Кошелек или жизнь

30

Логан

Меня душит приступ смеха. Я сгибаюсь пополам, живот сводит от хохота при виде Каста, все еще намертво приклеенного к кровати. Его испепеляющий взгляд — это нечто уморительное, он рычит от злости, пока Лиам старается отодрать его от кровати с помощью ацетона, пытаясь нейтрализовать действие клея. Наверняка он чувствует себя героем настоящего кошмара.

— Черт возьми, я убью ее! — вопит он. — Как только освобожусь, раздавлю как бесполезное насекомое!

Я смеюсь еще громче, думая о комарике, красующемся на его правом бедре — произведении искусства, которое вечно будет напоминать ему о нашей проделке.

Четыре года назад, после той знаменитой Хэллоуинской ночи, мы решили набить татуировки в знак нашей нерушимой дружбы. Это должен был быть символ единства, обещание всегда быть рядом друг с другом, несмотря ни на что. Идея с комариком пришла сама собой, и никогда еще выбор не был настолько удачным. Тату Лиама затерялось среди его постоянных рисунков, а мое находится на верхней части стопы — я не хотел, чтобы кто-то его видел. Оно принадлежит только мне.

— Успокойся, ты ничего не сделаешь, — возражает Лиам. — Это научит тебя не связываться с девушкой, которая возвращает все сторицей.

Каст наконец замолкает, но сжатая челюсть и взгляд, которым он сверлит Лиама, красноречиво говорят о его состоянии. Когда я думаю о коварстве Лили, я почти восхищаюсь ею. С каждым днем она оказывается все более опасной, чем кажется на первый взгляд.

Пока Лиам возится с ацетоном, я возвращаюсь в гостиную и падаю на диван, пользуясь последним днем перед началом занятий, чтобы отдохнуть перед телевизором. Переключаю каналы, пока не останавливаюсь на репортаже о самом громком судебном процессе страны. Я прислушиваюсь, вполуха улавливая рычание из соседней комнаты — оно звучит как приятная фоновая музыка. Лиаму, должно быть, приходится нелегко.

С улыбкой на губах я откидываюсь на спинку дивана, наслаждаясь ролью зрителя. Знаю, что он бесится, видя меня таким расслабленным, пока он изнемогает, пытаясь освободить Каста из «клеевого» плена. В любом случае, я никогда не был силен в ручной работе.

На следующий день, по пути на занятие по маркетингу, куда я хожу вместе с Лили, я вспоминаю о Касте. Мой бедный друг, наверное, принял три душа, чтобы избавиться от запаха ацетона, пропитавшего его кожу и запястья. Лиам израсходовал целый флакон, чтобы его освободить. При одной мысли об этом я не могу сдержать смех. Мне не терпится увидеть букашку, чтобы поздравить ее с этой поистине удовлетворительной выходкой.

Я вхожу в аудиторию и осматриваю зал, пока не нахожу ее — она сидит на своем обычном месте в центре ряда. Внешне она прежняя. Однако каждый раз, когда я ее вижу, меня охватывает трепет — странное сочетание чего-то нового и необычного.

На этот раз решаю сесть рядом, точно так же, как при нашей первой встрече. Внезапно осознаю: кажется, с тех пор прошла целая вечность. Так много всего произошло между нами — столько напряжения, недосказанных слов и странных моментов. И все же эта близость остается нитью, связывающей нас воедино.

Я присаживаюсь рядом с лукавой улыбкой в уголках губ.

— Привет, букашка-извращенка, — бросаю я, с шумом опуская сумку на стол.

Она поворачивает голову ко мне с тем же выражением — смесь раздражения и веселья. С ее губ слетает вздох, будто она ожидала моего появления, но в глазах нет настоящей злости.

— Здравствуй, Логан. Знаешь, здесь есть и другие места. Почему именно это? — спрашивает она, глядя на меня с вызовом.

Я сразу замечаю, что сегодня она в хорошем настроении, и это заразительно. Ее игривый тон провоцирует меня зайти дальше. Именно в такие моменты она нравится мне больше всего — когда позволяет себе быть чуть менее отстраненной. Она завораживает меня, и я никогда не устаю изучать ее реакции.

— Потому что я хочу проводить с тобой время, — просто отвечаю я, пожимая плечами.

По правде говоря, в ее присутствии есть что-то магнетическое. Я в этом не признаюсь, но находиться рядом с ней приносит какое-то странное удовлетворение. Может быть, потому что она не относится ко мне как к пешке, в отличие от моего отца.

Она приподнимает бровь, и в уголках ее губ появляется едва заметная улыбка, прежде чем она отвечает:

— И что скажет на это твой босс?

Я не могу сдержать ухмылку. Опять Каст. Она знает, как упомянуть его, чтобы подразнить меня и проверить границы нашей динамики. Но на этот раз ее тон не язвительный. Это скорее риторический вопрос, еще одна игра между нами.

