Кошелек или жизнь

1

Лили

Я застыла перед величественными воротами университета — моя заветная мечта наконец становится реальностью. Столько лет я ждала этого мгновения: переступить порог заведения, которое всегда казалось мне воплощением идеала. На лице расцветает широкая улыбка, пока я любуюсь главным корпусом — подлинным шедевром готической архитектуры.

Заходящее солнце играет на заостренных шпилях и огромных стрельчатых арках, создавая впечатление, будто все строение тянется к небу. Витражи переливаются в золотистых лучах, отбрасывая цветные блики на серые каменные стены. Массивные и изящные арки поддерживают конструкцию, пропуская свет через огромные окна с витражными розетками. Здание, мрачное и величественное, с грозными горгульями, что будто бы наблюдают за каждым прохожим, одновременно наводит ужас и очаровывает. По коже пробегает дрожь предвкушения.

— Вау... В реальности оно еще прекраснее, чем на фотографиях, — шепчу я, не в силах оторвать взгляд от сооружения.

Я делаю глубокий вдох, пытаясь немного успокоиться перед тем, как сделать первый шаг к главному входу. Тяжелая резная дверь открывается со скрипом, который эхом разносится по просторному холлу.

Внутри царит торжественная атмосфера. Высокие своды возвышаются над головой, а каменный пол мягко блестит под ногами. Несмотря на новый прилив волнения, я сосредотачиваюсь на следующем этапе: получить ключи от комнаты в женском общежитии, которое почему-то называется «Мизери-Холл» («Зал страданий»). Название не внушает доверия, но это неважно. Я здесь ради успеха, а не для того, чтобы зацикливаться на мелочах.

Я направляюсь к кабинету декана, где у меня назначена встреча. Как только я подхожу, секретарша жестом приглашает меня войти.

— Мисс Картер, декан ждет вас, — сообщает она с профессиональной улыбкой.

Я киваю, немного нервничая, и вхожу в кабинет. За большим столом из красного дерева поднимается мужчина в возрасте, чтобы поприветствовать меня. На нем безупречный костюм, а седеющие волосы придают ему мудрый вид.

Я была удивлена, когда секретариат связался со мной, чтобы предложить личную встречу с мистером Муром. Довольно редко человек его положения соглашается лично принимать студентов.

— Мисс Картер, присаживайтесь, пожалуйста, — приглашает он, указывая на кресло напротив. — Для нас большая честь принять вас в наших стенах. Ваше портфолио впечатляет.

Смущенная таким комплиментом, я неловко опускаюсь на край мягкого кресла.

— Большое спасибо, сэр, — бормочу я, чувствуя, как колотится сердце от волнения при мысли о начале учебы в этом университете.

Он листает папку перед собой, его очки слегка сползают на нос.

— Исключительные оценки, рекомендательное письмо, каких я редко вижу... Вы действительно ценное приобретение для нашего кампуса. Уверен, вы здесь преуспеете.

Мое сердце переполняется гордостью, хотя я стараюсь сохранять скромность.

— Я приложу все усилия, чтобы оправдать ваши ожидания, сэр.

— В этом мы не сомневаемся, — отвечает он с ободряющей улыбкой. — Вот вся необходимая информация, а также ключи от вашей комнаты в «Мизери-Холл». Вы будете делить ее с другой студенткой, но я уверен, все сложится хорошо.

Я беру документы и ключи, стараясь скрыть свой бурный энтузиазм. Хотя легкая тревога все же закрадывается — интересно, кто будет моей соседкой по комнате. Надеюсь, она окажется приятной. Только бы не столкнуться с той чирлидершей из моей школы... Как же ее звали? Ах да, Шелби. Мы друг друга терпеть не могли. Она была полной моей противоположностью — яркая, любящая быть в центре внимания, пока я старалась держаться в тени, дожидаясь окончания школы.

Погрузившись в свои мысли, я вдруг осознаю, что все еще сижу в кабинете декана. Кажется, он уже внимательно меня разглядывает, недоумевая, почему я не ухожу. Собравшись с мыслями, я беру себя в руки.

— Бесконечно благодарна вам, — говорю я, поднимаясь и кивая на прощание, прежде чем покинуть кабинет.

Кивнув секретарше, я выхожу из приемной, все еще витая в облаках от восторга.

Но реальность внезапно дает о себе знать — в самом прямом смысле. Не успев сделать и нескольких шагов по коридору, я получаю мощный толчок. От удара все мои бумаги разлетаются по полу.

— Эй, смотри куда идешь! — кричу я, наклоняясь, чтобы собрать свои вещи.

Но этот человек даже не останавливается. Он просто идет дальше, будто меня и не существует.

— Какой придурок, — ворчу я, собирая рассыпанные документы.

Когда я выпрямляюсь, готовая отпустить едкое замечание, он вдруг оборачивается. И тут я замираю.

Этот мужчина...

Он огромный, с внушительной фигурой, но не это заставляет меня оставаться неподвижной.

