Идеальный финал

- Почему?

- Я постараюсь объяснить. Люди умирают, некоторых закапывают глубоко под черную землю, одев в деревянную пижаму, положив в ненужный ящик. Затем ставят плиту, где, как и всегда, будут врать о том, что человек был лучшим во всем мире. Слезы, минорные ноты, подхватит ветер и унесет в другие берега. Затем будут лететь года, и, одним и тем же числом, к плите будут приходить люди, чтобы пустить иллюзорные слезы и отдать частичку боли, которая с годами забывается. Затем дети или внуки переедут в другие города и с неумолимым течением времени забудут навсегда об этой плите и об останках, закопанных глубоко в землю, туда, где больше нет жизни. А некоторых везут в крематорий и там сжигают. Все те же слезы и боль, но пепел, оставшийся от не живой плоти после того, как огонь устроил самосуд, спалив все грехи и память человека, небрежно бросят в холодную урну. А эти урны, с красивыми стихами и высказываниями, увезут с собой плачущие люди, чтобы поставить дома на полку и каждое утро просыпаться и видеть абстрактный, иллюзорный, обманчивый силуэт такого доброго и хорошего человека. Время будет идти, но в переездах урну не потеряют, и душа в форме пепла останется навсегда, как памятник света и хороших слов, что когда-либо были сказаны. Именно этот священный сейф будет тяжелой ношей для каждого. А теперь, представь нашу жизнь. И хотя бы на секунду что наша душа – это урна. Все воспоминания – люди. Время – всепоглощающий огонь, который не составляет права на жизнь. Неважно, какие кадры будут сожжены: любовь, потеря, события. Все заканчивается и переходит из красок радости во мрак негатива, от осознания того, что больше не повторится. Время сжигает, оставляя лишь пепел, который отлаживается в урне. Она так же постоянно с тобой, груз печали и тоски. Чем больше воспоминаний, тем больше пепла, и очевидно, все меньше и меньше места в урне, но больше веса. А ведь она стоит на узкой полке, на самом видном месте, но, увы, закрыта – Джимми сделал небольшую паузу – С бегом стрелок циферблата, снежным календарем, который тает с приходом первых лучей солнца, в печали, останавливая не надолго разум, закрываешь глаза и начинаешь вспоминать каждый момент жизни, в итоге, все ближе подбираясь к урне. И каждый фрагмент – это касание стен сосуда. Касания незамедлительно приводит к толчкам, отчего миниатюрный гроб начинает шататься. Естественно чем больше кадров, тем больше размах. Урна начинает кружиться и еле держится на полке. Но мы с тобою люди и не умеем останавливаться в нужный момент. И сосуд срывается. Он летит вниз, так медленно и плавно, его можно еще поймать, но процесс уничтожения уже не остановить, механизм запущен, борьба с системой перестает иметь смысл. Урна ударяется об холодный пол и разлетается на тысячи осколков, и весь пепел становится свободным. Он обволакивает каждую клетку мозга, уходит в уши, в легкие, не дает дышать. Все воспоминания смешиваются в один единый бред, убивая все живое и доброе. И вот эта грань, когда нет настоящего, есть будущее, которое определит твое положение в мире. Сильные люди найдут тысячи осколков и склеят урну, затем, кропотливо, не торопясь будут собирать крупицы черного, как тьма, пепла, найдут, уложат обратно и закупорят крышку. Они научатся на своих ошибках и больше никогда ее не тронут. Слабые будут на грани, руки опустятся, и высота будет манить к себе. Затем только крыша, ночь и тишина. На часах полночь. Подойдя к краю, они посмотрят вниз, пустят слезу, соленный миниатюрный океан сползет по щеке. Сделав шаг, полетят к земле, наслаждаясь иллюзией полета, но это лишь иллюзия, безупречный фокус жизни. Полет, свобода, но куда? В неизведанные просторы, там лишь тишина. Они почувствуют удар о холодную гнилую землю и подарят миру день, где их уже нет.

- Вот за это я тебя и люблю, чудак – Саманта улыбнулась

- Надо ехать за билетом. Жаль, что мой рай окончен

- Ты сам справишься? Я пока до работы доеду, узнаю все

- Что?

- Во сколько мне завтра выходить

Джимми не торопился к вокзалу, по пути он заходил в разные магазины, улавливал на себе отвратительные взгляды общества, чтобы насытиться ими. Всегда больно, когда заканчивается райская дорога наслаждений. Так тяжело хвататься руками за карниз, чтобы не сорваться вниз, не появиться в доме, где каждая минута отдает запахом упреков и ненависти. Джимми хотел побыть еще со своей возлюбленной, но шансов не было. Потерять это мгновение, как получить пулю в свою голову, которая, разламывая кости на мелкие детали, освобождала сотни комплексов и страхов. Щелк. Всего лишь память летает над трупами войны, их стоны и мольбы, но циферблат неподкупен. Он слишком жесток, чтобы выделить вам те минуты блаженства.

Электрички, метро, автобусы. Это так знакомо парню, казалось, уже стало родным и привычным. В каждом километре, что сжигали тяжелые колеса, Джимми чувствовал частички той любви, которая невиданным фениксом взлетала к небу, чтобы сгореть дотла, но возродиться вновь, не показав секундный момент пропажи. На улице было мерзко и сыро, но молодой человек наслаждался каплями влаги, застывшими в воздухе, словно новая жертва паука путается в его кружевах, ожидая лишь смертного мига. И от него не убежать. Она будет поглощена, как и эти капли доброты и людской злобы. Вскоре, Джимми добрался до вокзала.

В здании было тепло. Электронный голос оператора диктовал станции, пути отправления, время. Казалось, в нем нет жизни. Словно с другой стороны микрофона нет души, лишь электронные волны голоса, которые остались еще с восьмидесятых годов. А значит, смерть транслировала свое дыхание в каждую голову этих роботов, программируя их на самоуничтожение, растянутое на долгие годы вперед. Очередь к кассам тянулась чуть ли не от самых дверей. Все так стремятся уехать от душного мегаполиса, пропитанного ароматными симфониями лета. Джимми занял место в очереди, улавливая музыку, которая лилась из наушников, облагораживая такой мерзкий момент. В голову влетали мысли, как капли крови попадают в шприц, наполняя его красным цветом.

- Следующий – раздалось из окошка кассы.

К нему тут же подошел человек, за спиной которого Джимми сжимал деньги, чтобы выкинуть их на прилавок, взяв билет в ад. Сердце бешено стучало, а ритм крови превратился в легкую симфонию грусти. Еще чуть-чуть и парень останется в темноте.

- Здравствуйте – обратилась девушка, находящаяся за кассой, к молодому человеку

- Привет – коротко бросил Джимми, назвав город, парень спросил – Есть билеты на сегодня?

- Да, есть. На восемь и на девять часов

- А который сейчас час?

- Одиннадцать утра. На какое время Вам билет?

- Простите, но не сегодня – Джимми улыбнулся.

Парень выскочил из потных объятий вокзала. Подняв голову к небу, он улыбнулся, вдыхая аромат улицы. Такой гнилой воздух. Но именно в нем Джимми находил наслаждение. Вернее не в нем, а в мыслях, которые тот рисовал перед глазами. И в них читалось лишь желание продлить рай хотя бы на минуту. Как же это глупо. Дарить себе все больше наслаждения, чтобы безропотно потом отнять, причинив еще больше боли. Каждая секунда волшебства продлевает секунды ужаса. Как при раскрытии жалкого фокуса, когда люди поверили в магию, им открывают глаза. Досада. Чудес не бывает. Резкий телефонный сигнал вырвал Джимми из его мыслей, где рисовались новые кадры театра.

- Алло – произнес парень

- Купил билет?

- Нет. На сегодня до моего городишки нет билетов, только на завтрашний вечер. Что мне теперь делать?

- Ничего. Садись на электричку и приезжай назад

- Но ты же со своими соседями договорилась только на три дня. Вдруг, они будут против того, чтобы я остался еще на одну ночь. Мы им итак спать мешаем

- Так, я сказала, приезжай! Будь на станции, подойду туда. Понял меня?

- Да – тихо ответил Джимми, спускаясь в глубинные туннели метро, чтобы вновь окунуться в поток роботов.

На станции парень вновь увидел Саманту, которая махала ему рукой. Но Джимми не обращал на это внимания. Его глаза улавливали знакомый аппарат с игрушками. Он находился прямо около магазина продуктов, куда собиралась зайти Саманта.

- Да ладно – выдохнула девушка – Ты серьезно?

- В таких вещах я всегда серьезен – ответил Джимми, забрасывая монетку в отверстие для мелочи – Я же обещал, что выиграю для тебя игрушку, а рыцари держат свое слово. Запомни это, смертная

- Чудак – бросила Саманта, заходя внутрь магазина – Ты идешь?

Девушка выбирала какие-то напитки в тот момент, когда в здание забежал Джимми с радостным выражением лица

- Смотри – завопил парень, демонстрируя мягкого пингвина – Я же тебе говорил, что я выиграю. Давай, я готов

- К чему?

- Как к чему? Ты самый хороший, самый милый, извини, что я такая плохая в тебе сомневалась. Я тебя так люблю – стараясь скопировать голос девушки, проговорил Джимми – Так ведь?

- Нет – сквозь смех выдавила Саманта, складывая в пакет искристые бутылочки – Пошли. Давай сюда пингвина – девушка вырвала игрушку из рук парня – Положу под подушку, когда ты уедешь, чтобы помнить запах

- Это так мило.

На улице темнело, а этот последний день рядом, как магия небесного солнца, грел душу парня, стараясь выплеснуть в разум все больше мест, которые станут своеобразным маяком любви. Усталый город засыпал под музыку тихого ветра, словно планета качала его на коленях, убаюкивая и напевая медленную колыбельную, призванную сомкнуть его веки до самого рассвета, чтобы потом частички слов, одетые в пиджаки, вновь разбрелись из его души, будто фантазии и мысли. Новый день – новые мечты и судьбы. И сколько в этих буднях мы теряем времени? Глупые поиски себя, второй половинки, работы и жизни. Люди уже не замечают той красоты, что дарит им восход. А жаль.

Молодые люди сидели на качелях. Они в такт отталкивались ногами от земли, держа друг друга за руки, о чем-то говорили и спорили, целовались и смеялись. Казалось, это самый чистый кристалл человеческой любви. Момент, когда спадают маски, когда ложь убивает своего ребенка, выпуская наружу литры багровой крови – величие вечерних разговоров. И в этих фразах лишь тепло, что потерялось в снежной бури, теперь готово возродиться, чтобы показать миру свет потерянной любви. И ничего ценнее одного момента, дороже фраз и слов.

- Так жаль – выдохнув прессованный воздух, промолвил Джимми

- В смысле?

- Печально, что я завтра уезжаю

- Почему?

- То есть, тебе все равно? Я не смог насытиться твоим присутствием. Похоже, что мне не хватит жизни, чтобы перестать наслаждаться тобой. Мне всегда будет мало тебя. Знаешь, это, как нехватка воздуха. Ты и есть тот кристалл, который нужен мне, чтобы продолжать жить – из глаз Джимми начали спускаться слезы, поглаживая замерзшие щеки

- Ну, ты чего? – грустно спросила Саманта – Малыш, потерпи еще чуть-чуть. Скоро я закончу тут работать и перееду в «Б». А там только мы, навсегда. Я не хочу видеть твои слезы в последний день нашего рая. Понимаешь?

Насколько чисты ваши слезы? Великолепной пленкой обволакивают глаза, замыкая в них каждый яркий блик, потускневший снимок осени. Чистота слезы, подобна первым капелькам росы, что так приятно ложатся на тонкие листья природы. И в этих маленьких озерах, что подарил усталый воздух, так много цветов и красок, магии и волшебства, доброты и тепла. Закованные лучи восходящего солнца, игра тихого ветра, хмурое отражение небесного лика. Так искренне природа дарит комплименты, ну а роса – своеобразная ловушка для величия.

За окном было темно, и звезды не пробивались своим ярким светом через тяжелые тучи. Открытый балкон впускал морозный воздух, который падал обессиленный на пол, царапая стены, обтянутые обоями, и лишь молодые люди улыбались, кутаясь в постельном белье, рисуя устами узоры на телах друг друга, оставляя влажные следы губ. И если мир так романтичен, то для чего сбивать дыханием всю музыку и красоту? Им проще было не дышать, лаская души прикосновением ладоней. Затем закрытые глаза, объятия и сон.

- Сэм – тихо произнес Джимми, открыв глаза ранним утром – Ты куда?

- На работу. Выходные закончились. А ты чего так рано проснулся? – спросила Саманта, подводя глаза черными тенями

- Не уходи, побудь со мной еще чуть-чуть, пожалуйста.

Девушка села на край дивана, взяв в руку ладонь Джимми. Парень лишь улыбнулся.

Он всего лишь моргнул, а, открыв глаза вновь, Саманты уже не было. За окном пели птицы, а электронное табло рисовало числа этих суток. «Час дня - подумал Джимми – Неужели, сегодня умирает рай?». В доме никого не было, лишь тонкий запах духов, которыми пользовалась девушка, словно невидимый занавес, чувствовался в сжатом воздухе. На тумбочке заиграл телефон:

- Алло – произнес Джимми

- Привет – Саманта засмеялась – Извини. Во сколько там билеты на поезд?

- Вчера были на сегодняшний день на восемь и девять часов. А что?

- Я работаю до девяти. Не успею проводить – в голосе девушки прозвучала нотка грусти – Что делать?

- Не знаю – подавленно ответил Джимми, он не мог поверить, что уже не увидит свою мечту

- У меня обед в три часа. Хочешь, приезжай к магазину, я тебе показывала, где я работаю, постоим, поговорим. У меня будет час свободный

- А ты умеешь начинать с хороших новостей, ламантин – Джимми едва сдержал смех – Я сейчас оденусь и приеду

- Еще рано. Лучше покушай, я тебе там все приготовила

- Ты же знаешь, что я утром не ем. Хорошо. Торопиться не буду. В три, около главного входа. Договорились?

