Как достать профессора

Глава 22

Руслан

Пока Громов «быстренько» радовал Лилю ромашками, я задумчиво барабанил пальцами по рулю, сидя в салоне своей машины. Я немного успокоился, а в голове стало появляться что-то похожее на мысли. Адекватные мысли. Из которых я безуспешно пытался выгнать Синицыну.

Я решил дать ей немного времени, чтобы прийти в себя, а потом поговорить. Как строить наш диалог, я пока представлял очень смутно. Значит, буду действовать по ситуации.

Пока собирался, принял звонок от клиента, которого буду защищать в суде в среду. Он очень просил о встрече в ближайшее время. Клиент был из высших депутатских чинов, а таким не отказывают. Поэтому пьянка с Жекой подождет, я еще прошлую не до конца вспомнил.

Громов тоже страдал провалами в памяти, и восстановить картину четвергового загула полностью нам так и не удалось. Резюмировав, что прогулка удалась, мы решили не насиловать мозг и забыть все. В конце концов, это не первый вечер в нашей жизни, который мы не помнили.

Из здания университета выходил пришибленный Громов с явной контузией. На его ухе висела одинокая ромашка. Изрядно потрепанный букет он закинул на заднее сидение своей машины.

— Порадовал? — не удержался я, выглядывая в окно.

— Логинов, я влюбился! — с горящими глазами признался мне Жека.

— Сочувствую, — хмыкнул я.

— Мне?

— Цветочку. Осада будет по всем правилам, со слежкой и прослушкой?

— Она будущий генеральный прокурор, я не могу так рисковать своими погонами, — заржал друг.

Подумал и с надеждой предложил:

— Поехали пить?

— Меня клиент ждет. Часа через три встретимся.

— Я на телефоне, — согласился Громов и залез в салон своей машины.

Я же поехал в ресторан к депутату. Встреча затянулась на несколько часов. Клиент требовал подробного отчета обо всех моих действиях и планах. Пришлось рассказывать, мечтая в тот момент оказаться где-нибудь на берегу моря с Синицыной. Или в горы ее свозить — покататься на лыжах.

Может, мне ее к себе на работу взять, личным ассистентом? На секунду представил, сколько бы почетных званий она навесила на депутата, если бы была рядом, и неожиданно для себя улыбнулся. И подавил в себе желание немедленно ехать к ней общежитие и доказать, что тело, прижатое к стенке, не сопротивляется.

Я хотел что-то делать. Подняться, стряхнуть с себя пыль скуки и размеренности и снова начать жить полной жизнью. Я уже забыл, каково это — совершать необдуманные поступки, чудить и наслаждаться свободой. Настолько увлекся целью сделать карьеру, что сам не заметил, как маска серьезности намертво приросла к лицу. А мне всего двадцать девять.

Наконец, довольный клиент поднялся из-за стола, протянул мне ладонь для рукопожатия и вручил бутылку виски.

Я достал из кармана телефон и вздохнул, когда увидел пять пропущенных от Славы. Вздохнул и набрал ее номер:

— Как дела?

— Я в городе, — непривычно серьезно ответила Мирослава, — работаешь?

— Да, был на встрече, — уклончиво заметил я, — Слав, сегодня встретиться не получится…

— Логинов, давай сделаем перерыв? — огорошила Слава.

— Какой? — не сразу сообразил я.

— Я знаю, что ты считаешь меня полной дурой, у которой в голове только косметика и деньги, но я женщина и чувствую, что ты кем-то увлекся. И предлагаю сделать перерыв. Разберемся в наших чувствах друг к другу, побудем врозь.

— Слав…

— Пока, Руслан. Соскучишься — звони. Только сильно не затягивай, долго ждать я не смогу.

Она отключилась, а я в который раз убедился, что я скотина. Бесчувственная скотина. Несколько минут я переваривал новые изменения в своей жизни, которая на глазах переворачивалась с ног на голову.

Вместе с остальными забытыми эмоциями проснулась и моя давно неиспользованная совесть, которая робко подтверждала мое новое звание бездушного демона.

