Измена. Ты о нас (не) вспомнишь! (СИ)

ГЛАВА 13

Стефания

– Виктор, пожалуйста, быстрее, – шепчу я, глядя на несущийся впереди со стремительной скоростью внедорожник. – Неужели они едут в аэропорт…

– Сомневаюсь. У её отца есть частный самолёт. Так что, скорее всего не в аэропорт, а в место, откуда можно беспрепятственно взлететь, не опасаясь никаких проверок, – цедит Виктор, выжимая педаль газа на максимум.

– Что всё это значит? Почему она это сделала? Зачем ей Соня? – моё сердце колотится в груди, словно бешеное.

Никогда не испытывала такого сильного и уничтожающего чувства страха.

– Не знаю. Но обещаю, что мы всё выясним, – не отрывая взгляда от дороги, произносит Виктор и лишь крепче сжимает руль. – Я этого так не оставлю.

Вены на его мощных, сильных предплечьях вздуваются от переполняющего напряжения.

Кажется, я и сама напряжена до предела и, кажется, вот-вот потеряю сознание.

Я всегда плохо переносила быструю езду – от быстрой скорости у меня всегда начинала кружиться голова, но сейчас я этого не чувствую.

Я вообще ничего не чувствую! Вся моя жизнь, всё моё сознание в этот момент сжалось лишь до крохотного отрезка времени, в котором я нахожусь сейчас.

Самый страшный день в жизни…

На горизонте виднеется небольшая взлётно-посадочная полоса, расположенная в редком сосновом лесу. И ещё я вижу небольшой самолёт.

– Не дай им забрать нашу дочь, – шепчу я, неосознанно хватая Виктора за плечо.

Чёрт… Я ведь только что проболталась… Надеюсь, что он не услышал мои слова! Хотя, если и услышал – плевать! Расскажу ему всё, что было между нами в прошлом! Всё до мельчайших подробностей!

– Давай, ну! – рявкает Виктор, прибавляя скорость.

Сердце колотится как ненормальное и норовит вырваться из моей груди.

Где-то там, впереди, едет моя малышка, моя беззащитная, украденная у меня Сонечка, которой сейчас страшно и очень тяжело. Ей страшнее и тяжелее, чем мне, ведь она – совсем беззащитный, хрупкий и ранимый цветочек, который не может себя защитить…

И никто не может, кроме меня.

Я не смогу себя простить, если с моей дочерью что-то произойдёт. Из под-земли достану эту дрянь, которая украла моего ребёнка, чего бы мне это не стоило!

– Твою мать, – цедит Виктор, и я поднимаю глаза на самолёт, который…

О, нет…

В самолёте открывается грузовой отсек и чёрный внедорожник на всё ходу въезжает туда, после чего люк начинает медленно закрываться, а самолёт начинает сходу набирать скорость, устремляясь вперёд.

Они же… Прямо сейчас улетят!

– НЕТ! – оглушающий крик срывается с моих губ.

Внезапно Виктор резко тормозит. Если бы не ремень безопасности .я бы больно ударилась головой, но…

– ПРИГНИСЬ! – кричит Виктор, с силой хватая меня за шею и утягивая вниз.

Я ничего не понимаю… Страх звенит в ушах, заставляя забыть даже о том ,как нужно дышать.

– Что ты делаешь?! – сопротивляюсь я, но внезапно слышится звук выстрелов. Совсем рядом…

Лобовое стекло разбивается вдребезги, и острые осколки засыпают нас с Виктором.

– По машине стреляют! Девочкам не пригодятся родители, если они мёртвые, – кричит Виктор, практически закрывая меня собой.

По щекам текут слёзы. Всё моё тело покрывает крупная дрожь, я не знаю, что мне делать дальше…

Спустя несколько секунд всё затихает.

Виктор медленно приподнимается, чтобы проверить, не остался ли поблизости стрелок.

– Чисто, поднимайся.

В голосе бывшего мужа слышна едва различимая дрожь. Внутри меня же сейчас образовалась огромная, зияющая дыра.

Мне не машину расстреляли. Меня саму расстреляли, вырвали сердце из груди и растоптали его же у меня на глазах!

– Они… улетели, – поднимаю опухшие от слёз глаза, и вижу как небольшой частный самолёт уже набирает высоту. – Они… Они забрали её у меня.

От боли и отчаяния хочется выть, рвать на себе волосы и царапать кожу.

Обессиленно падаю прямо на землю, больно ударяясь коленями.

–Это всё я виновата… Не уберегла, не защитила… Оставила одну! Я самая ужасная мать на земле! – кричу я, буквально задыхаясь от чувства безысходности.

Мысль, что я больше никогда не увижу свою крошку, заполняет всё моё сознание.

Я её потеряла…

– Стефания, – Виктор садится около меня на колени, кладёт свои руки на мои плечи, – я сделаю всё, чтобы вернуть Соню. И Юлю, – немного подумав, добавляет он.

– Как?! Как ты это сделаешь?! Они улетели на частном самолёте неизвестно куда! – кричу я в порыве истерики.

– У меня есть знакомые. Влиятельные люди из Федеральной Службы Безопасности с неограниченными возможностями. Моя служба безопасности перешла на сторону Стефании. Не знаю, как она это провернула, но клянусь, я из-под земли добавлю эту мерзавку, – зло произносит мужчина, нахмуривая густые брови.

Поднимаю на бывшего заплаканный взгляд.

– О каком знакомом ты говоришь? И… Почему называешь жену мерзавкой? – от слёз я не могу внятно говорить, да и голос мой дрожит так, как никогда раньше.

Не о Волкове ли он? Ведь раньше они общались так же хорошо, как и я с женой Волкова – Лизой. Не удивлюсь ,если сейчас речь идёт именно о нём.

– Я не могу раскрывать его личность. Извини. А… Ты спросила, почему я называю жену мерзавкой?

Молча киваю. Поджилки трясутся от напряжения, кожу пронзают ледяные иглы отчаяния.

Сейчас мне важна любая информация…

– Я расскажу тебе историю своих отношений с супругой. Но сначала у меня к тебе встречный вопрос.

– Д-да?

– Почему тогда, в машине, ты назвала Соню нашей дочерью?