Измена. Сколько можно врать?

Глава 10

Переехала я в конце недели. Без грузчиков, только самое необходимое. С чистого листа.

Пара сумок, несколько коробок, ноутбук, документы.

Даня приехал с утра. Без лишних слов. Просто взял самую тяжёлую коробку под мышку и сказал:

— Давай без героизма. Ты беременна. Тяжести таскать не дам.

Мы ехали молча. За окном — город, серый и привычный, но теперь будто другой.

Как будто кто-то протёр стекло, и мир стал яснее.

Квартира у него простая, светлая. Белые стены, деревянный стол, запах кофе, мужского парфюма. На подоконнике — книги вразнобой, кружка большого размера. Тепло, тихо. Без показухи.

Я села на подоконник, смотрю вниз — машины, люди, спешка. А у меня впервые за долгое время — никуда не надо.

Просто быть.

— Страшно? — спросил он, проходя мимо.

— Нет. Непривычно.

— Ну вот. Будем привыкать.

Он включил чайник, поставил на стол пачку печенья, открыл банку кофе.

— Вот здесь поставим большую кровать, а рядом с ней колыбельку.

— Поможешь выбрать?

— Конечно. С радостью. Купим море игрушек, погремушек, памперсов. А потом в ЗАГС.

Я усмехнулась:

— Быстро ты меня раскусил.

— Не нужно быть осторожной. Я серьезен в своих намерениях как никогда.

Он подошёл ближе, остановился почти вплотную. Я подняла глаза — и дыхание сбилось.

Никаких речей, никаких «люблю» на старте. Просто взгляд, тёплые руки на талии, и поцелуй. Без спешки, без страсти в лоб — просто тепло, как будто возвращаешь себе дыхание, тело, жизнь.

Я прижалась к нему.

— Мне кажется, я всю жизнь чего-то ждала, — сказала я.

— А сейчас?

— Сейчас не жду. Просто живу.

Он кивнул.

— Вот и отлично. Живи. А я рядом. И скоро будем не одни, — осторожно коснулся моего живота горячей ладонью.

Через пару дней я пошла в женскую консультацию. Обычное утро: дождь, очередь, запах хлорки. Я сидела на стуле с анкетой в руках и думала: как всё странно просто.

Раньше — планирование, страхи, разговоры о «готовности». А теперь — просто факт. Новая жизнь.

Даня ждал в машине. Когда я вышла, он открыл дверь, глядя вопросительно.

— Ну?

— Всё хорошо. Срок маленький.

— Девочка или мальчик?

— Пока рано. Но чувствую — упрямый будет.

— Тогда точно в тебя.

Мы ехали молча. Я смотрела в окно и вдруг поймала себя на том, что улыбаюсь.

Без причины. Просто потому что могу.

Через неделю позвонила мама.

— Я видела Тимура, — сказала она. — Худой, глаза... как у побитого пса.

— Пусть сам себя лечит.

— Он женится на Лене.

— Пусть женится. Мне всё равно.

Пауза.

— И ты правда счастлива?

— Не знаю, мам. Я просто спокойно дышу. Для начала — этого достаточно.

Вечером мы с Даней сидели на кухне. На столе — чай, яблочный пирог, пар от чашек и тихий смех между глотками.

— Никогда бы не подумал, что женщина может вот так взять и начать заново, — сказал он.

— Это не просто, — усмехнулась я. — Это как вылезти из мокрого пальто в мороз.

— Но ведь вылезла.

— Да.

Он встал, подошёл и обнял меня со спины. Тёплые ладони на животе, дыхание у шеи.

— Знаешь, ты пахнешь корицей.

— Это пирог.

— Нет. Это ты.

Я рассмеялась, повернулась к нему. Он поймал мой взгляд, прижал крепче. Без суеты, без слов. Просто так, будто мир перестал спешить.

Тело знало — вот это правильно: не обжигает, а согревает. Желание не выжигает, а рождается тихо, как дыхание.

Я положила ладонь ему на грудь.

— Спасибо, что не оставил меня после всей этой истории.

Он улыбнулся:

— У всех есть история. Главное — кто пишет следующую главу.

И я поняла — следующую мы пишем вдвоём. Без жалости. Без страха.

Он уснул раньше. Я лежала рядом, на новой кровати, слушала, как он дышит, и вдруг почувствовала — внутри, под ладонью, что-то крошечное, тёплое, живое. Шевельнулось.

Я замерла. И впервые за долгие месяцы заплакала. Но не от боли. От счастья. Настоящего, тихого, моего.