Ключ Кришны

84

Доведенная до отчаяния страхом потерять детей Кунти явилась на берег реки, где предавался размышлениям Карна. Она молча стояла и ждала, пока он не обернется к ней. Когда Карна заметил ее, он встал и поклонился.

— Сын колесничего Адиратхи склоняется перед тобой. Чем могу служить, о царица?

Кунти открыла Карне истинные обстоятельства его появления на свет. Она также попросила его присоединиться к своим братьям Пандавам вместо того, что бы продолжать сражаться за Дурьйодхану. Глубокая грусть овладела Карной, но он остался твёрд.

— Ты просишь меня пойти против моей дхармы. Ты лишила меня своей материнской любви и бросила беспомощным в реку, а теперь говоришь мне о долге? Ты молчала все эти годы, но заговорила, как только Пандавам стала угрожать большая опасность. Я не предам Дурьйодхану! Но поскольку ты пришла ко мне с просьбой, то я дам обещание. Я не убью Юдхиштхиру, Бхиму, Накулу и Сахадеву! Я сражусь только с Арджуной, и, независимо, кто из нас победит, у тебя останется пятеро сыновей!

— Сегодня мы освоим новый способ, — сказал Рахим. — Ты встаешь позади человека, расставляешь указательный и средний пальцы вот так, как буква «V», и потихоньку залазишь ими в задний карман. Пока ты этим занят, я буду отвлекать внимание «клиента», так, что он не почувствует как исчезает его кошелек. Вот бумажник, украденный мною вчера. Я кладу его в свой задний карман. Теперь попробуй эту технику на мне.

Неуклюжая попытка Хана извлечь кошелек окончилась оплеухой от обернувшегося Рахима.

— Слишком медленно! — рявкнул он. — Это надо делать быстро и решительно! Будешь долго копаться — тебя непременно поймают.

Они повторили прием еще несколько раз, щека Хана уже буквально горела от полученных затрещин. Наконец, на очередной попытке у мальчика все получилось. Рахим повернулся, что бы поздравить Хана и чуть ли не присел от полученной пощечины.

Рахим рассмеялся.

— Что ж, поздравляю тебя с первыми удачными шагами к умению выживать в большом городе.

В следующий раз Рахим учил Хана доставать кошелек из карманов пиджака. Хан впитывал в себя науку карманного вора как губка. Он был на седьмом небе от счастья, когда его первая кража кошелька принесла четыреста рупий. Он отродясь не видел столько денег сразу. Рахим тогда хладнокровно пересчитал добычу, выбросил кошелек и отсчитал Хану двести рупий.

— Все добытые тобой деньги мы станем делить пополам, — сказал он, пряча в карман свою долю.

Хан согласно кивнул. По его мнению, дада Рахим поступил вполне справедливо.

— Что это за штука, которую ты постоянно с собой таскаешь? — однажды спросил Рахим, указывая на керамическую пластину, с которой Хан не расставался с момента бегства из Беснагара.

— Это оставил мне отец перед самой смертью, — объяснил Хан и из глаз его покатились слезы.

Рахим крепко обнял мальчика и ласковым голосом сказал:

— Не плачь. Отца ты уже не вернешь, но нового брата нашел.

Следующий день оказался весьма важным для них. Они следили за господином, собирающимся сесть на поезд. Рахим толкнул его, выхватил из руки портфель и побежал прочь. Как и было запланировано, за ним бросился вдогонку Хан, нанес несколько отрепетированных ударов и отобрал портфель. Это был очень старый, но эффективный трюк. Безмерно счастливый хозяин портфеля, которому вернули похищенное, оказался кассиром, несшим несколько сотне тысяч рупий, собираясь положить их в банк. В благодарность за спасения своей ноши он наградил Хана десятью тысячами рупий.

— Удача на твоей стороне! — похвалил Хана Рахим во время дележки добычи. — Мы можем достичь гораздо большего. Ты готов перейти на более высокий уровень?

— Конечно! У тебя есть идеи?

— Мы можем поработать с лавочниками. Ты что-нибудь слышал про короткий счет?

— Нет. Что это такое?

— Давай разыграем сценку. Ты — владелец магазина, я — покупатель. Я только что купил некую вещь за десять рупий и хочу заплатить, подавая тебе сто рупий, — ответил Рахим, передавая Хану купюру.

— Ваша сдача, сэр, — подхватил игру Хан, протягивая девять мятых бумажек по десять рупий.

Рахим взял деньги и сказал:

— У меня тоже есть десятка. Можно я отдам ее вам, а сам заберу обратно свою сотню.

Хан вручил ему сто рупий. Рахим взял ее и сделал смущенное лицо. Он положил сотню к пачке десяток и протянул все деньги Хану.

— Кажется, вы ошиблись, сэр! Вместо ста рупий я получил от вас сто девяносто! — заметил Хан.

— Не может быть! Вот вам еще десятка, а вы дайте мне две сотенные бумажки, — попросил Рахим.

Когда Хан выполнил его просьбу, Рахим воскликнул:

— Ты понял, в чем здесь обман?

— Обман? — недоумевал Хан.

— Ты отдал мне двести рупий за сотню, которая и так принадлежала тебе! Когда я подал тебе сто девяносто рупий, там уже была сотня, взятая у тебя. Это были твои деньги, не мои, — объяснил, посмеиваясь, Рахим. — Теперь нам нужно составить список магазинов, где мы сможем провернуть такую аферу, желательно на большие суммы.

Совместная деятельность Хана и Рахима процветала. Но однажды они столкнулись на улице с кассиром, которого уже успели обмануть. Друзья нервно сглотнули, полагая, что игра окончена. Но вместо того, что бы позвать полицию, кассир улыбнулся им и сказал:

— Вы чертовски изобретательные ребята! У меня есть к вам предложение.

Рахим взглянул на него с подозрением и неохотно произнес:

— Ну что ж, я готов послушать.

— Среди тех денег, что платят мне мои клиенты, нередко обнаруживаются фальшивые купюры. Если я буду передавать их вам, сможете избавиться от них? За, скажем, пятьдесят процентов?

Без долгих раздумий, друзья согласились и ударили по рукам. Это было первое соприкосновение Хана и Рахима с расцветающим фальшивомонетчеством. Начиная с самых низов, они, в течение нескольких лет, пробивались к верхам этого подпольного бизнеса.