- Да – ответила девушка, и ее голос вновь прервали короткие гудки.

Джимми никуда не спешил. За окном не было туч, лишь безупречные лезвия солнца разрезали планету на множество частей, нагревая разум парня. А этим летом действительно было тепло. Весь этот незнакомый город, а Джимми в нем один. Все эти взгляды и слова влетали в голову, истребляя хрупкую стену, которую выстроила Саманта своими нежными руками.

- Сегодня уезжаем? – пронесся голос внутри головы

- В смысле? – тихо прошептал Джимми, заходя в старый троллейбус, который едва дышал под палящими лучами солнца – Заткнись!

- Назад к родным, упрекам, к боли. Ну, разве ты не рад?

- Чему мне радоваться, а?!

- Боли, искусству смерти, которое лишь набирает обороты. Ведь, нам так нужны все эти раны, чтобы разрушить мир стыда. Когда ты это поймешь?!

- Не поймет! – раздался громкий бас внутри головы, словно уничтожая очередного персонажа – Тебе это не нужно! Зачем ты едешь к ней?! Чтобы сбежать от нас?! Но мы внутри! Тебе не скрыться! Прими меня!

Страх одолевал парня все сильнее. Мощными волнами он растекался по организму, заставляя Джимми дрожать от ужаса. Голову наполняли крики, словно несколько героев спорили за свое место в главном шоу, стараясь показать вершину театральной игры. Казалось, стенки черепа не выдержат такого давления и лопнут, будто воздушный шар, накаченный воздухом, как мыслями, чтобы подарить их миру. Джимми стиснул зубы, этот шум сводил с ума. Парень вылез на нужной остановке. Минуя толпы людей, он слышал в своей голове лишь матерную брань, чувствовал ненависть, которая переполняла его организм, готовая ворваться в мир открытых дверей, чтобы устроить наказание всем этим роботам.

- Ты посмотри на них! Жалкие твари!

- Замолчите, прошу – тихо шептал Джимми, чтобы никто из прохожих не услышал его слов

- Привет – звонкий голос Саманты ворвался в уши – Готов к поездке?

Тишина. Словно противоядие, голос девушки убил все шумы и звуки, прикончил их, расчленив на маленькие кусочки, чтобы вся кровь заполняла коридор, оставляя лишь липкие следы подошв. Парень обернулся. У главных дверей стояла Саманта. Девушка быстро схватила молодого человека за руку и, как она любила это делать, с силой потащила прочь от людских глаз. Туда, за дорогу, мимо сонных машин, под морозную тень большого дерева.

- Ну, что ты?

- Что я? – удивился Джимми

- Посиди со мной чуть-чуть – улыбка все шире растекалась на прекрасном лице девушки – А сам руку взял, глаза закрыл и тут же уснул. Негодяй какой – Саманта не сдержала смех – Готов ехать, малыш?

- Я такой – Джимми поцеловал девушку – Готов, но так не хочу

- Почему?

- Потому что всегда хочу быть рядом с тобой. Разве это не понятно?

- Так, малыш – взяв Джимми за руки, произнесла Саманта – Мы прощаемся, чтобы потом увидеться вновь. Ты успеешь соскучиться по моему личику. Представь, еще больше страсти между нами. Это, как динамит. Он обещает взорваться. Понимаешь?

Вряд ли Джимми слышал эти слова. Он резко обхватил девушку, сильно прижав ее к себе. Капли слез наворачивались на глаза, но парень старался их спрятать, чтобы не видеть огорченное лицо своей любви. Мимо ехали машины, ходили люди, но молодому человеку было плевать на них. Сейчас есть только миг, одно объятие, которое выпаливает сердце дотла, оберегая любовь, закованную в груди. Он так и не отпустил ее. Шептал слова на ухо, гладил спину и плечи, цепляясь из последних сил за свой рай. Джимми долго смотрел на уходящий силуэт Саманты, стараясь перебороть в себе слезы, которые лились по щекам, падали на сухую землю, чтобы напоить ее.

- Я люблю тебя – прошептал парень в след уходящей девушки – Люблю!

Вечер подкрался незаметно. Несколько часов умерли в мегаполисе движений и звуков. А Джимми все еще прокручивал в голове свой рай, стараясь не обращать внимания на ругань голосов, рвущих его разум на мелкие части.

Колеса поезда скользили по мокрым рельсам, неся тело парня в родные края. На глазах блестели капли слез. Парню всегда было очень тяжело уезжать с любимых мест или, как в данной ситуации, прощаться с любимым человеком, пусть и ненадолго, ведь скоро она уволится, и молодые люди вновь встретятся. Быть может, Джимми приедет к девушке и останется у нее навсегда. Вечное счастье, разложенное по полочкам квартирных отношений.

За окном поезда мелькали деревья, небольшие пригороды, железнодорожные станции, люди. И снова, одиночество прогрызало себе путь через броню, построенную за эти четыре дня рая. Оно уже было готово вцепиться в душу, вернуть на место «Иллюзорий» и поглотить Джимми в этой липкой и вязкой грусти. Парень все так же улавливал запах духов, аромат волос своей возлюбленной в пыльном вагоне поезда, но ее уже не было рядом. С каждой секундой железный монстр уносил Джимми все дальше, вновь натягивая ту тонкую нить, которая опоясывала лезвие ножа, и чем дальше колеса увозили парня, тем сильнее скрипело волокно, начиная тереться об наточенный металл. И как бы Джимми не старался оставаться в реальности, его разум побеждал снова, заставляя закрывать тяжелые веки, под которыми рисовались картины ненависти. Наверное, это была злоба на окружающий мир, все проблемы и непонимание. Почему именно с ними судьба играет в свой продуманный план? Остановки, люди, и вот уже злоба вновь превратилась в грусть, и Джимми утонул в своей идеальной мечте.

Идеализируя свой мир, в который парень сливал все больше боли день за днем, Джимми не мог не поместить туда и то заведение, где в его мечтах он был лишь шоу. Развлечение. Образ, который так безмятежно вгонял людей в порывы чувственной меланхолии. Парень не знал, как выглядело то место снаружи, но прекрасно представлял его внутренний вид. С каждым разом, добавляя каких-то новых деталей, убирая то, что было уже не нужно. И сейчас парень поступал точно так же.

Теперь людям не приходилось стоять, улавливая все те же стихи. На этот раз, пять рядов низких деревянных скамеек с железными ржавыми спинками стояло посреди зала, чтобы людям было намного удобнее. Сцена стала немного больше, теперь на ней, кроме микрофона, находился большой черный рояль с поломанными клавишами. Он никогда не издавал звуков, но дополнял картину, казалось, время приняло на себя обратный ход, и теперь тридцатые годы плотно вошли в обиход. В зале было сильно накурено, но это не мешало Джимми доносить до чужих ушей и уст осколки своего таланта.

Окна были замерзшими так, что через них едва пробивался лунный свет. Несмотря на поздний час, люди занимали все места. И как только занавес упал вниз, застелив обзор окружающим, Джимми, словно образ, растворился в их сердцах, оставив за собой лишь влажную пелену, которая покрывала глаза всех этих индивидуумов.

Джимми открыл глаза. За окнами было темно, и лишь свет пролетавших мимо фонарей сильно бил в глаза, заставляя каждый раз расширять зрачки. В руке был пакет, из которого парень достал дневник и ручку, открыл несколько страниц и записал свою «идеальную» мечту. Вновь, добавив кое-какие изменения. Парень так и не закрыл глаза. Всю ночь он думал, смотрел в окна, писал сообщения, оставляя свою любовь на протяжении всех, пройденных поездом, миль.

Глава 9. «Холодная осень».

В воздухе пахло свежестью, осень пришла незаметно, и вот уже первое сентября красовалось за окнами. Солнце не грело так сильно, как раньше, а период грусти можно было считать открытым. Джимми все чаще погружался в мир своих картин. «Иллюзорий» брал свое, развиваясь все больше с каждой секундой, показывая молодому человеку новые картины. Это происходило в периоды грусти, ненависти, в те моменты, когда Саманта не могла успокоить его или ее не было вовсе. Голос в голове чаще выходил на связь, но это так же оставалось тайной для всех, кроме дневника.

Один момент не давал покоя разуму парня. Почему-то именно этой осенью Джимми было холодно. Как давно он не испытывал подобного чувства? Каждая осень была для парня чем-то волшебным, словно загадочный куб, который так тяжело собрать воедино. Эти сонные деревья, качающиеся в такт сильным порывам ветра, вскоре сбросят одежду, наслаждаясь полетом золотого сентября. Тонкая пелена льда покрывала лужи, в которых замкнут бензиновый аромат, играющий на световых лучах солнца. А оно уже не грело, лишь освещало красоту мира, как перед кровавой смертью скользящей походкой пролетает жизнь, бросая небрежный блик на величие момента, когда душа покидает тело, чтобы остаться навсегда в талом воздухе, развеется в нем, войти в легкие всех этих «умников» и испепелить их психику дотла. И стоило только умереть лету, как в голове Джимми поменялось все. Весь этот мир стал другим. Сезон дождей и туч, чая и грусти, теплоты и холода, красоты и смерти. Джимми чувствовал каждое дыхание осени, касания ее нежных ладоней и, как небрежно, она срывает листья. Казалось, весь мир превратился в едкий дождь, чтобы подарить свободу молодому человеку. Нет, не ту иллюзию, которую впитывают люди каждый день, повторяя, что им так хорошо под маской, а именно свободу, когда душа готова разорваться на мелкие части, чтобы наблюдать за миром из-за усталого горизонта. Осень, которая поселилась навсегда в «Иллюзорий», пропитала все листы и строки. Осень, которую так любил Джимми.

2 сентября 2011 год

« Я схожу с ума. Этот голос в моей голове все чаще приходит, разговаривает со мной. Он так мил и любезен, иногда, пугает. Вводит в грусть. Я никому не хочу говорить об этом. Раз в неделю мы ведем с ним беседы, он помогает мне вспоминать что-то, заставляет мыслить шире, показывая весь горизонт моего «Иллюзория». Я не знаю, что выйдет из этого, но пока что мой разум может его принимать».

В тот вечер, Джимми как всегда ждал Саманту в сети, но никак не мог ее поймать. Телефон, на который парень пытался так настойчиво дозвониться, был выключен, и снова мысли впивались в разум молодого человека. Девушка даже не представляла, что происходило в голове Джимми в такие моменты. Картины перед глазами менялись одна за другой. Его разум, хотя парень и не хотел даже думать о таком, рисовал полотна, где Саманты в объятиях других мужчин, сладко стонет, целует их влажные похотливые губы. Все это, еще больше втягивало Джимми в грусть, разбавленную ненавистью. На глазах проступали капли слез. Каждую минуту молодой человек набирал знакомый номер, но слышал там только холодный, пронзающий сердце, компьютерный голос оператора, который сообщал о том, что телефон выключен. Прошло очень много времени, пока на мониторе компьютера загорелся значок конверта.

Ведьма: «И что ты мне названиваешь?»

Джимми: «Где ты была? – сквозь слезы обиды, еле различая экран и буквы в нем, писал парень – Я очень сильно волновался!»

Ведьма: «В баре сидела с друзьями. А что?»

Джимми: « А сообщить было не судьба? Или ты думаешь, что мне все равно где ты и что с тобой? Так ты сильно ошибаешься! Что за друзья?»

Ведьма: «Да. Волновался ты. Рассказывай сказки. Ты только о себе и думаешь. Твоя ревность мне уже надоела! Я увольняюсь через пару дней! Дай мне побыть с друзьями. Я домой зашла на пять минут, чтобы тебе только написать!»

Джимми: «И куда ты сейчас?»

Ведьма: «Гулять! Хватит с меня твоих истерик! Напьюсь, займусь с кем-либо любовью! Ты ведь это так жаждешь услышать?!»

Джимми: «Нет. Я просто хочу узнать, с кем и куда ты идешь?»

Ведьма: «Тебя это не касается! И вообще, я уже сказала, что буду делать. И только не начинай плакать, как маленький ребенок. Бесит! Пока! И знаешь что, прощай. Мне надоели твои вопли! Все! Нас больше нет!»

Джимми: «Стой! – парень так быстро выбивал сообщения, что кончики его пальцев уже отдавали сильную боль в руки – Подожди! Во сколько ты вернешься?!»

Джимми так и не получил ответа. Снова телефон появился в руках, знакомый номер, и все тот же холодный голос оператора, словно сверлом, пробирался в самый центр мозга, заставляя парня дышать ненавистью, сквозь капающие слезы.

Это, как механизм, задев одну часть, он начинает крутить мельчайшие детали, создавая необратимый процесс мышления. «Иллюзорий» вновь затягивал в себя, но Джимми даже не пытался этому сопротивляться. Совсем наоборот, парень старался укрыться в своих мечтах и мыслях, как черепахи прячутся в панцирь при виде опасности. Парень до сих пор не понял одну вещь. Ведь его придуманный мир был еще большим злом, чем чуждая реальность, которая не терпела ошибок.

Обида на Саманту сдавливала грудь. Джимми хотел закрыться от всего мира, и единственным способом являлся уход парня в свою выдуманную вселенную, или как он называл ее: «Иллюзорий». Почему с ним так поступает девушка? У Джимми не было ответа, лишь зло переполняло его душу, выдавливая кровавые слезы, то ли боли, то ли ненависти. Парень откинулся в кровати, ожидая звонка, и тихо прикрыл глаза.

