Хоттабыч под прикрытием

Глава 8. Мистер Элронд N-ского уезда

Нырять блондинкам очень вредно,

опилки мокнут в голове.

(В.Поляков)

Анна

— Примерочная там, — махнула куда-то в глубину магазина продавщица и отвернулась к коллеге, с которой обсуждала последние слухи об арабском шейхе.

Я уловила всего пару фраз, но мне хватило, чтобы понять: Клавдия Никитична не преувеличила. Все местные девицы вышли на охоту за богатым женихом. Магазинные красотки на полном серьезе планировали засаду в самом злачном месте города, ресторане «Бляхин клуб».

Ну-ну. Пусть хоть обсидятся в своей засаде, шейха им не видать. Аравийских — Янкина добыча, руки прочь от чужого мужика.

Улыбаясь собственным мыслям и прикидывая, что если размер у него тридцать четыре, а у меня тридцать три, то джинсы должны быть чуть-чуть великоваты, я подошла к примерочной. Машинально отдернула занавеску… и застыла, напрочь позабыв и об арабе, и о Янке.

Настоящий голливудский эльф задумчиво рассматривал джинсы, которые держал в руках. А я — его, и ощущала нечто странное. Наверное, это было эстетическое наслаждение. Вот честно, натуральный Элронд! Из фильма про хоббитов! Такой благородный, черноволосый, изящный… в одних трусах… А какое гармоничное у него тело! Длинные ноги, широкие плечи, изящные запястья и отлично проработанные мышцы. А эта дорожка темных волос, сбегающая вниз по животу… О боже, Анна Альбертовна, возьмите уже себя в руки, нельзя так пялиться на незнакомого мужчину, даже если он — воплощенная мечта.

— Это все мне? — спросила мечта низким, обволакивающим голосом с английским акцентом, глянув через зеркало на ворох джинсов в моих руках. — Благодарю вас, мисс.

— Вообще-то нет, извините… — непослушными губами пробормотала я и попыталась отступить.

И тут он поднял взгляд от джинсов, встретился со мной глазами — и все. В смысле, совсем все. Всплеск гормонов, учащенное сердцебиение, отлив крови от мозга и прилив в противоположное место. У обоих. Под тонким трикотажем его трусов это было прямо очень заметно. Несмотря на то, что я смотрела ему в глаза, пусть и через зеркало.

— Мисс?.. — повторил незнакомец, разворачиваясь ко мне. — Вы прекрасны.

Мне надо было извиниться и уйти. Любая приличная женщина бы так и поступила. Но… Отлив крови от мозга, он такой. Опасный.

— Да, — сказала я, роняя охапку джинсов на пол и шагая к воплощенной эротической фантазии. — Да!

Могу я хоть раз в жизни повести себя не как приличная женщина? Все равно мы больше никогда не встретимся.

Тень этой мысли мелькнула в моем одурманенном дофамином мозгу, когда я клала руки ему на плечи и впивалась поцелуем в манящие губы, твердые на вид, но сумасшедше горячие и нежные на ощупь. Он ответил на поцелуй, без лишних слов притиснул меня к себе, властно огладил по спине и ниже, вжался твердой и горячей плотью. Я невольно застонала — от желания, от нетерпения и самую капельку от страха, что сейчас кто-нибудь войдет, и я не успею…

Вот это «не успею» и вызвало новый прилив адреналина.

Решительно толкнув незнакомца на табурет, я задрала юбку и оседлала его бедра.

Он что-то сказал по-английски, я не поняла, что именно. Даже если бы по-русски, все равно бы не поняла. Не до того было. Я дрожащими пальцами высвободила его из трусов, одновременно выгибаясь под жадными руками, отодвигающими тонкую полосочку голубого кружева. И села сверху. Резко. Он хрипло простонал что-то и тут же толкнулся бедрами вверх, мне навстречу, вплел пальцы мне в волосы на затылке…

Я прыгала на нем, впившись зубами в его же руку — чтобы не орать в голос от сумасшедшего наслаждения. Мне было все равно — кто он такой, что подумает обо мне, услышит ли нас кто-нибудь… Да хоть пожар и наводнение! Я хотела только одного — ощущать его во мне, подо мной, вдыхать горьковатый мускусный запах и содрогаться от невероятного, феерического оргазма. Длинного-длинного, такого длинного, что мне показалось — я сейчас задохнусь, мое сердце остановится, не выдержав такой интенсивности…

Выдержало.

Даже странно.

И мозг включился.

А вот мозг — зря и невовремя. Потому что… твою гармошку, я что, в самом деле трахнула незнакомого мужика? В примерочной?.. И мне так хорошо, как никогда, ни разу за все семь лет, не бывало с Лешей?!

— Мисс… — прошептал незнакомец, все еще пребывающий внутри мне, и нежно коснулся губами моего виска. — Кто вы, мисс?

Разумеется, имени я не назвала. И в глаза ему смотреть не стала. Потому что… потому что… а нечего! Секс в примерочной — не повод для знакомства.

— Галлюцинация, — тоном довольной кошки шепнула я…

И сбежала.