Сел в машину, завел мотор и устало откинулся на спинку сидения. Прикрыл глаза и сжал зубы. Жизнь совершила крутой вираж, меня занесло на повороте, и я потерял управление. У меня было два варианта: оставить все как есть или резко жать на тормоз, выруливая на ровную дорогу.

Не думая ни секунды больше, я набрал номер Жеки:

— Где ты?

— Щас адресок скину, меня подхватишь по дороге, — обрадовался Громов.

Телефон снова пиликнул, а я снял машину с ручника и поехал по нужному адресу.

Снова пришло сообщение:

«Жми на газ, я же жду!».

А за ним следующее:

«Твою налево, ты в каких ебенях завис?»

Я вжал газ в пол, ругаясь сквозь зубы и пытаясь угадать, какие приключения на трезвую голову снова нашел мой друг. Оказалось, приключения он не только нашел, но и быстренько организовал мне!

Потому что на остановке по тому адресу, который диктовал мне купидон в погонах, стоял не он, а Полина. Она задумчиво смотрела под ноги, обхватив себя руками, и ждала автобус.

Я проехал мимо по инерции, резко затормозил и включил заднюю передачу, наплевав на камеру.

Остановился прямо напротив Синицыной, открыл пассажирскую дверь и гаркнул:

— Садись!

Синицына побледнела, ее глаза округлились, а губки надулись.

— Я жду автобус, — упрямо выставив вперед подбородок, объявила мне Полина.

— Синицына, быстро в машину, иначе я тебя на плече донесу! — пригрозил я, когда за моей машиной образовалась небольшая пробка, а самые нетерпеливые принялись громко сигналить. — Полина, я не шучу!

Она фыркнула, взглядом показывая, какого мнения она обо мне и всей ситуации в целом, но все-таки села.

Я никак не прокомментировал то, что дверью она хлопнула от души. Вжал педаль в пол, и машина сорвалась с места, набирая скорость.

Салон окутал ее запах, от которого у меня каждый раз уносило крышу, а я молча продолжал крутить руль.

— Куда мы едем? — возмущенно уточнила она у меня.

— Катаемся, — пожал я плечами.

— Я не хочу кататься с вами. Остановите, я пешком пойду.

— Полина, давай вне стен университета ты будешь обращаться ко мне на «ты»? — миролюбиво предложил я.

— Я бы предпочла не встречаться с ВАМИ вне стен университета, — вздохнула она.

Ее запах перемешался с другим, я принюхался и обалдел:

— Ты пила?

— Исключительно для блеска глаз, — напряглась девчонка, — а то с вашим появлением…

Полина неопределенно махнула рукой и отвернулась к окну. И что мне с ней делать?

Я притормозил на парковке у какого-то магазина, заглушил мотор и барабанил пальцами по рулю.

— Руслан Евгеньевич, простите! — вдруг нервно заговорила Полина. — тогда в парке Лиля как раз рассказывала о вашей встрече на дороге, а потом мы увидели вас и у вас такой высокомерный вид был… Если бы я тогда не ляпнула глупость — вы бы на меня даже внимание не обратили бы…

Вот тут она ошиблась. Обратил бы, определенно!

— А потом понеслось… — она махнула рукой и тяжело вздохнула. — Отвезите меня в общежитие.

— На, — я достал из-под сидения бутылку минералки, открыл крышку и протянул Полине.

— Спасибо, — она сделала несколько глотков и вернула бутылку.

Подумала и выдала:

— Зачем вы меня поцеловали?

— Потому что очень захотел, — честно ответил я.

— А у меня спросить? — сузила она глаза. — Может, я не хотела?

— Полина, ты ответила на поцелуй, — напомнил я, — и уверен, что тебе понравилось. Но вместо того чтобы обсудить это со мной, ты побежала пить с подругой. К слову, женский алкоголизм неизлечим, ты знала?

— Я не могу долго с вами разговаривать.

— Почему?

— Потому что вы меня волнуете!

— Вы меня тоже волнуете, Синицына, — начиная терять терпение, прорычал я, — даже не представляете, насколько сильно!