В этот раз Джимми приехал на машине в такое знакомое место. Дверь открылась и черные туфли, опустившись на снег, оставили свой отпечаток. Все было, как и всегда. Яркие фонари вдоль дороги, закрытая забегаловка, липкий снег хрустел под ногами. Лишь пару не значительных деталей менялись с прошлыми возвращениями. На парковке было не так темно, длинные неоновые лампы освещали небольшие куски, длинной в пару метров. Они не горели, нет, лишь выдавали короткие блики, словно пульс человека на больничных мониторах, то загорались, то потухали. Джимми шел среди машин, обрисовывая последние детали этого места. Холст, который некогда был чист, теперь же наполнился красками, картина мечты была уже готова. Оставалось вдохнуть в нее фантазию, случай, происшествие. Все тот же длинный и острый нож, отражая лунный свет, блестел в руках парня. Он не спеша продвигался к силуэту девушки, которая стояла к нему спиной, словно не слышала хруста снега позади. Ее черные волосы трепал ветер, будто флаг или тысячи шелковых нитей. Джимми не видел ее лица, но знал наверняка кем она может быть.

Парень тяжело дышал, подходя все ближе. Пальцы, обтянутые белой кожей перчаток, все сильнее сжимали рукоятку ножа. Глаза наливались багровой жидкостью, зрачки расширились, парень вдыхал прекрасный аромат духов, но желание было сильнее его. Он подошел вплотную, резко зажав девушке ладонью губы, чтобы она не смогла даже вскрикнуть. Все остальное происходило очень быстро, но только не в воображении парня. Ведь, он так долго ждал этого момента, и не насладиться им просто не имел права. Парень чувствовал всем своим телом, как нож плавно проникает в спину, проходя барьер из куртки и кожи, вонзаясь острием в тело. Волна удовольствия пробивала насквозь Джимми. Это самое прекрасное чувство, которое испытывал парень в своей жизни. Молодой человек отвел руку назад, чувствуя, как нож покидает тело девушки, медленно и туго, словно кожа не хочет выпускать его из себя. Джимми размахнулся еще раз, и всадил нож в тело до самой рукоятки так, что горячая кровь хлынула струей на его кисти и перчатки, словно обжигая незащищенную кожу. Он еще несколько минут держал нож в теле своей жертвы, пока та билась в конвульсиях, затем вытащил окровавленное острие, и девушка рухнула вниз на снег, образуя на нем багровую лужицу.

Тело Джимми пробирала дрожь удовольствия. Капли крови, соединяясь в маленькие ручейки, скатывались вниз по ножу и перчаткам, капая на снег, дополняя цветом, и без того, прекрасное полотно. Придя в себя, молодой человек, нагнулся над своей жертвой, положил ей руку на плечо и собрался посмотреть, но «Иллюзорий», словно не желая этого, вытолкнул парня в окружающую реальность, заковав двери цепями.

Джимми долго не мог прийти в себя, его разум, вместо удовольствия, покрывали волны страха, ужаса, гнева. Он схватил со стола сигареты. Дрожащими пальцами достал одну из них и закурил.

Сигаретный дым наполнял комнату, не смотря на то, что Кетрин утром начнет ругать парня за это, но поток мыслей, нервов не прекращался. Джимми долго крутился в постели, перед глазами летели все те же кадры измен, что приводило парня к краю пропасти длинною в фантазию, по щекам медленно бежали слезы, а в голове знакомый голос провоцировал шум. Молодой человек так и не смог сомкнуть глаз до самого утра.

Через темные шторы спальни виднелось, как поднимается солнце, наполняя комнату красным светом. Джимми сидел в кресле, просматривая глупые передачи, которые транслировались по каналам телевизора. Они не волновали его, не забирали внимание, лишь мелькали на фоне всепоглощающих мыслей. Парень так устал от этих ссор, скандалов, хотелось просто скрыться, наверное, поэтому он полностью отдавался своему «Иллюзорию». Зазвонил телефон.

- Алло – томным голосом произнес парень, как только принял вызов

- Привет – это была Саманта – Простишь меня? Я бестолковая, не слушаю тебя никогда! – ее голос дрожал, тем самым опустошив чашу зла, которая кипела в душе парня

- Что случилось?

- Без мозгов живу! Почему я тебя ни когда не слушаю? – голос Саманты был напуганным, дрожал, словно девушка говорила сквозь слезы

- Что случилось?! – Джимми повысил тон, нервы зашкаливали, создавая очень мощный портал ненависти и злости – Ты ответить можешь?!

- Тебе это не понравится

- Говори! – парень, чуть ли не крича в трубку, выдавил из своего горла

- Хорошо. Я вчера пошла в магазин, купила, что нужно и хотела идти назад. Мы дома сидели. Парни предложили сесть в машину, чтобы они меня довезли. Ты же меня знаешь, овцу пьяную. Я села, мы ехали, парни шутили, а потом я заметила, что направляемся не в ту сторону – голос девушки дрогнул, хоть и стал немного спокойнее – Я спросила, куда мы едим, но в ответ получила по лицу ладонью! Мне было так страшно! Мы ехали все дальше, по какой-то проезжей части, и у меня не оставалось выбора!

- И что ты сделала? – сжав зубы, спросил Джимми – Скажи, что все обошлось! Прошу, скажи эту чертову фразу!

- Я выпрыгнула на ходу из машины. Ободрала все ноги, руку. Ребра болят, голова. Сейчас иду по дороге, и не знаю, сколько еще топать. Даже понятия не имею, где я. Прости меня, что не слушаю тебя – Саманта говорила так виновато, словно Джимми обиделся на нее за то, что она спаслась от каких-то тварей

- Я, надеюсь, они умрут самой мучительной смертью! А друзья где были? Отпустили тебя одну! Тебе сегодня на работу?

- Да

- И как ты пойдешь? – очень тихо спросил парень – У тебя же все болит. Не ходи сегодня, все равно собираешься увольняться

- Сейчас вызову такси, до дома, переоденусь и на работу. Все будет хорошо – спокойным, но все еще дрожащим голосом ответила Саманта

- Хорошо. Как будешь дома, дай знать. Договорились?

- Да. Я люблю тебя, малыш – связь оборвалась.

Джимми достал последнюю сигарету из пачки, поджег спичку и закурил.

- Неужели ты веришь ей? – ворвался громкий бас в голову Джимми

- Даже не начинай – парень сжал зубы – Прочь!

- Ты пытаешься нас выгнать?! Не меня!

- Я сказал, чтобы ты убирался! – Джимми шепотом выдавливал слова из своей пасти – Иначе, наши разговоры прекратятся!

- Да?! Я так не думаю, ублюдок! – сильный шум ворвался в голову парня, словно электрические разряды легкого тока – Ты думаешь, что так важен?! Он не раскрывает тебе всего могущества! Любовь! Глупая тварь! Что ты хочешь сделать мне?!

Перед глазами парня все плыло. Голова сильно кружилась, и, казалось, этот голос приносит в нее лишь боль. Боль, которую невозможно остановить. Джимми рухнул на пол, обеими руками схватив голову. Ноты ненависти пронзали тело. Не было сил, чтобы встать. Казалось, ноги давно запретили силе питать их. Из глаз крупно падали слезы. Рвотные массы подходили все ближе к горлу. Джимми сходил с ума. Сильный шум врезался в стенки черепа, ломая их, словно хрупкие осколки тающего льда.

- Прогнать меня?! – продолжал голос в голове – Ты забыл, кого надо бояться, тварь! А теперь, представь, как всю ночь ее лапали чужие руки! Ты видишь эти картины?!

Перед глазами Джимми начали мелькать кадры похотливого союза, где губы Саманты выдавали стоны, а по телу бежали капельки пота. Парень не мог остановить этот фильм. Он даже не пытался это сделать. Ведь, механизм был запущен. Тело трясло, из глаз капали слезы. Джимми лежал, забившись в угол, на холодном полу. Тело скручивала какая-то неведомая сила, и невероятная боль растекалась по организму.

- Прошу! Хватит! – сквозь слезы давил Джимми

- Уйди от нее! Разве ты не видишь, как она врет нам в лицо?! Прими меня! Я сделаю твой мир! Умоляй остановиться, ублюдок!

- Перестань – парень едва сдерживал рвоту – Умоляю!

- Прогнать меня?! Мы создавали тебя! Я! Не та меланхоличная тварь, а я! И теперь ты вздумал перечить мне?!

Сильные уколы пронзали тело. Казалось, Джимми был готов разорвать свою плоть, чтобы достать эту тварь, убить ее, но не мог даже убрать руки от головы.

- Понял?! Ты услышал меня?! Не смей мне никогда перечить, жалкое существо! – голос постепенно утихал

- Уходи, прошу! – Джимми уже не мог говорить, воздух не поступал в легкие

- Прости – более лаконичный голос обласкал слух – Он ушел

- Что со мной происходит?!

Боль постепенно покидала голову, дыхание пришло в нормальное состояние, а сердце перестало бешено выстукивать ритм. Джимми перевернулся на спину, уставив свой взгляд в потолок, ожидая ответа внутри своей головы. Странно.

- Когда приезжает Картер? – спросил голос в голове

- Двенадцатого – сухо бросил Джимми

- А Саманта?

- Тринадцатого еду к ней. Хочет познакомить меня с мамой. Страшно мне

- Неужели, ты поедешь к ней?

- А что тебя удивляет? Думаешь, ваши жалкие попытки могут меня остановить?

- Просто я не смогу быть рядом, когда она там

- А зачем ты мне? – сжав зубы, спросил Джимми, ожидая ответа

- Чтобы ты научился чувствовать красоту в боли и грусти, меланхолии и ужасе. Ведь, я уже давно в твоей голове. Ты и сам это знаешь. Так?

- Нет! И зачем мне искать красоту в этих вещах?!

- Чтобы быть свободным, когда твой мир рухнет! Ты думаешь, мы просто так выстраивали город в твоей душе? Разве, тебе неприятно попадать во все эти истории? И я хочу, чтобы ты принял смерть, когда поймаешь удовольствие от боли. Разве, это не прекрасно?

Джимми испуганно открыл глаза. Лучи солнца, врывавшиеся в комнату через шторы, разрезали тонкие столбы пыли. Джимми все так же лежал на полу, стараясь сжать в кулак всю силу организма, который был истощен. На глазах застыли чистые капельки слез, словно кристальные снежинки на поверхности неба. Они так испуганно дрожали, предвкушая сильный удар век, который уничтожит их красоту, заставит скатиться по щекам и умереть в необычном сухом для эмоций мире.

3 сентября 2011 год

«Привет. Это снова я. Ты, наверное, уже досконально выучил мой подчерк. Странно, но я через буквы, своим неровным подчерком, разговариваю с тобой, словно с живым человеком. И знаешь, мне это очень нравится. Ведь, я не могу сказать окружающим все то, что складывается в моей голове из кадров, проникающих в мозг через кристальные зрачки. Я нахожусь в центре многих важных людей. Картер, Кэтрин, Саманта. Но ни кому из них не смогу сказать даже половины того, что сливаю в тебя.

Пару дней назад я сидел в очереди к стоматологу. Вообще, я их боюсь. Очередей и стоматологов. Рядом со мной находился старенький человек лет пятидесяти. Ждать было еще долго, и он робко обратился ко мне:

- Молодой человек, а Вы уже долго сидите?

- Не очень, но, видимо, придется еще ждать около часа. Людей ведь много. Я вообще очень боюсь стоматологов

- Почему? Они, вроде, не страшные. Я вот не знаю, дождусь ли своей очереди. Дело в том, что мне скоро нужно бежать на работу. А Вы где-либо трудитесь?

- Пока что, нет. Пытаюсь найти место, но, увы, сейчас ни чего подходящего не попадается на глаза и в руки

- А у Вас есть образование?

- Нет. Я не успел доучиться. Бросил, теперь жалею

- Какую профессию осваивали? Как так? Зачем же бросили? Без образования в наши дни никуда. Диплом нужен везде, на любой работе

- Учитель физической культуры. Да, казалось, не мое. Я понимаю, что образование нужно очень, поэтому летом нужно поступать в другой институт или колледж

- На кого?

- На психолога или криминалиста

Мужчина отвел свой взгляд от дверей кабинета, на которые смотрел на протяжении всего разговора, и тяжело вздохнул. Помолчав несколько секунд, словно продумывая слова в своей голове, он, наконец-то, с облегчением выдавил из своих уст:

- Хорошее образование – каменщик или строитель. Они всегда требуются в разных фирмах. Или, вот например, рабочие разных специальностей завода. Хорошо получают, правда, много работают. Это хорошие профессии

- Может быть – робко ответил ему – Мне нужно бежать. Зайду сюда в другой раз, заодно, и Вы быстрее попадете к доктору – я медленно встал, накинул куртку и отправился к выходу, лишь застенчиво попрощавшись

- Прощай – бросил седой человек мне в след.

Почему я ушел? Почему я не дождался своей очереди и просто не зашел в кабинет? Честно? Не знаю. Мне стало очень стыдно находиться рядом с этим человеком. Как только я покинул двери здания, мысли, словно стервятники, клюющие разлагающуюся плоть, кружили вокруг моего разума, всовывая иглы вопросов и ответов. Наверное, все дело в разнице поколений. Раньше, рабочие люди были в почете, уважении, сейчас же, наше поколение настолько сгнило, что все больше обрастает стереотипами. Если ты трудишься на заводе, стройке, то у тебя просто не хватило мозгов занять более теплое место. Все хотят быть юристами, психологами, ковыряться в бумагах. И знаешь, эти профессии нужны им лишь для авторитета среди знакомых и друзей. Они забывают, что адвокат спасает жизни невиновных объектов, а психолог помогает людям, проникая в их разрушенный разум. А ведь я не лучше. Единственное отличие, что мне не нужен авторитет среди знакомых, но я не хочу вкалывать, как проклятый, на заводах и стройках. Слишком много времени уходит в поисках себя, в надежде найти то, что взбудоражит твой мозг, выбьет душу, превращая ее в нового, отдельного персонажа темного мира. Наверное, не стоит обвинять мое поколение в подобных взглядах на жизнь. Телевизор, сети, интернет – все это с самого детства вдыхает в нас мечты, надежды, которые рушатся с годами. И вот уже тебе двадцать лет, но мозг до сих пор не выявил роль, в которую должна превратиться душа, впитывая мечту. И знаешь, тот стыд, что я ощутил, не проходит до сих пор. Мою голову, словно террорист смертник, готовы взорвать мысли, только стоит дать им команду.

