Как достать профессора

Глава 16

Руслан

— Что случилось? — напряженно поинтересовался я, приобнимая Синицыну за плечи.

— Я не могу открыть дверь в нашу комнату, — призналась Полина и опустила ресницы.

Ее запах сводил с ума, Синицына была уже в моих руках, ее губы были призывно близко, а во взгляде читалась неуверенность в ее действиях.

Губы сами расплылись в хищной ухмылке, а то, что и до этого было очень бодрым, завелось до отключки мозгов.

Я быстро справился с минутным разочарованием, когда понял, что Синицына оказалась именно такой, как я себе и представлял, и все далось слишком легко, но… Я ее хотел! Прямо здесь, в сушильной, в ее комнате, в общем душе… Да где угодно, в любом порядке, главное с ней. И в ней.

Синицына развернулась и первая пошла в коридор. Я шел за ней как привязанный, и только где-то на периферии сознания маячила мысль, что что-то не так. Со мной. Может, это потому, что мы вчера смешивали несмешиваемое? Но после бутылки виски Громову очень понравилось слово «бурбон», бутылку которого мы и вылакали в баре.

Серьезно вас понесло, Руслан Евгеньевич…

Полина тем временем продолжала:

— У меня ключ в замок не вставляется, а я хотела еще на последнюю пару успеть. Я бы, конечно, обратилась к кому-нибудь другому, но тут только девочки…

Я шел за ней, пропуская мимо ушей большую часть ее речи. И как пацан в пубертатный период, пялился на нее.

— Вот! — она указала на замок на своей двери и вопросительно посмотрела на меня.

Секунда, чтобы сообразить. Еще две, чтобы перестроиться. Целых три секунды мне понадобилось, чтобы справиться со вторым разочарованием за минуту, потому что мой воспаленный вчерашними возлияниями, бессонной ночью и перманентным возбуждением мозг почему-то решил, что дверь — это предлог.

В тот момент я серьезно засомневался в своих умственных способностях. Может, я теряю хватку? Старею?

— Дайте ключ, — потребовал я, не в силах скрыть раздражение в голосе.

И посочувствовал своей ширинке, которая уже трещала от напряжения.

— Он не вставляется, говорю же!

— Это у вас он не вставляется, — прорычал я.

Взял в руки связку ключей со смешным брелоком перекошенного космонавта и попытался всунуть ключ в замок. Что-то мешало.

Я явно был не в форме. Нахмурился, сел на корточки, отчего с моих многострадальных брюк на пол посыпалась засохшая грязь, а я зло выругался.

— Вставили? — ехидно поинтересовалась моя персональная язва, норовя подлезть под руку.

— Там спичка, — пояснил я для Синицыной.

Она зло сжала челюсти и быстро осмотрелась по сторонам.

— Открыть сможете? — процедила Полина сквозь зубы.

Я вздохнул, поднялся и поинтересовался:

— Чем? Пальцем? Или я зубами ее должен выковыривать?

— А вы сможете? — нервно хмыкнула Полина, переводя взгляд на мои губы.

Я снова напрягся так, что мышцы свело.

— Полина, я на бобра похож? Могу, конечно, попробовать обгрызть дверь вокруг замка, но вам это будет очень дорого стоить. Несите инструменты или вызывайте слесаря.

— Какие нужны инструменты?

— Хотя бы пинцет.

— Щипчики подойдут?

— Тонкие, — я благосклонно кивнул.

Она развернулась и быстрым шагом направилась куда-то в конец коридора. Я же облокотился спиной о стену, мечтая снять грязные брюки. Они не успели просохнуть до конца и неприятно липли к телу. А тело вибрировало от напряжения.

Кажется, пора вспоминать о регулярных тренировках. Позвонить Громову и потребовать явиться вечером в зал? На секунду представил, в каком направлении он меня сегодня с такими предложениями пошлет, и уставился в потолок.

В тишине коридора раздались шаги, а ко мне уже спешила Полина с пинцетом, отверткой и…

— А дрель зачем? — не понял я.

— Что было у девчонок, то и взяла, — огрызнулась она.

— Страшно представить, зачем девочкам дрель.

— За тем же, что и мужчинам. Думаете, легко жить в общежитии? — вспыхнула девчонка.