Вот так просто вскочила с него и сбежала, воспользовавшись беспомощным и несколько раздетым состоянием мистера Элронда. На бегу поймала недоуменные, даже шокированные взгляды продавщиц, свое безумное и растрепанное отражение в витрине…

— Мисс! Стойте, да стойте же!.. — послышалось позади восхищенно-сердитое.

Все в том же витринном стекле мелькнуло отражение раздетого мужчины, продавщицы завизжали дуэтом, на меня обернулся охранник, попытался заступить мне дорогу…

И отшатнулся, потому что я и не подумала сбавлять скорость, а связываться с явной сумасшедшей он не пожелал. Тем более продавщицы продолжали упоенно визжать, словно голого мужика в жизни не видели, а английской ругани в жизни не слышали.

Я почти добежала до выхода из торгового центра — спиной ощущая преследователя. Дурак, что ли? Не видит, девушка не хочет знакомиться!

И джинсы девушка так и не купила. Как-то не до того было.

Затормозив буквально за десять метров до выхода, я резко повернула — и нырнула в ближайший магазин. Какой-то джинсово-сетевой, мне было совершенно все равно, какой именно.

— Девушка, вам помочь? — тут же направился ко мне парень-консультант.

— Ага, — радостно кивнула я. — Мне нужны джинсы. Мужские. Тридцать четвертый размер… ой, уронила!

Не заботясь о правдоподобии легенды, я присела за стойкой с толстовками — чтобы мистер Элронд, успевший натянуть штаны, но не застегнуть рубашку, меня не заметил.

Не заметил. Пробежал мимо. Я через три стекла видела, как он остановился перед входом, оглядывая площадь с десятком припаркованных машин. И, разумеется, не находя там меня.

На миг мне стало жаль, что я так хорошо спряталась. Может, не стоило? Может, мы могли бы еще разок встретиться? Такой секс… Боже мой, какой секс!

— Девушка, вам нехорошо? — участливо спросил парень-продавец.

— Нет-нет, все отлично, — взяв себя в руки, сказала я. — Так есть у вас?..

Джинсы, толстовка и все прочее, включая нижнее белье, в этом магазине нашлись. И я все это купила. Без примерки! А то мало ли.

Заодно и успокоилась. Обдумала свое поведение. И решила не париться. Подумаешь, изнасиловала английского эльфа! Ему же понравилось. Вряд ли он гнался за мной, чтобы подать в суд. И мне понравилось. Я женщина взрослая и свободная. Имею право. И вообще. Как врач, ответственно заявляю: для здоровья полезно. Совсем другое ощущение в организме! Легкость необыкновенная!

Вот с этой легкостью необыкновенной и двумя увесистыми пакетами я вышла из торгового цента, вовсе даже не думая оглядываться в поисках мистера Элронда. Закинула пакеты в багажник, села за руль, подала назад…

Грохот, скрежет, твою ж гармошку! Вот что значит нарушенное внимание! Убьет меня Янка за поцарапанного котика, ох, убьет!

Если не убьют раньше вот эти, немирного вида мужики, которые с матюками посыпались из «Хаммера». «Хаммера», твою гармошку! «Слона-то я и не заметил».

Зажмурилась я ровно на три секунды. Но их хватило, чтобы аховая ситуация изменилась. Как по волшебству.

Незнакомый, явно привыкший отдавать приказы голос скомандовал:

— Молчать! Назад!

Я открыла глаза — и увидела его. Тренера. Того самого, с плаката «Спорт, а не водка!» Ну… надо признать, что он в реальности выглядел не хуже, чем на фотографии. Правда, одет был странно, вроде бы в пиджачную пару — а смотрелось это как военная форма типа «камуфляж».

Томограф даю, бывший военный! Вон как его пацаны слажено отступили, прикрывая шефу спину. И повадки уж очень характерные, не то спецназ, не то мафия. Мне, как хирургу-травматологу, время от времени попадались подобные кадры, у которых вся жизнь — поле боя.

Так. Что-то я торможу. Это все эльф виноват! Отвлек, нарушил концентрацию. Сволочь… но какая!..

Видимо, господин Тренер принял мою мечтательную улыбку на свой счет. По крайней мере, тоже попытался улыбнуться. И у него получилось. Почти. Вы когда-нибудь видели, как трескается гранит? Вот. Самое то. Когда каменная физиономия улыбается, образуется трещина странной формы.

Ладно. Гранит и гранит. И не таких шили. Тем более улыбается, значит, убивать на месте не собирается. Хотя улыбкам с золотыми зубами (в данном случае двумя) я все равно не доверяю. И это тоже профессиональное.

Открыв дверцу, я собралась выйти из джипа — и с удивлением обнаружила, что мне подали руку. Чудеса! Галантный булыжник!

— Здравствуйте, — сказали мне тоном, который пытался быть мягким, но в нем отчетливо слышались отзвуки горной лавины и рокот боевых вертолетов.

Проще говоря, этот голос я бы услышала даже под вертолетами. Ну точно, воевал господин Тренер. И командовал.