Что касается Саманты, то у нас все отлично. Есть свои минусы и плюсы. В принципе, как и у всех людей. Но нашу любовь невозможно передать в обычных словах. Это безумие. Я все больше проникаю в ее мир, да и она стала очень важным объектом для моего сознания. Саманта появляется в каждой роли. Мы так мало вместе, да и виделись всего-то пару раз, но уже сейчас могу с уверенностью заявить о том, что с этим человеком я готов связать всю свою жизнь.

Место труда я так и не нашел. Не знаю, найду ли вообще. Все, что попадается мне на глаза, требует собеседований, на которых я «умираю». Страх, меня всего трясет перед входом в кабинет. И я пока что не могу понять, почему все так происходит? Наверное, лишь время даст мне ответы на эти вопросы. Читал в интернете, что это может быть признаками социофобии. Подобные мысли посещали меня и раньше, но иногда очень страшно признать правду, и мы начинаем искать ту ложь, которая устроит нас всех.

Мой дом - это не ты

Мой дом - это не стены

Мой дом - тот мелодичный мир

Что протекает внутривенно

.

Мой дом - не доброта, не зло

Мой дом - не солнца жаркого лучи

Мой дом - тот одинокий сон,

Тот одинокий сон и ты

.

Мой дом - не мир и не война

Мой дом - не мятный чай под утро

Мой дом - багровой жидкости река

Любовь и пара трупов

Мне нужно было высказаться. Ты единственный кто меня не осудит, мой молчаливый свидетель. Спасибо. Пора прощаться. Сейчас я уйду и буду снова умирать в душе, но строки, которые я вливаю в твои чистые листы того стоят. До свидания».

Следующие пару дней прошли очень спокойно. Молодые люди, в своих вечерних разговорах, старались не вспоминать происшествие той злополучной ночи. Саманта шла на поправку, уже уволилась с места работы и отправилась домой. Джимми старался выкинуть все свои сомнения, и у него это получилось. Может, поспособствовал тот факт, что скоро молодой человек встретится с Самантой, ее мамой. Это должно было сыграть огромную роль в дальнейших отношениях. Знакомство с родителями обещало дать уверенность в том, что девушка уже ни куда не уйдет, она останется навсегда с парнем, подарит ему самую счастливую жизнь. Как же это глупо и наивно, но Джимми верил. Дома становилось спокойней, хотя и ссоры с Кет иногда проскакивали. Причиной для них в основном была работа. Зато с Самантой Джимми был спокоен, он откладывал каждую монету, которую удавалось сэкономить на сигаретах, прогулках, продуктах.

Сентябрь набирал обороты, словно колеса тяжелых машин преодолевают целые километры, чтобы оказаться в родных стенах. Золотая смерть сносила все на своем пути. И почему осень так не любит доброту и радость? Специфичная пора. Она так не похожа на остальные дни, сезоны. Вся эта красота, рожденная в браке медленной грусти и печальных ливней, как инъекция «солнца», которую набирают в шприцы, а затем запускают по венам, чтобы побаловать свой организм приходом бесконечного удовольствия. Зачем любить дожди? Просто в них Джимми мог спрятать те секреты, которые хранились в глубинах его души, в том придуманном городе, где боль, подобна совершенству, а насилие, как тонкая грань атмосферы, отделяющая пленительные человеческие глаза от холодного космоса. Город в палате чуть ниже небес.

- Что делаешь? – произнесла Кэтрин, приоткрыв дверь комнаты

- Ничего – коротко ответил Джимми, спрятав за спину «Иллюзорий»

- Ты же помнишь, что скоро приедет мама?

- Когда? – удивился парень

- На следующей неделе – ответила Кэтрин – Ты забыл?

- Нет – Джимми улыбнулся – Хорошо, что меня тут не будет

- В смысле? Мы договаривались, что ты посидишь с нами, обсудим все детали. Куда ты собрался, а?

- К Саманте в гости – парень даже не успел закончить фразу, как сестра гневным голосом прервала его

- Опять?! Тебе самому еще не надоело?! О чем ты думаешь?! Ты никуда не поедешь! Хватит с меня! Твоя семья тут, а не какая-то дура!

- Семья?! То общество, которое меня ненавидит?! И что мне с вами сидеть?! Слушать, какой я плохой?! Не работаю, не учусь, странный! Я и без ваших пастей это знаю! Или вам необходим объект, на котором можно выместить все свое зло?! С меня хватит! Поняла?!

- Только не делай вид, что у тебя плохая жизнь!

- А ты знаешь мою жизнь?!

Кэтрин замолчала. Казалось, ни единого слова больше не выйдет из ее уст. Тишина повисла в воздухе, как цирковые гимнасты, чтобы сделать трюк, сорвав тысячи аплодисментов перед финальным номером.

- Вот и все – тихо произнес Джимми – Закрой дверь. Не надо лезть ко мне. Она намного дороже, чем этот вечер с мамой. Может быть, когда-нибудь, ты это поймешь. А пока, удачного дня. Ты на работу?

Девушка ничего не ответила, закрыв дверь. Джимми был очень разозлен. Обида все сильнее пережимала аорту. И уже без спроса, «Иллюзорий», или кто-то из голосов утаскивал парня в свои объятия. По состоянию Джимми понимал, что совсем скоро он окунется в липкий фонтан багрового насилия. Глаза были закрыты, а внутри головы уже громко пела метель, и порывы ветра, которые смешивались со снегом, заносили два силуэта, гуляющих около замерзшей реки.

Парень, или тот, в кого он превратился, держа за руку молодую девушку, шел около берега. На девушке была одета куртка, черные штаны и кожаные перчатки. Белый цвет сливался с черным, образуя такой знакомый всем знак. Долгие разговоры, улыбки и метель, в которой утопали два силуэта. Но ведь все, кто когда-либо имел контакт с чистым злом, должны были умереть. Так случилось и в этот раз.

Остановившись прямо около места, где начиналась река, Джимми нежно начал целовать девушку, улаживая ее на чистый, но хрупкий лед. И вот уже два тела касались льда. Джимми, вдруг, отстранился от губ девушки, гладя рукой ее щеку.

- Ты такая милая – промолвил парень – Еще одна капелька добра, да?

- В смысле еще одна? – возмутилась девушка, не зная, что своими словами уже копает себе могилу – Как это понимать?

- Очень просто. Ведь, в мире столько добра. Люди боятся зла, даже не представляя, насколько оно превосходно. Понимаешь?

- Нет. Что с тобой?

- Ведь, я и есть зло – улыбнувшись, ответил Джимми, сильно сжав ладонями лицо девушки – Зло, как источник. Словно фонтан греха, который уничтожает улыбки, радость, любовь. Вы все так привязаны к этим чувствам, что разучились ловить наслаждение в ином мире! Почему?

- Отпусти меня! – девушка попыталась вырваться, но, к сожалению, было уже поздно – Отпусти меня! Я буду кричать!

Эти слова снова родили в Джимми припадки ненависти, злобы. Парень слегка приподнял голову девушки, и затем со всей силы ударил об лед. Резкими движениями он, словно пытаясь пробить поверхность, бил череп девушки о хрупкое белое полотно. После нескольких ударов, тело девушки обмякло, из уголков рта виднелась кровь, глаза тускнели. Она уже не могла сопротивляться.

- В нашем мире нет положительных эмоций – начал Джимми – Все уходит. Любовь, счастье, радость с годами перестают иметь свой отблеск, очень редко всплывая в нашем разуме. А зло? Оно вечно. Каждый день любой человек думает о зависти, ненависти. Каждый врет! Во благо? Чушь! Мы всегда пытаемся преследовать свои цели! И плевать каким образом их нужно получать! Ради себя мы плюнем на всех! И где добро? Его нет! Есть лишь зло, которое всегда внутри нас. Но вы, люди, слишком слабы, чтобы принять это! – Джимми со всего размаха ударил девушку головой об лед – Не молчи, тварь!

Из затылка девушки текла кровь, путаясь в русых волосах, которая заполняла трещины на льду, образовывая какой-то знак. Еще пару оглушительных ударов, и белое скользкое небо треснуло. Голова девушки медленно погружалась в холодную воду, окрашивая ее в багровый цвет. Руки Джимми сползали все ниже к шее, вскоре обхватив ее. Лицо девушки скрылось в багровой воде. Парень чувствовал, держа руками шею, как вода сильными порывами заполняет легкие, проходя по дыхательным путям. Из последних сил девушка пыталась сбросить молодого человека с себя, но он был сильнее. Лишь ее глаза виднелись в воде, что приносило Джимми массу удовольствия. Видеть, как они закатываются под веки и закрываются, было бесценно. Еще пару минут он держал ее голову под водой, затем, девушка уже не сопротивлялась. Пульс перестал выбивать удары. Парень медленно поднялся, стряхнул снег со своих колен и отправился через высокий мост, насвистывая всю ту же знакомую мелодию.

Джимми вернулся в реальность. С чувством страха и удивления он смотрел в большое зеркало, перебирая руками по кровати, отыскивая на ней ручку и дневник. Теперь путешествие в «Иллюзорий» уже редко зависело от него самого. Все больше эти картины рисовал кто-то другой, приглашая Джимми видеть объятия теплого насилия. Парень так и не смог уснуть в тот день, снова и снова погружаясь в свои грезы, которые были уже более лаконичны, разбавленные меланхолией.

Утром болела голова. Телефон уныло играл какую-то мелодию, которая врывалась в уши, подобно первым лучам солнца, коснувшимся горизонта.

- Алло – сонным голос произнес Джимми – Кто это?

- Привет. Даже не узнал. Эх, ты

- Картер, ты? Что тебе надо в столь ранний час?

- Сообщить тебе о том, что я приехал. Ты обязан радоваться – произнес парень – Или ты не ожидал, что двенадцатое число придет так быстро?

- Наоборот – Джимми приподнялся с кровати – Что ты хотел?

- Я домой, а потом к тебе. Хорошо?

- Нет – строго произнес парень – У меня днем дел полно. Давай ближе к вечеру увидимся? Или ты занят будешь?

- Я полностью свободен! – воскликнул Картер

- Да, как и все мы – уныло произнес Джимми – В семь часов я тебя жду, не раньше. Понял?

- Да. До скорого, Джим!

Парень поднялся с кровати, опустив ноги на мягкий палас, который обволакивал холодный пол. Через минуту он стоял у зеркала в ванной комнате, держась руками за умывальник. Под глазами виднелись большие синяки. Очередная ночь кошмарных снов.

- Кто-нибудь есть там? – не отводя взгляда от зеркала, тихо спросил Джимми – Или вы и Картера боитесь?

Молчание. Улыбка засияла на лице Джимми. Голоса в голове молчали. Казалось, новое утро дарит прекрасную жизнь. А завтра парень вновь рванет к своей возлюбленной, чтобы рисовать сердцами рай, мелодию, в которой так плавно танцуют ноты.

Чай бодрил ароматным запахом. Старые часы тихо стучали стрелками по цифрам, не позволяя парню забыть о времени, что так ценится там, где жизнь перестает иметь смысл, держать эмоциональный оттенок, она превращается в миг, иллюзию, великолепный соблазн, тень. Осенние листья срывал с деревьев ветер, словно красуясь своим могуществом среди чужих металлов великолепия.

- Привет, любимая – произнес Джимми, дождавшись ответа с другой стороны телефона – Как ты?

- Я хорошо. Спала – мягким голосом ответила Саманта – Зачем ты меня разбудил, жук?

- Сказать, как я сильно тебя люблю

- Я это знаю. Ты постоянно об этом говоришь

- Это да – Джимми засмеялся – Слушай, ко мне сегодня друг приехал, так что тебе придется провести этот день без меня

- Как без тебя?! – удивилась девушка, перебив молодого человека – Целый день? О, ужас. Как же мне это сделать? Это вообще возможно?!

- Ну… - начал Джимми

- Расслабься. Я шучу. Конечно, понимаю. Поэтому, в отличии от некоторых, не буду тебе названивать и бесить. Просто будь осторожен. Хорошо?

- Конечно. А ты помнишь, какой завтра день?

- Нет. А что? Какое-то событие должно произойти?

- Забыла – грустно протянул молодой человек

- Да не забыла я. Ко мне приезжаешь. Помню. Просто я не виновата в том, что мой парень не понимает шуток. Знаешь, иногда хочется придушить его

- За что?! Я слышал, что он очень хороший

- Это все слухи. На самом деле, он очень плохой, ужасный тип

- Так, почему ты все еще с ним?

- Потому что люблю. Доволен? И зачем ты мне звонишь? Он потом ревнует – Саманта не сдержалась и громко засмеялась, разбивая поток телефонных волн

- А ты чем будешь заниматься весь день?

- Собой. Буду отдыхать, кушать, схожу в ванную. У меня тут куча дел. Комнату уберу, все-таки любимый приедет, а тут вообще бардак. Так что не волнуйся, без тебя не заскучаю. Так, пойду, помогу маме. Удачной прогулки, много не пей. Люблю тебя

- И я тебя – застенчиво произнес молодой человек – Целую. Завтра увидимся

Парню предстоял очень тяжелый день. Тысячи мыслей путались в голове, стараясь захватить Джимми в липкие объятия грусти. Но зачем она сегодня? Голоса молчали, боясь произнести даже слово. Наверное, они так же стеснялись Картера, который скоро придет к парню. Они так давно не виделись. И сколько мыслей сменили их головы? Сколько принципов было разрушено в забеге глупых недель? Память доставала детали давних лет. Она так аккуратно складывала их в одну картину, где смех и улыбки, радость и счастье, доброта и спокойствие. Все эти приключения, ситуации, о которых невозможно жалеть. Эх, сколько было пережито? И в каждой секунде Джимми ловил новые фрагменты, кадры, картины, чтобы возродить их с новой силой, внутри своей души. Превосходное чувство! Знаете, это, словно ориентир в бесконечном потоке секунд, как самый великолепный маяк, который освещает путь унылым кораблям, чтобы те не разбились о холодные скалы, замершие на теплом песке около берега, напоминая своим дивным видом все мучения усталой планеты.