Это его лицо.

У него взъерошенные каштановые волосы и глаза настолько ярко-зеленые, что, кажется, они проникают в самую душу. А этот шрам... Четкая линия, рассекающая бровь надвое, придает его лицу смесь жесткости и загадочности.

Он смотрит на меня со странным, почти беспокойным выражением.

— У тебя проблемы? — спрашивает он низким тоном, эхом разносящимся по пустому коридору.

Мое сердце колотится все сильнее, я не могу пошевелиться, парализованная его взглядом. Его поведение вызывает дискомфорт, но я не могу отвести глаз.

Не дожидаясь ответа, он разворачивается и выходит из здания.

Я остаюсь стоять, пытаясь прийти в себя. В воздухе витает какой-то особенный запах — знакомый аромат, который я не могу определить. Запах осени и опавших листьев с ноткой пачули. Я уже чувствовала этот запах раньше, но не могу вспомнить где.

Встряхиваю головой, пытаясь избавиться от странного ощущения. Собираю бумаги, поправляю сумку и наконец направляюсь к «Мизери-Холл», все еще взволнованная, с мыслями, полными этого мужчины и его пронзительного взгляда.

Прежде чем отправиться в свою комнату, я решаю заглянуть на парковку за вещами. Мой «переезд» ограничивается одной сумкой через плечо и чемоданом на колесиках. Не так уж много, но это все, что мне нужно.

Вижу свой фургончик — он стоит на своем месте. Старинный красавиц цвета алой крови, местами покрытый облупившейся краской. Он перешел ко мне от дедушки, и хотя порой капризничает, для меня он — настоящее сокровище. Каждая вмятина, каждый звук мотора хранит свою историю, которую я не хочу забывать.

Я вытаскиваю чемодан из багажника и на мгновение замираю, оглядываясь вокруг. Кампус бурлит жизнью: студенты снуют туда-сюда, кто-то возбужден, кто-то явно нервничает из-за нового этапа жизни. Но мои мысли заняты другим.

Тот мужчина... Который толкнул меня у кабинета декана. В нем есть что-то знакомое, какое-то дежавю, будто мы уже где-то встречались. Его пронзительный взгляд, зеленые глаза... Я точно знаю, что никогда его не видела. Так почему же у меня такое стойкое ощущение, что он не чужой?

Встряхиваю головой, пытаясь избавиться от этого странного чувства, и возвращаюсь к реальности. Ключ в кармане указывает, что мне досталась комната номер 69. Цифру легко найти на табличках, когда я захожу в общежитие.

Внутри не менее шумно, чем на территории кампуса. Чемоданы сталкиваются друг с другом, раздается заливистый смех, а голоса первокурсников сливаются в единый оживленный гомон. Все спешат добраться до своих комнат, а я умело маневрирую в людском потоке. Предпочитаю лестницу вместо переполненного лифта.

Ступеньки ведут на второй этаж, который удивительно тихий — разительный контраст с суетой внизу. Медленно иду по пустому коридору, немного нервничая при мысли о новой комнате. Наконец останавливаюсь перед дверью с нужным номером — моим домом на ближайший год.

По привычке тихонько стучу. Может, моя соседка уже здесь?

В ответ — тишина. Наверное, еще не приехала.

Я вставляю ключ в замок, поворачиваю его и вхожу.

Комната простая, но гораздо более роскошная, чем я ожидала для студентки-стипендиатки. Две односпальные кровати стоят друг напротив друга, под каждой окном — письменный стол. В глубине комнаты виднеется дверь, ведущая, судя по всему, в ванную и туалет. Редкое преимущество в таких заведениях — обычно такое доступно только тем, у кого, как и у меня, блестящая успеваемость и стипендия, позволяющая претендовать на подобный комфорт. На губах появляется улыбка. Все бессонные ночи за учебой и упорный труд наконец окупились.

Я кладу свои вещи возле свободного спального места и подхожу к занятому. Хотя я еще не знакома с соседкой, быстрый взгляд на ее вещи уже рассказывает кое-что о ее характере. На стене висят черно-белые фотографии — то ли художественные снимки, то ли памятные моменты, сложно сказать. Ее кровать укрыта черным одеялом с изображением Уэнздей Аддамс, а вдоль шкафа выстроился ряд идеально выровненных кроссовок. У нее определенно есть вкус.

Меня охватывает огромное облегчение. Не придется делить комнату с одной из тех поверхностных девушек, что учились в моей старой школе. Здесь все иначе. Моя соседка, похоже, с характером, и хотя я ее еще не встретила, уже чувствую себя комфортнее.

Я падаю на свою кровать, глядя в безупречно белый потолок. Меня охватывает смесь усталости и удовлетворения. Первые дни, несомненно, принесут много сюрпризов, но я знаю: здесь смогу быть собой. Звонит телефон, и я спешу ответить маме. Мы обсуждаем мои первые шаги в этом удивительном месте.