— И вам не хворать, э…

— Дмитрий, — подсказал он вроде и негромко — но все равно показалось, что рявкнул. И рука дернулась — прямо как будто честь отдать хотел. Но удержался, улыбнулся, показав то ли отличные передние зубы, то ли фарфоровые виниры, и золотую правую четверку сверху. Хм, пожалуй все таки отличные передние зубы. — Дима тоже можно. Я не заношусь! Не мэр пока, только баллотируюсь.

Мэр? Странно. Совершенно не похож на плакаты избирательной компании. Вот вообще. Мэр толстоват, лысоват и мерзковат, как бывают мерзковаты только представители отечественной бюрократии среднего звена. Этот же — совершенно другой типаж. Резкий, фактуристый. Разве что Тренер — второй кандидат в мэры, которому административного ресурса не досталось.

— Рада знакомству, Дмитрий, — повторила я. — Анна Преображенская, хирург-травматолог.

Тренер (ему подходило куда больше, чем Дмитрий или господин будущий мэр) просиял, словно ангела увидел. Впрочем, если он воевал и был ранен, то хирург для него и есть ангел.

— Это которые Преображенские? Неужто те самые?

— Если вы имеете в виду усадьбу, то да. Надеюсь, Дмитрий, я не слишком сильно поцарапала ваш танк?

— Да что ему, танку, сделается. А вот ребята мои резковаты бывают. Не слишком они вас напугали, а?

Ребята на заднем плане выглядели не то что резковатыми, а как бы это сказать не матерно… типаж «белый полярный лис пришел за вами». С такими если встретишься на узкой дороже, только орать «пожар» и бежать как можно быстрее.

— Я выгляжу нежной фиалкой посреди пустыни? — подняла я бровь.

— Чего? — искренне удивился он.

Я подавила разочарованный вздох. Нет, чтобы сказать «я старый солдат и не знаю слов любви»! Похоже Тренер если что и смотрел из советской классики, то это были «Брат» и прочие «Особенности национальной охоты».

Отвесив еще парочку неуклюжих комплиментов в духе настоящего солдафона, а не романтизированно-киношной версии, Тренер предложил отогнать мой джип в сервис, чтобы «хорошие ребята» быстро закрасили царапину на бампере. И пообедать вместе тоже предложил.

Несколько прифигев от такого напора, я чуть было не отказалась. Однако представив, что мне скажет сестра, увидев поцарапанный бампер своего «котика» — сказала свое решительное «да». Обеду.

— Но услуги сервиса я оплачу сама. Я была недостаточно внимательна.

Тренер на миг завис. Явно не ожидал этакой подставы. Но с честью вышел из сложного положения. Улыбнулся, поцеловал мне руку (немножко неуклюже, зато с чувством) и заявил, что обижать хороших ребят оплатой такой мелочи нельзя. Они ж от чистого сердца. И он — тоже от чистого сердца! Ибо ослеплен моей красотой. И вообще жаждет показать мне славный город Энск, ведь я наверняка давно не была на родине предков.

— С чего вы взяли, что давно?

— Разве такую красавицу забудешь? Если б вы сюда приезжали, я бы знал. Я всех приезжих знаю. А если бы знал, то вас бы ни за что не упустил!

Упс. Вот это я понимаю, солдатская прямота. Мне что, уже предложение делают? Лишь бы не из тех, от которых невозможно отказаться. Хотя, спорить не стану, приятно. Вдвойне приятно. Особенно после Лешиных-то заявлений, что на этакую кобылу ни один мужик второй раз не посмотрит.

А вот тебе, Шариков! Получи гранату!

— Вот так сразу? Вы совсем меня не знаете, Дмитрий. А я не знаю вас.

О… кажется… кажется, я кокетничаю! С ума сойти.

— Так самое то — узнать! — обрадовался он. — Для начала за обедом, а там чем черт не шутит, вдруг поймете, что это судьба? Соглашайтесь! Я вас в лучший наш ресторан отвезу, «Бляхин клуб»! Там ягнятину делают — мечта, а не ягнятина! Поэма! И повар у них настоящий француз, этот, Мишель со звездами.

Мишель со звездами. Да уж. Есть такие мужчины, которые производят впечатление, когда молчат. А вот когда открывают рот — тоже производят впечатление, но какое-то не то.

Мне очень хотелось сказать товарищу Тренеру, что я уже все поняла — не моя он судьба, даже близко не моя. Но… меня так давно не пригашали в ресторан! То есть мужчина на свидание вообще ни разу. Надо ж хоть попробовать, что это такое. Опять же, есть шанс что поэтическая ягнятина отвлечет его от комплиментов. Ну и у меня будет шанс произвести «не то» впечатление. Для этого всего-то и надо, что расслабиться и не следить за языком. Как показывает практика, два-три случая из жизни хирурга-травматолога, и любой нормальный мужчина сливается.

— Я только сестре позвоню, чтобы она не волновалась.

— Конечно, — кивнул Тренер и жестом велел своим сопровождающим грузиться в «Хаммер».