А за окном темнело. Джимми достал «Иллюзорий», открыв его на нужной странице, взял синею ручку, и что-то, очень быстро, начал записывать.

12 сентября 2011 год.

« Ты не скучал? Здравствуй. Прости, был занят эти дни. Я бы спросил, как у тебя дела, но итак знаю. Создатель всегда чувствует свои творения.

Сегодня приехал Картер. Я так давно его не видел. И знаешь, эти голоса наконец-то заткнулись. Они боятся людей. А я боюсь их. Странно все это. Они так сильно уничтожают меня, стремятся убить, захватить мою психику, но, увы. Завтра уезжаю к Саманте. Еще совсем чуть-чуть, и мы останемся с ней навсегда.

Впервые за долгое время, мне, кажется, что жизнь налаживается. Пугает то, что ты не нужен будешь больше мне. Не будет времени, чтобы делиться с тобой своими мечтами, рассказами, стихами. Хотя, я итак их не пишу. Наверное, это глупо. Да и зачем их писать, если я сам не понимаю этих строк?! Такое ощущение, что именно голоса внутри стараются создать себя по средствам мелких букв. А ты меня осудишь. Знаешь, что я написал недавно? Смотри!

А я в ваших оскалах захлебнусь по горло!

Не причинял им боли...

За этим не был пойман, эффектом тени,

И я не гений...

Не гениален весь ваш мерзкий мир, сдохни во лжи!

Пусть вам разрежут глотки! Выдыхай...

Капли грязной моды...Асфальт и запах сигарет,

А я не верил в петли, смотря в воздушный след

.

Ты подари мне пепел! Как Феникс, вас спалит дотла

Беги...

Ублюдки не умеют тут летать

Ты крылья подари...

Убей и уничтожь меня в подземных волнах,

И снова больно...

Спокойствие твоей души мне так давалось нелегко

Полет, свобода и кино...

Что не умело говорить... и в этих титрах разорви

Сценарий черных книг...

.

И мне не нужен весь ваш флирт! Ведь скоро станет больно!

Ваши года – это не то...

Вам весело играть, все ищут моих слов,

А мне - то что?!

Снова сходить утром с ума! Слетать с катушек! Ревновать!

Да к черту это все!

Лучше всади мне пулю в мозг, раскрыв полеты крови

Там механизм... патрон и запах... порох

.

А что там в небе? В ваших петлях?!

Вы ждете смерти...

Пытаясь успокоить мои нервы холодом фальшивых фраз

Словами о каких-то чувствах...

Взрывайте мост, прикрытый ветвями надменного искусства!

С меня достаточно ваших прекрасных глаз!

Вы не играйте более!

И снова на плите включить на всю катушку газ

Искра, свеча... уже не больно

Но только не суди, прошу. Ведь, я и сам не понимаю смысла этих фраз. Я так запутался во всем. Но, знаешь, сегодня мне плевать!

Прости. До скорой встречи».

Джимми отложил тетрадь и вышел на улицу, такую темную и загадочную. Легкий ветерок обдувал его лицо, играя волнами покоя, как неумелый скрипач терзает струны, чтобы кровь хлынула из ушей мерзкого зала. Яркий уголек сигареты освещал его лицо, а уста выпускали тяжелый никотиновый дым. Интересно, а планета сможет им дышать? А почему бы нет, ведь, Джимми наслаждался только им. А в голове мелькали кадры, словно соединяя все прелести воздуха в однотонную палитру красок. Где-то вдалеке мелькали таблички такси, витрины магазинов и великолепная золотая осень. Вскоре, рядом с Джимми остановилась машина, и из нее показался Картер.

- Привет, дружище – громко произнес парень, освободившись из оков металлического гроба – Столько время прошло!

- Здравствуй – сухо произнес Джимми, стараясь вырваться из своих мыслей, которые все сильнее забирали молодого человека к себе – Ну, как столица?

- Отлично. Мне столько всего нужно рассказать тебе. Пошли

- Куда?

- В бар. Ух, весело сегодня будет

- Не будет – прервал его Джимми – Я не собираюсь много пить. У меня завтра тяжелая поездка, поэтому должен выглядеть хорошо

- Куда ты едешь?

- Долгая история. Я тебе не рассказывал, поэтому, чтобы все передать, потребуется не один час. Понимаешь? Так что, давай забудем

- Ну, расскажи кратко – произнес Картер

- Поеду к девушке, знакомиться с ее мамой. Доволен?

- Ха – засмеялся парень – То есть скоро свадьба?

- Надеюсь – тихо ответил Джимми

- Глупо – Картер сделал минутную паузу – По-моему, рано еще жениться. Лучше гулять, отрывается, теряться в бесконечных алкогольных и наркотических днях. Вот, на пример, я. Меня часто зовут на какие-то вечеринки, гулянки. Знаешь, сколько там девушек? А для чего они нужны? Правильно. Одна ночь, и все. Это намного лучше, чем связывать себя кандалами на всю оставшуюся жизнь. Надеюсь, ты передумаешь

- Плоское мышление у тебя. Пошли?

Джимми открыл дверь бара, впустив туда приятеля, и зашел следом.

Внутри заведения было очень тепло, даже жарко. Длинные ряды столов находились по обе стороны от центральной люстры, которая, подобно маятнику великолепных часов, свисала с потолка, одаривая глаза людей тусклым светом. Мягкие кресла уныло ждали своих посетителей, чтобы прогнуться под их тяжелыми телами, укутав в липкую вуаль комфорта. Из колонок, которые находились под самым потолком, медленно лились тихие песни, уносящие мысли в ностальгию тридцатых годов, когда томный женский голос ласкает микрофон, а усталый скрипач наигрывает минорные ноты дождя. Молодые люди осторожно ступали на пол из лакированного дерева, оставляя грязные следы кроссовок. Около барной стойки находились круглые фонарики, которые сливались в единый поток разноцветного света, врываясь в глаза пьяных посетителей. Запах алкоголя витал в воздухе, пробираясь в глубины легким, оставаясь там навсегда легким осадком памяти. Несколько женщин о чем-то беседовали около дальнего стола, посматривая на компанию солидных мужчин, облаченных в строгие костюмы классического стиля. И этот танец взглядов, что так незаметен невооруженному глазу, создавал своеобразную магию превосходства, когда чувства и музыка становятся единым целым, кружат в медленном вальсе. Улыбки, смех, слова. Так тепло было душе Джимми, и так мало людей. Спокойствие поселилось в груди. Молодые люди сели за ближайший свободный столик, сняв холодные куртки.

- Надо сделать заказ – произнес Джимми

- Дождемся официанта – коротко ответил Картер

- А сам сходить не можешь?

- Зачем? Это их работа. Они получают за это деньги. Зачем мне прилагать какие-то усилия? Не понимаю тебя

- Тебе сложно?

- Нет – грубо кинул Картер – Что тебе заказывать?

- Без разницы. На свое усмотрение. Хорошо?

Картер ничего не ответил, лишь показательно встал из-за стола и отправился в сторону барной стойки. Джимми медленно погружался в свои мысли. Казалось, он никогда и не знал такого Картера. Все-таки время меняет людей. Или сами люди готовы меняться под давлением иных мнений и суждений. Приспосабливаться, что ли. И если это так, то слишком слабы те, кто предал убеждения ради похвалы общества. Увы.

- Привет – пронеслось в голове Джимми

Страх. Как? Почему? Разве эти голоса не бояться людей?! Дрожь пробежала по телу парня, собирая за собой колючие разряды тока. Казалось, глаза заплывали кровью, забирая в себя весь этот тусклый свет, который лился из люстры. Сердце начало бешено колотиться, а сухие губы пытались выдавить фразы, но были немы. Лишь хрупкие предложения в голове Джимми выстраивались в длинную цепочку диалога.

- Как ты оказался в моей голове? – шепотом произнес Джимми

- Ты меня вызывал. Не так ли? – лаконичный голос ласкал слух

- Утром! Не сейчас! Ты же боишься людей! И друг твой тоже!

- Мы боимся тех, кто может быть опасным для нас. Понимаешь? А где тут опасность? Человек без чувств, с плоским мышлением. Разве он может стать преградой между нами? Джимми, пойми, ты должен впитывать меня, чтобы было легче

- Нет! Принять тебя, значит признать себя ненормальным!

- А разве ты нормальный?! – прозвучал хриплый бас – Ты нормальный, тварь?! Хочешь быть, как все эти люди, которые даже не заслуживают воздуха?!

Испуг пронзил тело парня. Зрачки расширились, а дыхание участилось, выплевывая куски воздуха в приятную атмосферу бара.

- Не сейчас – мысленно произнес парень

- Джимми, не бойся – лаконичный голос подменял страх

- Ты его защитишь?! А ты рассказывал ему о себе?! Твои вечные попытки умереть! Жалкое ничтожество! Ты не нужен нам!

- Заткнитесь! – Джимми повысил тон – Хватит! Дайте мне побыть в покое!

Два голоса в голове парня напряженно спорили о чем-то, приводя примеры, оскорбляя друг друга. Казалось, кадры их образов плыли перед глазами, зарождая ненависть внутри души. Словно горячий поток раскаленной лавы, который выплюнул вулкан, чтобы уничтожить все поселения земли, какой-то непонятный миг испепелял душу Джимми. Эти споры становились все громче, мешая молодому человеку наслаждаться тонкими музыкальными нотами, что лились с колонок, завоевывая каждый сантиметр бара. Знаете, как маленькая война. Музыка убивает голоса людей, знакомящихся пар, оставляя их изуродованные тела глупо лежать на окровавленном паркете. Святая война звуков. И как часто мы пропускаем мимо себя подобные действия? Как часто теряем миг великолепия? Услышьте лишь образ, проведите глазами мимо оболочек людей, чтобы увидеть тень их души.

- Вот – произнес Картер, поставив на стол поднос с большими бокалами – Доволен?

- Надо еще было взять – выдавил Джимми, стараясь заглушить спор внутри своей головы – Мало будет

- Ты же не хотел много пить – удивился парень

- Планы изменились

- Почему?

- Неважно. Просто закажи еще и возвращайся – Джимми поднял высокий бокал – За нашу встречу

- Тогда, потом закажу. Допьем сначала это

- Как знаешь – тихо произнес Джимми – Ну, рассказывай. Как в столице дела обстоят? Что нового видел?

- Знаешь – начал Картер – Это совершенно другой мир. Там все так круто. Это тяжело описать словами. Постоянно чем-то занят

- Например?

- Тусовки, дискотеки, клубы, наркотики. Постоянно пытаешься урвать большой кусок. Знаешь, когда я жил тут, то не обращал внимания на материальные ценности, но теперь понимаю, что деньги – главное в нашей жизни. Кто ты без них?

- Человек – Джимми улыбнулся

- И кому нужен такой человек?

- Не материальной твари, уж точно – молодой человек сделал небольшую паузу, пригубив алкогольный напиток – Знаешь, кому нужны твои деньги? Лишь лицемерным людям, которые уйдут в любой момент – казалось, это уже вовсе не Джимми произносил слова – Золотой свет монет, украшений, но для чего? Чтобы их так же кинули в гроб? И кто заплачет по твоей смерти? Именно в тот момент, когда общество предаст человеческие чувства, мир станет болью. Ты никогда не купишь любовь, здоровье, веру. Нет, не во что-то божественное, а веру в себя, в свои устои и принципы

- Глупый вывод – Картер засмеялся

- Это покажет время

- Смотри!

Картер показал кисть руки, которая была закована в сияющий золотой браслет. Тонкие линии света отражались от его поверхности, врываясь в глаза.

- Видишь? – спросил Картер

- И?

- Это статус – усмехнулся молодой человек

- Видишь? – Джимми указал пальцем на дальний столик, за которым расположилась молодая пара – Вот это статус

- И что там? Дешевый букет цветов и две чашки кофе?

- Возможно. Но там есть чувства, возможно любовь. Какая разница? И знаешь, она пошлет тебя с твоим браслетом, со статусом, с деньгами. Потому что этот жалкий букетик цветов для нее дороже, чем бесчувственные отношения с богатым. Их любовь бесценна. А ты можешь похвастаться этим?

- Да. У меня пару девчонок, с которыми я могу быть. У меня есть выбор

- У любви нет выбора – промолвил Джимми – Она приходит в одиночку. И знаешь, ты сдохнешь старым и одиноким, сжимая в руке эту безделушку. Жаль, что твои взгляды так изменились

- Почему жаль? Потому что ты так и остался в нищете?

- Нет. Потому что твоя духовная бедность уничтожит душу. И, когда это случится, не звони мне. Знаешь, я был в столице

- Когда?

- Летом – коротко ответил парень

- Почему не позвонил?

- Зачем?

- Увидеть старого друга, погулять, пообщаться

- О чем? О твоих деньгах и моей бедности? Я не люблю общаться на материальные темы, а с тобой, видимо, больше и не о чем. Жаль

- Давай не будем продолжать эту тему? До хорошего она не доведет – Картер жестом позвал официанта – Хорошо?

Джимми ничего не ответил, лишь отдалял горячий спор внутри своей головы, который постепенно потухал, образуя лишь линии неровного весеннего ветра, такого теплого и спокойного.

Содержимое бокалов таяло на глазах. Молодые люди о чем-то общались, вспоминали моменты жизни, громко смеялись. Заведение дорабатывало последние часы, и парням нужно было уходить, что очень не понравилось Картеру. А за окном сонные макушки деревьев терзал прохладный ветер, и это бар, как превосходная пелена, что защищает зрачки от капелек дождя в ненастную погоду, укрывал парней от обезумевшего воздуха, морозного и чужого.