— Руслан Евгеньевич, а давайте все забудем? — внесла она предложение. — Вообще все. И поцелуй тоже забудем.

— Не забудем, — отрезал я, — давай так: сейчас я отвезу тебя в общежитие. Ты примешь душ, придешь в себя, а завтра мы встретимся и поговорим на трезвую голову?

— Внесу контрпредложение — вы будете разговаривать со своей невестой. И целоваться тоже с ней.

— Нет невесты.

— А загрызайка?

Я не сдержал смешка:

— С ней расстались.

— И решили, что раненое сердце лучше всего лечится романом со студенткой, да?

— Полина, ты любовных романов перечитала? — мои брови стремительно поползли вверх.

— В последнее время я читаю только учебники по уголовному праву, — грустно выдохнула она.

— Это очень правильно, — улыбнулся я, — только сейчас я не твой преподаватель, а ты не моя студентка. И готов поставить на кон свое место преподавателя, что я тебе нравлюсь. И я тебя волную.

— Мне нравится Арсений, — задрала она нос.

Прелестно, к Назарову и парочке боксеров добавился Арсений. Пушной зверек подкрался незаметно и был хорошо закамуфлирован.

— Как интересно, — иронично протянул я, — вот только дрожишь ты только в моем присутствии, Полина. И думаешь ты обо мне.

— Угу. Обычно матом, — согласилась девчонка.

— Синицына, ты почему такая колючая? — не выдержал я.

— А потому что вы привыкли, что при вашем появлении все, кто не умер от страха, сразу падают ниц перед вашей харизмой и обаянием, — с укором выдала она.

Указательный пальчик пьяной девушки пролетел у меня перед носом, а я неожиданно даже для себя успокоился. Потому что наконец все понял.

Она просто и банально боялась, раз спросила про Славу. И когда я ее поцеловал, она тоже вспомнила о Мирославе.

Я пока не мог требовать у нее прекратить общение со всем ее поклонниками, а вот она боялась оказаться на вторых ролях.

— И что в этом плохого? — улыбнулся ей.

Полина завороженно посмотрела на мои губы, а потом снова огорошила:

— То, что у вас ямочка на щеке! Не смотрите так на меня!

— Как, Полина? — хрипло поинтересовался я.

— Вообще никак не смотрите! — нервно ерзая на сидении, потребовала Синицына.

Я отвернулся к боковому окну, глядя на многочисленных прохожих, и неожиданно даже для себя заговорил:

— У тебя голубые глаза. Они темнеют, когда ты злишься или возбуждена. Как сейчас, например. Родинка под нижней губой справа, каштановые волосы, которые ты любишь заплетать в косу. А еще ты не любишь черный кофе и медовые пирожные. Когда задумываешься — грызешь кончик карандаша, а когда тебе что-то нравится — пританцовываешь и закатываешь глаза.

В салоне воцарилась тишина, нарушаемая тяжелыми вздохами Синицыной.

— А вы любите черный кофе без сахара, — наконец выдавила она, — нетерпимы к чужим недостаткам и думаете, что все должны поступать так, как кажется правильным вам.

— Вот и познакомились, — снова улыбнулся я, — поехали, начинающий алкоголик, отвезу тебя домой.

— Куда? — кажется, я снова умудрился ее шокировать.

— Расслабься, пользоваться тем, что ты пьяна, я не собираюсь. Отвезу в общежитие, завтра продолжим разговор.

Она скептически скривилась, но ничего говорить не стала. Сидела, вытянувшись в струну, ни на секунду не позволяя себе расслабиться.

— Только припаркуйтесь в сторонке, чтобы никто не видел, с кем я приехала, — попросила Синицына уже по дороге. — Только слухов мне не хватало.

Я притормозил за квартал от общежития и покосился на Полину:

— Так пойдет?

— Да, спасибо.

Она медленно покинула салон и побрела к общежитию. Я вышел за ней, проследил, чтобы точно дошла, только после этого вернулся, достал мобильный и набрал номер:

— Где ты есть, купидон в погонах?..