Как достать профессора

Глава 14

Полина

Бесконечно можно смотреть на три вещи: огонь, воду и на то, как кто-то обливает «уголовника» из лужи. Я бы причислила водителя к лику святых и орден бы выдала. «За мужество». Так героически сражаться с демоном Бубузябликом мог не каждый.

Как удачно я решила вернуться в общежитие, когда у нас отменили третью пару!.. А ради удовольствия лицезреть, что Логинов будет делать дальше, готова была и четвертую прогулять.

Руслан Евгеньевич тем временем решительно приближался ко мне. На пару секунд мне даже стало его жалко, но желание передать привет «с большого бодуна» было нестерпимым.

Логинов приближался, а я стояла на крыльце, рассматривая его мокрые брюки в некрасивых грязевых подтеках.

— Снова прогуливаете? — вместо приветствия грозно уточнил у меня Логинов.

У него день не задается, если он мне колкость не скажет?

— Возможно, — широко и открыто улыбнулась я и сострила, — замерзли?

— Да. Пойдемте, Полина, напомните, где у вас душ, — приказал Логинов.

— Руслан Евгеньевич, а вы в каком году родились? — спросила я у спины шагающего по лестнице на второй этаж Руслана Евгеньевича.

— Год, когда Людовиком Шестым была утверждена Ланская коммуна, — прорычал «уголовник».

— Тысяча сто одиннадцатом? — развеселилась я.

Логинов даже притормозил, явно впечатлившись моими знаниями истории. И взгляд у него был примерно как у Людовика Тринадцатого, когда тот понял, что он у Анны даже не тринадцатый…

— На каком этаже вы живете?

Все в жизни меняется, кроме манеры вести диалог у Логинова.

— Второй, — начиная что-то подозревать, сообщила я.

Руслан Евгеньевич поднялся на второй этаж и снова развернулся ко мне. На его лице отразилась суровая душевная борьба, а потом «уголовник» с претензией на адекватность поинтересовался:

— Полотенце не одолжите?

Я злорадно улыбнулась и кивнула:

— Могу еще халат выдать.

— Мне ваш будет маловат.

Ну да, ростом и телосложением боженька Логинова не обидел. Мозгов и такта пожалел, а вот внешне одарил сверх меры.

— А я чужим поделюсь, — радостно сообщила я, вспомнив, что в нашей комнате целых три халата, которые утром «выгуливали» по коридорам общаги боксеры.

Мы шли по пустому коридору к дверям нашей с подругами комнаты. Я достала из кармана ключ, вставила его в замочную скважину, провернула два раза и развернулась к профессору через плечо:

— Ждите здесь!

Потому что четко помнила правило: пускать нечистую силу в свое жилище категорически нельзя.

Логинов нахмурился и покорно остался ждать на пороге. Я достала с полки полотенце, подхватила халат со стула и вышла из комнаты, протягивая добро Логинову:

— Мужская душевая направо.

Руслан Евгеньевич обалдело рассматривал мужской халат примерно семидесятого размера. Это точно тот, что одолжил нам Багров — парень по комплекции был размером с хорошо откормленного косолапого.

— Что-то забыли? — захлопала я ресницами. — Белье одолжить не могу, простите. Это негигиенично.

Все! Меня точно идеально правильно убьют и тело мое не найдут никогда!

Я медленно попятилась в комнату и спряталась за хлипкой дверью. Прижала ладонь к груди и прислонилась к стене, слыша тяжелые удаляющиеся шаги.

В горле пересохло от переизбытка эмоций. Я прошла к столу, взяла пластиковую бутыль с обычной водой и сделала несколько глотков. Подумала и открыла дверь, высунув нос в коридор. Логинова не было. Некоторое время я решала, возвращаться мне на занятия или две последних пары можно прогулять.

Решила вернуться на последнюю лекцию, но в тот же момент услышала чей-то разгневанный женский голос:

— Извращенец!

Почему-то первая мысль была о Логинове. Я прикрыла дверь и дунула на голоса. И вовремя.

Потому что из женской душевой вылетел злой как бобик Логинов, успев прикрыть полотенцем только стратегически важное.

— Синицына! — заметив меня, пророкотал профессор.

— Вы зачем в женскую душевую пошли? — ахнула я и прикрыла рот ладонью, надеясь, что мою широкую, веселую ухмылку «уголовник» не заметил.

— Мужская душевая направо! — рявкнул он.

— Ну правильно, если в окно смотреть, то направо. Вы зачем на дверь смотрели? — деловито полюбопытствовала я.

Действительно, мы стояли напротив друг друга, и мое «направо» было его «налево».

Кажется, от тела Логинова шел дым. Мелькнула крамольная мысль, что сейчас он от злости примет истинный облик Бубузяблика с клыками и огромными рогами, но Руслан Евгеньевич только зло сверкал глазами.

А я смотрела на него. Хорош. Литые мышцы перекатывались под кожей, на которой остались капли воды. Шесть положенных кубиков на прессе… Полотенце и голые ноги.

Пожалуй, за последние двое суток стены университета увидели небывалое. Сначала боксеры по этим коридорам бродили в халатах, а в теперь «уголовник». Без халата.

— Синицына, прекратите так на меня смотреть! — потребовал Руслан Евгеньевич тоном, который раньше я от него не слышала.

Его голос охрип, а зрачки расширились.

— Бубузяблик, не злитесь. Идите уже в противоположную сторону, примите нормальный душ, а я, так и быть, заберу ваши вещи из женской душевой и развешаю, чтобы посушить.

Он стоял памятником еще секунд пятнадцать, придерживая полотенце так, чтобы оно не упало. А потом сделал шаг ко мне. Я испуганно отшатнулась, а Логинов приблизился еще на шаг, ни на мгновение не сводя с меня взгляда. Казалось, что его глаза почернели — так сильно расширились зрачки.

Я уже собиралась спасаться бегством, когда «уголовник» остановился.

— Я сам! — гордо отказался Руслан Евгеньевич.

Вернулся в комнату, где стояли раковины, а вернулся уже в халате Артура и с ворохом одежды в руках.

— Держите вещи. И сделайте мне чай…

Я было открыла рот — уведомить профессора, что я ему тут не золотая рыбка, — но он почти мягко закончил:

— Пожалуйста!

Я автоматически взяла его костюм в руки.

— Жду в общей кухне, — быстро выпалила я и дунула в противоположную от него сторону.