- Пошли? – спросил Джимми, натягивая куртку

- Пожалуй, да. Но там холодно

- Нормально там. Я привык

- Точно?

Картер бросил на стол пару купюр, и молодые люди покинули бар, отдав свои тела на растерзание осеннего листопада. На улице было темно. Две шатающихся фигуры двигались в направлении парка, где они раньше сидели. И сколько времени прошло с тех пор? Пол года? Год? Или меньше? Какая разница? Ностальгия всегда рождает улыбки.

- Джимми – обратился к парню Картер – Где можно взять покурить?

- В любом магазине

- Я не про сигареты

- Ого – задумчиво протянул Джимми пьяным голосом – Я даже не знаю

- Осень на дворе. Так сказать, самый сезон, а ты не знаешь, где достать кайфа

- Я давно не курил. С нашей последней встречи

- Правда? Ты врешь – настойчиво доказывал Картер

- Нет – коротко выдавил Джимми, опустив свое тело на старую лавочку – Может, Челси будет знать, но я с ней не общаюсь вообще

- Давай, я ей позвоню?

- Как хочешь, но я не хочу ее видеть тут. Понял меня?

Вскоре, Картер болтал с Челси на другой стороне улицы. Яркий свет падал на молодых людей. Девушка часто поглядывала в сторону Джимми, но тут же отводила глаза. Наверное, стыд сжирал ее по частям.

- И что тут делает эта проститутка? – хриплый бас нарушил тишину внутри головы Джимми – Только не говори, что она придет сюда. Я ведь не сдержусь и задушу эту тварь!

- Расслабься – шепотом произнес Джимми – Почему ты не боишься людей?

- А зачем? Это они должны бояться меня! Ведь, рано или поздно, ты примешь кого-то из нас, впустишь в этот мир. И поверь, твое решение тесно граничит со смертью

- Ты рассказывал о другом голосе. Он пытается себя убить?

- Не только себя. Запомни, не доверяй ему. Мы пытаемся показать тебе наслаждение в других вещах. Вспомни, как тебя заинтересовывают все эти фильмы о серийных убийцах. Думаешь, все так просто? Но почему та кровь дарит нам наслаждение? И знаешь, рюмки и бокалы не помогут тебе скрыться от меня!

- Эй – крикнул Картер, приблизившись к Джимми – Ты чего такой грустный? Смотри, что у меня есть!

Парень сильно шатался, едва удерживаясь на ногах. В руке он сжимал пакетик с легкими наркотиками. Казалось, в этом густом тумане, который проникнет внутрь легких, есть целый мир, великолепный и прекрасный.

- Тебе привет от Челси

- Пусть она сгорит в аду! – вырвалось из уст Джимми, словно чужим, холодным голосом – Начинай!

- Не злись, ковбой – Картер засмеялся – Приступим?

Горький дым наркотиков ласкал легкие, зрачки расширялись, будто хотели вырваться из оков век, чтобы лучше рассмотреть каждый сантиметр великолепного мира. В голове кружило, словно детская карусель срывала громкий крик испуганных малышей, одаривая свободным полетом их слабые души. Этот старый парк, этот горький дым, как несколько месяцев назад. Ностальгия, как природная улыбка, как яркий комплимент природы, подаренный радугой разных цветов. И мало, кто сможет понять всю красоту этого момента. Картер едва перебирал губами, улавливая свежий осенний воздух, смешенный с едким вкусом бензина, что оставляют железные гробы, когда чертят дорогу черным покрытием шин. На часах виднелась цифра два. Ночь уже давно поработила город в свои сладкие объятия комы. Джимми, шатаясь из стороны в сторону, кое-как отошел от лавки, чтобы набрать знакомый номер.

- Алло – произнес Джимми пьяным голосом – Спишь?

- Нет, в два часа ночи, не сплю – ответила Саманта – Зачем ты меня снова разбудил? Напился?

- Нет. Я трезв. Просто подумал, что ты самая красивая в мире и решил тебя разбудить, чтобы сказать это. Разве я виноват?

- Ты издеваешься? – Саманта засмеялась – Дай мне поспать

- Нет. Хватит спать!

- Я так понимаю, что тебя не ждать сегодня, да?

- С ума сошла? Конечно, ждать. Я приеду!

- Тогда, отправляйся домой, больше не пей и дай мне поспать! Хорошо?

- Я люблю тебя

- Знаю. Сладких снов

- Самых нежных сновидений, малыш. До завтра

Джимми вернулся к лавочке, на которой сидел Картер, опустив голову вниз. Сотни мыслей влетали в черепную коробку. Голоса вновь начали свои ожесточенные споры, что придавало лишь боли парню. Казалось, сознание расширялось, подобно целой вселенной. Оно не имело окончания и начала, красоты и уродства. Лишь бесконечный танец звезд, образованный пылью невероятных мыслей.

- Пора ехать домой – выдавил из себя Картер, едва подняв голову – Джимми, вызови мне такси, пожалуйста

- Зачем? – парень громко засмеялся – Пешком дойди!

Конечно, Джимми просто шутил. Знаете, этот вечер был таким волшебным, звонким, ярким. В воздухе витал запах сигарет, смех. Наверное, мы так часто упускаем прекрасные моменты жизни, что перестаем их ценить. Вспомните каждую улыбку, которую вам дарил этот мир. Ведь, в этих моментах зарождалась магия. Люди так часто ищут счастье, думая, что оно, словно огромный ком, который невозможно не заметить. Правда? Но все забывают о красоте зимней метели, где тысячи снежинок, подобно сотне улыбок, рисуют счастливые фрагменты. Так, может, хватит искать тепло и радость во вселенских масштабах? Может, стоит сесть на этот подозрительный поезд памяти и отправиться назад в прошлое по скользким холодным рельсам, чтобы собрать все улыбки, моменты радости? Собрать это все в сейф и осознать то, насколько вы счастливы в совокупности лет. Эх, люди.

Наконец-то, и сам Джимми добрался до дома, посадив картера в такси. В квартире было тихо. Кэтрин уже спала. Джимми аккуратно разделся, придерживаясь руками за тумбочку, чтобы не упасть, и проник в комнату. Он еще включил монитор, но перед глазами все плыло. Молодому человеку оставалось спать три часа, так как его рейс был заказан на семь утра. Джимми лег на кровать, прикрыв глаза. Он долго не мог уснуть, думая о чем-то, представляя разные пути будущего, свадьбу, детей. Пьяный разум рисовал картины.

Еще немного, и сон все-таки одолел парня. Джимми медленно спускался в мир грез, где, как и раньше, было так легко и спокойно. И только во снах молодой человек дышал полной грудью. Он видел города, лица, слова, знакомые проспекты и переулки. Улыбка сияла на его устах. Весь мир замолк, лишь едкий сон тихо напевал колыбельную.

Глава 10. «Последняя ступень рая».

Голова раскалывалась, а звук будильника терзал сознание. Парень был еще немного пьян, так что его ноги иногда заплетались между собой. Умывшись и покурив сигарету с самого утра, Джимми оделся и вышел на улицу. Холодное сентябрьское утро встречало его лицо порывами ветра. На небе ярко мелькали звезды, а значит, день обещал быть солнечным, что не могло не печалить парня. Фонари тянулись блестящей цепью от дома и до самой дороги, освещая путь сонному разуму. Глаза закрывались, а тело дрожало. Очень давно Джимми не было так плохо, но, не смотря на то, что Саманта предлагала ему остаться дома, парень все-таки нашел в себе силы приехать. На улице было тихо и ветрено. Порывы воздуха залетали в белые плафоны, играя духовую музыку, которая соединялась в симфонии, перемешиваясь с шепотом потухшей листвы.

До города «С» прямых рейсов не нашлось, а это значило, что Джимми светит пересадка в «Б». Парень купил билет, так как это не являлось большой проблемой, сел в автобус, и тяжелые колеса транспорта понесли его через сотни километров, отделяющих любимые сердца. Пересадки, сон, солнце, время бежало вперед. Уже сонный автобус из «Б» отвозил парня по неизвестному маршруту вперед, навстречу новой главе его жизни, которая, как шаткая стена, могла пасть в один момент. Стоило сделать неправильный ход, и сильный удар завершил бы партию, поставив мат, но Джимми все еще держался. А теперь и вовсе, парень знал, что предстоящие пару дней будут великолепной игрой красоты и счастья. Увидев вывеску города, Джимми взял в руки телефон и набрал сообщение Саманте, написав о том, что уже подъезжает.

Двери отворились, и поток, казалось бы, живых, но таких мертвых в душе людей, хлынул на вокзал, пропитанный ароматом осени и бензина. Джимми не спеша покинул салон, сел в тени большого навеса, посматривая на часы, и закурил сигарету. Вдалеке замелькал знакомый силуэт. Она так забавно выглядела, немного полная, низенькая, но это так прекрасно сочеталось в ней. Саманта подошла ближе, и на ее лице засветилась улыбка. Девушка была очень рада увидеть любимого, но старалась не подавать вида.

- Привет – Джимми подхватился с лавки, обняв девушку – Я безумно скучал по каждой детали твоего тела, по твоим улыбкам, глазам. Милая, я тебя очень сильно люблю – Джимми целовал каждый сантиметр личика своей возлюбленной

- Я тебя тоже рада видеть. Что случилось? – не понимая происходящего, растеряно спрашивала девушка, обнимая торс парня – Ты с каких пор такой любвеобильный? Провинился где-то что ли?

- Нет, малыш. Я просто очень рад тебя увидеть вновь. Мы не будем ссориться. Теперь мы снова рядом, и я тебя ни куда не отпущу – Джимми не переставал сыпать поцелуями – А еще я сильно стесняюсь

- Почему?

- А вдруг я не понравлюсь твоей маме? Вдруг она не будет довольна? Как она вообще относится к твоим рассказам обо мне?

- Скоро сам все узнаешь – девушка улыбнулась, сильно сжав рукой ладонь Джимми – Пошли уже, а то ей скоро на работу

- Надо купить цветов. Где здесь есть палатка?

- Зачем тебе цветы? Здесь они не продаются. Это маленький городок, не видишь что ли? – Саманта провела рукой перед глазами паренька, словно показывая город

- Неудобно с пустыми руками приходить – досадным голос произнес Джимми – Пойдем хотя бы в магазин зайдем

- Мне как раз туда и нужно – девушка еще раз мило улыбнулась, переходя дорогу, по которой, словно муравьи, носились машины – Давай ручку, а то еще собьют. Что мне тогда делать?

Молодые люди миновали проезжую часть, пересекая пунктирные разметки, и зашли внутрь небольшого магазина. Саманта ходила по рядам, выбирая колбасу и сок, Джимми тем временем крутился около кассы, оплачивая коробку шоколадных конфет.

Джимми и Саманта шли по узкой дороге, держа друг друга за руку. Сам «С» напоминал больше копию поселка, только в увеличенном формате. Это даже не было пригородом. Усталые одноэтажные домики, расставленные, будто кубики, тяжело дышали дымом, который вырывался из высоких труб на крышах. Разбитые дороги, песчаные, асфальт лишь был на главное полосе и в центре городка. Молодые люди миновали тонкие улочки, повороты, каких-то соседей.

- Пришли – произнесла Саманта, указывая пальцем на довольно широкий дом – Готов?

Невысокий дом в один этаж раскинулся в самом конце улицы. Выложенный из тысячи белых кирпичей, он единственный выделялся в сером ряду старых, озябших от лет, деревянных коробок. Зеленая металлическая ограда закрывала обзор, не давая увидеть глазами, что находится на территории участка. Саманта открыла дверь, сделала пару шагов и оказалась на крыльце.

- Давай покурим – произнес Джимми

- Мне нельзя тут курить

- Почему? – смеясь, спросил Джимми, доставая из пачки сигарету – Мама не разрешает что ли?

- Типа того – с небольшой каплей злобы, ответила Саманта – Так что пошли, потом покуришь. Вернее, вместе покурим, как мама уйдет – девушка тянула парня за руку - Джимми, она же нас ждет. Я тебе ведь говорила, что ей нужно на работу собираться. Давай, ты потом покуришь?

- Хорошо – произнес парень, засунув обратно в коробку сигарету.

Девушка открыла дверь, и молодые люди вошли внутрь. Сразу после двери шло небольшое отделение, где Джимми разулся и снял куртку. Далее следовала кухня. Белый круглый стол находился около окна, окруженный неким подобием дивана, который согнули в кольцо. Желтый мягкий линолеум окутывал собою пол. Около дальней стены находилась плита и раковина. Послышались шаги, что заставило сердце Джимми сжаться от стеснения. В дверях, ведущих в комнаты и зал, появилась женщина сорока пяти – пятидесяти лет от роду. Темные волосы, солидный и деловой вид, который явно просматривался, благодаря черному пиджаку и брюкам.

- Здравствуйте – робко и застенчиво произнес парень – Это Вам – Джимми протянул коробку шоколадных конфет, пытаясь спрятать глаза, утопить их в прострации, глядя в пол

- Привет. Не стоило тратиться на это. Я не ем сладкое. Проходи – женщина улыбнулась, сменив серьезное лицо более приветливым видом – Как дорога? Нормально доехал? Как тебе наш городок?

- Устал в дороге, но не сильно – отвечал Джимми, проходя к табуретке – Городок неплохой, такой маленький, довольно милый – продолжал парень, стараясь понравиться женщине

Конечно, он ненавидел сельскую местность и вынужден был врать

- Кушать будешь?

- Нет, спасибо. Я утром дома покушал – все так же застенчиво, парень продолжал отвечать на вопросы – Я кушаю один раз в день, так что сейчас мой живот не примет никакую пищу, извините

- Знаешь, я передумала – подняв глаза к потолку, произнесла женщина – Это был не вопрос. Саманта, принеси ложки и тарелки

- Ты на работу не опоздаешь? – влезла в разговор девушка – Мы тут сами можем разобраться

- Ты права. Мне нужно идти. Вечером посидим, поговорим. Хорошо? – женщина посмотрела в сторону Джимми

- Конечно – робко ответил парень.