— Давайте сюда инструменты! — потребовал я.

Снова неприязненно покосился на свои брюки и развернулся.

— Может, снова халат наденете? — внесла свежее предложение Синицына, — а я костюм ваш в стирку закину.

— Синицына, просто представьте, что о нас подумают студенты, которые будут возвращаться с пар совсем скоро. Преподаватель в халате чинит дверь студентке.

— Не знала, что вас так волнует чужое мнение, Руслан Евгеньевич.

Прикусить бы ей острый язычок, втянуть в рот…

Чини дверь, Логинов!

— Мне-то все равно, а вот ваша репутация пострадает, — не удержался я, остервенело ковыряясь в замке.

Синицына мудро промолчала, вставая за моей спиной и пытаясь подсмотреть из-за моего плеча.

— Доставайте фонарик и светите вот сюда, — потребовал я.

Полина выполнила требуемое, включила фонарик и встала слишком близко.

— Ой, мне звонят! — виновато прошептала она. — Да, Артем, привет! Нет, уже все хорошо, я справилась. Помощь больше не нужна. Я тебе потом перезвоню.

Артем, мать вашу, Назаров. Который уже давно давится слюнями при виде Синицыной.

Поймав новую волну раздражения, я быстро и легко вытащил спичку из замочной скважины и нервно отбросил ее в сторону.

Поднялся, достал ключ из кармана, который в этот раз прекрасно вошел в замочную скважину. Провернул ключ два раза и распахнул дверь:

— Прошу!

— Спасибо, Руслан Евгеньевич, вы меня очень выручили!

Я же просто смотрел на два мужских халата, которые висели на спинке стула… Третий остался в сушильной.

Голова закружилась от ее близости, а дикий коктейль из желания, ревности и возбуждения окончательно отключил возможность здраво рассуждать.

Я прошел в комнату, осматриваясь. Чисто и по-девчачьи уютно. Вот только мужские вещи раздражали и так раздраженного меня.

— Вам разве домой не надо? — аккуратно поинтересовалась Полина, просачиваясь за мной, — переодеться, принять душ, поспать…

Я резко развернулся, оказываясь к ней слишком близко. Синицына смотрела на меня снизу вверх и нервно кусала губы, которые тут же захотелось попробовать на вкус.

— Просто мне на пару нужно, — ее зрачки расширились, а Полина нервно сглотнула, ерзая под моим взглядом, — я и так одну прогуляла, пока вас чаем поила, который вы не допили, а там, между прочим, дефицитный продукт был — сахар.

— Ваш внутренний скупердяй считает убытки? — не удержался я. — Куплю я вам сахар.

— Не надо, будем считать, что это плата за замок.

Поздравляю, Логинов, ты теперь работаешь за две ложки сахара…

А моя персональная катастрофа уже вжималась в стену, явно готовясь к побегу из комнаты.

Я в момент сократил расстояние между нами и навис сверху, запирая ее в своих руках. Халаты по-прежнему нервировали мою расшатанную Синицыной нервную систему, а губы эти хотелось поцеловать до искр из глаз.

Она же, словно издеваясь, облизала их кончиком языка.

Я медленно наклонился к ее лицу и прошептал:

— Одним «спасибо» вы не отделаетесь, Синицына. Будете должны!

— Руслан Евгеньевич, — зло ткнула мне в грудь пальцем Полина, — если вы думаете, что я буду ТАК зарабатывать место на вашей практике, то вы очень ошиблись!

— Как «так»? — иронично поинтересовался я.

Она была так близко, что еще чуть наклониться — и можно ее поцеловать.

— Вот так! — взорвалась Полина.

— Синицына, выражайте свои мысли четче, — потребовал я, сжимая ладони в кулаки.

— Я не буду с вами целоваться, — выпалила она и покраснела.

— А я вам целоваться и не предлагал. Вам показалось.

Вернул ей ее же финт, который она проделала в аудитории, когда нагло строила мне глазки.

— Хорошего дня, Полина, — я подмигнул и с трудом, рывками отодрал себя от нее.

Дом, душ, сон! А дальше выходные, и меня отпустит!

Но далеко уйти не успел. Пока ждал такси, позвонил генеральный директор адвокатской фирмы и сообщил, что я и мой коллега уезжаем на неделю в командировку.