— Мой босс? — усмехаюсь я, поглядывая на нее краем глаза. — Он переживет. И в любом случае, никаких правил больше не существует с тех пор, как ты разрушила их вчера, приклеив его к изголовью кровати.

На ее губах расцветает улыбка. Она довольна собой. Проказница.

— Убери это самодовольное выражение лица. Лиам в итоге его освободил, и Каст теперь злой как черт. На твоем месте я бы остерегался его.

Она пожимает плечами с небрежным видом:

— Пусть приходит, я его жду.

Ее смелость и решительность впечатляют. Я не могу удержаться и краду у нее поцелуй прямо перед тем, как преподаватель начинает лекцию. Ее глаза расширяются, и она замирает — значит, не ожидала такого поступка. Она бросает на меня взгляд и качает головой. У меня такое чувство, что букашка начинает привыкать.

Я собираюсь с мыслями и делаю серьезный вид, стараясь сосредоточиться на лекции. Через некоторое время замечаю, что Лили выглядит растерянной.

— Все в порядке, маленькая букашка?

Она раздраженно вздыхает.

— Нет, этот метод, «взлом роста», мне совершенно непонятен. Хоть режьте, не могу уловить его суть. — Она шепчет, чтобы не привлечь внимание преподавателя. Я наклоняюсь к ней и шепчу на ухо:

— Эта техника заключается в использовании креативных и недорогих способов для быстрого роста бизнеса, обычно стартапа, при ограниченных ресурсах. По сути, после того как ты определишь свою целевую аудиторию, начинаешь тестировать разные идеи для привлечения клиентов. Нужно понять, что работает лучше всего, а после каждого теста анализировать данные и обобщать успешные моменты. Наконец, автоматизируешь процесс, чтобы больше не думать об этом, и переходишь к следующей методике.

Она смотрит на меня, явно впечатленная, прежде чем едва слышно поблагодарить.

— Не думала, что под всей этой маской легкомыслия скрывается такой ум, — бросает она со своим обычным сочетанием сарказма и юмора.

Я понимаю, что она не ожидала, что я серьезно отношусь к учебе. Верно, я часто создаю образ беззаботного, поверхностного парня, но это лишь фасад, маска, за которой я прячу свое истинное лицо. Лили, как и многие другие, недооценивает меня. Я не в обиде — ведь именно этого я и добиваюсь своим поведением.

— И когда же ты успеваешь учиться со всеми вашими делишками? — добавляет она, и в ее глазах мелькает озорной огонек.

Подтекст очевиден — она намекает на наши внеучебные занятия, те, что заполняют наши вечера с парнями. Ну, до ее появления.

Я невольно морщусь, чувствуя укол. Она не представляет, насколько беспокойными бывают мои ночи — по другим причинам.

— Организую время соответствующим образом, — отвечаю я, стараясь говорить небрежно. — Часто учусь по ночам. У меня бессонница.

Мой тон становится серьезнее, почти отстраненным. Бессонница преследует меня с детства. Мой разум никогда не останавливается, постоянно думает и пережевывает мысли. Это мой крест, невидимое бремя, которое никто не замечает.

Она хмурит брови, выглядя задумчивой.

— Если ты не понимаешь материал, кто тебе помогает?

Ее вопрос искренний, даже наивный. Она так мила в своей непосредственности, что на мгновение мне хочется обнять ее, сказать, что все будет хорошо, и что ей не нужно беспокоиться обо мне. Но я сдерживаюсь.

— Я привык, Лили, — тихо признаюсь я. — У меня не было поддержки ни от семьи, ни от кого-либо другого.

Я всегда был один... ну, если не считать парней. Мне пришлось рано повзрослеть и взять на себя ответственность.

Мои слова затрагивают ее сильнее, чем я ожидал. Ее глаза, обычно такие живые, темнеют от эмоций, которые она даже не пытается скрыть. Она, наверное, понимает, что за маской безразличного парня скрываются шрамы и трещины, которые я никому не показываю.

— Я... Ты больше не один, — добавляет она, легонько касаясь моей ладони, лежащей на столе. — Так что, если тебе когда-нибудь понадобится помощь с учебой или чем-то еще, можешь обратиться ко мне. Буду рада помочь советом.

Ошеломленный ее заботой, я на мгновение погружаюсь в пустоту своей жизни до встречи с ней. Нельзя ее упускать — эта женщина идеально подходит нам всем. Она смягчает Лиама и выводит из себя Каста, что идет ему на пользу. Наконец-то появилась та, кто не теряет голову при виде него и сохраняет здравый смысл. А мне она открывает душу своим состраданием, и в ее обществе я чувствую себя настоящим Логаном. Тем, кто молча страдает из-за отсутствия родительской любви. Тем, кому не хватало тепла с четырехлетнего возраста.

Она не букашка — это гребаный лев, который переворачивает жизнь каждого из нас с ног на голову.