Дверь вскоре закрылась, и мать Саманты покинула дом. Сама девушка сидела за столом, кушала, разговаривала с парнем

- Ты точно не хочешь кушать? – допивая горячий чай, спросила девушка

- Точно. Я ем один раз в день, мне полностью этого хватает. Спасибо – ответил парень, держа ладонь девушки – Главное, чтобы ты не была голодна, все остальное неважно – Джимми покрывал поцелуями тыльную сторону ладони своей возлюбленной

- Только не вздумай никого стесняться. Хорошо?

- Конечно. Чем будем заниматься? – оживленно спросил парень

- Не знаю, а чем хочешь?

- Можем полежать, болтать, давай просто наслаждаться тем моментом, что мы вместе, рядом и близко. Хорошо?

- Скоро так будет всегда – Саманта мило улыбнулась, поцеловав парня, одаривая его прикосновениями, которые вызвали дрожь по всему телу, затрагивая душу, и глаза были готовы намокнуть от влаги счастья и радости

- Я жду этого момента. Представь, у нас все будет, как в самых прекрасных историях о любви. Мило, не правда ли?

- Почему, «как в историях о любви»? – недоумевая, спросила девушка, широко распахнув свои самые потрясающие глазки

- Я тебе не рассказывал одну вещь – опустив взгляд в землю, начал парень – И я не знаю, как ты к этому отнесешься, потому что ты сделала намного больше, чем можешь себе представить. Я боюсь разозлить тебя – говорил Джимми, чувствуя, как сердце готово рассказать девушке, что-то новое, прекрасное, то, что она никогда не узнала бы – Не злись. Хорошо?

- Говори, милый – произнесла Саманта, сильнее сжав руку Джимми – Не бойся, я все пойму, ведь, нам хорошо, а значит, ничто не сможет убить эти чувства!

Как только Джимми открыл рот, раздался звон мобильного телефона девушки, словно кто-то не хотел, чтобы эти фразы пронзили воздух острыми иглами. Саманта отлучилась в соседнюю комнату, оставив парня наедине со словами, которые так и хотели порвать тишину, но оставалось лишь держать их. А когда она вернулась, некий барьер не давал Джимми сказать то, что он хотел.

- Кто звонил? – спросил парень, перебирая в руках сигарету, которую хотел покурить еще час назад

- Мама. Сказала, чтобы я сходила до магазина, купила мяса. Видимо, вечером будем делать костер во дворе и готовить. Еще гость какой-то придет – недовольно ворча, отвечала Саманта, натягивая на свои прекрасные ножки черные кроссовки

- Какой еще знакомый? – испуганно, произнес Джимми – А мне куда деться? Я же так не могу, знаешь, ведь

- Не волнуйся ты так, глупенький. Это мамин старый знакомый, встретила его где-то. Ничего страшного не будет. Не бойся. Пойдешь со мной? – Саманта, казалось бы, забыла о том, что парень хотел ей сказать десятью минутами ранее

- Конечно, любимая. Я от тебя ни на шаг. Только сначала постоим, покурим, хорошо? Я уже терплю второй час – Джимми громко засмеялся

- А по дороге это сделать ни как?

- Ты же знаешь, я не могу курить на ходу. И вообще, это очень вредно

- А стоять и курить – это полезно? Так? – улыбаясь, сыпала вопросами девушка, обволакивая их своим сладким голосом

- Женщина, не провоцируйте меня!

- Это был комплимент? – девушка не переставала смеяться, выдавливая из себя вопросы – Хотя, у тебя всегда они были странными, милый – Саманта поцеловала Джимми, и они вышли из дома, остановившись у обратной стороны двери, чтобы покурить.

Никотиновый дым врывался в легкие, разрезая их мерзким запахом, жгучим ароматом денег, которые плывут в руки табачных компаний. На улице было тепло, не смотря на то, что осень начинала набирать свои обороты. Небо покрывали тучи, образовавшиеся мгновенно. То и дело порывы ветра обдували лицо и поднимали волосы девушки, играя ими, словно трепещущимся флагом. Иногда, казалось, что скоро хлынет дождь, чтобы смывать грехи с людей, их домов, и убить запах асфальта и пыли. Молодые люди не спешили, держась за руки, выдыхали длинные струи серого дыма, наполняя им мир.

- Что ты мне хотел рассказать? – Саманта нарушила молчание, потушив табачное изделие в стеклянной пепельнице, стоявшей на стуле около входа

- Уже ничего – медленно, устало ответил Джимми – Давай, позже поговорим на эту тему?

- Почему?

- Потому что перед тем, как сказать тебе это, я хочу держать твою руку, смотреть в глаза. Это очень тяжелая тема, и не только для меня, малыш

Саманта покорно кивнула головой, обхватив ладонь парня, и молодые люди направились к ближайшему магазину продуктов. Купив мяса и несколько баночек алкогольного напитка, они вернулись в дом. Девушка подготавливала еду, попивая свой напиток, а Джимми, сидя на стуле, наблюдал за своей возлюбленной. Разные чувства одолевали парня в тот момент. Единственное, что не менялось с самого утра и до этого момента – это наслаждение, которое пробивало душу насквозь, вытряхивая из нее, словно пыль из тяжелого ковра, улыбки, радость и даже слезы. Джимми пытался зажать их в себе, но, иногда, они все же пробивались и тихо падали из уголков глаз, так незаметно, что даже Саманта не видела их. Слезы счастья от осознания всего момента, полета души.

На часах крутились стрелки. Уже скоро должна была прийти мать Саманты, поэтому молодые люди, слегка пьяные, начали разводить костер во дворе. Они смеялись, болтали, были счастливы, дарили прикосновения руками к коже, губами, это было настолько прекрасно, что ни один в мире приход от наркотиков не смог бы затмить наслаждение. Вскоре, дверь во двор отворилась, и в ней появилась мать Саманты со своим старым другом. Люди расселись. На улице было свежо, бокалы краснели от вина, знакомый жарил мясо, а Саманта, захватив колени Джимми, превратила их в удобное место для сидения.

- Джимми, а ты учишься? – спросила женщина

- Подал документы. Буду психологом – нагло соврал Джимми, стараясь отвести свой стыдливый взгляд от глаз женщины

- А раньше где учился?

- В спортивном колледже. Бросил. Не мое, наверное, это. Я считаю, что каждый человек должен выбирать профессию исходя из своих собственных предпочтений. Ведь, думаю, никто не хочет провести свою жизнь, скитаясь по работе, которую ненавидит – ответил Джимми – Я заметил, что у вас в городе очень много церквей. Неужели все люди верят во что-то высшее?

- Тут не только церкви, но и монастыри – произнесла женщина – А ты пьешь?

- Иногда. Стараюсь делать это как можно реже!

Люди за столом еще долго разговаривали о разных вещах, смеялись. Друг семьи рассказывал об охоте, которую он сильно любил, мама Саманты твердила, что очень плохо убивать животных, они тихо ругались, пока молодая пара наслаждалась моментами совместного отдыха. Тучи на небе сгущались, и Саманта предложила перейти в дом, пригласив Джимми прогуляться. Наверное, это было не культурно, но зато женщина и ее друг могли остаться наедине и вспомнить свою молодость, рассказывать истории, о которых не следовало знать молодым людям.

На улице было сыро, хотя, и не очень холодно. Пройдя очередной небольшой сквер, молодые люди спустились вниз по склону и оказались около реки, хотя ее было сложно так назвать. Большой, грязный ручей, шириною метра в два, быстро бежал, издавая звуки бурлящего потока. Вокруг «реки» раскинулись маленькие поляны, с ровным газончиком, будто кто-то ухаживал за этим местом. В центре одной из полян находился столик с лавочками по обеих сторон. Туда и отправились молодые люди. Они уселись друг напротив друга, рассматривая зрачки, в которых очень тихо дрожала любовь. По уставшим венам циркулировала кровь, разбавленная дозой алкоголя, что придавало еще больше шарма к данной ситуации. Саманта положила ладонь на руку парня:

- Что ты мне хотел днем рассказать? – мило произнесла девушка, заставив Джимми стереть с лица улыбку – Рассказывай!

- Тебе это не понравится – опьяненным голосом отвечал парень, погружаясь в грусть все больше – Может, забудем?

- Скажи, пожалуйста, сладкий. Это так тяжело?

- Помнишь тот вечер, когда ты написала, и мы познакомились? – словно какой-то механизм, желание внутри Джимми выдавливало эти слова, будто кто-то хотел их сказать девушке

- Помню. В чем дело?

- Если ты написала позже минут на пять, то нас бы не было – продолжил парень, затягивая в себя горький дым ментоловых сигарет – Знаешь почему?

В ответ Саманта покачала головой, сделав очень грустное лицо, ее глаза наливались слезами, и Джимми не смог остановить свой рассказ:

- Так вот – сделав небольшую паузу, вновь, начал парень – Я тогда сидел на кровати, сжимая в руке целлофановый пакет, в котором был разбит ртутный градусник. Всего минута отделяла меня от вдоха – Джимми замолчал, проведя пальцами по глазам, из которых уже обильно лились слезы, а голос дрожал – Понимаешь, до тебя у меня была девушка, казалось, я любил ее, но это было не так. В общем, она спала с другим парнем на протяжении двух месяцев. В тот день я узнал об этом, не видел солнца, лишь один выход, такой глупый. И если бы ты написала чуть позже, то меня не было. Ты спасла мне жизнь! Я очень сильно боюсь, что и ты уйдешь, не оставишь мне любви, лишь след выжженного поля, костра, как угодно. Именно, поэтому я ревную, треплю нервы, боюсь потерять тебя. Все, дорогие мне женщины, уходили всегда. Начиная от матери, заканчивая подругами. Теперь я ищу хотя бы лучик тепла, чтобы как-то заменить ту боль. Понимаешь?

Молчание повисло в воздухе. Из глаз Джимми вытекали слезы, а Саманта находилась в шоковом состоянии. С небесной глади очень мелко сыпали капли дождя, орошая землю, которая уже плавно входила в меланхоличный сон осени. Джимми опустил голову, ожидая реакции девушки. Нежная ладонь коснулась его щеки:

- Подними личико, милый – тихо произнесла Саманта

- Зачем? Увидеть в твоих глазах злость? Разглядеть в отражении свое мерзкое лицо? Зачем? Ведь, я, наверное, ужасный человек – грустным голосом промолвил парень, пытаясь сдержать волны соленой влаги, покидающей его глаза

- Нет. Ты прав. Это очень тяжело, даже для меня. Теперь, я понимаю твою ревность и не осуждаю тебя. Поверь, я и представить не могла, сколько сделала, какой ценой ты достался мне. Знаешь, до сих пор не могу поверить, что спасла тебе жизнь. Я не жалею ни о минуте проведенной с тобой. И почему должна злиться? Подними свои глазки – Саманта продолжала гладить щеку Джимми, выплескивая слова, пронзающие разум и сердце молодого человека насквозь

Джимми медленно поднял лицо, из глаз бежали слезки. Девушка, своими прекрасными пальчиками, провела по уголкам век, щекам, чтобы вытереть ручейки печали и скорби. Затем, она нежно поцеловала молодого человека в губы.

- Я люблю тебя – шепотом произнес Джимми, упиваясь, утопая в океане нежности и наслаждения

- Малыш, я напишу сейчас маме сообщение и вернусь к тебе, хорошо? – с этими словами Саманта уткнула свой взгляд в мигающий экран телефона, который освещал каждый изгиб ее великолепного личика

- Что ты ей пишешь?

- Что мы сегодня не придем домой – ответила девушка

- А где мы будем ночевать?

- Я же тебе говорила, что у нас тут два дома. Один мамин, второй достался от дедушки. Там нам никто не помешает, мы будем одни, и вся ночь достанется только нашим разговорам и телам – Саманта, вновь, улыбнулась и продолжила выстукивать своими коготками по кнопкам мобильного телефона.

Вскоре, полянка, на которой находились возлюбленные, наполнилась смехом, шутками, разговорами. Они еще долго сидели там, обсуждая разные вещи, вспоминая прошлое, подкалывая возлюбленного, затем, долго извиняясь, и, вновь, сплетались в жарком поцелуи, показывая всему гнусному миру, насколько им хорошо рядом.

Дом, который принадлежал дедушке Саманты, находился близко к той «речке», где сидели возлюбленные, поэтому быстро очутиться в нем не составило особого труда. Девушка включила повсюду лампы, освещая каждую комнату, углы дома. По пути сюда, молодые люди еще не раз посетили магазин, поэтому были уже изрядно пьяны алкоголем и страстью, пожирающей их изнутри. В организме дома все было как-то необычно. Старые настенные часы сверкали маятником, находясь на территории небольшой прихожей, в которой пол покрывали слегка прогнившие с годами доски. Дальше шел длинный коридор, имевший около пяти разветвлений, среди которых имелись дороги на кухню и комнаты. Джимми шел за Самантой, пока та выбирала, в какой именно комнате остановятся молодые люди. Парень лишь мельком успевал заглядывать в открытые двери помещений, улавливая обстановку. Вскоре, Саманта завернула за угол, открыла дверь, и молодые люди вошли в комнату, усыпанную какой-то техникой и проводами. Единственное, что не давало Джимми думать, будто это лаборатория – старенькая одноместная кровать, укутанная красным потрепанным пледом.

- Не пугайся, сейчас все объясню – произнесла девушка, усаживаясь на невысокий стул, вытаскивая из пакета баночки со спиртными напитками

- Это лаборатория? – улыбнулся Джимми, разглядывая все оборудование, стоящее вокруг его тела

- Нет, глупый – засмеялась Саманта – Мой дедушка управлял своим радио. Создал сеть, транслировал передачи на весь город. Люди слушали. Он и меня учил этому, но я сейчас уже и не вспомню, как тут все включается

- Знаешь, это хорошо. Не думаю, что город хотел бы слушать сегодня всю ночь твои стоны – Джимми улыбался, весь светясь от счастья

- Всю ночь? – с интересом в голосе спросила девушка – Заманчиво. Но все равно, ты еще тот чудак – Саманта нежно поцеловала парня, смотря на него опьяневшими глазами, которые отражали свет лампы, прикрученной к потолку комнаты – Присаживайся – девушка постучала ладонью по стулу, который стоял рядом

- Знаешь – начал Джимми – Помнишь нашу первую встречу?

