Когда первый шок прошел вместе с желанием протереть глаза.

На спутника колобка — какого-то невзрачного чернявого типа в драных джинсах и черной футболке, я и вовсе не обратила внимания.

— Кто это?.. — спросила я, не особо ожидая ответа.

Однако его получила. От Арсена всезнающего.

— Леди Говард и мистер Джеральд.

— И что они тут забыли?

— Мне бы тоже хотелось это знать. Могу лишь предположить, что мистер Джеральд приехал на последнее представление своего мюзикла. А леди Говард с ним. Она — супруга генерального спонсора.

Мне показалось, или лось арабский что-то очень тихо пробормотал по-английски? Тихо и не слишком ласково.

— Я про нее слышала. Кажется, — без особого интереса сказала Янка. — Смелая женщина. На девятом месяце кататься из Англии в русскую глубинку…

Ее прервал звонок Арсенова телефона.

— Да, шеф? Хорошо. Доставлю, — сказал он в трубку и тут же повернулся ко мне: — Дмитрий просит прощения, ему придется остаться с леди Говард…

— И держать руку на пульсе, — вклинилась Янка, наблюдающая за суетой вокруг желтенького колобка, — чтобы мэр не спелся с леди Говард.

— Что-то вроде того, — кивнул Арсен. — Но после выборов всей этой суеты не будет. Просто вы попали в самое горячее время.

Я лишь пожала плечами. Мне, в конце-то концов, не важно, горячее или холодное время для политики. Я за Дмитрия замуж не собираюсь, хоть вся его шайка… простите, помощники депутата, и обращаются со мной как с первой леди на районе.

Политика — не мое. И жизнь в провинции — тоже. Вот мамам нашим бы тут понравилось, они всю жизнь тоскуют по родной Рязани. А мы с Янкой столичные жители.

В общем, до дома Клавдии Никитишны мы добрались без приключений. И на смс с извинениями от Дмитрия я ответила «Ничего страшного, я все понимаю». И на Янкино тихое: «Ну я это… короче, давай ты сегодня переночуешь в маленькой комнате, а? Там кровать вообще никакущая», — я тоже ответила с полным пониманием.

Ради счастья сестры я готова пожертвовать собой. В разумных пределах. Лишь бы поспать дали.