- Конечно, пингвин – Саманта усыпала шею парня своими горячими поцелуями – Ты такой хорошенький тогда был, а сейчас еще лучше

- Я не хотел тогда подходить – эти слова, покинув рот Джимми, врезались в разум девушки, оттолкнув ее с непревзойденной силой

- В смысле? Что ты несешь?

- Правду. Ты мне сначала совсем не понравилась. Я очень долго думал, идти или нет. Только не перебивай меня. Я был глупым, трусливым, слишком накручен чужим мнением. Боялся, что кто-то там скажет - ты мне не пара. Я думал не о себе, а о мнении других людей, о каких-то безумно глупых вещах. Мне так стыдно перед тобой – голос парня дрожал, но он продолжал говорить, ладонь девушки, которая обхватила его руку, придавала сил для слов – Но, знаешь, я не жалею ни о чем. Понимаешь, мой разум даже не мог представить, насколько встреча с тобой изменит всю мою жизнь. Теперь все по-другому. Я люблю тебя безумно, и чтобы ты там ни говорила, будто все это болезнь, мне неважно. Важно лишь то, что ты самый дорогой человек во всей моей жизни. Я не могу представить, что будет, если я тебя потеряю – на глазах Джимми заблестели слезы – Прости, я сейчас расплачусь

- Тише, малыш, все хорошо – успокаивала Саманта, сама же находясь в шаге от того, чтобы дать волю слезам впервые за долгое время

- Боже, ты дороже мне, чем моя семья. Ты знаешь обо мне многое – Джимми был готов выложить в разум девушки все подробности своей жизни, включая «Иллюзорий», но какой-то барьер мешал ему это сделать – Я понял то, что нужно всегда быть собой. Плевать на мнение других, есть только я – Джимми сделал небольшую паузу – И ты. Мы! Я тебя очень сильно люблю, милая!

Саманта, не говоря ни слова, перевернула лицо Джимми к себе, и они сплелись в поцелуи, оставив банки со спиртным на краю стола, одаривая друг друга пьянящим ароматом алкоголя на губах. Девушка пыталась расстегнуть рубашку молодого человека, в то время, как он скинул с нее черную кофту, обнажив прекрасное тело. Сколько же страсти было в том поцелуи, который продолжался, и с каждой секундой все больше пестрил любовью, лишь набирая обороты. Молодые люди, не отстраняясь от губ, медленно переходили в другую комнату, в которой находился большой диван. Вещи летели по дому, Джимми был готов разорвать все, что отделяло его от тела своей возлюбленной. Стены кирпичного гроба наполнялись стонами, глубокими вздохами, капельки пота падали на простынь. Это великолепие продолжалось около часа, после чего, молодые люди вышли покурить на крыльцо, вдыхая прекрасный аромат ночи.

- А обещал всю ночь – ехидно улыбаясь, промолвила девушка

- А кто тебе сказал, что это все? – парень поцеловал свою возлюбленную, выдохнув перед этим густой никотиновый дым – На улице прекрасно

- Прохладно только

- Именно это и делает погоду более великолепной. Послушай, как шумит ветер, и очень тихо вянут листья, перекрашивая нашу жизнь в прекрасные цвета холодной осени. Знаешь, я рад, что ты есть у меня. С кем еще можно разделить осень длинною в жизнь? Насладиться ею? Только с самым дорогим человеком на планете, и этот человек – ты

- Так приятно слышать это. Мне нужно позвонить

- Кому, милая?

- Бывшему парню – Саманта с трудом выдохнула эти слова

- Ясно – холодно ответил Джимми, продолжая вдыхать никотиновый яд в свои легкие.

Конечно, парень мог поднять скандал, разругаться, кричать, но зачем? Для чего портить момент, о котором он мечтал долгое время?

- Прости. Не обижайся, котенок. Просто я скоро собираюсь в «Б» встретиться со старыми друзьями, а чтобы их найти, мне нужно знать номера телефонов, а они есть только у него – девушка говорила очень печальным и нежным тоном – Ты не обижаешься на меня, сладкий? Пожалуйста

- Конечно, нет. Я думал лишь о том, что нам никто не помешает провести эти драгоценные минуты вместе. Чтобы весь мир потух, заткнулся, сдох! А есть только мы, вдвоем, и больше никого! Но я все понимаю, звони, любимая – Джимми улыбнулся и нежно поцеловал свою самую родную девушку в мире.

А, ведь, и правда, они были только вдвоем. Голоса, которые терзали голову Джимми последние месяцы, вдруг заткнулись, словно кто-то невидимой рукой заклеил им пасти прочным, серебристым скотчем, или они настолько боялись девушку, сидевшую рядом, что даже не могли открыть рты, чтобы выдавить слова, разносящие психику и разум парня. Саманта долго крутила телефон в руках, что-то обдумывая в своей голове, затем сделала небольшой глоток напитка из красной банки и отложила телефон в сторону.

- А знаешь, к черту!

- Что именно?

- Звонить сейчас кому-то. Я хочу побыть с тобой, впитывать твой запах, твои слова и взгляды. Мне откровенно плевать на то, что будет дальше! – девушка, словно воздушный шар, впитывала в себя страсть, от чего ее глаза наливались блеском и быстро бегали по сторонам, пытаясь сфокусироваться на лице молодого человека – Кто-то мне обещал незабываемую ночь. Не знаешь, где найти этого мерзавца?

- Знаю, он в комнате сидит – Джимми улыбался, поглаживая спину Саманты, спуская руку все ниже

- Тогда, я пошла с ним разбираться. Составишь компанию?

- Еще спрашиваешь? – Джимми подхватился с места, обняв свою девушку сзади, медленно начал перебирать ногами в сторону комнаты.

Эта ночь останется незабываемой. Молодые люди до самого утра не закрыли глаз, наслаждаясь, утопая в сладостных стонах, отдаваясь сердцем и душой. Сигареты, снова стоны, комплименты и похоть, которая лишь больше возбуждала своей пластикой.

Когда часы пробили одиннадцать утра, на телефон Саманты позвонила мама. Молодые люди поспали совсем мало, но этого, как ни странно, хватило, чтобы быть достаточно бодрыми. Через голубые шторы в окно врывались лучи палящего солнца, которое то выходило, то вновь пряталось за тяжелыми тучами. Влюбленные оделись, обмениваясь поцелуями и комплиментами, и вышли за пределы дома, захлопнув за собой тяжелые железные двери.

- А что мама хотела? – спросил Джимми, сжимая ладонь девушки, словно чувствуя биение ее сердца

- Сказала, чтобы хоть покушать пришли

- Я, наверное, ей не сильно понравился

- С чего ты так решил, глупенький? – Саманта не скрывала улыбку на своем дивном личике, глаза которого смотрели на небо, словно улавливая каждое движение ветра, его танцы, песни и слова

- Я не знаю. Кажется так. Ты же меня знаешь, я себе надумаю бреда в голове и сам же в него верю. К тому же я очень самокритичен – Джимми опустил голову

- Скажу по секрету. Только ни кому об этом нельзя знать, понял меня? – Саманта сбавила шаг, произнося слова очень важным и спокойным тоном

- Конечно, малыш. Говори

- Когда мы вчера уходили, мама мне показала большой палец и подняла его вверх, так что ты классный, а значит, понравился, и даже очень – девушка улыбнулась – Она сейчас на работе, но покушать нам приготовила. Еще нужно в магазин зайти, а то немного голова побаливает. Ты же не против?

- Конечно, нет – голос Джимми наполнился радостью, после услышанного

Долгий путь до дома, держась за руки, минуя дороги, разбитые или уложенные щебенкой. Вдалеке виднелось маленькое кладбище. Саманта, еще сильнее обхватив ладонь Джимми, потянула его через кирпичное ограждение, затем среди свежих, и довольно старых могил, пока, наконец-то, они не дошли до ухоженного надгробия.

- Зачем мы тут? – недоумевая, прокручивая в голове сложившуюся ситуацию, спрашивал паренек

- Тут покоятся мои бабушка и дедушка – ответила Саманта, склонив голову, и вновь замолчала, лишь наблюдая за бликами солнца, которые отражались от гранитной плиты, расписанной именами и цифрами.

Что люди говорят в таких ситуациях? Какие слова, вообще, могут быть уместными? Стоя около могилы людей, которых ты даже не знаешь, но настолько сильно любишь их родственника, что начинаешь считать своим всех, кто к нему хоть как-то относился. Молчание витало в воздухе, словно натягивая гитарную струну до своего предела, заставляя Джимми подбирать фразы в своей голове, чтобы найти правильные.

- Ты любила их? – тихо произнес парень, нарушив тишину, которая играла минорными нотами, наполняя вселенную скорбью и грустью

- Очень – грустно, с огромной дозой переживания, выдавила девушка – Разве может быть по-другому?

Немного помолчав, Джимми нарушил тишину:

- Я бы хотел сказать – начал парень, повернув лицо к надгробию – У Вас самая прекрасная внучка в мире. Она идеальна, очень хорошая, нежная и добрая. Благодаря ей, я обрел смысл жить, спасибо огромное. Саманта Вас сильно любит, и, я знаю, мои слова не долетят до ваших ушей, но я не дам ей грустить – Джимми очень искренне произносил слова, погружаясь все больше в бессмертные письмена на могилах.

Глаза девушки блестели от слез, и по ее реакции отчетливо читалось, что парень точно подобрал нужные слова. Молодые люди попрощались с холодными надгробиями, которые где-то внутри хранили тепло памяти и чувств, и отправились по узкой тропинке в сторону дома.

В доме никого не оказалось, так как мать Саманты была на работе. Молодые люди прилегли на диван, включив какой-то странный сериал, который очень нравился девушке. В итоге и сам Джимми будет поражен данными событиями, лившимися с экрана в очередной прекрасный вечер.

- Мне так приятно лежать с тобою рядом – промолвил Джимми, поглаживая живот своей возлюбленной

- Я знаю, маленький мой

- Давай сегодня никуда не пойдем, будем вместе весь день, просто лежать, словно амебы, смотреть телевизор, соединяясь душами? Как тебе идея? – парень нежно целовал девушку, после каждого сказанного слова

- Мне нравится. Только нужно будет сходить до магазина, и потом весь день в постельке, вдвоем. Хорошо? – Саманта, вновь, мило захлопала ресницами, что повергло душу Джимми в долгую, вечную любовь от проводов сетей и до самого неба, выстраивая ступени, усеянные превосходными лепестками черных роз – Согласен?

- Разве я могу перечить ангелу? Пойдем – парень встал с кровати, накинул на себя футболку, и нежно расцеловал девушку в щеку.

На улице все сильнее сгущались тучи, мысленно намекая на то, что скоро небо вновь заплачет, оставив лишь запах счастья, принося своими каплями безмолвную грусть, но сейчас Джимми находился рядом с человеком, который исцеляет его с каждой секундой, поэтому молодой человек старался не думать о чем-либо другом. Вскоре, они снова были дома, а за окном, как и ожидалось, закапал противный и мерзкий дождь.

- Знаю, глупо просить тебя об этом, но все же, сможешь прочитать какой-нибудь из своих стихов? – спросила девушка, не отводя глаз от яркого монитора, на котором пестрили диалоги персонажей и действий

- Я не могу – ответил Джимми, почувствовав, как в душе все сжималось.

Джимми никогда не мог читать свои стихи, находясь с людьми рядом. Ему, словно кто-то перекрывал вентиль, закрывали доступ к кислороду. И даже перед своей любимой девушкой, он не мог сломать это чувство, от этого становилось только тяжелей. Парень слышал, как из глубин разума, голос, молчавший долгое время, начинал набирать обороты. Джимми вновь испуганно прильнул к плечу Саманты.

- Понимаю – грустно выдохнула девушка – Все нормально, я все понимаю, любимый. Ты у меня такой стеснительный – продолжала девушка, даже не догадываясь о том, что стеснение тут совсем не при чем

- А давай так: я отошлю тебе на телефон сообщение, а ты его прочтешь? – Джимми не останавливал поцелуи, которые ласкали нежное плечико девушки

- Хорошо – ответила Саманта, улыбнувшись в ответ нежности молодого человека

Парень взял в руки телефон и начал набирать текст:

Привет. Надеюсь, у тебя все отлично.

Забыла? Хотел бы, но вряд ли.

У меня как дела? Старо, привычно,

Печаль так уютно прилипла вуалью

.

Нового мало, старые раны

Все сверлят бесчувственной болью

У тебя там что? Любовь и романы

В мечтах красивое синее море

.

Знаешь, на досуге подумал

А что.... если бы мы?

Так же любили, держались за руки,

Дарили друг другу сны

.

Если бы осень была не жестока

Нам дали бы право на жизнь?

Вопросов там тьма, ответов немного

Буквы, словно ножи

.

Знаешь, я письма писал

Звезды свидетели, если не веришь,

Затем в иллюзорных мирах их порвал,

Подарив осеннему ветру

.

Как там любовь? Наверное, пестрит,

Словно прекрасный шедевр.

Моя? Все еще не забыл,

Словно Пикассо рисунок, портрет

.

Привет. Надеюсь, у тебя все отлично.

Забыла? Хотел бы, но нет,

И сколько же букв, чувств и обличий,

Сколько любви в слове "Привет"

Саманта читала стихотворение, быстро передвигая своими глазками по светлому экрану телефона. В ее зрачках виднелись грусть, впечатление. Джимми лежал рядом, лишь ожидая реакции. Девушка отложила телефон и перевернулась лицом к парню: